11. Hirai Momo is not Момо

      Первое, что можно увидеть, только зайдя на территории старшей школы «Донсан», — оживленную толпу учеников. Оживленную по меньшей части из-за того, что это последний учебный день на этой неделе, хотя занятия и учебники никто не отменял и дома. А по большей части оживленную из-за того, что все видят внутри школы.       Зайдя внутрь здания, можно увидеть огромную толпу учеников у стенда, на котором сейчас висят только фотографии неприличного характера. Все ученики смотрят на это и смеются, иногда, конечно же, осуждая девушку на фотографии за ужасные пропорции тела. У девушек нет сочувствия, у парней подавно. И все прекрасно понимают, кто на этих снимках. А оттого чувства, что ты делаешь что-то плохое, долго и упорно смотря на фотографии, смеясь с них, осуждая девушку, просто-напросто не существует. Ни у кого, помимо самих изгоев и нескольких исключений в виде Джису и Ю Рым, которые готовы были поддерживать изгоев, но, к сожалению, не на людях.       Пак Чеен, а в след за ней Лалиса, заходит в школу и недоумевает, почему так шумно и весело в коридорах. Она подходит, видит общую картину и вступает в ступор. Мысль, что в этом замешан Чимин, проскальзывает, но всего на долю секунды. Чеен безумно жаль эту девушку, и она бы выразила свое сожаление, если бы только не огляделась. Эти радостные лица смешиваются, этот смех становится ей таким омерзительным. Она не может больше это слушать, не может больше смотреть на всех этих людей. Но высказаться также не может — понимает, что это может обернуться плохим. Девушка тут же принялась взглядом искать Чимина. Ей показалось, что взгляд на него поможет успокоиться. И это оказалось правдой.       Пак Чимин смотрит на все это безобразие с не меньшим раздражением. Понимание, что парень к этому не причастен, что он не одобряет подобное, успокоили нервы девушки. Однако она хотела большего. Одного взгляда на него оказалось недостаточно. Отвратительные фотографии с голой девушкой отошли на второй план. Сейчас чувства затмевают разум Пак Чеен. Потому она, хотя и не улыбалась, прошла мимо Чимина, и незаметно для других дотронулась пальцами до его руки. Только после этого касания Чимин обратил на неё внимание, однако она уже отошла на несколько метров в сторону. Одного касания оказалось недостаточно даже для Чимина. Однако только Пак сделал шаг в сторону, как справа стоящий Тэхен посмотрел на него и остановил всего одним вопросом:       — Ты куда?       Чимин посмотрел на друга всего через несколько секунд. Причём посмотрел так невозмутимо, ни в коем случае не выдавая свои истинные чувства и желания.       — Хочу слегка проучить того, кто это сделал.       Если быть честным, то никому из королей школы данная ситуация не по нраву, даже Тэхену (и по его виду это ясно). Это связано и с тем, что что-то произошло, обходя королей стороной (они же короли, они всем заведуют, и такое, о чём они не знали, не могло произойти).       — Не стоит, — Тэхен усмехнулся, однако не так, как обычно это делал. — Сейчас одна тут разнесет всё в пух и прах, — и кивнул в сторону входа в здание, точнее, в сторону только что вошедшей китаянки.       В школу вместе вошли Дженни и Ирон, яро обсуждая что-то своё. Однако всё их внимание переключилось на толпу у стенда. Девушки переглянулись, а затем быстрым шагом принялись идти к месту. У одной руки на груди и совершенно безразличный взгляд, у второй — слегка заинтересованный. Вот только всё изменилось после того, как они увидели, что стало причиной смеха и обсуждения всей школы.       — Интересно, кто же сделал это? — Лукас заприметил знакомую девушку, оттого подошёл к ней и с заигрывающей ухмылкой задал, как бы невзначай, вопрос. Однако в ответ он получил озлобленный взгляд.       Определенно, слова Лукаса не были оставлены без внимания со стороны всех учеников, которые сейчас стоят рядом. И Джису с Ю Рым посмотрели в его сторону, но с какой-то неприязнью. Ведь ни для никого не секрет, что он за человек, что он и его друзья всегда издеваются над изгоями, да и не только, своими похотливыми мыслишками.       — Тебе ли не знать? — грубый тон и такой пронзительно яростный взгляд в его сторону заставили парня перестать улыбаться. Но парень так и не выпрямился.       — Признаюсь, — на несколько секунд он замолчал, но после заговорил, при этом на лице появилась ухмылка, — я не хороший человек, — Вон не старается говорить громко. Ему достаточно того, чтобы Ван его слышала. Он специально понизил свой голос, добавляя разговору серьёзности. — Признаюсь, мы с ней поиграли. Но она получила своё.       Некоторые, кто следил за обоими, в том числе Джису, насторожились данными словами. Но только часть из них (в нее входит Джису, Дженни, даже Тэхён, ну и Лу Хань, которому не очень то и нравится такая близость девушки с этим омерзительным парнем) нахмурилась.       — За что? — но Ирон всё равно на то, что расстояние между её лицом и лицом парня так мало, всё равно, что их губы располагаются настолько близко. Она смотрит только в глаза с раздражением, тогда как Лукас как-то по-своему странно смотрит в её глаза в ответ.       — Личные предпочтения, — теперь парень выпрямился. Такой ответ девушку не удовлетворил, поэтому она оскалилась, однако парень её вовремя прервал. — Тебе стоит держаться от этого дальше, принцесса.       Не прошло и минуты, как все тут же услышали громкий хлопок. Это Ван дала пощёчину Лукасу. Хлопок был таким звонким, что многие замолчали и приоткрыли рты в ожидании следующих слов или действий. А Лукас тем временем из-за пощечины чуть отошёл назад, но некоторое время так и остался стоять, повернув голову в сторону.       — Не тебе мне указывать, — Ван сделала шаг к парню. Тогда он посмотрел на неё и усмехнулся. Он усмехался и смотрел на девушку так весело, даже когда она взяла его за шиворот. — Кто это? Иначе я всю твою шарашкину контору заставлю заплатить.       Лукас славится в школе своей силой, своим характером, своими действиями и боями и даже в сторону девушек. Потому многие ожидают драки. Многие уже предвкушают этот вкус азарта, которому сегодня не суждено было появится.       — Понял, — одно слово, и у всех, кто жаждал драки, улыбка спала с лица. Этого исхода не ожидал никто. — Если это кто-то из моих, то я разберусь, — заверил он. Теперь и на его лице не было той ухмылки или даже улыбки. В одно мгновение он стал серьёзным, однако Ван на это не обратила внимание. Она лишь хмыкнула на это и отпустила парня.       В коридоре стоит тишина. Удивление, представление, что не этим все кончится, присутствует на гримасах учеников и только недавно вышедших учителей. Ну а Лукас развернулся и пошёл по коридору дальше, так грозно вскрикнув:       — Ким Чондэ!       Остальные его друзья тоже зашевелились. Они принялись быстрым шагом идти за другом. Но только Ли Енбок кажется не таким встревоженным. Он развернулся на толпу и с радостной улыбкой заговорил:       — Здесь не на что смотреть, — а после помахал и развернулся, торопясь за друзьями, но уже представляя ещё одну картину с бойней, а оттого смеясь. Хотя и это представление доставило ему немало удовольствия.       После его слов толпа пришла в чувство. Вновь шум и гам, вновь все внимание пало на стенд с фотографиями. Вот только за этим больше не следуют смешки и осуждение. Ведь сейчас все мысли школьников занимает эта парочка, удивление таким быстрым ответом Лукаса и такой покорной реакцией на новенькую китаянку.       — Здесь тоже не на что смотреть! — серьёзно крикнул Тэхен, что Дженни резко обернулась на него и тут же изобразила удивление.       Дженни заметила рядом с парнем и Юнги. И в этот момент она увидела какую-то, для неё колоссальную, разницу между обоими. Тэхен нахмурил брови, а руки спрятал в карманах, при этом выглядит так, что ясно, что он явно недоволен ситуацией, пока Юнги просто стоит и смотрит на всё, что происходит, с явным безразличием.       Тэхен даже прошел вперёд, к стенду, и принялся закрывать фотографии руками, при этом сопровождая учеников подальше от стенда не просто недовольным взглядом, а ещё и несколькими резкими словами. Дженни была удивлена такому явлению. Сказать честно, она даже засмотрелась на него, на мгновение восхитилась им. Почему-то она призадумалась об этой разнице в парнях, задумалась об их действиях, и всё обернулось в пользу Тэхена, не самовольно. Однако Дженни не так много смотрела на завораживающего Кима, который ведёт себя тихо и так по-джентльменски. Приход Ирон позволил ей отвлечься от него и опомниться.       На него не стоит вестись. Ясно же, какой он.       Именно так и подумала Дженни. А потому она вместе со своей подругой пошла, как и остальные, по коридору дальше. Хотя при этом у неё присутствует какая-то непонятная горечь от бездействия такого хорошего, по её мнению, Юнги.       За всем происходящим наблюдал и Лу Хань. Он не намеревался бездействовать, особенно когда Лукас находился так близко к его соседке, однако друзья не дали сделать и шага, ведь они всё понимают. Этим ребятам, особенно любящему драться Лу, не стоит влазить в что-то крупное на территории школы. За этим стоит целая история, которую прекрасно помнит и сам Хань, последствия которой известны и ему, но он постоянно о них забывает.       Происходящее между Ван и Воном не нравится Лу, не нравится это маленькое расстояние между ними, но из-за крепкой хватки друзей, всё это время он мог только сильно сжимать руки в кулаки и зубы, а после яростным пронзительным взглядом проводить Лукаса, пока тот полностью не скрылся. Но уже более мягким, даже слегка грустным взглядом он проводил медленно уходящий силуэт девушки, которая на него ни разу не посмотрела, а может даже ни разу о нём и не подумала.       Печально.       Сам себе у себя в голове произнес Лу Хань, вздохнул, слегка расслабился, а после посмотрел на своих друзей.       — Давайте поможем им, — Лу имел в виду очистить стенд от таких приватных фотографий, чем, кстати, занимаются Тэхен, по большей части, и Чимин. Юнги подошёл позже, когда от толпы практически ничего и не осталось, то есть Ким Дженни ушла на приличное расстояние.       — Вообще, она достойна восхищения, — с хорошо выраженным восхищением произнесла Аиша, смотря в сторону Ирон, точнее, глядя ей в спину, ведь шла по этому же пути, со сложенными руками на груди. Джису тоже смотрит на китаянку, но без особого восхищения, просто задумчиво, и держится за лямку портфеля. — Удивительно, как Лукас легко её послушался, — а вот Аиша всё не может перестать обсуждать случившееся.       Да и не только она это обсуждает, почти вся школа это обсуждает, забыв про изгоя и её интимные фотографии. И только изгои тихо идут по коридору, стараясь ни на кого не наткнуться, хотя это сложно из-за их задумчивости. Хотя не столько из-за задумчивости, сколько из-за страха, что их заметят и начнут также издеваться. Этого, если честно, не сильно боялся Хёнджин, но очень не хотел такого исхода. А вот остальные и вправду не хотели к себе повышенного внимания.       — Момо ещё не пришла? — тихо обратилась Сэ Рым к идущему по правое плечо Бэкхена, ведь они обычно приходят в одно время. Тот понял вопроса, точнее, то, что к нему обращаются, а потому резко с удивлением посмотрел на девушку, когда та аккуратно шепнула ему за плечом.       — А, нет, ещё не приходила. И не думаю, что придёт, — тихо, так, чтобы это услышали только его друзья рядом, ответил парень и посмотрел сначала вперёд, а потом медленно опустил голову, вновь задумавшись.       — Ей может и вправду не стоит сегодня приходить, — только молвила с явной грустью и сожалением Ынджи, как Хёнджин взглянул на неё и глубоко вздохнул.       — Такова наша доля: терпеть, — все его друзья тут же посмотрели на него. — И она это понимает. Запомните, эти снимки, по сути, ничто.       — Разве тут идёт речь только о снимках, Хенджин? — это был первый раз, когда Ынчжи разозлилась, по настоящему разозлилась, так ещё и на одного из своих. И сейчас ей абсолютно всё равно, что кто-то может их заменить: она просто быстро подходит к парню с гневным выражением лица, заставляя его и других друзей остановиться. — Здесь речь идёт о том, что ты никогда не испытаешь. Над ней надругались не пойми где и как, а ты ещё хочешь чтобы она после всего этого в школу заявилась, где как раз таки и находятся эти насильщики? — она даже не понимает, насколько повысила свой возмутительный тон.       Из-за этого Хенджин, а после и Бэкхен и Сэ Рым, принялись смотреть по сторонам. На них смотрели и, признаться честно, удивлялись таким разборкам изгоев.       — Я думала, они всегда едины, — Йери усмехнулась, а после покачала головой и принялась идти по коридору дальше.       — На нас смотрят, — после парень посмотрел на подругу. — Мы не в том положении, чтобы ссориться, Ынджи, — сквозь зубы процедил Хван, смотря на девушку и укоризненно, и с ноткой мольбы.       — Мне всё равно на это положение! Если ты так относишься к подобным делам, то мне вообще с тобой нечего делить, — а после развернулась и с гневным выражением лица быстро пошла в сторону кабинета.       Трое её друзей выглядели удивлёнными. И именно так они и провожали силуэт подруги.       — Однако она права, — Сэ Рым нахмуренно посмотрела на своих друзей, особенно на Хвана, который выразился так некрасиво. — Вам этого чувства не понять, — а после покачала головой и тоже покинула двух друзей.       Два парня некоторое время просто стояли на местах молча. После Бэкхен посмотрел на своего друга, пожал плечами и пошёл в сторону своего класса. А ведь совсем скоро начнётся урок. Точнее, вот уже прозвенел звонок, что Хенджин очнулся от своих мыслей и тоже помчался на урок. Он пришел чуть позже, чем все остальные, но из-за присутствия учителя на него никто, в принципе, и не обратил внимание, даже Ынджи. Стоит сказать, что она с ним вообще не разговаривала, не пыталась заговорить и даже не просила помощи, как это обычно бывает. А вот Хван, несмотря на все попытки сконцентрироваться только на учебе, не мог не думать о словах девушки и её игноре сейчас.       Бэкхен тем временем чувствовал себя как-то неуютно, когда стол рядом пустует. Иногда он смотрит на это место и задумывается о подруге.       Как она там? Всё ли сейчас с ней хорошо? Она свяжется с нами или, понимая, что может происходить в школе, не будет напоминать о себе? Она вообще уйдет из школы?       Но не каждую минуту он о ней думал, всё-таки учеба превыше всего, особенно в тот момент, когда у него всё на стадии краха. А потому он вздыхает и возвращается к задачам. За этим состоянием парня частенько наблюдает Наён. Но изгой этого даже не замечал.       Это просто дружба у них сильная или между ними что-то есть? Хотя если бы и что-то было, не чувствовал ли он бы стыд за то, что произошло с Момо?       — Эй, — тихо молвила Им, посмотрев на соседку и ткнув её по локтю. Дженни недовольно посмотрела на неё, но первой сейчас на это было как-то всё равно, — как ты думаешь, как себя чувствует эта изгой и появится ли она в школе?       Ким на это протяжно вздохнула и закатила глаза. Благо, учитель сейчас стоит к ним спиной, увлечённо выписывая задачи и решения на доске как пример для нового правила.       — Не думаю, что хорошо себя чувствует, — Дженни немного съезвила, ведь, по её мнению, каждая девушка понимает боль. — А ты как бы себя чувствовала, если бы тебя изнасиловали, а потом выставили твои интимные фотографии по всей школе? — этот вопрос для Дженни был просто задан, но для второй девушки он стал поводом для глубокого размышления.       Им Наён задумалась слишком сильно, начав грызть ногти левой руки и всё смотря на какую-то строчку в книге, но на самом деле куда-то мимо неё. Её соседка заметила это и даже слегка испугалась такого подёргивания. Однако Дженни не знала точно, как тут стоит поступить и что об этом стоит думать (связана она с Момо или волнуется из-за материала).       Не пониманию, куда меня отправили. Тут все, с одной стороны, плюют на учёбу, а, с другой, не могут перестать дёргаться за неё.       Именно с этими мыслями и непонимающим взглядом девушка перевела взгляд на свою книгу и тетрадь и продолжила записывать то, что написано на доске. А Наён тем временем всё ещё в своих немного тревожных мыслях.       Ну ладно, вся вина лежит на Чондэ, умерла она или нет. Это же Чондэ её избил, её изнасиловал. Я к этому никак не причастна. Даже если и сказала что-то, то про меня все забыли. Главное, чтобы этот Ким не переключился на меня. Хотя у нас ещё есть изгои. Я не в числе их, так что меня он не посмеет тронуть.       После последней смелой фразы в своей голове Им посмотрела в сторону, а именно на предмет, который в последнее время её интересует, то есть на Бекхена. Именно тогда её взгляд и изменился. Стал более мягким, чем нервным, да девушка, в принципе, больше не грызла ногти так нервно. Девушка перестала что-либо делать. И этот взгляд почувствовал парень. Он мгновенно, особо не задумываясь, посмотрел туда же и застыл. На улице достаточно светло, солнечно даже, и эти солнечные лучи падают как раз таки в сторону девушки, а потому для парня она такая яркая, как будто бы спустившийся с небес ангел. Одна улыбка от девушки, и всё, парень поплыл. Пён улыбается до ушей. Даже тогда, когда девушка перестала на него смотреть и всё-таки обратила всё своё внимание на книгу перед собой. К слову, тетрадь она до сих пор не открыла, как и пенал.       Она посмотрела на меня. И даже улыбнулась.       Всё, сердце бьётся быстрее, дыхание учащённое, и более парень не думает о других вещах. Бэкхен думает только о ней, позабыв даже о той подруге, которой, вероятно, сейчас нужна помощь. Как мало нужно для счастья этого парня. Однако строгий взгляд учителя быстро вернул его на землю, что Пён испуганно посмотрел на книгу, тут же начал искать подходящее задание и мгновенно начал его выполнять.       — Ты максимально странная, — смотря на соседку таким слегка презирающим взглядом, молвила Ким, вздохнула и вернулась к своей тетради.       — Не думаю так, — Им посмотрела на девушку с лёгким возражением и непониманием, почему её так назвали. — Ты и Ван Ирон более странные, — а затем фыркнула и, наконец, открыла тетрадь, затем пенал, взяла ручку и, наконец, приступила к задачам.       Дженни ничего в ответ не сказала, ведь не видит в этом смысла. Урок продолжается в своём обычном ритме. Сегодня никто не мешает. Субина нет, Тэхён, Чонгук и Джин пришли только под конец урока. Все невольно отвлеклись от своей работы и посмотрели на дверь. Но одна Дженни мигом вернулась к задачам. Она чувствовала какое-то непонятное ей чувство, из-за чего и не хотела смотреть на Тэхёна, хотя тот в этом не нуждался и не ожидал этого. Он и сам не посмотрел на неё. На данный момент она даже не занимала его мысли. Парень выглядит нахмуренным, по сравнению со своими друзьями, но всему причина утренняя ситуация, а не новенькая.       Самым весёлым, как и всегда, является Джин. Он улыбается во все тридцать два зуба. Во-первых, зашёл как крутой, во-вторых, сел на своё место также пафосно. Ну а Чонгук выглядел совершенно нормальным. Он сел на своё место, но при этом случайно посмотрел в сторону и зацепился за ту самую девушку, которая играла с ним в баскетбол. Взгляд случайный, но Чон не намеревался убирать его остальное время урока. Парень убрал свой взгляд с Лалисы Манобан только тогда, когда прозвенел звонок с урока.       Первый урок для всех является таким скучным и изматывающим. Поэтому, после того как учителя покинули кабинеты, отправляясь в кабинет для учителей, ученики либо устало вздыхали, клали голову на парту либо на руку в попытках хоть немного поспать, либо покидали помещение с унылым выражением лица. Примером первого варианта является Ким Джису.       Ким опустила голову на лежащую на парте вытянутую руку, причём в сторону окна. Но сама в него не смотрела, поскольку её единственным желанием было...       — Спать, — девушка выглядит слегка нахмуренной из-за недосыпа. Её глаза закрыты, что, кажется, Ким вот-вот уснёт, но не тут то было.       Её подруга неожиданно стукнула ладонью по парте подруги, повернувшись к ней. Джису на это недовольно приподняла голову и, даже не открыв глаза, хмыкнула также недовольно. Хотя в какой-то момент почувствовалось, что девушка сейчас заплачет.       — Что у тебя там такого, что ты не хочешь, чтобы я уснула? — проныла Джису и резко открыла глаза, но всё ещё выглядела такой недовольной, пока её подруга мило и широко улыбалась.       Сегодня Хо Ю Рым сидит спереди, а Ким Джису сзади, поэтому первой пришлось повернуться, чтобы увидеть подругу.       — Ты не хочешь пойти со мной на концерт? — слегка протянула Ю Рым с ноткой загадочности и при этом пыталась скрыть весь прилив своей радости.       — Что за концерт? — но Джису ничего не понимает и, кажется, не собирается понимать. Она все также недовольно тем, что её отрывают от её сна, пока на это есть время.       — Ну ты же знаешь, — девушка ехидно хихикнула. — Любимая рок-группа Нобэк! — и запищала, стукнув по парте подруги, что та дёрнулась от испуга.       До Джису не сразу дошло, что за группа. Но когда дошло, то улыбнулась, а затем посмеялась и сделала вид, будто бы счастлива. У Ким на данный момент нет ресурса радоваться сильно и по-настоящему. В этом и отличие между двумя подругами. Пока одна обожает рок-группы, вторая в них ничего не смыслит.       — Я еле-еле достала их! — Аиша посмотрела в телефон, а затем прижала его груди и радостно повертелась на стуле.       — Ты взяла два билета? — Джису была слегка удивлена данным фактом, ведь, по словам подруги, знает, что достать даже один билет уже огромный труд.       — Ну конечно, — а Аиша всё никак не может нарадоваться. — Я достала билеты для тебя и меня, — и, видя этот радостный огонёк в глазах подруги, Джису может только улыбнуться, понятливо хмыкнув.       — Спасибо, — и поблагодарить. Хотя в мыслях она, кажется, уже раз сто прокляла свою подругу и существование этой рок-группы. Но потом до Джису кое-что дошло, что она резко встрепенулись, стукнула по столу и пододвинула корпус ближе к подруге. — А как ты их достала? Родители знают?       — Не волнуйся, подруга, — Ю Рым хитро ухмыльнулась, — проблем с билетами и родителями не будет. Они не знают и не узнают об этом, — а после легонько ударила подругу ручкой по носу.       Джису сначала дёрнулась, а после недовольно просмотрела на подругу, понимая, что та что-то утаивает и замышляет. В этот момент даже проскользнула мысль о том самом парне, с которым подруга познакомилась на одной из вечеринок. Хотя больше Джису о нём из уст подруги и не слышала. Но задать вопрос об этом она не решилась: всё-таки у подруги много парней на несколько дней, возможно, он и есть очередной парень или друг на несколько дней.       Несмотря на огромное желание Ким Джису уснуть хотя бы на пару минут, она просто сидит за партой, подперев руку под подбородок, и слушает свою радостную подругу. Аиша не может остановиться говорить о предстоящем концерте, о наряде, который она наденет. Однако она никогда не спрашивала про мнение Джису, про её наряд на это мероприятие. И Джису этому благодарна. Потому что у неё сейчас нет ресурса всё это обсуждать. Да у неё нет ресурса даже на то, чтобы просто слушать подругу. Ким ужасно хочет спать, а оттого часто зевает.       И вот в этот момент, когда её подруга увлечённо рассказывает уже который раз о парне из этой группы, чьей фанаткой и является Ю Рым, Джису невольно смотрит в сторону, уже который раз вздыхая. Она увидела несколько учеников, которые тоже до сих пор сидят за партами, но, в отличие от этих двух, учатся, сидят за учебниками, что-то пишут и решают. Джису, видя всё это, устало вздохнула. Ну а после девушка встретилась со взглядом старосты класса. Именно в этот момент всё казалось таким медленным, а звуки подруги приглушёнными.       Ким Намджун наблюдал за Джису уже некоторое время. Ну конечно, как же не обратить внимание на таких шумных девушек, ведь Аиша не обращает внимание ни на кого и восхищается своим любимым гитаристом достаточно громко. Но даже когда их взгляды пересеклись, ни один не убрал свой взгляд. Это не было соперничеством. Это не было каким-то интересом. Просто два взгляда, которые зацепились друг за друга совершенно случайно.       И первым же его нарушил Ким Намджун. Он улыбнулся, а затем перевёл взгляд на книгу, которую парень слегка придерживает. А Джису осталась смотреть сначала на него, затем слегка опустила взгляд и вздохнула.       — Ты меня слушаешь? — недовольный тон подруги рядом заставил Джису перевести взгляд вперёд.       Однако в этот раз взгляд Ким был более уставшим. И Джису специально расслабилась, что её голова упала на руку. На это действие подруги Аиша сщурилась и несколько раз цокнула, качая головной.        — Я хочу, чтобы этот день уже закончился, — проныла Ким, ну а Ю Рым приблизилась корпусом к ней.       — Ну конечно, — и молвила с улыбкой, — чтобы на концерт пойти, — ну а Джису на это недовольно вздохнула, ведь на большее она уже не в силах.       Однако совсем скоро прозвенел звонок. В коридорах стало ещё шумнее, чем до этого, ведь многие бежали, чтобы успеть зайти в кабинет до прихода учителей. Такими были громко смеющиеся Банчан и Сехун. Хотя даже забежав в класс, они не прекратили громко разговаривать и смеяться, что ещё больше раздражало Джису. А всё потому, что учитель ещё не пришёл. Йери и Сыльги, напротив, идут не спеша, но также увлечены разговором о своём, что ни на кого, в принципе, не обращают внимание. Хотя слегка так поиздеваться над изгоем Йери нашла время (она оттолкнула девушку вперёд, что та с лёгкостью покачнулась и упёрлась животом и грудью в край парты). Однако это слишком простое наказание, поэтому для Сэ Рым не произошло ничего плохого.       Однако и второй урок, и, скорее всего, весь день, настолько скучен для многих учеников. Так, в 3-Д классе никто историю особо и не слушает. Только умная Дахён да ещё пару человек. Хотя два друга, Чанёль и Чонин стараются не спать, однако и слушать у них не получается. Они то и делают, что постоянно зевают.       — Как у тебя там с научной работой? — нашёл способ не заснуть Чонин, хотя не факт, что это поможет.       — Видишь, я сонный, — посмотрел Чанёль на друга, а тот на него в ответ. — Вот так у меня с научной работой, — и почти сразу же переключился на учителя, однако сконцентрироваться не получается ну никак. А Чонин хмыкнул и тоже перевёл взгляд на учителя, уже готовый закрыть глаза.       — А когда сдавать то будешь? — Чонин всё ещё питает надежды, что разговор каким-то образом перейдёт в увлекательную фазу, что поможет ему оживиться.       — Ты издеваешься? — но Чанёль, видимо, не доволен, что даже посмел произнести это чуть громче обычного шёпота и недовольно, но при этом всё ещё сонно, посмотреть на друга.       — А с Дахён что? — Кай невозмутимо посмотрел на друга, на что тот цокнул и закатил глаза. — Проводя время с ней и за написанием научной работы, стал таким же умником, как и твоя возлюбленная.       Чанёль на это вновь цокнул и сумел даже ударить друга, причём с таким недовольным лицом, как будто бы Чонин — его враг или тот, кого он ненавидит больше всего. Чонин на это скривился и даже тихо сматерился. Однако, в отличие от друга, достаточно быстро изменился в лице. Ведь он не намеревался ссориться, обижаться, его попросту интересует кое-что другое.       — Сблизились хоть? — и эта надежда видна во взгляде Кая.       Именно такой же вопрос задала и подруга и соседка Дахён, хотя и Чеён интересуется данным вопросом. Однако в данный момент Чеён уснула. В какой-то степени это возможно, потому что перед ней сидит Хуан Цзытао со своей широкой спиной. Кстати, он тоже уснул, просто спит не на парте, а просто сидя и сложив руки на груди. Потому ей очень повезло, что учитель не может её увидеть и она может спокойно спать, положив голову на руку на парте, и мечтать о еде. Понятно, что ей снится, по крайней мере из-за того, как она сочно облизывает губы.       — На самом деле, да, — застенчиво и тихо ответила на данный вопрос Дахён, чуть прикрыв своё лицо книгой. К тому же, её щёки покрылись румянцем.       Джихё не прикрывалась, а потому её радость и широкую улыбку можно было узреть всем. Да и девушка вообще не интересуется историей. Она не спит только потому, что воодушевлена разговором о подруге и парне сзади. Только это её держит на плаву. И Джихё видит этот румянец и всё понимает: подруге этот парень начинает нравится.       — Только в библиотеке, — именно так ответил Чанёль. Причём с таким недовольством и даже стыдом.       — И всё? — а после этого вопроса с явным непониманием Чанёль упал лицом в книгу и уныло промычал. — Да не волнуйся, — сразу же начал успокаивать друга Чонин, подсев ближе, — после написания научной работы обязательно будете общаться больше.       — Ты хоть знаешь, когда надо было сдавать эту работу? — Пак приподнял голову и так устало просмотрел на друга.       — Когда? — ну а Чонин смотрит на Чанёля с явным интересом.       — Сегодня, — Чанёль вздохнул и вновь положил голову на руку, только теперь парень смотрит в сторону друга. — Я всю ночь писал эту работу, искал что-то. Но всё херня, — а Кай тем временем понятливо протянул и, наконец, посмотрел на учителя, который смотрит только на первые парты и обращается как будто бы только к ним.       — Как бы ты его описала? — тихо спросила свою подругу Джихё, смотря на Дахён с радостной искрой.       — Ну он милый, неуклюжий, добрый, — удивительно, что Дахён отвлекается от урока. Ведь такого раньше она себе не позволяла. И этот факт радует Джихё. — А ещё очень умный. Прикинь, — она даже позволила себе посмотреть на подругу, уже точно не слушая учителя, — он читает такие сложные и научные книги. Я даже такие не читала, — и с каждым словом подруги Джихё слышит это восхищение.       Однако тут уже из-за разговоров рядом проснулся Цзытао. Он зевнул так сонно и посмотрел влево, откуда и доносится звук. Сначала парень посмотрел на двух девушек, которые, кажется, с каждым разом становятся всё громче и громче. Слава богу, что Дахён опомнилась, вовремя посмотрев на учителя и остановившись говорить. Но на этом их разговор не закончился. Ким Дахён через минуту-две вновь посмотрела на подругу и вновь заговорила, только уже тише, чтобы на них не отвлекался учитель.       — Так вот, я думаю, что он очень умный. Просто лентяй, — именно к такому выводу пришла Ким и принялась несколько раз кивать с таким важным видом. А Джихё просто понятливо протянула и тоже начала кивать, но не так, как это делает её подруга.       Однако Цзытао привлёк ещё один разговор, который ведётся чуть дальше, нежели сидят две девушки. Хуан посмотрел на двух парней без особого интереса, но и не так сонно. Он видит, как те не спят, но и не слушают учителя, однако не может услышать подробности их разговора. А потому Цзытао вздыхает и переводит внимание на учителя. Тот рассказывает школьный предмет без особого энтузиазма, видимо, понимая, что его особо никто и не слушает. И всё же учитель задаёт какие-то вопросы, обращается к студентам, вызывает их. Однако Хуан видит, что отвечают по большей части первые парты и то самые умники класса, а потому он без особого интереса вздыхает и уже переводит взгляд на телефон.       Хуан Цзытао сначала открыл чат друзей, предполагая, что там будут какие-то новости об их друге. Однако чат с последнего сообщения Лукаса так и пустует. Потому Цзытао вновь вздохнул. Однако только он хотел выйти из приложения и начать листать ленту инстаграмма, как тут же приходит сообщение. Сообщение пришло в тот самый чат, в который парень только недавно зашёл, причём от самого же Чондэ. По этой причине Хуан в обязательном порядке вновь зашёл в чат, но вместо нормального сообщения он видит ссылку. Определённо, парень нажимает на эту ссылку. Она перешла на новость. И только Хуан Цзытао прочитал название и увидел несколько фотографий, как тут же на телефоны всех учеников в данном классе приходят уведомления. Класс наполнился этим звуком, отвлекая всех от урока и сна.       Весь класс получил ссылку. Весь класс узрел новость. Новость о смерти ученицы их школы. Определённо все удивлены этой новостью. Многие приоткрыли рты, кто-то даже от шока прикрыл рот рукой. Ну а учитель непонимающе озирался на каждого ученика, а потом и сам заглянул в телефон. Он прочитал новость, однако удивления на его лице не было. Напротив, мужчина нахмурился и с каждым прочтённым словом хмурился всё больше. А для Ким Дахён данная новость стала отрезвляющей.       Нет, нужно думать об учёбе, а не любви.       Лёгкая, смущённая улыбка спала с её лица не только из-за известия смерти, но и из-за понимания.       Даже если он милый, он всё равно может оказаться ужасным человеком. Это же школа Донсан. Здесь нет поистине хороших людей. Эта школа всех хороших просто-напросто уничтожает.       А потому Дахён выключила телефон, отложила его в сторону, а потом и вовсе спрятала в портфель, и уставилась в книгу по истории. Не важно, что сейчас все отвлечены, она вспомнила, кто она есть, что такое школа и какова цель её нахождения здесь. Пак Джихё заметила эти изменения в подруге, когда только отвлеклась от телефона. Она собиралась начать обсуждать эту новость с подругой, но поняла, что не выйдет. Однако, в отличие от Дахён, Джихё продолжила сидеть в телефоне, а именно в чате школы, ведь там идёт бурное обсуждение.       Эту ссылку получил не только класс Д. Её получили все в школе, вся школа. И она повергла в шок всех. Но есть люди, которые начали бояться после этого сообщения. Одной из таких является Им Наён. После прочтения названия новости былое весёлое настроение у девушки испарилось. Вместо этого накатился страх, волнение, а сердце начало стучать быстрее. И с каждым прочтённым словом оно стучало всё быстрее и быстрее, что после девушка чуть подняла свой взгляд и начала мучить себя мыслями.       Это же не я убила. Я не виновата. Да, я дала ложный след. Но так я спасла себя. Да, я спасла себя, а это важнее. Никто не издевался надо мной. Я в порядке. А это важнее.       И после она выпрямилась, глубоко вздохнула пару раз, тем самым успокаивая себя и обратила внимание на книгу. В этом классе учитель сейчас старается пересечь все обсуждения по поводу новости.       — Так, класс, возвращаемся к уроку! — говорил он достаточно громко и стучал по столу, чтобы ученики и вправду обратили внимание на доску, на задачи по физике, а не на телефоны, новости и разговоры.       И если кто-то из этого класса и вправду отложил телефон, как бы возвращаясь к уроку, но на самом деле всё ещё обсуждая новость очень бурно, то Пён Бэкхен не мог пошевельнуться. Ведь у него умерла подруга. Он не может избавиться от этих мыслей. Он не может вернуться в реальность, к уроку физики. Ему на всё всё равно, хотя отчасти. Ведь парень хотел тут же убежать, но вовремя опомнился, что он изгой, что у него нет такой привилегии, а потому он нервно поднял глаза, сильно сжимая в правой руке телефон. Бэкхен так же, как и весь класс, вся школа, как бы на уроке, физически на уроке, но мыслями где-то не здесь. Звуки приглушены, сердце бьётся настолько быстро, что парень даже не понимает, соответствует биение его дыханию или нет. Он поражён смертью своей подруги и боится за свою жизнь.       Тем временем в классе 3-В многие также залезли в телефон, а после этого начали шептаться. Ван Ирон попыталась игнорировать это, но всё-таки не может не отвлекаться и смотреть на то, как все смотрят в телефон, даже изгои, а после перешёптываются с соседями и другими ребятами, полностью позабыв, что в классе есть учитель, то есть его никто не слышал и не слушал. А потом Ирон вздохнула и всё-таки достала телефон. Она почувствовала вибрацию, как будто бы пришло какое-то сообщение. Это и вправду сообщение. Сообщение в чате школы. Но, когда девушка открыла входящее, то сразу же увидела новость о смерти. Смерти ученицы их же школы. Новость о смерти Хираи Момо, известной как одного из изгоев школы «Донсан». От увиденного и прочитанного Ирон изменилась в лице (оно стало более шокированным и взволнованным, что видеть от Ван было крайне удивительно) и уже не каталась на стуле, а мгновенно остановилась и выпрямилась. Лу Хань как сосед девушки увидел все эти изменения и случайно посмотрел в её телефон. На секунду он ничего не понял, однако, поняв суть написанного, тоже прекратил валять дурака, остановился крутиться на стуле и даже телом пододвинулся к девушке. И он, и она потрясены данной ситуацией, а потому, даже не сговариваясь и не планируя, посмотрели друг на друга также удивлённо. И их даже не удивил тот факт, что они друг на друга посмотрели (а ведь оба после того случая особо даже и не обменялись ни словом. Просто вели себя как соседи, не мешая друг другу).       Одним словом все были шокированны, но у каждого почти сразу сформировалась своя реакция. Только изгои были в этом одинаковыми. У них нет возможности сбежать с урока, встретиться, а после прибежать к дому подруги и выяснить, правда ли это.       Уж лучше бы она ушла из школы.       Об этом подумали все изгои, которые были с ней близки. И даже две подруги: Джису и Аиша — которым всегда было жаль этих изгоев. Ынджи готова зареветь, но, понимая своё положение, держится. Сэ Рым и Хенджин выглядят нахмуренными, их лица одновременно выражают печаль. Но самое ужасное — это то, что никто не может прекратить говорить на эту тему.       На каждой перемене ученики делятся своим впечатление, своим мнением. Хотя у всех оно едино: изгой не выдержала напора, издевательств и постыдилась изнасилования и своих голых фотографий на стене школы. Кстати, об этом, те парни, кто убирал её интимные фотографии, молчат. Ну Юнги понятно, он всегда редко о чём-нибудь говорит, он больше слушает. Но в этом случае молчит даже Тэхен. Причём он выглядит таким нахмуренным, по сравнению со спокойным Юнги. И Дженни это заметила.       Из-за этого Ким Дженни не может прекратить смотреть в сторону стола королей во время обеда в столовой. Она смотрит и на Ким Тэхена, и на Мин Юнги так задумчиво, что медленно есть свою порцию. Ирон заметила это и даже посмотрела в ту сторону, куда смотрит Ким, но почти сразу же отвернулась, ведь для себя она там ничего интересного не увидела. Всё же Дженни отвела взгляд от парней, сопровождая это затяжным и усталым вздохом, а после начала копаться вилкой в пюре.       — О чём задумалась? — решила задать вопрос Ван, но не отвлекаясь от своего обеда.       — Да я просто всё никак не могу отойти от новостей сегодняшнего дня. Вроде бы пятница, но всё пошло как будто бы не в ту сторону.       — Ты не можешь этого изменить, — Ван посмотрела на подругу.       Но только когда Ким хотела что-то ответить, у девушек одновременно появилось желание посмотреть в сторону. Так девушки сидели друг напротив друга, а потому Ким посмотрела налево, а Ван направо. Девушки увидела единственного человека из группы мерзких парней, Хуан Цзытао. Внешне он выглядит совершенно спокойным, хотя и внутри навряд ли о чем-то волнуется. А его походка ленивая. Но не только эти две девушки обратили на него внимание. На Хуан Цзытао посмотрели и Ким Джису и Хо Ю Рым. Они то и начали обсуждать его и его друзей, когда тот сел за какой-то стол.       — Удивительно, что он сегодня один, — первой произнесла Ю Рым и посмотрела на подругу, которая в этот момент взяла в руки молочный коктейль в коробочке и немного выпила.       — Хотя ещё утром Лукас был в школе, — по тону голоса Джису можно понять, что ей как-то всё равно на этих парней и их отсутствие. Хотя их отсутствие обычно трактуется как что-то хорошее.       — Он определённо разбирается с Чондэ. Я, кстати, до сих пор поражена тем, как легко он послушался Ван Ирон, — когда Аиша заговорила о новенькой, она почему-то понизила тон голоса и специально приблизилась к подруге. — Хотя это Чондэ прислал ссылку на новость, что как-то странно, — и она же мгновенно выпрямилась и изменилась в лице (вздернула бровь и смотрела в какую-то точку вопросительно).       — Это значит, что Лукас до него не добрался, — а Джису тем временем закатила глаза.       В какой-то момент Джису совершенно обыденно, ни на что не надеясь, посмотрела в сторону. Сначала девушка посмотрела на пол, а после слегка приподняла свой взгляд. В этот момент она пересеклась со взглядом старосты своего класса. Тот, казалось бы, смотрит на неё уже некоторое время. И это правда. Намджун также совершенно случайно взглянул в сторону и зацепепился на несколько скучающей девушке. Но парень и девушка вновь не стремились убирать взгляд друг от друга. Они продолжают смотреть и при этом пить молочный коктейль из трубочки. А рядом их друзья просто болтают и не обращают внимание на них. Хотя один всё же обратил внимание.       Ким Сокджин хотел обратиться к своему другу по какому-то вопросу. Он даже не успел слегка ударить его по плечу, как увидел, как друг смотрит куда-то так пристально, что посмотрел туда же. Джин увидел свою сестру, но не успел даже закатить глаза, поскольку увидел, что и она так пристально смотрит на его друга. Потому он и не может не смотреть то на друга, то на сводную сестру с удивлением. В какой-то момент ему это даже не понравилось. Джин уже и забыл, какой вопрос хотел задать Намджуну. Парень расслабленно сидел на стуле, вытянул ноги, но внимательно и даже с презрением смотрел на свою сводную сестру. И та не могла не заметить этого. Поэтому уже успевшая появиться лёгкая улыбка мгновенно исчезла, как только Джису посмотрела чуть в сторону от Намджуна, а после и вовсе быстро перевела взгляд на подругу.       Намджун откашлялся и посмотрел на друзей, пока Джин закатил глаза и также посмотрел на друзей. Правда, теперь он не старался задавать другу каких-либо вопрос и навряд ли подойдёт к сестре. Однако Ким почему-то раздражён данной ситуацией.       — И что нам теперь делать?       Сейчас только изгои настолько сильно восприняли информацию из новости о смерти Хираи Момо. Сейчас только изгои всё ещё не отошли от этой новости, определённо не шутят на эту тему и вообще стараются не поднимать её. Да, все вокруг них смеются, могут вспомнить про смерть одного из изгоев, но они улыбаются, шутят. И только изгои сидят за столом в столовой и так и не притронулись к еде. Ни кусок не лезет в горло. А потому они просто сидят и смотрят на свои подносы с едой.       — Нужно поесть, — и только Хенджин спустя некоторое время посмотрел на своих друзей, взял ложку и решил чего-нибудь поесть. — Иначе энергии не хватит.       Ынджи на это закатила глаза, а после тоже взяла в руки вилку и принялась есть. Разговаривать с другим она до сих пор не намеревается. Да так, что сидит не рядом и даже не напротив. Напротив Хенджина сидит Сэ Рым, которая тоже молчит, хотя и иногда смотрит на двух парней напротив. Всё-таки после слов старшего друга трое начали кушать, но никто не нарушал тишину между ними и даже не пытался.       Самым последним за еду взялся Бэкхен. Он больше всех общался с Момо, потому что часто так получалось, что они находились в одном классе. А поскольку оба изгои, то всегда сидели рядом, всегда помогали друг другу. Потому, даже когда ест, парень не может избавиться от мыслей о девушке, о её семье.       Четверо уже приняли тот факт, что Момо и вправду мертва. Но девушкам страшно, что если такой сильный и яркий человек уже мёртв после такого, то что будет с ними. Они боятся, что теперь к ним по стороны Чондэ будет подобное отношение.       — Он виноват в её смерти, поэтому к нему будет повышенное внимание, — и Хенджин понимает их опосения. Правда, по мнению Ынджи, он понимает не всё.       — Он из богатой семьи. Ему всё прощают, — она произнесла это сухо и с недовольной ноткой.       Хотя никто не высказал это вслух, четверо и вправду верили, что хотя бы месяц их оставят в покое от этих сильных издевательств. Ведь к мелким они привыкли, это можно вытерпеть. И дальше они продолжили обедать в тишине. А после этого они вернулись в свой класс, хотя до окончания перерыва оставалось ещё полчаса. Они просто не видят смысл в их собрании и разговорах.       Уж лучше сосредоточиться на учёбе.       Именно так они и подумали. Тем временем учебный день идёт своим чередом. Сегодня пятница. А потому к концу учебного дня ученики оживились. Они уже не были такими сонными, какими были ещё несколько часов назад. Многие, конечно, всё равно не вошли в учебный процесс, обсуждая свои планы на выходные, наряды на вечеринки или свидания, да и всякое, помимо учёбы. Хотя половина из этих учеников будет занята на выходных занятиями с репетитором. Несмотря на свой статус и положение, ученики не могут пропустить занятия, так как этот процесс усердно контролируют родители. Ну а вторая часть учеником усерднее слушала учителя, выполняла задания разной сложности.       — О, Чанёль, — достаточно радостно, но без особого энтузиазма произнесла Дахён и закрыла свой шкафчик.       Парень подошёл к девушке на перемене между окончанием занятий и началом факультативов. Он не планировал встречаться с ней, поскольку...       — Из-за недосыпа я выгляжу просто отвратительно, — проныл Чанёль, когда он и еда друзья полным составом встретились в коридоре и направлялись на первый этаж в буфет.       — Ты написал научную работу, — а его друг Банчан не может восхититься другом, тем самым успокаивая его. — Это твоё величайшее творение, — он же положил руку на плечо друга и, еле сдерживаясь от смеха, просмотрел ему прямо в глаза так подбадривающе. — А красота...приходит в своё время, — но он не сдержался и засмеялся на весь коридор.       Именно это, а также случайный взгляд в сторону Дахён, и стало двигателем того, что она его поприветствовала. Хотя до этого он даже закатил глаза и уж точно не планировал выискивать девушку. Удивительно, но так оно и есть. И хотя Чанёль просто остановился, даже не зная, стоит ли подходить, Банчан его прямо подтолкнул. Так что этой встречи никак не избежать. Ни ей, ни ему.       — Как твоя научная работа? — Дахён старается не показывать, что держит дистанцию, а потому широко улыбается и смотрит прямо в глаза парню. Ну а Чанёль мешкается, держит руку на затылке, не может смотреть ей в глаза в ответ и даже подобрать слова.       — Да вот...сегодня...сдал. Старался...написать...хорошо. Эм...ну вроде...приняли.       Парень смотрел куда угодно, лишь бы не на девушку. Эта ситуацию смешила подруг Дахён, что они стояли позади, хихикая, хотя сдерживались, чтобы не рассмеяться.       — Он такой милый, когда стесняется, — заметила Чеён и хихикнула.       Однако в этот момент девушку потянули за локоть назад. Это был Чонин, который взглядом говорит двум девушкам следующее:       — Лучше уйти, чтобы не мешать двум возлюбленным ворковать.       Девушки это поняли, улыбнулись и, в последний раз взглянув на подругу и парня, пошли за друзьями Чанёля. Там они уже и влились в этот коллектив.       — Кстати, будем знакомы, Лу Хань, — начал с веселой ноткой Лу Хань и по-дружески помахал. Причем он единственный, кто идёт впереди всех и лицом к друзьям, то есть для себя идёт назад.       — Банчан, — и дальше все представились.       Однако в этот момент эта хотьба назад сыграла с Лу злую шутку. Он с кем-то столкнулся спиной. От испуга, в большей степени за того, с кем столкнулся, а так от неожиданности, Хань мгновенно посмотрел назад. И оказалось, что он столкнулся со своей соседкой, с Ван Ирон. Так, что он не успел даже извиниться, как она тихо обматерила его на китайском, недовольно закатила глаза и пошла вместе с Дженни своей дорогой. Ну а Лу мог разве что остаться на месте и с каким-то грустным выражением лица проводить девушку, а после посмотреть вниз. К этому моменту его друзья догнали его и даже приобняли за плечи. После этого все пошли дальше, ну а Чеён и Джихё могли разве что переглянуться и пожать плечами.       Однако не долго Пак Чеён оставалась с этими парнями и подругой. Совсем скоро она увидела ещё одну новенькую у двери. Лалиса, известная в школе как новенькая-одиночка, стоит напротив своей старосты. Две девушки о чём-то разговаривают, а после староста даёт новенькой какой-то буклет.       — Не приняли? — Лиса сразу поняла, что если ей дают буклет, то это значит, что ей нужно выбрать новую деятельность в школе.       — Нет, приняли, — совершенно спокойно произнесла староста, что девушка напротив мгновенно посмотрела на неё с таким удивлением.       Однако староста класса 3-С выглядит не совсем доброй. Есть у неё, в принципе, как и у большей части этой школы, какие-то высокомерные замашки. Вот сейчас она даже скрестила руки на груди и так важно, хотя недовольство в этом взгляде также прослеживается, посмотрела на новенькую.       — Тебя приняли на спортивную секцию. Считай тебе повезло, ведь сам Чон Чонгук замолвил за тебя словечко, — а затем даже закатила глаза.       Манобан видит это презрение, возвышение себя, однако не намеревается что-либо отвечать, ведь знает, чем это может закончиться.       Родители много отдают, чтобы я здесь училась. Так что не стоит нарываться на проблемы.       А потому улыбнулась старосте в ответ. Это хорошо, что та ничего не добавила и просто развернулась и ушла.       — Ого, — зато вместо неё подошла Чеён, чьё неожиданное присутствие так рядом испугало Манобан. Из-за этого она дёрнулась и резко посмотрела в сторону.       Эта девушка не плохая. Но как же страшно, что она так неожиданно возникла рядом.       Именно об этом подумала Лалиса, смотря на широко улыбающуюся Пак своим непонимающим выражением лица.       — Но это странно, что король школы сделал это, — а после Чеён выпрямилась и слегка призадумалась, посмотрев в сторону.       Только сейчас Лалиса смогла успокоиться и подойти к девушке. Но прежде чем что-либо сказать, ей пришлось отдышаться и сделать глубокий вдох и выдох.       — Это потому, что ты не всё знаешь, — а после уверенно хмыкнула и скрестила руки на груди. — На самом деле я знала, что сама пройти не смогу, а потому слегка так использовала этого парня.       Честно сказать, Розэ была очень удивлена произнесённому. И по её выражению лица это очень даже хорошо видно. Однако Лиса просто ухмыльнулась, пожала плечами и пошла вперёд, тоже в буфет, иначе без еды она просто не высидит время факультативов.       — А ты не можешь рассказать поподробнее? — ну а Розэ не намеревалась отставать от девушки. — Я на самом деле хочу с тобой подружиться. Новеньким же с новенькими хорошо держаться.       Лалиса остановилась и посмотрела на милую и ярко улыбающуюся Чеён. И всё же, несмотря на все хорошие качества второй, первая много обдумывала свои дальнейшие действия в отношении её.       — А ты считаешь, что девушки могут посещать спортивную секцию? — имея за своими плечами огромный опыт, Лалиса решила задать именно этот вопрос.       — Конечно! — а Чеён искренна в своём ответе. — Сейчас же не девятнадцатый век. Девушки на многое способны, то почему спортом им заниматься нельзя? Взять даже всех медалисток спорта, — возможно, она бы и дальше возмущённо говорила на эту тему, но Лиса вовремя это прекратила.       — Ладно, ладно, — также по-доброму, со смехом, — пошли, расскажу.       И две девушки пошли в сторону буфета. Лиса и вправду рассказала всю свою стратегию и всю историю. Ну а Розэ внимательно и увлечённо её слушала, иногда задавая вопросы.       Однако времени до факультативов было не так много. Удивительно, но сегодняшние последние занятия прошли достаточно хорошо. А после всех факультативов были даже люди, которые остались в школе, чтобы до конца выполнить домашние задания и выполнить некоторые дополнительные задания. Но таких единицы. По большей части это ни изгои, ни тем более представители элиты. По большей части это люди, чьи родители имеют достаточный заработок, но, в отличие от детей элиты, недостаточно. Так, дети понимают ответственность, понимают, что следует учиться.       Представителем среднего класса является Ким Чонин. Его отец работает в крупной компании Yourstage Hold, где отец Пак Чанёля является гендиректором. Причём отец Кая доверенное лицо гендиректора, имеет хорошую репутацию среди всех юристов, а потому и хороший заработок. Мать Ким Чонина заведует одной из популярных пекарен Сеула. Причём в семье он не один из детей. И может быть их семья не столь богата, но Чонину всего хватает, а особенно добрых и любящих родителей и вредных, но тем не менее таких же любящих старших сестёр.       Потому после того как все факультативы закончились, а это уже около семи вечера, Кай вместе с друзьями спокойно отправился домой. Никто из ребят не пользуется личным автомобилем или такси. Напротив, они весело доходят до автобусной остановки, садятся на автобус и также весело доезжают до своих домов. И какая разница, что все выходят на разных остановках. Главное, что они ещё проводят время вместе и с чувством удовлетворения прощаются друг с другом.       Ким Чонин живёт в районе Чоннан, и ему приходиться пересаживаться на другой автобус, пока остальные либо уже вышли, либо едут дальше. К тому же он пересаживается не один, а вместе с Сынмином, так что дорога продолжает быть веселой. А уже потом он доезжает до нужной остановки один. Тем не менее и по пути домой он может встретить своих друзей и с кем-то пообщаться. По пути он может зайти в магазин и купить себе что-нибудь, ведь деньги ему дают ежедневно. Чаще всего он покупает себе поесть чего-то лёгкого, как, например, рамён быстрого приготовления, и какой-нибудь напиток. И ему этого хватает. Причём рамён он может приготовить и съесть в магазине.       Родители могут приехать поздно, вторая сестра студентка, а потому может в это время усердно учиться в городской библиотеке или где-то тусить с друзьями. А другая, самая старшая, сестра уже давно живёт в отдельной квартире и изредка приезжает домой, если есть выходные и время.       — Как сегодняшний день? — чаще всего мать приходит первой. По дороге домой она может зайти в магазин и купить что-то интересное. Поэтому Ким Чонин почти сразу же подходит ко входной двери. Он же берёт пакет с маминых рук, и оба идут на кухню.       — Ну... — потянул парень, не зная, стоит ли рассказывать не совсем хорошую новость, — произошло много чего интересного как бы. Но есть и плохая новость.       — Плохая новость? — женщина удивилась. Однако она уже подумала, что эта плохая новость связана с её сыном, а потому испуганно смотрела на него. — Это что ещё за плохая новость? Не с тобой хоть связана?       — Нет, — Чонин вздохнул и принялся раскладывать купленные продукты по местам. — Может ты слышала это. Ученица нашей школы умерла сегодня.       Женщина понятливо протянула. Определённо она видела эту новость и определённо испугалась.       — Так жаль бедную девчонку. Такая молодая, — ей было печально смотреть на состояние девушки. И хотя ещё тогда у неё проскользнул вопрос, не связан ли с этим её сын, однако это всего лишь мимолётная мысль. Сейчас она об этом не заикнулась и не собиралась, ведь доверяет своему сыну, знает, какой он и что он такого не сделает.       — Кстати, на этих выходных у нас нет планов? — неожиданно спросил Чонин, когда разложил все продукты и посмотрел на мать. Та посмотрела на него в ответ и покачала головой.       — На этих выходных у меня много работы. Отец твой сказал, что у него появились неожиданные клиенты, поэтому о планах и речи быть не может, — совершенно спокойно произнесла женщина, а потом кое-что вспомнила и тут же подошла к холодильнику.       Чонин отошёл в сторону, понимая, что сейчас его мать будет что-то готовить. Так и есть. Женщина просто слегка заболталась, что совсем позабыла о том, чтобы сказать сыну не прятать какие-то продукты.       — Я просто, если что, поеду к другу на ночёвку. Так что не пугайтесь с отцом, когда не увидите меня, — парень сел на стул рядом со столешницей и слегка посмеялся. Женщина посмотрела на него в ответ и улыбнулась.       — А как же репетитор по математике? Ты про него хоть не забываешь?       — Да не забываю я, — парень шикнул, слегка нахмурился, но всего лишь на долю секунды. Так, на мать он смотрит с улыбкой. — Я выполню все задания наперёд и вышлю репетитору. Я обо всём уже договорился. И он сказал, что у меня есть успехи. Так что всё в порядке.       — Ну ты не наглей, мальчик мой, — женщина вновь посмотрела на сына и улыбнулась.       Мать парня решила приготовить любимый суп сына. В этот момент кто-то начал вводить код, а после произошёл щелчок и дверь была открыта. Женщина и парень мгновенно посмотрели в сторону входной двери, но только сын сумел увидеть мужчину, пока его мать была занята готовкой.       — Как же ты вовремя, — радостно произнёс Чонин.       Сегодня семья Ким ужинает втроём, но даже это не помешало им шутить и смеяться. Именно такая приятная семейная атмосфера зачастую присутствует в семье Ким Чонина. Даже если кто-то устал, то никто не ссориться. И с таким прекрасным чувством насыщения после любимого супа, приготовленного мамиными руками, а также прекрасного времяпрепровождения с отцом и матерью Чонин вернулся в свою комнату и сел за стол выполнять различные задания. То, что задавали на дом, он уже сделал. Осталось только сделать задания от репетиторов. Сначала математика, затем физика. Не стоит думать, что он всё сделал быстро. Вовсе нет. Парень лёг только в пять утра, понимая, что уже ничего не смыслит и ему нужен отдых. Однако он и вправду старается, ведь увлечен данными науками. Несколько часов ранее       Хираи Момо медленно идёт по дороге. Её внешний вид оставляет желать лучшего, вещей при себе практически нет, телефона так точно. Девушка на самом деле задумалась о нём, однако поняла, что нет смысла его искать. Она просто идёт вперёд и всё раздумывает.       Всё испорчено, телефон где-то потерян, возможно даже, сломан. У меня нет средств купить новый. У меня нет средств даже обеспечить мать и брата.       Иногда она себе даже позволяет плакать. Всё равно же никто не видит, не наблюдает. Ни брат, ни мать сейчас не здесь, а потому она может спокойно падать от бессилия, рыдать и всё проклинать.       Надо было всё-таки уходить из школы. Среднее образование я же получила. Зачем тогда пошла дальше? Да и ссунулась в эту школу. Ты же знала, что это за место, кто там учится, что это за люди. Ты же знала, что над тобой будет издеваться. Почему же ты пошла туда? Думала, что раз учишься в таком элитном месте, то всё улучшиться? Напротив, всё стало только хуже.       Временами девушка останавливалась, потому что чувствовала себя плохо. Её несколько раз рвало, но воды с собой не было и денег, чтобы купить себе хотя бы бутылку воды, тоже. Поэтому Момо пришлось просто идти вперёд и чувствовать внутри это неприятное ощущение после рвоты. Но даже так девушка не могла почувствовать себя лучше. Ни морально, ни физически. Хираи чувствует себя настолько грязной, настолько отвратительной. Однако время от времени всплывают эти отрывки прошлой ночки. От них тоже ужасно рвёт. Потому что противно. И чем больше она что-то вспоминает, тем больше ей становится отвратительно, тем больше она себя ненавидит и тем больше она плачет.       Я в этой школе ничто. Я в этой жизни ничто! Никто мне не поверит, никто за меня не заступиться. А после всего этого, я думаю, Ким Чондэ не остановился. Я уверена, что это обсуждает вся школа, как было с Наной. Если я приду, то издёвки не закончатся, они лишь увеличатся.       От этого понимания Момо не может остановиться плакать. Она просто сидит на траве, опираясь спиной к дереву, плачет и думает, как же ей быть.       И домой я не знаю как вернутся. Мама же увидит это состояние, обязательно спросит и заволнуется. Может быть и вправду бросить школу?       А после усмехнулась и посмотрела наверх, увидев чистое небо. Ни одного облака нет, просто небо.       Хотя я и не должна была идти дальше. Стоило остановится на том, что у меня было. Стоило всё бросить и устраиваться не на подработки, а на полноценную работу. Издевательства? Хах, я к ним привыкла. Я должна была подумать об этом ранее, ведь на моих плечах больная мама и младший брат. Зачем я сделала так? На что я надеялась.       Если вы думаете, что Хираи Момо не думала о смерти, то это совершенно не так. Она просто понимает всю ответственность, понимает, что только она может позаботиться о матери и брате. Иначе, после её смерти, они останутся без поддержки, без еды, без лекарств.       А без лекарств умрёт и мама. Тогда брата отдадут в детский дом. Это не самый лучший исход. Лучше просто уйти из школы.       Именно об этом подумала девушка, что, наконец, поднялась с места и почти уверенно пошла дальше, домой. Но не суждено ей было добраться до дома, к сожалению. С каждым шагом Хираи Момо чувствовала себя всё хуже. С каждым шагом эта уверенность исчезала. С каждым шагом Момо была всё медленнее и медленнее. Мир крутиться, она не особо осознаёт, куда идёт. Это состояние почти напоминает состояние раннее. Правда, тогда девушка чувствовала спокойствие, радость, тогда как сейчас тревогу и понимание, что ей ужасно плохо.       Мир перед ногами крутиться, состояние становится вялым, как и походка. А дальше ноги уже не держат и Момо падает на землю. Небо всё такое же чистое, но так же, как и всё остальное, кружится в глазах Хираи. Девушка дышит, но совсем не слышит, как её сердце бьётся. Хотя она прекрасно ощущает, как что-то внутри меняться, будто бы сжигает всё. Это отвратительное чувство.       Внешне, если бы она только видела, тоже есть изменения. Ей холодно. Очень. Кожа девушки бледнеет, но она не может этого увидеть. Она может только ощущать этот холод, эту влагу. Тем не менее привычных мурашек нет. Всё обходится без этого. И в этот момент начинается судорога. Тело девушки трясёт. Сначала не так сильно, а затем так сильно, что девушка мычит. И в этот момент из её рта идёт пена.       Хираи накатила паника, сильная тревога. Она не понимает, что делать, что вообще происходит. Хотя времени на эти мысли особо и нет. Всё происходит за считанные минуты, даже считанные секунды. Только недавно тело дёргалось от судорог, сейчас же оно остановилось и в одну секунду расслабилось, что всё, что было не на земле, упало. Голова девушки больше не повёрнуто прямо, не смотрит на небо. Сейчас голова повернулась в правую сторону, а глаза остались открыты. Пена у рта так и осталась, и тело стало синеть.       Она мертва. Хираи Момо мертва. Её тело нашли в лесу, недалеко от трассы. Она могла дойти до города, но не успела. Оставалось пять километров, но она не успела...       — На трупе много повреждений. Кажется, до смерти, над девушкой надругались, — оповестил один полицейский, говоря в рацию.       — И накачали наркотиками, — добавил второй, вздохнул и продолжил писать что-то на листе в отдельной папке.       — Кажется, она ученица школы «Донсан», — первый спрятал рацию и вновь посмотрел на труп. По школьной форме он предположил принадлежность девушки.       — Значит, дело, считай, закрыто, — добавил второй, даже не отвлекаясь от писанины на напарника.       Горькая, но правда. Это не первый случай смерти ученицы этой школы. Всей стране известно, чьи дети там обучаются. Всей стране известно, что это за школа. А потому никто не смеет сунуться туда и идти против неё. Причём им ещё дополнительно заплатят. Такой уж мир. Такова уж Республика Корея, где превыше всего деньги и репутация. Потому семья Хираи Момо останется ни с чем. Потому им даже не дали шанса увидеть её. Хотя даже если бы и увидели, то ничего бы не смогли сделать. И всё же новости не афишируют правду, скрывают всю истину.       А Ким Чондэ не ожидал этого, но наблюдал с обыденной улыбкой и спокойно пил чай, как будто такое случается всегда. Наверное, его родители обо всём догадались. Наверное, они и способствовали тому, чтобы все рты были закрыты.       — Таков уж мир, милая Момо, — сладко произнес Чондэ и продолжил пить чай в гостиной большого родительского дома, задёрнув ногу на ногу.       Таков уж мир.