Часть 1

Вечер перед битвой на Пеленнорских полях. Огоньки костров дрожат, как дыхание смертных. Тени мечей висят над палатками. В лагере Гондора — тишина. В лагере Рохана — песни.  Лошади фыркают во сне, оружие отзывается звоном даже на вздохи. Двое сидят рядом у края поляны. Один —из Минас Тирита, юноша с усталым взглядом и щитом, чуть больше его самого. Второй— с пастбищ на востоке Рохана, широкоплечий, с рыжими волосами, пахнущий сеном и мёдом. — Никогда не был на юге, — говорит роханец.— У нас земля открытая, небо низкое, а тут башни, камни и стены, будто мир застывший. — А у нас не поют так. Только плачут, если кто умирает. А вы песни поёте. Даже на смерть, — отвечает гондорец, вглядываясь в пламя. — Как будто вы не боитесь. Роханец усмехается: — Боимся. Но страх — он как буря. Если закричишь в неё — может, она услышит. А молчишь — так и разорвёт изнутри. Они замолкают. Только огонь потрескивает, и вдалеке кто-то настраивает лютню. — Ты боишься? — спрашивает гондорец. — А ты? — Да. — Я тоже, — тихо говорит роханец. — Не хочу умереть с пустыми руками. У меня только нож да сапоги, и всё. Но я не хочу, чтобы про меня не вспомнили. Гондорец снимает кольцо с пальца. Оно простое, с узором в виде виноградной лозы. — Если со мной что — отнеси моей сестре. Оно матери принадлежало. Скажи, что я смеялся перед смертью. Или придумай что-нибудь получше. Роханец достаёт лоскут с вышивкой — сцена с пастухами, овцы, холмы и маленький дом вдалеке. — А ты… если я не вернусь, закопай его. Это моя мать вышила. Пусть земля меня помнит. Ветер качает траву. Где-то в темноте лошадь переступает с ноги на ногу. — Как тебя звать? — спрашивает роханец. — Эллион. А тебя? — Хальред. Они улыбаются. Взгляд роханца — мягкий, тёплый. У гондорца — задумчивый, напряжённый. — Может, всё же выживем? — Может. Ныне у костров пусто. Тела убраны. Палатки свернуты. Но один из них снова идёт в бой — Эллион. В его кармане — вышитый лоскут. На пальце — кольцо, которое он сам отдал, но теперь носит — чтобы помнить. Он несёт не только оружие, но и память. Имя. Голос. Страх. Песню. Он несёт всё это — чтобы тот, кто пал, не исчез. И каждый вечер, когда стена Белого города окрашивается закатом, Эллион сидит на её вершине и рассказывает истории. Мальчишкам, купцам, воинам. Любому, кто готов слушать. Чтобы не забывали. Чтобы помнили Хальреда. И Рохан. И выбор. И страх. Потому что люди Гондора и Рохана держат в себе не только мечи. Они хранят друг друга. И если кто-то погиб — кто-то должен остаться, чтобы помнить.