Часть 7 «Третья тень»

Я смотрела, как Сакута чинит фонарик. Его брови слегка нахмурены, пальцы ловко соединяют тонкие проводки. Он всегда был упрямым идиотом. Умным, но упрямым. Иногда думаю — может, именно за это я его и полюбила? Сидя на краю кровати, я наблюдала за ним. Тихо. Спокойно. Почти мирно, если бы не звенящая тревожность в груди — скоро начнётся шестая ночь. И никто не знает, выживем ли мы. Он поставил фонарик на зарядку и лёг рядом. Я прижалась к нему, тихо, почти незаметно. Его тепло — единственное, что ещё заставляет меня чувствовать себя собой, не той Май из ночи, с глазами цвета льда и ножом в руке. "Не дай мне снова исчезнуть..." — пронеслось в голове, но я не решилась сказать это вслух. Мы уснули. Проснулась от звука — что-то мягкое, но навязчивое. Рука Сакуты на моей талии дёрнулась, он что-то пробормотал, но не проснулся. Я села и осмотрелась — нет... это не наша комната. Школьный кабинет? "Что за чёрт…" — прошептала я себе под нос. Он проснулся почти сразу. Глаза всё ещё мутные от сна, взгляд растерянный. — Май… что мы делаем в школе? Я пожала плечами. На самом деле я тоже не знала. И это злило. Бесило, что нас швыряет из одного кошмара в другой, как пешек. Даже не спрашивают, готовы ли мы. Посмотрела в окно — луна висела в чёрном небе как мёртвый фонарь. Слишком красивая для такой ночи. Он приобнял меня, и мне стало на секунду легче. Его тепло снова напомнило мне — я ещё Май. Пока он рядом — я не исчезаю. Но когда зазвенел будильник, я резко отпрянула. 23:00. Начало. Шестая ночь. Я взяла фонарик и молча кивнула Сакуте. Он отправил меня искать Сёку на третьем этаже. Приняла это без возражений — кто-то должен. Если мы хотим выжить, нам нужно действовать. Когда я поднялась, сердце било быстро. Каждый коридор казался бесконечным. Я не знала, кого встречу за следующим поворотом — Сёку? Себя? Или кого-то, кто уже не человек? Я поднималась на третий этаж. Шаги отдавались эхом по пустому коридору, как будто школа вымерла ещё сто лет назад. Фонарик светил неровно, будто боялся заглянуть в тени вместе со мной. Я его понимала. Дошла до конца коридора, заглянула в каждый класс — пусто. Повернулась, собиралась уже идти обратно — и замерла. Прямо передо мной стояла... я. Та самая. С холодными синими глазами. С платьем в крови. С той самой полуулыбкой, которая меня саму всегда пугала. — Ну здравствуй, — сказала она. Голос мой, но без тепла. Как будто каждую эмоцию стерли лезвием. — Отвали, — бросила я. Держала фонарик как оружие, хоть и знала — бесполезно. — Думаешь, ты лучше меня? — тень шагнула ближе. — Ты такая же. Просто держишься за него. За Сакуту. Думаешь, он тебя спасает? — Он уже меня спас, — прошептала я. — Это не спасение. Это зависимость. Смотри, как ты дрожишь. Стоит ему исчезнуть — и ты снова станешь мной. Я сделала шаг вперёд. Руки тряслись, но не от страха — от злости. — Может, ты и я — одно и то же. Но я выбрала. Я хочу быть с ним. Не ради спасения. Ради того, что он первый, кто увидел меня, когда все отворачивались. Тень на секунду замерла. Её глаза сверкнули. Потом — шаг назад. Лицо будто треснуло, будто ей было... больно? — Ты проиграешь, — процедила она. — Он не выживет. На седьмую ночь никто не выживал. — Тогда я пойду с ним до конца. И если надо — на седьмую ночь умру рядом с ним. Тень исчезла. Просто рассыпалась в воздухе. Как дым. Я стояла, долго. Фонарик трясся в руке. И только тогда поняла — у меня по щеке катится слеза. Я провела пальцами — тёплая. Настоящая. Сделала глубокий вдох. Собралась. — Сёка, где ты там бродишь, мелкая... — прошептала я и пошла дальше.