Слышит вся вселенная

Моё тело... Моё тело меняется как только можно. Мышцы разрываются, сосуды сужаются, через тело прорастают кристаллы заразного прокса скинта, радужка глаз меняет цвет с голубого на фиолетовый. А самое главное во всём этом – это адская боль. Так ещё в придачу рядом стоит Лололошка, тоже заражённый этой гадостью. Больно. Больно, очень больно... Было больно. Сейчас нет. Сейчас всё нормально, более-менее нормально. То, что в глазах темнеет, это нормально по словам Джона. *** Как же так получилось? JDH видит Виолу. Всё-таки Епископ Лукий не соврал то, что его блондиночка здесь. И рядом с ней стоит Лололошка, но он отходит на второй план. Джон смотрит ей в глаза. Вроде бы такие родные, но не сейчас. Сейчас она под контролем "Отца". *** Я её вижу. Виола. Она здесь. Сразу при взгляде на Виолу вспоминается её фраза "— Смотри не утони." тогда я не сразу понял что она имела ввиду. Я только сейчас понял что она имела ввиду. Но сейчас не об этом надо думать. — Виола Дель Гамма, да-да, к тебе обращаюсь, блондиночка. — Виола оборачивается на звук. Что? Она смотрит на меня с презрением. Так она смотрит на обычных людей. Надо действовать. Её развоплащают. Оно и к лучшему. Моё тело... Моё тело опять болит. Зато кристаллы заражёного скинта постепенно исчезают. Радужка глаз снова меняет цвет с фиолетового на голубой. Джон? Он бежит ко мне? Я падаю. Падаю на его плечо. И... Начинаю плакать. Какой позор... — Ну тихо тихо. Сейчас всё нормально. — Джону даже становится жалко её. Жалость что за чувство? *** Тело постепенно нормализуется. Слёзы перестают течь. Уже лучше. На восстановление организма потребуется не меньше двух скифосов. Интересно, что сейчас переживает Лололошка? А стоп, что? Я до сих пор у Джона на плече? Виола отстраняется. — Ну вот мы и встретились снова, Джон Дейви Харрис. — теперь на лице Виолы играет самодовольная улыбка.