Глава 6. Пустота.

- Скорее! Несите еще больше мешков на баррикады! – крикнул командир Балладор Светлый. – Нежить скоро пойдет в атаку! - Командир! Был замечен принц Артас! – сообщил ему разведчик. - Проклятый изменник! – в праведном гневе зарычал паладин. – Он недостоин имени своего отца. Не знаю почему Утер так возился с ним. Этот подонок втоптал в грязь его доброе имя! Приготовиться к обороне! - Так точно! Солдат убежал исполнять приказ, а паладины готовились к бою. Возможно, их последнему бою. Все они стояли на улице посреди некогда прекрасного и могучего Андорала. Балладор Светлый, Халлак Животворец, Сейдж Правдивый. Они, элита Ордена Серебряной длани, старшие паладины, стоящие на страже Лордерона, сегодня примут свою смерть. Никто из них не строил иллюзии по поводу своего выживания. Свет, быть может, мог спасти их души, но тела, без сомнения, скоро пополнят орду Падшего Принца. Если только они не доберутся до него первыми. И они сделают это, любой ценой. Все они были тут… Кроме одного… Того, кто сейчас заканчивал подготовку в храме, наедине со своими мыслями… Пока снаружи царила паника и суета, пока гражданские прятались по подвалам и убежищам, а солдаты ордена и ополченцы готовили оборону, здесь в тишине церкви преклонив колени перед алтарем, на котором покоилась урна с прахом, стоял Утер Светоносный. Глава ордена поставил рядом с собой свой молот и просто молился Свету, как обычно. Однако сегодня на его сердце было особенно тяжело, и он поднял голову, взглянув на останки короля Теренаса. - Простите меня, Ваше Величество, - произнес старый воин. – Я подвел вас. Вы так много сделали для меня, когда я был вашим рыцарем, а я не оправдал ваших ожиданий. Если бы не моя гордыня и страх, то… всего этого могло не случится… Моя трусость и упрямство затмили мне глаза, из-за чего я оставил его… в одиночестве с этим трудным выбором. Он помнил тот дождливый вечер у стен Стратхольма. Помнил слова, сказанные Артасом, та боль, что едва ли не рвалась из него и почти что мольба о помощи, но упрямый старик оказался слишком твердолобым, чтобы это заметить. Он бросил мальчишку одного, оставил перед тяжелым выбором и ушел. Потом ему оставалось лишь смотреть на результат, на руины некогда великого города и тогда он осознал, что натворил. Попытался искупить свою вину, объявил созыв Ордена для того, чтобы нанести нежити последний удар и отправился на разговор с королем, дабы отозвать поспешную, необдуманную и чрезмерно опасную экспедицию Артаса… Но было уже поздно. Принц поддался тьме и оказался потерян. Когда до Утера донеслась весть что Артас одолел повелителя демонов и вернулся в Лордерон, то он сам отправился в столицу, чтобы принести юноше извинения и постараться как-то наладить отношения. Не ради почета или престижа, а потому что он был учеником, другом, которого Утер подвел. Потому был обязан хотя бы попытаться, был и готов принять все оскорбления в свой адрес, какие он заслужил. Но то что случилось тогда… Он опоздал к торжественному приему героя и прибыл в город последним… А затем началось что-то непонятное. Нежить возникла словно из ниоткуда, какие-то люди в черных доспехах устроили бойню. И в центре всего этого безумия находился сам Артас. Он упивался смертью и хаосом, вырезая всех вокруг и поднимая убитых в виде новых мертвецов. В тот день в столицу прибыло очень много народа, не только чтобы поприветствовать победителя, но и ради еды. Из-за зараженного зерна пришлось уничтожить очень много запасов, из-за чего в королевстве начался голод. Запасов столицы было достаточно, чтобы раздавать продовольствие нуждающимся, потому здесь и собралось много народа. Утер был в ужасе от происходящего, но сумел организовать оборону из оставшихся стражников. Особенно в этом ему помогли рыцари из охраны стромгардского посольства, что вызвались на помощь паладину. Лордерон и Стромгард всегда были верными и добрыми друзьями. Пускай проблема орков и поссорила монархов, но, когда стало известно о смерти короля Теренаса, Торас Троллебой готов был помочь всем чем можно. Вместе с воинами Строма они прорвались во дворец, сумели заставить Артаса отступить, а затем нашли тело короля. По словам выжившего очевидца, принц Артас вошел в зал, где его поприветствовал отец. Тот знал, что с сыном не все в порядке, полугодовое исчезновение в пустошах Нортренда, предположения, что тот мог оказаться под контролем демонического артефакта, по слухам, приватно озвученные лично Мурадином Бронзобородом… Все это немало волновало старшего Менетила, но юный принц заверил отца в том, что все в порядке. Он даже отдал свой меч своим воинам, дабы доказать, что в порядке. И когда сын обнял отца, все и закончилось… Артас наполненный темной силой просто переломал кости Теренасу, а затем заколол уже умирающего старика. Ужасная смерть, жестокая и издевательская. Никого почтения или уважения к своему отцу, лишь жестокая насмешка… Тело короля они сожгли, а прах собрали в специальную урну, которую потом перевезли. Хотели сначала оставить в королевской усыпальнице, но Артас и её успел осквернить, потому было принято решение взять урну с собой в Андорал. Здесь когда-то Туралион и его армия зимовали во время Второй Войны, здесь солдаты Альянса впервые постигали Свет и тренировались. А сейчас свой последний бой тут встретит Орден Серебряной Длани. - Мне жаль, Ваше Величество, - склонил он голову. – А потому я могу лишь одно… С этими словами он поднялся на ноги и взял в руки свой молот: - Я положу конец его бесчинствам… клянусь… Поклонившись останкам своего короля, Утер развернулся и пошел к дверям. Пора в последний бой… *** Вотчина главы натрезимов была тем местом, которому слова «уют» или «деловая обстановка» походили бы не очень хорошо. Парящий в Круговерти пустоты кусок расколотой планеты, что Пылающий Легион использовал для своей базы - не особо приятное место. Однако он предоставлял все, что нужно - почву под ногами, земное притяжение и присутствие, достаточное чтобы быть целью для пространственных заклинаний без надоедливого сопротивления живого мира. Возвращаться сюда, читать отчеты подчиненных, а затем раздавать указания или самому отправляться для каких-то дел, было обыденностью для Тикондруса. Такая работа была платой за власть, и натрезим не пытался избегать своих обязанностей, какими бы утомительными они порой не становились. Краснокрылый демон дернул рукой и позволил порталам открыться в его покоях, куда тут же переместились двое демонов. Первым был не уступающий в размерах и силе зеленокрылый демон, что с довольной усмешкой прошелся копытами по полу, словно был едва ли не хозяином всего вокруг. Брат Тикондруса, Анетерон действительно имел право так себя вести, ведь будучи личным адъютантом и посланником самого Владыки Архимонда, он занимал особое положение, не связанное с обычной иерархией натрезимов. Хорошее место себе выбил. Второй же с яркими синими крыльями вел себя скромнее, но эта скромность была обманчива. Те, кто имели глупость недооценить Мефисторота, вскоре начинали жалеть о своей глупости. Недолго, впрочем - синекрылый натрезим был слишком прагматичен, чтобы позволить таким жить. - Ну что, Тикондрус? Все идет как задумано? Лорд Архимонд требует отчета, - с порога спросил Анетерон. - Молодой рыцарь хорошо послужил нам. Даже слишком хорошо, - поморщился Тикондрус. – Не удивлюсь если у Нер’Зула есть на него особые планы. - Этот человечишка также недолговечен, как и прочие смертные, - отмахнулся адъютант Архимонда. – А Нер’Зул не посмеет даже пальцем шевельнуть без нашего приказа, - а затем улыбка слетела с его лица, и он стал куда серьезнее. – Плеть должна выполнить свое предназначение, если мы утратим контроль над ситуацией, Владыка оторвет нам головы. - А мне казалось, это проект Владыки Кил’Джедена, - подал голос Мефисторот. – При всем уважении к Владыке Архимонду, я нахожу подобное вмешательство несколько… необычным? И, очевидно, требующим объяснений, которых никто не собирался давать. Такое заявление весьма не понравилось Анетерону, и он с гневом посмотрел на выскочку. Кому другому сомнение в действиях Владык, пусть и выраженное в такой неявной форме, не сошло бы с рук, но положение Мефисторота было слишком прочным для этого. Ублюдок был возвышен до своего положения самим Саргеросом, и никто не хотел трогать демона, о существовании которого Повелитель мог когда-нибудь вспомнить, без достойного повода. - Довольно споров, - решил вмешаться Тикондрус. Он и сам понимал щекотливость ситуации. У многих есть иллюзия, что власть Владык Кил'Джедена и Архимонда абсолютна… Но это далеко не так. Они лишь первые среди равных. И пусть их власть заверена волей самого Саргераса, многие из других “равных” все равно были готовы рискнуть, чтобы сместить их… Или, скорее, просто сбросить противное демонической сути ярмо. Конечно, даже такие яркие представители своих видов, как Маннорот или Госпожа Боли не способны сравниться с ними, но это верно лишь когда дело касается противостояния один на один. Если собрать достаточно могущественных демонов в одном месте с кем-то из Владык, вероятность того, что они сговорятся и нападут на него толпой, была просто неприемлемо высока. Потому повелители эредаров избегали сбора множества настоящих элит Легиона любой ценой, привлекая к своим операциям лишь небольшое количество. Даже натрезимов, не отличающихся, по меркам Легиона, грубой силой, на Азероте был едва ли десяток. Классический принцип “разделяй и властвуй”, разве что вместо сеяния между потенциальными противниками вражды, Владыки буквально не давали им собраться вместе. Разумеется, даже подобная угроза не могла полностью унять соперничество между Владыками. Их ситуация не располагала к подрыванию сил друг друга, ведь моментом слабости могли воспользоваться остальные… И поэтому, они были сосредоточены на именно преумножении своих сил. И, как по секрету сообщил ему брат, у Архимонда был способ использовать Мировое Древо Азерота для подобной цели. Изначальный Источник было бы трудно сделать топливом для одного существа, но фиолетовые идиоты превратили его в дерево. В живое существо, что могло использоваться в жертвенных процедурах. Узнав об этом, Владыка потратил последние годы на разработку и совершенствование метода, что позволит наиболее эффективно поглотить его силы. А натрезимы, как личные агенты Искусителя поставлены в весьма щекотливое положение. «Скоро наша верность будет проходить серьезное испытание, - мрачно подумал Тикондрус. – Каким-то образом Нер’Зул сумел связаться с Архимондом и собирается помочь ему первому войти на Азерот. Тогда великий полководец завладеет Мировым Древом и станет не одним из лидеров, а в прямом смысле вторым после Саргераса… И нам, натрезимам, что служат Кил’Джедену придется выбирать. И выбор, сделанный неправильно, может быть воистину гибельным. Анетерон поделился с ним этим секретом именно для того, чтобы Тикондрус осознал всю тяжесть их положения. С такими ставками, любое действие, что могло хотя бы отдаленно напоминать саботаж, заслужило бы ему вечную враждебность Владыки. Впрочем, пока выбор курса действий мог быть отложен. - Сейчас важен другой вопрос, - решил он сменить тему. – Малгануса поглотил Фростморн и я бы хотел понять, когда это подобная функция меча стала работать против нас? Разве при создании не должны были предусмотреть подобное? На Малгануса плевать, как и на его карьеру, но у пешки не должно быть средств противостоять игрокам. Взгляды братьев были обращены к синекрылому демону, известному своими связями с низшей кастой. Мало кто из их народа хотел работать с тотрезимами и еще меньше тех, кому удавалось добиться их доверия… А этот ублюдок умудрился построить на этом всю свою карьеру. Эксперт по опаснейшим артефактам, заслуживший признание Повелителя созданием одного такого, он в свое время был награжден еще и сомнительной привилегией владения несколькими могущественными предметами, способными уничтожить или свести с ума даже демона. И то, что он до сих пор жив и активен - уже доказательство немалого мастерства. - Мои контакты среди низшей касты ограничены, - ответил Мефисторот. – Великие Мастера, которые, без сомнения, были привлечены для этого проекта, не нуждаются в моем покровительстве, и, как следствие, не делятся со мной информацией. Однако если мне будут дарованы особые полномочия для проведения расследования… - Нет! – тут же отрезал глава. - Как скажете, - не стал настаивать тот. Тикондрусу и так стоило немалых усилий услание синекрылого в тыл. Формально Мефисторот был равен ему по положению и так же, как и он, вел свою команду натрезимов - только занимались они обеспечением невмешательства внешних сил. Сомнительная работа, ведь успех тут вряд ли будет вознагражден, а неудача без сомнения навлечет жестокую кару… Но даже так ублюдок умудрился выделиться, ввергнув Стромгард в кризис, что вывел его из игры на десятилетия. Точный объем вмешательства натрезимов в падение местной династии был Тикондрусу неизвестен, но это, по сути, не имело значения. Даже если все произошло само собой, начальство будет видеть лишь результат. Так что нет, полномочий, что позволят ему вмешаться в его, Тикондруса, дела, он точно синекрылому не даст. - Чтож, тогда я удвою количество демонов, контролирующих Ледяной Трон, - вздохнул Старший Натрезим. – Этого должно хватить в качестве временной меры. Теперь, когда с Лордероном, все должно решиться в течении ближайшего года. Когда Владыка ступит на эту землю, Нер’Зул перестанет быть нашей проблемой. - Год на захват Кель’Таласа и Даларана - весьма оптимистичная оценка, - прокомментировал Мефисторот, - Эльфы уже знают о вашем нападении и вовсю готовятся. Учитывая, что прямое вмешательство в их землях невозможно, стоит ожидать неприятностей. - Вот и доверяй это дело бездарям, - усмехнулся зеленый. – Малганус не только провалился как натрезим, так еще и не озаботился зачисткой следов. Это не помешает нам? - Что сделано, то сделано и ничего уже не исправить. К тому же шпион в эльфийских рядах верен именно старому орку, а не нам. Если кто-то из вас думает, что сможет подчинить эльфийского магистра так, чтобы это не заметили его коллеги - дерзайте. Но последствия лягут тоже на вас. Нер’Зула в этом плане можно только похвалить. Многие магистры в своих экспериментах несколько выходили за границы Азерота, тем самым выходя и из под защиты их Бандинориэля, но попытка подчинить их в этот момент не была бы разумной. Во-первых, они принимали всевозможные меры предосторожности, а во-вторых и главных, они были достаточно сильны и дисциплинированы, чтобы провести ментальную схватку, не оставив следов на их разуме, было решительно невозможно. Сам Тикондрус, пожалуй, мог бы скрутить кого-нибудь из магистров, не превратив того в овощ в процессе, но сохранить разум неприкосновенным - точно нет. И резкие перемены в личности точно привлекли бы ненужное внимание. Король-Лич поступил мудрее. Будучи существом, чей разум был достаточно мощным для контроля армий нежити, он, без сомнения, мог проводить мощнейшие ментальные атаки. Но вместо этого он отточил свою волю и превратил ее в тонкий щуп, что проверял эльфийские разумы в поисках одного - семян предательства. И когда он нашел их, то щедро вскормил обещаниями власти, могущества и мести. Великолепная работа. Тикондрус отметил бы любого натрезима, проведшего такую. И как сотрудника… и как угрозу. - Как только будет воскрешен Кел-Тузед, мы разобьем Даларан и откроем портал для Пылающего Легиона. - А может тогда просто откроем портал с помощью Солнечного Колодца? – задумался Мефисторот. – Если все дело в требуемом положении планет, я могу предоставить артефакты, что разрешат это недоразумение. - Разве десять тысяч лет назад эльфы не научили нас тому, что любой их источник легко превращается в бомбу? - Старший Натрезим раздраженно поднял голос, - Если они, в отчаянии, повторят подобное, мы потеряем наших самых ценных пешек. Кроме того, Колодец является еще и узлом лей-линий, а значит, как только защита Кель’Талас падет, окрестности будут открыты для телепортации. Слишком много всего может пойти не так с подобным курсом действий, поэтому нам все-таки придется использовать Кел’Тузеда как источник силы для ритуала, и, соответственно, сосуд для мощи колодца. Как бы натрезиму не хотелось этого избежать. - А удар по Даларану, значит, устранит последний фактор возможной неудачи, - кивнул Мефисторот, соглашаясь, - По мне, ты переусложняешь план, но учитывая, сколько раз этот мир подкидывал сюрпризы, это разумно. Такое прямое одобрение, либо он чего-то не учел, либо ублюдок хочет заставить его сомневаться в себе. Либо оба варианта сразу. Но об этом Тикондрус подумает потом. - Вопрос не только в опасности города магов, - вставил реплику Анетерон, - Ты упоминал артефакты, что могут помочь с открытием портала… Знай же, один такой уже присутствует в этом мире и хранится в Даларане. Книга Медива способна упростить ритуал до крайности, сократив его всего до пары часов. Но первый приоритет - Источник и воскрешение Кел’Тузеда. Нам не хватит нежити, чтобы просто завалить трупами оба государства магов, так что первый ход должен дать армии заклинателя, что скоординирует этих… недоучек культа. Все, в конечном счете, складывалось так, что каждый их ход давал Нер’Зулу все больше и больше мощи. Если бы это зависело от Тикондруса, он бы пересмотрел план, может быть растянув кампанию или добавив больше факторов риска, но не полагаясь так сильно на проклятого замороженного некролита. Но проклятый орк подстраховался, связавшись с Владыкой. А тот даже не доверит им проведение ритуала, опасаясь, что вместо него они призовут Кил’Джедена. Все же связь Искусителя с натрезимами куда крепче, чем таковая у Полководца, а то, что у того может не быть метода для поглощения Мирового Древа - дело решаемое. И, в общем, текущая ситуация Тикондрусу совершенно не нравилась. Он лишь надеялся, что они не закончат также жалко, как Малганус. Даже если его вытащат из меча, его карьера полностью разрушена и ему еще не скоро доверят что-то серьезное. - Хватит уже этих пустых разговоров. Продолжайте работу. Если мы провалимся, то лучше навсегда остаться в Круговерти, чем попасться на глаза Владыке Архимонду…