«Эти двое говорили обо всём»

Миссис Олдман доставала из ящика одну за другой фотографии, которые перехватывала внучка, чтобы рассмотреть каждую деталь. — Начиная с того дня, он каждый вечер встречал меня у того самого места, где мы встретились впервые. Дурачок высчитал, по каким дням я задерживалась в лагере, терпеливо ждал. Обмениваясь новостями, а по ходу дела и глупыми шутками, что казались лишь нам одним самыми смешными, мы приходили ко мне домой. Дома папа кормил нас вкусным ужином, блюда редко повторялись, он умудрялся почти каждый раз придумывать что-то новенькое. Затем мы вместе пили чай. Пожелав отцу спокойной ночи, обсуждали планы на будущее. После мой друг уходил, и нас ждало расставание на целую ночь. Мы отлично поладили. По каким-то дням я даже стала прогуливать лагерь, чтобы провести с ним больше времени. Тогда мы много гуляли, устраивали пикники и кормили птиц в парке. Тем летом нами был изведан каждый уголок нашей скромной деревеньки, пока не наступила осенняя пора. Осенью он переехал к своей бабушке и перевёлся в мою школу. Старушка протянула фотографию внучке, указывая на симпатичного парня с глазами цвета ясного неба, а рядом с ним стояла и она сама, молодая Роуз. — Это он здесь. Приятный, правда? Нас невероятно сильно тянуло друг к другу. Я до сих пор не могу найти подходящих слов, чтобы описать это стремление быть ближе. В солнечных лучах сверкнула заколка словно усыпанная красиво переливающимися камнями, внучка не упустила и это. — А это что? Такая красивая! — О, его первый подарок. В тот день он признался мне в своих… чувствах. Пожилая Роуз взглянула на свое «продолжение», юную Сью, которая каким-то образом смогла унаследовать блеск чужих голубых глаз, известных лишь одной девушке того далёкого времени. Глаза девочки заставили даму улыбнуться. Они сгорали от любопытства, терпение их кончалось с каждой секундой ожидания продолжения.

***

Прошёл год. Они уже давно не вели себя как друзья. Было не понять, кто друг для друга эти двое. Молодой человек научил Роуз радоваться мелочам, наслаждаться этой жизнью и быть собой. Он направлял её в трудную минуту. Будучи достаточно уверенным в себе, справедливым, довольно чутким и проницательным, всегда понимал, что беспокоит юную леди, знал, как следует помочь. Он был раним, но страшился это признавать, боялся показаться слабым. Роуз научила его открываться ей, показала, что иногда важно принять свои слабости. Они отлично дополняли друг друга. Эти двое говорили обо всём: о том, что было можно, о том, что было нельзя. Они доверяли друг другу самые сокровенные тайны, знали то, что не знал бы никто кроме них самих. Каждый день их проходил по-новому. Каждый раз они открывали друг в друге что-то новое.