Глава 5

23 декабря 2022 года. Токийский магический колледж, спустя сутки после нападения коалиции магов во главе с кланом Камо. Итадори Юдзи перевёл взгляд с Фушигуро, прилипшего к окну, на Кугисаки, поднявшую шум и ругань из-за того, что их «опять все игнорируют!». Хоть они уже и не дети. Кирара сидел за письменным столом и без какого-либо стеснения, нарушая все личные границы, копашился в ящиках. Хакари завис в телефоне. Итадори ещё раз обвёл всех присутствующих взглядом. Годжо-сенсей попросил подождать в его кабинете. «Подождать чего?» — вдруг задумался Итадори. — Перестань шуметь и просто сядь уже, — огрызнулся Фушигуро на Кугисаки. После недавнего сражения выглядел он не очень хорошо. Но то, что он отделался только лёгкими травмами, всех порядком удивило. Итадори мог понять, отчего он так злится — это чувство было ему слишком хорошо знакомо. Чувство, когда тебе почему-то приходится оправдываться, извиняясь за то, что ты выжил и в порядке. Но Итадори просто радовался, смотря на живого Фушигуро, а Кугисаки... «Пошумит и успокоится, она же всегда такая». — О, нашлась! — вдруг раскричался за столом Кирара. — Что ты там искал? — радостно переключился со своих мыслей Итадори. — Мне Сёко-сенсей ещё когда вещи собирала, сказала, что нашу чашку он не выкинул. Извлечённая из ящика письменного стола чашка была переставлена в центр низенького журнального столика. Четверо магов столпились вокруг, разглядывая её, и только Фушигуро развернулся обратно к окну, закатив перед этим глаза в недовольной ухмылке. — И чего с ней? Почему вы думали, что Годжо-сэнсей её выкинет? — удивился Итадори. — Потому что она стремная, — Кугисаки подняла чашку двумя пальцами, точно это был грязный носок. — И зачем мы вообще её рассматриваем? — Это мы подарили на день рождения, в наш первый год в колледже, — Хакари подал голос, кажется, в первый раз за вечер. — А стремная она потому что, если честно, мы про него забыли. Кирара и я были его первыми студентами, и Сёко-сенсей предупредила нас тогда: «7 декабря не забудьте подарить моти или что-то сладкое»... — И как так вышло, что подарили вот это? — Нуу... я проигрался на ставках. И свои, и деньги Кирары. Не повезло. А мы как раз были на миссии в Синагаве, на блошином рынке завелось проклятье. Там было что-то похожее на барахолку при выходе, и старикан сказал, что за две дополнительные йены упакует её в коробку с ленточкой... — И сколько отдали? — Кугисаки, кажется, только порадовалась от такой истории. — Восемьдесят семь йен. *(примерно 50р на 2015 год) — Восемьдесят семь тысяч йен? — переспросила она. — Нет. — Боже! Почему не выкинул? Ему что, такой хлам нравится? А он из неё пил? Как думаете? — Выглядит новой. Фушигуро, как думаешь? — Думаю, что не пил, зачем ему из неё пить? А вы! Хватит копаться в чужих вещах. Он выхватил чашку с надписью «сильнейший», выведенную латинскими буквами в жутком шрифте, претворяющимся каллиграфией. Розовая позолота на тёмно-синей, почти чёрной эмали, выглядела ужасно. Мегуми поморщился и положил чашку обратно в ящик стола. — А почему, кстати, такую выбрали? — Хотели подарить «лучший учитель» или с именем «Сатору», но... — Но? — Но они стоили на 150 йен дороже. — Ну вы и жмоты! — вдруг рассмеялся Итадори искренним и заливистым смехом. И на какой-то краткий момент остальные посмеялись вместе с ними. — Да говорю же, что просто проигрался! — Идут! Пойдёмте на улицу, — вдруг выпалил Фушигуро, увидев несколько магов во дворе. Он быстрым шагом направился к двери. Итадори и остальные поспешили следом. *** Сатору Годжо стоял над телом своего студента, накрытым простынёй с просочившимися пятнами крови. За его спиной, на стуле у стены, сидел Оккоцу Юта, закинув руку, согнутую в локте, на лицо. И без шести глаз Годжо знал, что тот силится не заплакать. Где-то за дверью завыл панда, и послышалось утешающее «лосось». Годжо накрыл лицо Маки простынёй и повернулся к Юте. — Захочешь отомстить, я не буду вмешиваться. — Маки-сан бы не одобрила, — прохрипел Юта чуть дрогнувшим голосом и встал рядом с Годжо. — А даже если и решусь. То мстить кому? Годжо посмотрел на ученика. На лице Юты красовалось много шрамов, а некогда нежный и стеснительный взгляд стал суровым, точно у античной статуи, забытой в морозилке. — Нет ничего хорошего в том, чтобы стать монстром, — прошептал Годжо и, посмотрев на свою ладонь, быстро сжал руку в кулак. Они просто стояли молча, ничего так и не обсудив. Пока в нижнюю комнату морга не заглянула светловолосая девочка-студентка. — Иэйри-сэнсей попросила вас обоих подняться к ней. А ещё вернулся директор Кусакабе, и он зовёт всех на планёрку. — Передай, пожалуйста, Сёко-сан, что мы к ней скоро поднимемся, — улыбнулся Юта. И от этой улыбки у Годжо в груди всё похолодело. Она слишком напоминала его собственную, ту самую, которую он надевал последние десятилетия своей жизни вместе с той самой повязкой, прячущей глаза. Годжо отправил Юту и остальных на встречу с директором. Если честно, он надеялся на Юдзи и Кугисаки, их пыл и умение придуряться даже в самых тяжёлых ситуациях, возможно, сейчас придутся как нельзя кстати, чтобы изгнать с лица Юты этот холодный взгляд. Он зашёл в кабинет к Сёко. — Ты почему один? Где Оккоцу-кун? — Отправил сразу к Касакабе. — Ой фу! Ну и взгляд! — поморщилась она. — Выкладывай, что задумал? Это ещё что за «отправил к Кусакабе»? Сам не пойдёшь? — Эту встречу пропущу. Есть одно дельце, которое нужно уладить. — Решил устроить расправу? Сёко не удивилась бы положительному ответу, она не считала ни себя, ни Сатору добрыми людьми, но вот то, что он внезапно промямлил, заставило чайник в её руке дрогнуть и плеснуть кипятком мимо чашки. — Думаешь, Сугуру ошибался? — В чём? В желании уничтожить всех немагов? Чего это решил его помянуть? — Почему только его? Была ещё и Юки. Они с разных сторон, но всё же считали, что маги борются лишь с симптомами. — И они оба заблуждались. А ещё думаю, что тебе с твоими идиотскими идеями теперь нельзя в эту сторону и думать. Ты уже не сильнейший. Или что ты там собрался как Гето? Уничтожать гражданских? Или принудительно превращать всех в магов как Кенджаку? Сатору уставился на неё непонимающим, но весёлым взглядом — так же, как он проходил последние десятилетия в потаённой злобе, Сёко застряла в безразличии, и слышать от неё столь эмоциональную ругань было забавно. — Да за кого вы с Идзити меня принимаете?! — рассмеялся Сатору. — Гето, Юки, Кенджаку — они показали, каким путём идти не стоит. Но в своём я теперь тоже не сильно уверен. Юта — он, как и мы, из особого уровня, и он кажется мне... что если сейчас ничего не сделать, то как и он... Сёко надула щёки. — Как же тогда твои идеалы? Всё было зря? Все эти: «сильные кроме меня»... — Почти все мои ученики сейчас сильнее меня. И? Чем это помогло Маки? Что будет теперь с Ютой? Я не настолько самовлюблённый, чтобы не признать свои же ошибки. Получается, я был неправ. Или, может, не совсем прав. Что, если чем больше сильных людей вокруг, тем больше вероятность им погибнуть ужасной смертью... Ты же видела её тело? — Чем сильнее бьёшь, тем сильнее прилетит в ответ? — Вроде того. — Но ты же понимаешь, что Гето думал о другом? — Разве? — Кстати, об этом. Все эти возвышенные разговоры, насколько сильно поменяли твои планы? Завтра всё в силе? *** Кусакабе Ацуя сидел за письменным столом. Он уже прочитал несколько отчётов и рапортов. Окна прислали тревожные маркеры, и общая картинка начинала потихоньку складываться. Очень не вовремя кланы решили устроить игры в политиков; чёрт дери Камо с их этой коалицией — они присоединили к себе около трети маленьких кланов и готовили подобие штурмовых бригад. «В трёх храмах в окрестностях Киото были замечены нанятые культом нового бога проклинатели прошлого». «Общий уровень проклятий повысился в регионах горной гряды и цепи священных озёр». «Замечены проклятья, подвергшиеся мутациям». «Проклятая энергия ведёт себя нестабильно у магов, использующих техники манипуляций проклятьями». Ацуя вздохнул, и в кабинет зашла МэйМэй — весёлая, как всегда. Он посмотрел на неё уставшим взглядом. — Ты справишься? — Шутишь, конечно. Нынешний глава просто идиот, это мы решим быстро. Хотя если сложности всё же возникнут, колледжу, конечно, придётся доплатить. — Нужно было решить это ещё тогда, — директор Кусакабе свёл брови, взяв папку с надписью «Зенин Маки». — Боже, почему вы всё это свалили на меня? Никто не предупреждал, что руководство магами — это так сложно.