Часть 19

Томми ложится на холодный мраморный пол. Он смотрит в куполообразный потолок. Он расписан под ночное небо с тёмно-синим, чёрным и фиолетовым фоном. Белые точки имитируют звёзды, а золотые линии, соединяющие некоторые точки, показывают, какие созвездия изображены. Можно различить очертания существа или человека, которых символизирует созвездие. Томми узнаёт некоторые из них по историям, которые Филза и Уилбур рассказывали ему в детстве. Он знает одно из созвездий благодаря истории, которую рассказал ему шут. Однако большинство из них он не понимает. Есть даже несколько созвездий, которые Томми знает, но которых здесь нет. Это не вина художника, а скорее свидетельство волшебства и инженерной мысли, которые были вложены в создание этой карты. Куполообразная комната, в которой лежит Томми, это главное помещение, соединяющее коридоры всех кабинетов имперских министров. Поэтому в этой комнате должны были присутствовать элементы, связанные с каждым министром. Фвип создал машину, которая могла наблюдать за небесными телами в ясные дни и ночи, а Джемини с помощью магии иллюзий проецировал данные машины на потолок. Роспись на потолке менялась в соответствии с изменениями ночного неба в реальном времени. Благодаря тёплому свету свечей и кристаллам, выделяющим тепло, прикреплённым к стенам, можно было наблюдать за звёздами, не выходя из дома. Томми ждал Таббо. Рано утром сын герцога присоединился к другим молодым новобранцам. Томми с широкой улыбкой пожелал ему удачи и пожал Таббо руку, прежде чем имперский мастер-оружейник повёл кандидатов в испытательную комнату. Томми сказали, что процесс состоит из нескольких этапов и, скорее всего, займёт весь день. Ему сказали, что он может вернуться в свои покои, но Томми хотел первым узнать, приняли ли Таббо в ученики. Томми был уверен, что выберут Таббо, но ему нужно было убедиться, что судьба не встанет у него на пути. Он не знал, кто был учеником Фвипа в «Принце Края» и как они получили эту должность. Ему оставалось только надеяться, что Таббо их превзойдёт. Томми слышит, как кто-то приближается к комнате с куполом. Он запрокидывает голову и смотрит на большие двери, отделяющие кабинет министра от остальной части дворца. Двери открываются сами, без чьего-либо толчка или рывка, это автоматический механизм, подаренный предыдущим имперским мастером. Шелби ждёт, когда двери откроются. Она одета в форму работников отдела магов, а на плечах у неё светло-фиолетовый плащ, указывающий на то, что она ученица имперского мага. На её лице появляется приятная улыбка, как только она замечает Томми. Он улыбается в ответ, наблюдая, как Шелби подходит к нему, вместо того чтобы сразу направиться к рабочему месту Джемини. Шелби садится рядом с ним на корточки и скрещивает руки на коленях. Она с любопытством наклоняет голову и спрашивает: — Что здесь делает его высочество? — Я жду Таббо, — объясняет Томми, неопределённо указывая на коридор, где находится мастерская. Шелби смотрит туда. Проходит мгновение, и на её лице появляется понимание. — Это очаровательно, ваше высочество! Маленького герцога, безусловно, любим. Ваше высочество - замечательный друг, — говорит Шелби, и её голос становится громче, когда она хлопает в ладоши, затянутые в перчатки. Она, должно быть, помнит, что экзамен продлится весь день. Томми интересно, каким был экзамен у Шелби. Томми знает, что она написала и сдала письменную часть, но, должно быть, был и практический экзамен. Томми знает, что Шелби отлично справилась с тестом, иначе она бы не стала ученицей, но ему интересно, что она сделала, чтобы доказать Джемини, что она подходит лучше всех. Томми интересно, что придётся сделать Таббо, чтобы доказать, что он подходит лучше всех. — Я... — Томми не решается согласиться и медленно садится. Он прижимает колени к груди и кладёт на них подбородок. Он отводит взгляд от Шелби. Краем глаза он замечает, как она хмурится. — Что случилось, ваше высочество? — спрашивает Шелби, протягивая руку. Томми смотрит на неё и берёт за руку. Он знает, что однажды их руки станут одинакового размера, но сейчас его беспокоит то, что его рука намного меньше её. Ему не нравится быть ребёнком в форме. — Таббо не сказал мне заранее, что хочет это сделать. Если бы я действительно был хорошим другом, он бы не думал, что я не справлюсь. Он думал, что я перестану быть его другом, если мы не будем проводить столько времени вместе, сколько обычно, — объясняет Томми, хмурясь и опуская голову на руки. Он слышит звонкие смешки. Он резко поднимает голову. Шелби улыбается ему, и в её глазах столько тепла, когда она сжимает его руку. — Не глупите, ваше высочество. Похоже, вы с Таббо слишком стараетесь быть друзьями. Могу вас заверить, что в этом нет необходимости. Я никогда не видела и не слышала о такой крепкой дружбе, как у вас с маленьким герцогом. Даже у нас с его императорским высочеством принцем Уилбуром были некоторые... разногласия, когда мы только подружились. Томми в замешательстве хмурит брови, и на его лице появляется недоверчивая улыбка: — Что? Я думал, вы с его императорским высочеством принцем Уилбуром - лучшие друзья. — Сейчас, конечно, да, но поначалу наша дружба была навязана нам родителями. Не то чтобы мы не нравились друг другу. Просто мы не знали друг друга. Нас попросили проводить время вместе, и это было неловко. Что ещё хуже, родители внушили мне, что я должен относиться к императорской семье с величайшим почтением. Они были правы, но моя преданность мешала настоящей дружбе с принцем. Нам потребовалось немало времени, чтобы преодолеть это, — спокойно объясняет Шелби. Благодаря этому он начинает лучше относиться к своей дружбе с Таббо. Он познакомился с Таббо, когда они были ещё младенцами, так что неловкость возникла только из-за того, что Томми пытался понять, почему младенцы делают то, что делают. Шелби качает головой, избавляясь от навязчивых воспоминаний. На её лице появляется успокаивающая улыбка, когда она снова смотрит на Томми. — Ваше высочество ранее упомянули, что маленький герцог беспокоится о том, сколько времени ему разрешено проводить с вами. Если позволите, я бы хотела предложить, чтобы Таббо переехал во дворец, если его примут. — Я не знал, что это разрешено, — говорит Томми. Имперские министры живут во дворце, но другие работники - нет. Все они возвращаются домой или остаются в общежитии в столице, включая учеников. Томми знает, что Таббо жил во дворце в «Принце Края», но это произошло из-за вмешательства Тесея, а не по какой-то другой причине. — Я тоже. Изначально я жила в доме моих родителей в столице. Когда об этом узнал его императорское высочество принц Уилбур, он сразу же начал процесс моего переселения в крыло рядом с мастерской. Я как раз переезжаю. Ты мог бы помочь Таббо с переездом, если бы ваше высочество того пожелало, — объясняет Шелби, указывая большим пальцем через плечо на большие двери, ведущие в длинный коридор, соединяющий его с главным дворцом. Томми знал, что вдоль коридора расположены комнаты, но не знал, что в них можно жить. Томми интересно, живут ли служители в других комнатах. — А Таббо этого бы хотел? — тихо спрашивает Томми. Таббо ненавидел жить во дворце в «Принце Края». Томми не знает, было ли это из-за того, что он был так близок со своим обидчиком, или же он действительно презирал дворец. — Я не могу с уверенностью сказать, чего хочет маленький герцог. Но я могу сказать, что начать процесс было бы вполне разумно. Если он захочет переехать, процедура будет проведена. Если нет, я знаю, что у его светлости, герцога Шлатта, есть дом в столице. Маленькому герцогу не придётся искать жильё, — пожимает плечами Шелби. Томми невольно улыбается ей. Она невероятно ему помогает, и Томми не понимает, почему его это до сих пор удивляет. Он никогда не делал ничего такого, что могло бы вызвать у Шелби апатию или гнев. Он сделал несколько вещей, которые пробудили в ней доброту и желание общаться. Хотя он может логически обосновать эти истины, ему трудно их принять. — Как мне начать процесс? — спрашивает Томми, наклоняясь к ней. Он прижимается грудью к её коленям и смотрит на неё снизу вверх. Шелби тихо смеётся над его близостью и обнимает его, чтобы не упасть, но при этом не отталкивает. — Сначала тебе понадобится разрешение её величества царицы. Она укажет тебе дальнейший путь, — объясняет Шелби, поднимая палец, чтобы шлёпнуть его по носу. Томми корчит гримасу Шелби, и та заливается смехом. В комнате становится теплее, как будто на них светит солнце, но в комнате нет окон. Должно быть, это солнечное тепло исходит от магии Шелби. Томми морщится. Ему действительно стоит дать ей поработать. — Я сейчас с ней поговорю! Спасибо, ваша светлость, удачи вам на занятиях сегодня, — говорит Томми Шелби, поднимаясь на ноги. Он улыбается ей так широко, как только может, и выбегает за дверь. Он слышит, как она зовёт его. Он машет ей рукой, и большие двери закрываются за ним.

─┉┈◈◉◈┈┉─

— Я ненавижу этот проклятый дворец, — бормочет Таббо себе под нос. — Ты что, пытаешься обвинить нас в измене? — с грустью спрашивает Джек, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто из слуг не слышал рычания Таббо. Остальные слуги не отрываются от своих тарелок. На их угрюмых лицах не отражается никаких эмоций, показывающих, что они слышали слова Таббо. Джек с облегчением вздыхает и снова опускает взгляд в свою тарелку. — Измена это или нет, но Таббо прав. Весь этот дворец заслуживает того, чтобы сгореть, — говорит Ники, ставя свою тарелку на стол рядом с Джеком. Немного супа проливается через край и попадает на стол. Ники бросает на него сердитый взгляд, но не пытается вытереть. — Я бы устроила пожар на кухне. Эти повара должны усвоить урок о том, что съедобно, а служанки внизу должны знать, что они не лучше остальных. — Я не знаю, Ники. Мне вполне нравится еда, — говорит ей Ранбу. Он не упоминает о пожаре только потому, что знает: ему не удастся отговорить Ники. — Даже если еда немного пресная, по крайней мере, это не только фрукты. — Ты что-то вспомнил? — лениво спрашивает Джек, зачерпывая ложкой суп. — Э-э... вроде того? Я помню, что раньше ел много фруктов. Кажется, у них было какое-то музыкальное название. Мелодия... нет, э-э... гармония? Нет, и это не то, — объясняет Ранбу, задумчиво потирая подбородок. — Держу пари, это лучше, чем это дерьмо, — бормочет Таббо, вставая, не доев суп. Он секунду держит миску в руках. Его начинает трясти от злости. Ранбу подается вперед, боясь, что Таббо выплеснет суп. Вместо этого Таббо фыркает и ставит миску на стол. Она опрокидывается, но тут же встает, и немного супа проливается на стол. Таббо хватает трость. Он уходит, громко стуча тростью по полу. Дверь громко захлопывается за его спиной. — Ребята, вам пора перестать устраивать беспорядок, — говорит им Джек, указывая ложкой на Ники. Она бросает на него сердитый взгляд, и Джек благоразумно опускает ложку обратно в тарелку, чтобы продолжить есть. Ранбу смотрит вслед Таббо. Он раздумывает, стоит ли ему пойти за Таббо. Он раздумывает, стоит ли ему дать Таббо выпустить пар. В конце концов Ранбу возвращается к своему супу. Он найдёт Таббо позже, и они всё уладят.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Томми стоит у кабинета своей матери. Вместо члена императорской гвардии в дверях стоит шут. Когда он замечает Томми, на его лице появляется глупая ухмылка. Он машет принцу. Он отходит от двери и садится на корточки перед Томми. Он смотрит в голубые глаза принца. — Что здесь делает маленький принц? — Я здесь, чтобы увидеться с царицей, — объясняет Томми, пытаясь пройти мимо шута. Шут поднимает руку, останавливая Томми. — Боюсь, царице нужно побыть одной, маленький принц. Может, ты подождёшь здесь со мной, пока она не будет готова? — Это приемлемо, — осторожно говорит Томми. Он оглядывается на дверь в кабинет царицы. Он понимает, что у его матери много дел, которые нужно решать каждый день, но в его сердце зарождается страх. Эта ситуация кажется ему подозрительной, а то, что шут стоит за дверью, не сулит ничего хорошего. — Я расскажу тебе ещё одну чудесную историю, маленький принц, — говорит шут, откидываясь назад и приземляясь на попу. Он лениво разминает конечности и смотрит на принца с нахальной улыбкой. Томми фыркает и садится на землю перед шутом. Он сжимает руки и ноги, пытаясь сохранить хоть какое-то подобие уважения. — Очень хорошо! Итак, какой сказкой я вас сегодня порадую? У меня есть несколько забавных историй о ваших предках, но память об этих стариках, вероятно, должна умереть вместе с ними, — пожимает плечами шут. Томми хмурится и поднимает бровь. Шут машет рукой. — Неважно. У меня есть идеальная история для сегодняшнего дня. Шут пожимает плечами, напевая себе под нос. — Не так давно я рассказал вам историю о драконе и его обречённых друзьях. Одним из этих обречённых друзей была заводная кукла, которая научила жителей гор делать машины, но они разорвали её на части, потому что хотели узнать, как она работает. Чтобы искупить свои грехи, они решили вернуть куклу к жизни. Наша история начинается спустя десятки лет после этого события. Следующие поколения первородных грешников основали небольшое поселение на холмах, которое впоследствии стало частью государства Эссемпией. — Хотя большинство людей забыли об обещании, которое их предки дали сломанной механической кукле, некоторые продолжали идти по пути к высшему творению. Эти люди молили богов о знамении, которое указало бы им, что они на правильном пути или что они поступают правильно, пытаясь спасти куклу, которую убили их предки. Через несколько дней после того, как они перестали искать божественной помощи, один из них нашёл в лесу за стенами поселения молодую женщину. Они привели её в поселение. Когда она очнулась, то не могла вспомнить своё прошлое. Она осталась с людьми, потому что ей больше некуда было идти. Пока она жила с ними, она поняла, что у неё исключительный талант к работе с часовыми механизмами. Они восхищались её гениальностью и прислушивались к ней, когда она начала превращать их поселение в настоящий город. Она построила стены, чтобы защитить их. Она создала машины, которые могли вырабатывать энергию с помощью воды или молний. Она соединила их поселение с соседними странами с помощью мощеных дорог и того, что она называла дирижаблями. Это были деревянные корабли, которые парили в воздухе на гигантских воздушных шарах. — Однажды тёмной ночью она создала пару механических крыльев, которые позволили ей летать, хотя она не обладала никакими магическими способностями. Когда она поднялась в небо, люди поняли, что она стала итогом их многолетних поисков. Она стала изобретательницей, разгадавшей тайну заводной куклы. Она вдохнула жизнь в то, что считалось мёртвым, точно так же, как она освободила людей из земли или подготовила их деревню к опасностям, подстерегающим на жизненном пути. Люди умоляли её собрать марионетку заново. Поскольку она любила людей, она сделала так, как они просили. Она собрала марионетку заново. Она пыталась найти способ вернуть её к жизни. — Через несколько недель люди решили проверить, как у неё идут дела. Вместо этого они нашли её бездыханное тело. Осмотрев его, они вскоре поняли, что её ударили ножом. Её механические крылья были украдены. Несмотря на то, что марионетка была идеально собрана, в её груди была дыра. Вокруг её тела были разбросаны записки, из которых следовало, что она знала, где находится последний компонент. Она уже собиралась вставить его, когда кто-то её остановил. К счастью, это не убило девушку. Так и должно было случиться, но что-то удерживало её в живых. Возможно, она действительно открыла секрет жизни и смогла сохранить себя. Если это так, то она, должно быть, ждёт того дня, когда кто-то другой тоже откроет этот секрет и завершит начатое ею. Должно быть, ужасно грустно умирать, не зная, кто ты на самом деле, оказывая услугу единственным людям, которые когда-либо знали тебя и заботились о тебе, в нескольких секундах от того, чтобы совершить то, на что другие никогда бы не осмелились. Томми медленно моргает и слегка приоткрывает рот. Эта история кажется ему смутно знакомой. Он думает, что что-то подобное было в «Принце Края», но он не очень хорошо это помнит. Жаль, что он не узнал об этом раньше. Если бы эта женщина открыла секрет жизни, Томми, возможно, смог бы сохранить свою жизнь. Более того, он, возможно, смог бы понять, почему он переродился в этом мире. Есть даже шанс, что он сможет вернуться в свой мир, хотя он и сомневается, что это возможно. А если он знает секрет жизни или кто-то другой знает его, разве он не может гарантировать Кристин жизнь? — Это одна из моих любимых историй, потому что у неё такой неоднозначный, но обнадеживающий финал. На самом деле, я бы даже осмелился сказать, что она ещё не закончилась. Мы не узнаем, чем всё закончится, пока кто-нибудь не выяснит, что с ней случилось. Может быть, они положат конец её страданиям, а может быть, найдут способ оживить мёртвое, — говорит шут, хлопая в ладоши. Он смотрит на Томми, по-настоящему смотрит на него, и его лицо озаряет грустная улыбка. — Я также рад, что тебе понравилась эта история. Как твоё самочувствие? — Я сохраняю спокойствие, — признаётся Томми, не глядя шуту в глаза. Он слышит, как шут напевает себе под нос. — Похоже, требуется дополнительная история.

─┉┈◈◉◈┈┉─

— Что это там? — спрашивает Ранбу, указывая на незнакомое место на карте. Они с Таббо шли через дубовый лес, но так и не встретили ни одного поселения. — О, это Когсмид. Это что-то вроде независимого региона. Они торгуют исключительно с Эссемпией в обмен на освобождение от налогов и разрешение поселиться на территории Эссемпии. Он был создан много лет назад цивилизацией, которая жила в близлежащих горах. Они тратят много ресурсов на разработку часовых механизмов. Они очень скрытно относятся к своим изобретениям, но я слышал, что у них есть эти гигантские чёртовы корабли, которые могут летать по воздуху, — объясняет Бо, облокотившись на стол и уставившись в одну точку. — Я хочу однажды туда отправиться, но эти ублюдки не пускают туда посторонних. Это чертовски раздражает. — Я бы тоже хотел туда поехать, — бормочет Таббо из своего угла. Ранбу отрывается от карты и смотрит на друга. Таббо не сводит глаз с окна, глядя в ту сторону, где, по мнению Ранбу, может находиться Когсмид. — Удачи тебе в этом, — хмыкнув, говорит Бо Таббо. — Мы туда не пойдём, — подтверждает Таббо, качая головой. Ранбу оглядывается на Когсмид на карте. Таббо так много для него сделал… Что, если бы он мог бы с Таббо навестить этот регион?