Часть 1 Неожиданная встреча

Стояло раннее утро, где-то вдалеке можно было услышать пение птиц и сверчков. Неспешной походкой он шагал и осматривал такие родные места. Ничего не скажешь дом он и есть дом. Он мог прижиться в любом месте во время миссий, но его сердце и душа отдана родной деревне, для которой он выкладывался по полной. Какую только работу он не выполнял. Был хладнокровным убийцей, внедрялся в группировки, выслеживал нукенинов, был охраной для Даймё и достопочтенных лиц, ставил свою жизнь на кон перед смертью. Он был оружием своей страны, истинный шиноби до мозга костей. Под ногами шуршали мелкие камушки, что похрустывали довольно громко, заглушая пение обитателей парка, ведь на улице никого не было кроме него. Дороги деревни расходились в разные стороны, переплетаясь между собой, но он держался центральной улицы, потому что только эта дорога вела в самое сердце Конохогакурэ — в резиденцию Хокаге… Какаши только час назад вернулся с очередной миссии, он не торопился, ведь торопиться уже было некуда, да и к тому же сегодня выдалась теплая ночь, которая переросла в раннее утро. Легкий ветер поднимал пыль с земли и закручивал вокруг ног листья деревьев и мелкие песчинки. Прошло уже два месяца, как он не был в деревне и уже успел соскучиться по родным местам, по дому в котором к сожалению его никто не ждал, и не так много проводил в нëм времени. Но так или иначе в Конохе ему даже легче стало дышать, ведь никакой воздух не сравнится с местом где ты вырос. Конечно это уже не та деревня, которая была в его детстве. Но все что было уничтожено Пейном, практически точно восстановлено до мелочей. Кому-то не хотелось возвращаться к прежней жизни и к своим бывшим домам, строили новые дома на месте старых. Ямато пришлось здорово постараться, чтобы создавать дома по эскизам, приходилось добывать древесину из вновь выращенных деревьев. Так заново отстраивалась Коноха. Война сильно сказалась на людях. Очень много потерь как среди шиноби, так и среди гражданских. Достаточно много осталось осиротевших детей, для такого случая был организован специальный детский хоспис. Как только дети готовы были вступить во взрослую жизнь, за ними закреплялась небольшая квартира в общежитии и место работы. В основном для гражданских это была работа в полях и на фермах, иногда на аптекарских огородах. Для шиноби, конечно же миссии. И в тех и других случаях, они получали за это деньги, которыми могли покрывать свои счета. Те потери которые принесла война — никогда уже не вернуть. Война сплотила бывших врагов, что даже по бартеру страны меняли всë, от продовольствия до рабочей силы. Постепенно восполняя свои ресурсы. Первые месяцы приходилось туго, много продовольствия, скота, урожая было потеряно. Многие рабочие слишком долго восстанавливались. Но благодаря шиноби с разными стихиями, которыми можно было воспользоваться для достижения более быстрого результата в разных направлениях, в основном в сельском хозяйстве, эффективно пришёл в норму. Так и в Конохе появилось много разных закусочных, баров, мест где можно не только поесть, но и развлечься, сходить например в кино, спеть в караоке, да чего уж там посетить торговый центр. Все это было хорошо, все развивалось в ногу со временем. Ему было приятно видеть эти изменения, может и он когда-нибудь изменится? Когда он подходил к воротам деревни, мечтал очутиться в своей маленькой душной квартирке, на своей любимой кровати. Конечно, он не хотел идти сразу в резиденцию, но у раскрытых ворот его встретили вечно беззаботные охранники Хотецу и Изумо. И сообщили, что у них приказ от самой Пятой, что неважно в какое времени суток вернется он с миссии, первым делом должен зайти к ней. Она в последнее время всегда так делала, когда он возвращался с очередной миссии, что несомненно его раздражало. Но что делать — с Хокаге не спорят. Сначала она слушала отчет, а потом давила своим положением на него, нервно вздыхала и как всегда оставалась ни с чем. В этот раз произошло нечто новое, и не по старому сценарию, что его и удивило. Когда он постучался в кабинет, никто с первого разу не ответил, он хотелось было уже уйти, как послышался сонный голос Пятой, — Входи — после которого он вошёл. Он сдал отчет и отчитался перед Цунаде о проделанной работе в деревне скрытого тумана. Действительно, она сегодня не особо и давила, видимо он застал еë не в лучшем состоянии. К тому же она быстро его выпроводила. Что было весьма удивительно. Может что поменялось пока его не было? Или она уже нашла новую жертву. Он выдохнул с облегчением, когда закрыл дверь ее кабинета. Выходя из резиденции он направился к зеленой аллее. Прогуливаясь медленным шагом по аллее, он как всегда засунул руки в карманы и шёл дальше наблюдая за верхушками деревьев. За пять лет довольно быстро выросли они. Ямато очень хорошо постарался. Он помнил как его друг усердно работал и обессиленный валился с ног. Его труды видно в каждом дереве и доме деревни. Какаши, как и любой другой мог помогать только грубой силой. Наконец дали выходной, да и зачем он нужен, если его никто не ждет дома? Иногда он смотрел на себя в зеркало и поражался, что такой, как он достиг такого возраста — тридцати пяти лет. Он уже пережил отца. Но с его везением, он уже не впервые был на один шаг ближе к смерти и даже уже успел один раз умереть. Но как всегда он выпутался из этого дерьма или его силой оттуда вытаскивали. Что его держало в этом мире совершенно неизвестно. Продолжал испытывать судьбу и Ками-сама тому свидетель, ему пока везло. Знакомой дорогой он направился в сторону тихого места, чтобы поговорить со своим другом. Рассказать как прошла его миссия. Он всегда приходил после миссии, просто постоять или поделиться мыслями. На улице ещё было рано, так что по дороге ему никто не попадался. Солнце только начинало восходить, но кое-где в низинах еще стелился легкий туман. — Прости дружище, что так долго не заходил, у такого как я одиночки, очень длинные и сложные миссии. Все прошло, как обычно, ничего сложного. Я немного устал от этой рутины, давно не появлялся на людях, перестал быть настоящим человеком. Перестал видеть лица людей, перестал чувствовать и видеть чувства других, я живу прошлым рядом с вами — Обито и Рин. Вот он истинный путь шиноби терять товарищей и уже самому потеряться на дороге жизни. — Я и перестал надеятся что с кем-то сближусь, не хочу больше ранить кого-то или потерять. Дни летят, недели, месяцы, годы. А я все такой же одинокий волк. — Мне очень сложно сблизиться с людьми. — Мои ребята давно выросли, я очень горд и рад за них. Наруто-бестолочь, возмужал, таким же озорником и остался, но он теперь герой Конохи. Сакура-невероятная куноичи, красавица, и одна из лучших медиков нашей страны. Саске-отшельник, странствует по миру, ищет себя. А я, это я! Надеюсь у тебя там все намного лучше, чем у меня здесь, друг! Какаши прикоснулся к холодному камню мемориала лбом. Так прощаясь со своим другом, развернулся и пошел просто куда глаза глядят. В голове мысли, от них никуда не денешься, их слишком много, но ими не с кем поделиться. Паккун уже давно смирился с участью все выслушивать. Но иногда человеку нужен человек, к этому его мысленно подталкивал его разум. Накануне перед его миссией Цунаде опять напомнила, что давно хотела уйти с поста Хокаге, и всё ждет ответа от него, но он всë еще не решил. — Не хочу сидеть на одном месте и по шею утонуть в бумагах. Поэтому и прошу самые сложные миссии чтобы меня не донимали этим вопросом так часто. И каждый раз стоило ему появиться у неë, она непоколебима сейчас, но еë терпение скоро лопнет. И может тогда, они будут искать нового кандидата. Какаши брел по улице, люди только начинали выходить из своих домов, поэтому было комфортно идти и никому не попасться на глаза. Солнышко начинало припекать и туман уже почти исчез. Он свернул в сторону бывшей тренировочной площадки команды номер семь, которая как раз попалась по пути. Конечно сейчас новое поколение генинов уже не так тренируются как раньше, поэтому площадка была пуста в такое время суток. Он запрокинул руку в волосы, вспоминая как он тренировал здесь ребят. Запрыгнул на ветку ближайшего дерева, скрылся в листве от солнца и решил отдохнуть в тени. Облокотился спиной об ствол, достал свою любимую книжку «Ича-ича» и принялся читать давно заучившийся наизусть текст, что не заметил как время пролетело и он заснул. Вдруг кто-то стал приближаться, его сенсоры уловили чужое присутствие и Какаши приоткрыл один глаз, чтобы взглянуть, кто к нему идёт. Шиноби всегда остаётся шиноби, его тело отреагировало быстрее чем мозг. Но подойдя ближе к месту где он спрятался, он уловил знакомую чакру. Удивительно, что она нашла его так быстро. — Какаши-сенсей, что это вы здесь забыли? Решили молодость вспомнить? Вы всегда на этом дереве бездельничали, пока мы тренировались. Раздался миленький голосок розововолосой куноичи. Которая ещё не показалась из-за густой ветви. Но этот голос он узнает из миллиона других. И уже представил её образ у себя в голове. — Йо Сакура — поприветствовал еë Какаши. Давно он еë не встречал, в последний раз было, когда они пересеклись на выходе из кабинета Цунаде. Она торопилась с папками в руках, что и не заметила его в проеме двери, которую он придержал для нее. Она быстро протиснулась рядом с ним и закрыла за собой дверь. Она мелькнула перед его носом своей розовой макушкой, если бы не ее сладковатый запах. Он даже бы не обратил внимания, что это она. Наверное так пахли ее духи, а может и шампунь. Легкий шлейф тянулся по всему коридору, он учуял в нем тонкие нотки вишни и миндаля. Это было странно ведь в юности она пахла по другому, отдавая предпочтение ярким и свежим ароматам, в основном это был нежный запах зеленого яблока. Но сколько это было тому назад, он уже и не смог вспомнить. — Просто решил отдохнуть от лишних глаз, а то дома стены давят. А ты что здесь делаешь Сакура? — Он опустил взгляд на свою розововолосую ученицу, которая уже подходила все ближе к тому месту где он отдыхал. Ему не хотелось сейчас болтать, но он спросил раньше чем, подумал. Ну пусть что будет, не так часто он с кем-то ведёт беседу. Хотя сейчас ему действительно не помешает компания. Одичал. — Ой да я закончила смену в госпитале, может даже не одну. Была очень сложная операция. На строительной площадке придавило ноги рабочему, его в экстренно доставили к нам. Мы в срочном порядке его прооперировали, с ним все будет хорошо, но месяц другой придется повременить с работой. Повезло что его доставили так быстро. Как хорошо, что появились средства связи. Нам сообщили об этом случае в дежурную по телефону и мы уже были готовы сразу браться за работу. Как только его стабилизировали, я передала дежурство Шизуне и закрыла смену. Я решила прогуляться, ноги сами меня понесли сюда и вечер то какой дивный сегодня. Он не один такой, кто ставит работу превыше всего. Очень жаль, что в такую хорошую погоду она гуляет одна, а не с друзьями, а может и с парнем. Она подошла уже вплотную к дереву, проведя рукой по шершавому стволу. Что-то видимо её беспокоило, но он пока не хотел докапываться до этого. Ветерок ласкал прядь еë волос, которая выбилась из-под ленты на голове. Она легко оттолкнулась от земли и запрыгнула на ветку, на которой сидел Какаши. Присев на небольшом расстоянии от него, стала смотреть куда-то, где сквозь зелень пробивались лучи вечернего солнца. Заправила прядь волос за ухо, которая как видимо мешала еë обзору, запрокинула ногу на ногу и повернулась к нему продолжая их разговор. — Ничего что я тут с вами присяду, давно не видела вас Какаши-сенсей. — Еë лицо покрылось легким румянцем и в глазах появился блеск. Что-то мелькнуло в этих зелёных глазах, или после сна еще глаза не пришли в норму привыкая к свету. Конечно он не предполагал, что уснет почти до вечера, идея расположиться на дереве была не самая лучшая, его удобная и манящая кровать так и осталась в мечтах. Спина затекла и теперь отдавалась ноющей болью в пояснице. Но ни один мускул на лице не дрогнул от этих ощущений. Его вниманию сейчас располагала, его бывшая ученица. Он смотрел на неë сквозь щелочки глаз, привыкая к последниму лучом света и не мог отвести взгляд. Сначала его глаза блуждали по еë оголенной ножке, которую она тихонько покачивала. Потом взгляд поднялся выше, заострил внимание на еë облегающей попе. Попытался перевести взгляд на лицо. Поперхнулся. Надо скорее ответить — Кх, миссии затяжные. — он не хотел попасться на таком откровенном пялинии на неë. Он и так слишком долго затянул с ответом. Какаши убрал книжку в подсумок и открыл оба глаза, чтобы получше осмотреть Сакуру. Он даже если и хотел, но так и не мог отвести глаз от неë. Действительно она стала красавицей. Тело стало более изящным, подчеркивалась грудь, ноги стали выглядеть длиннее и стройнее. Волосы отросли и доставали до лопаток. Формы преобразились, стала более женственная. Она отвернулась от него в тот момент когда их глаза встретились и что-то говорила, с совсем серьëзным лицом, а он вглядывался в такие знакомые черты лица. Вот маленькая родинка у уха, которую она всегда старалась спрятать прядью волос. Еле-еле проглядываются веснушки на носу. Нет что-то в ней осталось от прежней Сакуры. Хорошо что он в маске, если бы не она скрыть явную заинтересованность в лицезрении ученицы, было бы тяжело. Он как будто был зачарован ей, и всë с большим интересом, замечал в чëм поменялась куноичи. Кроме перемены в еë телосложении, одежда стала другой, ципао стало более длинным сзади, но цвет остался такой же — красный, как и раньше. Белые облегающие шорты до колена и каблуки. Ох… Если бы она знала, что на него она уже произвела впечатление. И как же она не замечала, что так хороша собой?! Блуждающим своим взглядом, он примечал что от своей скромной ученицы не осталось и следа. — О Ками, какая она женственная стала, наверное отбоя от мужчин нет, за такие ножки — подумал Какаши, но тут же что-то ощущалось где-то там в глубине, теплота. Которая приливала к одному месту, в паху. Позор на твою седую голову. Глаза — зелёные, заглядывающие прямо в душу. Даже небольшие синяки под глазами не делали еë хуже. Губы, нежно-розовые, возникло дикое желание дотронуться до них, кончиком пальцев. Когда она говорила ему что-то очень красноречиво, то не замечая за собой облизнула губы, вроде бы это такая незаметная мелочь. Но от этой мелочи он нервно сглотнул, ведь сейчас он не мог не пялиться на еë губы и что они творят с ним. Надо отвести взгляд ради приличия, но невозможно оторваться. Очень красивая, манящая, что-то запретное. Что-то дикое внутри проснулось, от чего стало не по себе. Хотелось переступить эту грань, и почувствовать власть над этим девичьим телом. Ещё чуть-чуть и у него слюнка потечëт или еще хуже кровь хлынет. Быть тому не может, что он заглядывается на Сакуру! Да черт его дери, она чертовски привлекательна, и если бы он не был еë сенсеем, возможно бы этот вечер не был таким скучным для них, чем просто беседа. — Какаши-сенсей? Вы меня слышите? Я говорю вам, что пора вам и отдыхать, чего себя так не жалеете. Цунаде-шишо говорила, что предложение было одобрено в вашу пользу, чтобы вы стали следующим Хокаге, а вы всё пропадаете на миссиях. Завязали бы с долгими миссиями и ушли на повышение. Сейчас она прожигала его своим пронзительным изумрудным взглядом. От чего стало жарко, достаточно, чтобы представить еë под собой, с такими опьяняющими глазами и губами, которые манили его прикоснуться к ним жадным поцелуем. И она не заметила, как в своей серьёзной манере закусила губу, всë еще не отводя от него глаз. По его телу пробежал разряд тока. Что с ним происходит сейчас он мог объяснить. Мужское начало над ним брало верх. Ведь перед ним сейчас сидела отнюдь не девочка, а сногсшибательная девушка. — Кх — только и сказал он, в горле застрял ком который он пытался проглотить, закрыв глаза он пытался привести себя в норму. — О чем я только думаю, она же моя ученица. Успокойся! Вдох и выдох. Как он в один миг мог допустить такое? Хватило только одного еë взгляда, одних припухших губ. Он сам не мог контролировать своё тело, она манила как магнит. Это что-то странное, необузданное, закрытое. Но нарушать границы дозволенного не мог. Сердце бешено колотилось в груди. Если бы не маска, которая скрывала его лик. Кровь прилила к лицу, что он покраснел. Ничего подобного с ним уже не происходило много лет, только когда он был совсем юн. Даже такие чувства и реакции не вызывали романы Джирайи-самы. — Какаши-сенсей, вы всегда так отвечаете. Ускользаете от ответа? — Девушка смотрела на своего Сенсея, грудь которого часто стала опускаться и подниматься. Как будто что-то его беспокоило. Хотела уже помочь просканировать его чакрой, но он быстро пришёл в себя, что дыхание стала ровным. — Странно. — И девушка отвела свой серьезный уставший взгляд.- что сейчас твориться в голове у этого джонина одному Ками известно. — Угу.- И он запустил руку в волосы. Он так всегда делал когда его ставили в неловкое положение. Второй рукой прикрывая свой стояк. Зачем он убрал книжку? Она бы сейчас хорошо помогла прикрыться. Хорошо что смог совладать с собой. Надо отвлечь еë чтобы она не смотрела на него так пристально, а то он будет пойман с поличным. Но что сказать? Что спросить? — Как Саске поживает, он хоть весточки шлëт? — Просто первое, что вылетело из его уст. Зачем он его вспомнил при ней? Может хотеть знать, есть ли у неë кто-то? Ждет ли она его? — Твою ж Какаши, ты что творишь? ОНА ТВОЯ УЧЕНИЦА, остынь! В который раз повторил он сам себе, потирая переносицу! Это как-то отрезвило разум, но наверное не стоило затрагивать эту тему. Видно ей было это не столь приятно, потому что она не сразу ответила. — Да что вы, Нет! От него ничего нет. Он отчитывается только Цунаде и то она ничего не говорит о нём.- Она так и сидела глядя куда-то вдаль, в сторону загорающихся огоньков домов. Теребя край своего ципао, явно ей не хотелось об этом говорить. — зачем он затронул эту тему, идиот. — но тут она продолжила говорить. — Я уже привыкла, что его в моей жизни уже не так много. Я поняла, что вся любовь к нему, которую я несла все эти годы своей юности просто исчезла. Тогда я была готова уйти с ним на край света, отдать за него свою жизнь. Просто чтобы он меня заметил. А сейчас я выросла и стала понимать, что это было бессмысленно, на то она и называется первой любовью. — С улыбкой сказала она. Отпустив своë ципао, она коснулась своей щеки, и задумалась о чëм то. Может хотеть скрыть свои слезы? — Прости что спросил, не хотел давить на больное. Ты знаешь, уже вечер поздний, мне уже пора. Рад был тебя видеть.- Пора линять, пока она не увидела как мой организм отреагировал на неë. Он хотел было потрепать еë по голове, но передумал. Не успев опомниться Сакура взглянула на Какаши, как тот Пуф и исчез в облаке дыма. — Ничего не меняется, до встречи Какаши-сенсей — уже тихо произнесла она и спрыгнула с ветки и ушла по тропинке в сторону домов. Не стоило ему напоминать о Саске, на неë опять накатила грусть. Пусть она и переосмыслила все что связано с ним, но как долго она ещё будет так реагировать на него?. Их ничего не связывает, только прошлое и то не такое счастливое. Ты дурак Какаши! — проговорил он сам себе. Он стоял в гуще леса, смотрел как она спрыгнула и легкой походкой от которой у еë покачивались бедра, удалялась дальше от площадки. Чем дальше уходила, тем все больше на Какаши накатывали необузданные эмоции. С которыми он не как не мог совладать. Неужели такое бывает? Неужели это происходит со мной. В голову пришла дурацкая идея. Укусив свой палец он приложил его к земле. Техника призыва — Какаши, опять на миссию один собираешься? — появился мопс, маленький боевой нинкен. — Нет Паккун. Личное. Хочу чтобы ты аккуратно и незаметно сопроводил Сакуру домой. Хочу узнать где она сейчас живёт. И не задавай лишних вопросов, действуй! Просто он хотел убедиться, что она дойдет. Конечно беспокоиться не о чём, она куноичи и готова за себя постоять. Просто он старался оправдаться перед собой, что так надо. Бред. Или ему действительно захотелось узнать еë лучше, может быть есть ли у неë кто! Еще одна бредовая идея. Зачем ему все это? Паккун закатил глаза, но сопротивляться приказу особо не стал, он Какаши потом все выскажет и поспешил за девушкой.