На последних ступенях

— Алуна, уходи! Я здесь… Я защищу, — мужской хриплый голос прорвался через крики напуганной толпы, лязг клинков и бесчеловечную боль в горле, и она встретилась наконец глазами с точно такими же, заметив на лице отметку выжженную чёрным в виде полумесяца, что разрезал острый взгляд. Та кивнула ему и развернулась, уйдя в портал и быстро двигаясь к сердцу храма, позабыв и о стражах, и об испытаниях, что должны ждать её внутри.       Афелий же оглянулся в толпу. Немногие защитники бросились на нападавших, наскакивая на щиты и не давая тем пройти дальше. Пробить брешь в защите слепцов было почти невозможно, и некоторые за свою удачу и неудачу платили жизнями. Невольные зрители кошмара, собрав волю в кулак быстро скрылись внутрь пещеры, прячась за сводами и колоннами от вспышек пламени из копий. Черноволосый воин вытащил свои клинки и встал на нижних ступенях в опустевшем центре пещеры. — Сдайтесь, и солнце пощадит ваши тёмные души! — крикнул капитан, взмахивая мечом за стеной из щитов. — Мы остановим эту скверну, даже если придётся уничтожить всех неверных.       Армия теснила разрозненных лунари, откидывая и стреляя в лежащих из копий, пока те не оставляли свои попытки их затормозить, выпуская осколки лунного камня и металла из рук вместе с последним вздохом. Но стоило отряду пробиться к стоящему на ступенях, тот резко спрыгнул с лестницы, приземлившись поверх щита и резанув одоспешанного в слабозащищённое горло. Тот осел на землю, сломав строй и мешая подойти к узкой лестнице остальным, а Афелий в момент отскочил от щита обратно, толкнув жертву вниз. Воодушевившись, выжившие вонзили клинки в бреши сломанного строя, и несколько солари упали следом, ответив на это градом смертоносных выстрелов из копий и закончив жизнь многим осмелившимся. Большая часть вспышек полетела в одинокого наглеца, что закрыл проход, и юноше пришлось парировать их и уворачиваться, используя мечи как призмы, отражая летящую смерть обратно. Задний ряд копейщиков выставил копья вперёд, и один вновь решил начать подниматься, но боец, жизнь потративший на тренировки, присел почти до земли, пропустив удар копьём над собой и взмахнув клинком в древко, не без труда сломав копьё вспышкой, что прошла по кромке меча. От удивления воин замешкался, и второй клинок угодил тому под шлем, после лунари так же столкнул его, умерщвляя тех, кто посягнул на судьбу его сестры. Он чувствовал сквозь перчатки, как раскалился камень, поглощая дикую мощь солнца и отражая удары, но нужно было ещё немного времени, дабы врата закрылись и само небо защитило Алуну от алчных до крови праведников.       Следующем пошёл капитан с одним мечом, усмехаясь из-под открытого шлема. В его глазах еретики настолько отчаялись, что отправили на убой почти юнца. И столь молодая девушка стала жертвой их кровавого ритуала, показывая матёрому Солари бесчеловечность «сторонников луны». Солдат не медлил, постоянно атакуя и не давая момента для контратаки. Афелий уже еле успевал защищаться от мощных ударов, и обманувшись занесённым длинным клинком ушёл в бок от удара сверху, но меч разрезал воздух горизонтально, и убийца еле успел развернуться и скрестить оба кинжала на груди. Встретившись с кромкой меча, лунный камень разбился на множество осколков, разлетаясь снопом искр во все стороны. И все осколки вместе с мечом попали на грудную пластину, пробивая насквозь острыми краями и забиваясь ударом Солари глубже в плоть. Защитник упал, так не издав ни звука. — Даже детей заставляете воевать, проклятые еретики! Это вы убиваете себя, своей ложью и мерзкими ритуалами. Сандра, разберись, я дальше.       Боль прошибла грудь, сковывая дыхание покорёженной пластиной. Лунари выронил одну из рукоятей, и, не давая себе упасть, припал на одно колено. Ему нужно ещё одно мгновенье, один рывок. Молясь лунам дать последний шаг перед смертью, рукой тот нашёл пробитую осколком флягу, что почти упала с пояса, и прижал её к губам, делая глубокий глоток и проливая зелье на себя. Подошедшая девушка-солари выбила ногой ёмкость из рук, крича что-то неразборчивое в пелене ноктума. Все звуки пропали в бесконечной агонии, что растеклась по жилам и обжожгла леденящей болью через глубокие раны. Копьё солари уже готово было проткнуть еретику грудь, но пещера погрузилась во тьму — портал успел исчезнуть до того, как солнцепоклонники сотворили непоправимое. Он сделал всё, что было необходимо, и его палач увидела лишь полное спокойствия и умиротворения лицо в игре света копья. На мертвенно-белом лице с чёрной прорезью месяца и бесконечном космосе тёмных гляз.       В слезах Алуна упала на колени перед водной гладью. Она успела захлопнуть врата храма, но в последние мгновения услышала как разбивается лунный камень и брат издаёт почти неслышныц вскрик. Тот отдал жизнь для того, чтобы она смогла исполнить свою судьбу. И вдруг на серкальной глади озера пошла рябь, и та узрела, как Афелий, держа сломанный осколок в руке, раскрыл грудь для последнего выстрела девушки-воина, замерев на последнем вздохе. — Брат, нет! Я не дам тебе умереть! Я должна помочь тебе!       Сияние наполняет храм, пока глаза убийцы резко дёрнулись в сторону призрачного голоса, ненамеренно заставив воительницу помедлить с казнью. Жрица сложила руки на груди, готовясь высвободить всю свою силу на спасение близнеца, как рык, что заставил свечи на камнях храма дрожать, зазвучал за спиной. Резко обернувшись, та вытянула руки вперёд, собирая всю мощь своего духа. Огромный клыкастый зверь бежал прямо на неё, разинув звёздную пасть. Он почти не имел материальной оболочки, кроме бритвенно острых сияющих алым клыков, что мерцали знакомым блеском, отдалённо схожим с лунным камнем. — Пожинай смерть ради жизни, Северум! Спаси их… — Крикнула провидица не то целестиалу, что бежал на неё, не то близнецу, и энергия с рук нитями полетела прямо в саблезуба. На лету дух начал распадаться на множество осколков, и девушка отбросила кисть в сторону воды, указав на осколок, что дрожал в слабосжатой руке безмолвного.       Услышав крик сестры изнутри, Афелий невольно выдохнул, рванув вперёд и сбив плечом копьё девушке, заставив ту от неожиданности споткнуться и упасть вниз по ступеням. Лунари двинулся навстречу мечнику, что застыл, удивлённо взирая на пустую арку и крича от бессильной злобы. Он не успел даже обернуться, как клык, появившейся из сломанной рукояти лунного клинка впился тому в пояс, сверкая красными искрами. Защитник чувствовал, как с ударом магического клинка становились легче, а грудь переставало разрывать осколками боли. Брат провидцы не замедляясь прокрутил новое оружие в руках и вонзил под наплечник. Сияние прошло сквозь раны и капитан громко вскрикнул, так же быстро замолчав после следующего удара, коим ему перерезали горло. Толкнув по движению удара слабеющее тело вбок и уронив со ступеней, Убийца развернулся к отряду. Его лицо так и замерло в безразличии, а вокруг него свет и звук растворялись, поглощаясь пустотой арки. Весь отряд обступил упавшую со ступеней девушку, выставив вперёд копья. Но с новым оружием черноволосый и не думал отступать. Сама Алуна сказала ему спасти невинных в этом зале, что ожидали чуда. Рывок вперёд — и ещё в воздухе алые разрезы будто волны полетели в копейщиков, прорезая тех в открытых местах и проходя сквозь броню. С каждым кровавым ударом руки только твердели, а разум прояснялся, давая годами обученному телу двигаться ещё точнее и смертоноснее. Спустившись со ступеней, Афелий оставил за собой лишь безмолвные трупы. Обрадованные лунари начали выходить в центр и благодврить спасителя, как один указал на убегающую солари, что решила оставить погибший отряд и предупредить храм о новом чудовище. Её было уже не догнать. ~ Я помогу попасть в цель, брат. ~       Голос снова снизошёл к бойцу, и тот выпустил свой клинок, присев и выкинув вперёд руки. В тот же момент в них появилось странное оружие, что как копьё солари тянулось вперёд. Юноша глубоко вздохнул, и от одной мысли стрелка возникла голубая вспышка, что как стрела сбила жертву с ног. Та развернулась в сторону выстрела и с ужасом на лице начала ползти назад, оставляя кровавый след. Он же, убрав оружие левитировать за спиной, короткой пробежкой оказался рядом, смотря на воительницу с таким же безэмоциональным лицом. Ни ярости, ни гнева, только непонятная грусть была в раскосых глазах, что блестели от лунного света. Бесшумно тот присел рядом с ней, медленно сжимая и разжимая кулак в пустоте. — Я вам ничего не скажу! Солнце всё равно сожжёт вас за эти жертвы. Ты монстр... Что смотришь? Меня не напугаешь! Я не стану вас ни о чём молить. Меня пытать бесполезно, — голос предательски дрожал, но служительница солнца прикусила язык, чтобы лицо выглядело более грозно и боль отвлекла от неминуемого страха. Мужчина напротив лишь покачал головой. ~ Прости, но твой путь закончится здесь. ~       Последнее слова, что померещились в голове Солари перед тем, как красный клинок рассёк ей горло. Вышедшие в центр Лунари невольно ахнули, увидев как лицо женщины резко стало умиротворённым, будто та уснула, не успев закрыть глаз. Защитник выпустил оружие, что растворилось в ночи, и закрыл ей глаза, поднявшись и вновь подойдя к ступеням. Второй разбитый осколок клинка тот спрятал за спину, а флягу и нагрудник покрутил в руках, но кинул обратно на землю. Развернувшись, черноволосый увидел, как все пришедшие склонились перед ступенями рядом с горой трупов, а один из старших жрецов вознёс руки, протягивая тяжёлое ожерелье проводника луны, которое возможно должен был быть даром для жрицы, который она не успела его принять. Афелий преклонил колено, позволив надеть на себя регалии. — Луна ниспослала нам своё орудие на защиту от бессердечных почитателей солнца и ужасов тьмы. Сила Первой Провидицы теперь с нами не только слышимая в тенях пророчеств, но и видимая в свете лун, — шёпот толпы вторил словам жреца, кто с недоверием, кто с восхищением, кто со страхом.       Юноша лишь кивнул, указав на тела поверженных врагов, невольных жертв и храбрых воинов, что отдали жизни за судьбоносные секунды. Люди переглянулись, и начали носить павших. В итоге вдоль лестницы с обеих сторон сложили тела, сняв перед этим все знаки отличия и доспехи. Оставшись в простых накидках, те почти не отличались друг от друга, разве что цветами одежды. Следующим жестом стрелок указал идти за собой, и тем же путём, что привёл нескольких — увёл всех паломников безопасной тропой, прийдя к убежищу на рассвете. Уставшие люди не смели перечить проводнику, но перейдя черту грота многие упали без сил. Старшая жрица, что ожидала паломников обратно, удивилась столь большому числу прибывших, но не сказала ни слова, вглядываясь в своего послушника. Тот даже не запыхался, рассматривая людей в тени пещеры, будто не желал более попадать на глаза. Старый же жрец подошёл к настоятельнице, взяв ту за руки и начав причитать. — Волею луны и силой Великой жрицы, её храбрый воин стал самим Оружием Веры, что нашими молитвами уничтожил всех ослеплённых, кои осмелились заглянуть в Марус Омегнум и уже начали свой кровавый путь. Сама луна даёт нам ключ к спасению…       Радость старика разделяли немногие, не без содрогания кидая косые взгляды на стрелка, быстро пряча глаза и боясь увидеть ответный взгляд на себе. Глава обители же тяжело вздохнула, пряча грустную улыбку. Она не отвела взгляд от чёрных глаз тихо стоящего мужчины, чувствуя, как сами стены гудят от напряжения. Тот лишь пожал плечами, отвечая на незаданный вопрос. Пожилая женщина вновь с тяжёлым вздохом перевела взгляд на раненых и уставших лунари, и поманила защитника за собой. Зайдя в её келью, та прервала своё молчание. — Не ведаю, что там произошло, но видимо ты наконец нашёл свой путь… — Женщина вытащила из множества трав на столе чётки с крупными бусинами, смотря с грустной улыбкой на них и о чём-то размышляя. ~ Я помню, просила её подарить подарок на день рождения, думая, что меня уже не будет с тобой. Она даже нарисовала мне их на краю предпоследнего письма, чтобы мне было спокойнее. ~       Голос сестры вновь раздался в голове Афелия, и тот лишь кивнул протянотому подарку, надевая браслет на руку и осматривая крупные металлические бусины. — Я не знаю, как поступить верно. Мейтан возносит тебя как проводника воли Луны, но люди страшатся, что станешь ты судьёй им. И нет, я не боюсь тебя. Я вижу во взгляде, как ты скорбишь о том, что произошло. Может тебе отправится выше, к главному алтарю? Они помогут прочитать твою далёкую орбиту и дадут тебе приют…       Лунари не дал ей договорить, положив руку в перчатке на плечо и покачав головой. Он склонился перед ней, прижимая амулет к груди и вновь выпрямившись. Женщина понимала его и без слов, которые теперь стоили непомерно дорого для стрелка. — Уверен?.. Не забудь только взять с собой провизии и лекарств. Чувствую я, мы нескоро увидимся, Афелий. Но все мы под одной луной. И здесь ты будешь в безопасности, если решишь вернуться.       Его никто не провожал. Но стоило заметить, что убийцы исчез из обители, тишина начала растворятся в тихих голосах, что обсуждали триумф, ставший трагедией. Никто будто не желал вспоминать реки крови и бесчувственного убийцу, что спас их. Но тому и не надо было, чтобы о нём вспоминали. Он шёл под рассветным небом, идя к своей судьбе. ~ Феля… Спасибо, что спас их всех. Без тебя бы на тех камнях лежало намного больше ни в чём неповинных людей. Но тебе стоит отдохнуть. Скоро ноктум выпустит тебя из своих цепей и слабость вернётся в твоё тело, а потом… Ты… Действительно решил так… Конечно, в самом ослепительном свете и в самой глубокой тьме, я не оставлю тебя. Если такова твоя цель. Мы спасём. Всех, кто ещё остался в тени страха и боли. Я помогу. Всегда. ~