Часть 1

Владу шестнадцать. Его зелёные глаза редко поднимаются от земли, а голос чаще всего звучит только в его голове. Он живёт в квартире на третьем этаже вместе с тётей... хотя её уже давно нет. Он всё ещё варит ей чай по утрам, складывает одеяла, словно она только что встала с дивана, и отвечает на её молчание улыбкой. — Я же обещал быть с тобой, тётя, — шепчет он, наливая воду в пустую кружку. Университет — место, где Влад чувствует себя чужим. Он не ненавидит своих одногруппников. Просто... они все слишком живые, слишком настоящие. А он будто проходит мимо, как призрак среди света и смеха. — Эй, Влад, не хочешь с нами в кино? — спрашивает кто-то, каждый день по-новому, но с тем же результатом. Он просто кивает и уходит. Один. Ему не нужно кино. Ему нужно пройтись. Только не до темноты. Он смотрит на небо, сверяется с часами и всегда выбирает короткую дорогу домой. Потому что темнота — это не просто ночь. Это Он. — Опять сбежал? — говорит голос, когда Влад включает свет в прихожей. Он не отвечает сразу. Снимает куртку, аккуратно вешает её и только потом поднимает взгляд. На диване — Он. Монстр. Или... парень. Вроде обычный, но весь чёрный, как тень. Только глаза — жёлтые, как луна. — Я не сбегал, просто не люблю темноту. — Ха, смешно, учитывая, что ты говоришь со мной. Влад садится рядом, словно они друзья. В каком-то смысле — да. Он появился в его жизни давно, ещё когда мама ушла, отец исчез, а тётя… осталась, но только в его голове. — Как тебя зовут? — спрашивает Влад. — Ты же знаешь. Я — ты. Только в темноте. — Это глупо. — Может. Но ты ведь один. А я — тут. И я не ухожу. Они сидят молча. Иногда Влад смеётся, иногда злится, иногда спорит с Ним. А иногда… просто слушает. У Влада есть педиофобия — страх кукол. Потому он всегда обходит стороной магазин на углу, где в витрине сидит фарфоровая кукла в кружевном платье. Он уверен, что она смотрит на него. Он чувствует её взгляд даже сквозь стекло. — Она двинулась, — шепчет Он. — Нет, ты врёшь. — Проверь сам. Влад закрывает глаза. Он не пойдёт туда. Лучше домой. К тёте. К тишине. И к нему — к тому, кто в темноте. Может быть, они и правда друзья. Может быть, он — всё, что у Влада осталось.