Глава 15. Суйрен и Индра

      Розоволосая девушка не спеша прогуливалась по полю, собирая целебные травы. Вокруг нее кружили дети: — Госпожа Жрица, госпожа Жрица, а сделайте так еще раз! — просил рыжеволосый мальчик, протянув к ней руки. — А потом меня!— воскликнул второй, со слегка обросшими каштановыми волосами. — И меня! Можно сначала меня! — канючила кудрявая девчушка с рыжими волосами, вероятнее всего сестра первого мальчика.       Девушка собиравшая травы звонко рассмеялась, ставя корзинку с набранным в сторону. — Ну ладно, уговорили, но это в последний раз! — проговорила девушка, задорно подмигнув ребятам.       Она ловко подхватила стоящую рядом девочку, и начала подбрасывать ее вверх, от чего та взмывала в воздух на несколько метров и начала испуганно визжать. — Сумин, зачем ты просишь тебя подкидывать если сама боишься, давай лучше я! — начал кричать ее брат. — А вот и не боюсь я ничего, просто так веселее! — обиженно надула губы девочка, когда ее поставили на землю. — Госпожа Жрица, вы такая сильная, я никогда не встречал людей, которые с такой легкостью могут раскрошить даже огромный валун. — пробормотал мальчишка с каштановыми волосами, после того как подошла его очередь летать.       Жрица в ответ лишь рассмеялась. — Так, ребята, уже скоро зайдет солнце, вам нужно спешить домой, не то ваши мамы будут волноваться. Сумин, передай эти травы своей маме, их нужно заварить в чай, они помогут от ее бессоницы. Это очень ответственное задание, только не потеряй, хорошо?       Девочка вспыхнула румянцем, от того, что ей доверили такое ответственное задание. Она кивнула и командным тоном начала звать своих братьев домой. — Госпожа Жрица, а можно мы тоже придем завтра с вами играть? — с надеждой в голосе поинтересовался рыжеволосый мальчик. — Прости, Сота, но завтра я иду в соседнюю деревню, чтобы осмотреть больных, как-нибудь в другой раз, хорошо? — ответила девушка, заботливо потрепав мальчика по голове. — Сота, ну ты чего, госпожа Жрица помогает всем ближайшим поселениям в округе, у нее нет времени, чтобы играть с тобой в детские игры, — сказала Сумин, пихнув брата в бок. — Ой, а ты сильно взрослая прям, всего лишь на год меня старше. — обиженно отвернулся от нее Сота. — Ребята, не ссорьтесь, я обязательно с вами поиграю, даже взрослые любят веселиться, — улыбнулась жрица, — А теперь берите Юто, и бегом по домам.       Трое ребят кивнули, и махая на прощание жрице, побежали домой.       Девушка, оставшись одна, хихикнула, эта компания всегда смешила ее. Все-таки как здорово быть таким маленьким и беззаботным, этим детям еще только предстояло вкусить все несчастья, которые приносит их неспокойное время, так что пусть наслаждаются детством, пока могут.       Внезапно, улыбка девушки с лица пропала, она обеспокоено осмотрелась по сторонам, но никого не обнаружив, выдохнула, потирая переносицу. "Кажется на сегодня хватит работы, уже мерещиться всякое"

***

      Разведя огонь в пещере, девушка нанизывала на шпажку кусочки грибов, готовясь пожарить их. Ночь была прохладной, но для девушки это было не помехой, ведь она была надежно укрыта в горах от пронизывающего холодного ветра, да и простудиться для нее не представлялось возможным. Вот только беспокоило ее в эту ночь совершенно не это.       Девушка сделала вид, что уже готовиться есть свой ужин. Но вдруг резко вскочила, раскидывая остатки грибов по полу и доставая из ножен меч, развернувшись, она выставила острие ножа ровно в сантиметре от шеи незнакомца. — Кто ты? Я заметила тебя еще когда собирала травы на закате. — с настороженностью в голосе произнесла девушка, продолжая держать незнакомца на расстоянии своего вытянутого меча.       Перед ней стоял мужчина, примерно лет двадцати по виду. Он был в белом одеянии со странными символами, с отросшими каштановыми волосами. Мужчина молчал, не торопясь отвечать на ее вопрос. Лишь тогда жрица обратила внимание на одну деталь на его лице, а именно его глаза. По легкой белой пелене на них, было очевидно, что мужчина слепой, либо с очень сильными проблемами со зрением. Тем не менее, ей казалось, что его взгляд направлен точно на нее. Спустя несколько минут молчания, мужчина заговорил. — Ты целительница? — сухо проговорил он, как будто демонстрируя, что его совершенно не пугает острие меча, в любую секунду готовое перерезать ему горло. — Я жрица этих мест. И у меня действительно есть способности к исцелению. Важно другое. Кто ты? И как ты нашел меня? — несмотря на очевидную слепоту мужчины, девушка все равно сохраняла бдительность. — По следу чакры, в этих местах не так много людей, владеющих ниншу, тем более такой мощной. Да и слухи о тебе ходят. — сказал мужчина.       Логика в его словах была, тем более, что про нее действительно мог рассказать любой житель ближайших деревень. — Я так понимаю, ты пришел ко мне из-за проблем с глазами. — проговорила девушка, все-таки решив опустить меч.       Мужчина ухмыльнулся. — Какая проницательность. Да, мне действительно нужны твои целебные силы, чтобы вернуть силу моих глаз. Уверен, ты сможешь помочь. Ты ведь всем помогаешь, я прав?       Девушка оторопела от самоуверенности мужчины. Действительно, она помогала всем, кто в этом нуждался, но еще никто так бесцеремонно не заявлялся к ней посреди ночи. Тем не менее, отказать нуждающемуся в помощи, она не могла. Тяжело вздохнув, она подошла к незнакомцу, и положила руки ему на лицо. Мужчина резко дернулся, вырываясь из хватки. Девушка удивилась такой реакции, но все же уточнила. — Мне нужно посмотреть, — смущенно произнесла она, внутренне удивившись собственной робости.       Мужчина никак не отреагировал, давая молчаливое согласие на осмотр. Жрица снова приложила руки к его лицу, всматриваясь в слегка мутные радужки глаз. Ладони девушки подсветились зеленоватой чакрой. Мужчина прикрыл глаза, ощутив неожиданную легкость в голове. Отпустив руки, девушка слегка удрученно вздохнула. — Ты сможешь помочь? — поинтересовался мужчина. — Да, я попробую, я почувствовала, что болезнь твоих глаз связана с длительным применением ниншу, я чувствую, что в твоих глазах скрыта большая сила, но за ее использование ты поплатился своим зрением. Я могу это исправить, но это займет какое-то время. Восстановление зрения процесс, увы, не быстрый.— констатировала девушка. — Хорошо, ты можешь приступать сейчас, — также сухо проговорил мужчина, в его голосе прослеживались командирские нотки. — Сейчас уже ночь, и если честно, я бы уже хотела лечь спать, приходи завтра, — девушка попыталась избавиться от присутствия этого молчаливого и дерзкого незнакомца. — Я останусь здесь пока ты не закончишь с лечением. Мой дом слишком далеко, чтобы я возвращался обратно. — сказал мужчина, присаживаясь на камни.       Девушка задохнулась от возмущения. Здесь? Да что он о себе возомнил. Пришел к ней в дом, и уже решает за нее. — Обычно я не разрешаю пациентам оставаться у себя. Не люблю гостей... — начала пытаться избавиться от мужчины девушка. — Я не спрашивал разрешения. — резким тоном прервал ее незнакомец. — Чем быстрее начнешь лечение, тем скорее я уйду, так что в твоих интересах не затягивать.       Жрица растерялась от такой грубости. Этот парень был необычным, сомнений не было. Девушка рассматривала таинственного незнакомца. Парень по виду был ее ровесником. Широкоплечий, с острыми, резкими чертами лица. Но они не выглядели отталкивающими, скорее наоборот, парень был очень даже симпатичным. Скорее даже очень красивым. Девушка помотала головой от собственных мыслей. Она не помнила, чтобы когда-либо заглядывалась на своих пациентов, ее в целом мало волновали такие вещи, так как свое предназначение она видела совершенно в другом. Тем не менее, мужчина и правда нуждался в помощи. Она видела его пустой взгляд невидящих глаз, направленных в стену пещеры. И она поняла, что все равно не сможет просто выгнать его. — Хорошо! — приняв решение сказала девушка. — Я вылечу тебя. Но начнем мы завтра.       Мужчина не ответил, продолжая сидеть, устремив взгляд в одну точку. Он что, собрался всю ночь вот так просидеть? Устало выдохнув, девушка подошла к нему, положив ему руку на локоть. — Пойдем, я отведу тебя к кровати, или предпочитаешь спать на камнях?       Мужчина встал, вырывая локоть из хватки девушки. — Я в состоянии идти сам. — О, конечно, но если ты упадешь в один из обрывов в этой пещере, то лечить придется не только глаза, но и сломанную шею, — слукавила девушка. Конечно никаких обрывов в пещере не было, но ей захотелось хоть немного приструнить этого наглого незнакомца.       Мужчина раздраженно цыкнул, но все-таки вытянул локоть вперед, позволяя девушке вести его. Дойдя до спальной комнаты, спрятанной в пещере, жрица уложила его на свою кровать, сама же расположилась на некоем подобии дивана в противоположной стороне комнаты, продолжая с любопытством разглядывать уже более послушного незнакомца. — Назови свое имя, — неожиданно проговорил парень. — Имя? Зачем? Ты можешь как и все, просто называть меня Жрицей. — удивилась девушка, явно не ожидая такого вопроса. — Не люблю не знать имен тех, с кем имею дело, — отчеканил парень. — Меня зовут Суйрен. Может быть тоже представишься? — тихо проговорила девушка. — Суйрен... — проговорил мужчина, будто пробуя имя на вкус. Свое имя мужчина назвал не сразу, будто что-то обдумывая. — Ооцуцуки Индра. — все-таки проговорил парень, устремив невидящие глаза в сторону девушки, будто бы был в эту минуту способен разглядеть ее в темноте пещеры.       Ооцуцуки? Суйрен слышала раньше об этом клане. Конечно она знала про Хагоромо Ооцуцуки, основателя ниншу, и обладателя сильнейшей чакры. Значит этот Индра его сын? Она слышала про двух сыновей знаменитого мудреца, но была настолько далека от всего, что происходило в мире, ведя отшельническую жизнь, и помогая нуждающимся, что едва ли могла предположить, что знает об этом клане что-то большее, кроме того, что они невероятно сильны. Но в данный момент этот парень нуждался в ее помощи, и это было единственным важным для нее фактом. — Ты не боишься меня? — неожиданно спросил мужчина, явно ожидая от девушки более бурной реакции на его имя. — Боюсь? Кого? Слепого крота с острым языком, который бесцеремонно заявился ко мне домой и теперь возлегает на моей кровати? — Суйрен явно опешила от предположения парня, что его присутствие каким-то образом должно было вызвать в ней испуг.       Индра неожиданно рассмеялся, как будто бы девушка сказала что-то настолько абсурдное. Сейчас у него было два пути, показать девушке, кого она только что назвала слепым кротом, либо промолчать, с интересом наблюдая, как появился человек, который не впадает в панику от одного его присутствия. Парень решил выбрать второй вариант, его это по-своему забавляло. — Любопытная ты девушка, Суйрен... — проговорил Индра, про себя подумав, что ему было бы интересно узнать, как она выглядит. — Спокойной ночи, Индра Ооцуцуки, — нарочито медленно произнеся его имя сказала Суйрен, отворачиваясь к мужчине спиной.       Индра не ответил.

***

      Усталая Суйрен возвращалась к месту своего жительства. Она целый день помогла жителям деревни справиться с их недугами. У каждого из них были не очень серьезные проблемы со здоровьем, так что помощь не отняла у нее много сил. Тем более ей хотелось поскорее вернуться к таинственному незнакомцу, который явно был недоволен, когда с утра она ему сообщила о том, что у нее есть дела в деревне. Но напомнив ему о том, что он сейчас находится не в самом выгодном положении, чтобы ей перечить, мужчина почему-то усмехнулся, но все-таки не стал больше ей ничего говорить.       Войдя в пещеру, Суйрен обнаружила, что мужчина сидел на том же месте, где она оставила его с утра. — Ты что, просидел так весь день? — не удержалась от вопроса девушка.       Парень промолчал. Тяжело выдохнув, Суйрен поставила корзину с заранее купленной едой к ужину и направилась к мужчине. — Сейчас я займусь твоим лечением. Процесс займет какое-то время, я буду постепенно переливать тебе свою чакру, чтобы зрительная функция восстановилась. Но так как для этого потребуется значительное количество чакры, тебе придется задержаться здесь на какое-то время. — проговорила Суйрен, ожидая реакции Индры на ее слова. — Хорошо. — сухо ответил мужчина.       Суйрен присела рядом с ним, и положила руки на его щеки, в этот раз Индра уже не дернулся, как это было при первом ее прикосновении, лишь слегка поморщился, так как не привык, что кто-то вот так бесцеремонно может трогать его за лицо. — Тебе будет нужно лечь, чтобы я смогла сфокусировать чакру на глазах, придется пробыть в таком положении какое-то время.       Мужчина покорно начал укладываться прямо на пол каменной пещеры. Суйрен удивилась, что он даже не захотел дойти до кровати, но для нее было недопустимо, чтобы кто-то из ее пациентов мерз на полу, пока она осуществляет лечение. Девушка аккуратно приподняла голову парня, укладывая ее себе на колени. Раз он хочет чтобы она приступила к лечению прямо сейчас, то хотя бы так, чтобы она тоже чувствовала себя комфортно. Индра не сопротивлялся, лишь устремил свой невидящий взор прямо на ее лицо.       Девушка опустила свои ладони на глаза парня, активируя целебную чакру. Индра почувствовал, что ноющая головная боль, из-за частого использования мангеке шарингана начала постепенно отступать. В последнее время боль была настолько частой, что он уже привык существовать с ней, и когда боль утихла, удивился насколько же приятно просто ничего не чувствовать.       Закончив с лечением на сегодня, и истратив приличную долю своей чакры, девушка устало вытерла мокрый лоб, ощущая, что сейчас ей необходимо полежать, иначе она просто свалиться без сил. Приподнявшись с затекших колен, ноги перестали ее слушаться, и не удержав равновесие Суйрен стремительно полетела вниз, уже готовясь столкнуться с каменным полом. Но падения не произошло. Крепкая мужская рука подхватила ее, удержав в равновесии. Почувствовав руку парня на своем животе, девушка резко встрепенулась. — Спасибо... — тихо произнесла она.       Остаток вечера прошел в полном молчании.

***

      Прошла примерно неделя с момента как Индра пришел к Суйрен, каждый их день был словно отточенный ритуал. Днем девушка уходила, чтобы помогать жителям деревни, а вечером возвращалась к нему.       Суйрен быстро привыкла к тому, что теперь она не одна, ей было даже по-своему приятно возвращаться домой, зная, что кто-то ее ждет, даже несмотря на то, что парень делал это из своих личных целей. Сколько она себя помнила, она всегда была одинока, поэтому для нее было удивлением, что за такое короткое время она привыкнет к присутствию в ее жизни кого-то еще. Индра был молчалив. За эту неделю можно было пересчитать по пальцам количество диалогов, которое состоялось между ними. Ему нравилось, что девушка его не боится, не имея представления о том, кем он является на самом деле. Только она позволяла себе дерзость в общении с ним, и его это привлекало. Он чувствовал себя рядом с ней на удивление комфортно, такого с ним не было достаточно давно. После всех произошедших событий он не доверял никому, кроме самого себя. Но в Суйрен было что-то, что внушало ему доверие в ее намерениях.       Лечение тоже приносило свои плоды, хоть зрение и не восстановилось. Но Индра уже начинал видеть едва различимые очертания, которые хоть и сливались в одно единое пятно, но несмотря на это уже позволяли ему угадывать, что за объекты находятся перед ними. С одной стороны, Суйрен была рада, что парень идет на поправку, с другой, она знала, что как только зрение восстановится полностью, Индра уйдет, и она снова останется одна.       Возвращаясь в пещеру, Суйрен заметила двух людей, которые стояли к ней спиной рядом с входом в ее обитель, рядом с ними был Индра. Девушка почувствовала, что обстановка была явной недружелюбной, и ускорила шаг. — Кто вы такие? — на бегу крикнула девушка, преграждая им вход в пещеру. — Отойди с дороги, ты нам не нужна, нам нужен лишь он. — сказал незнакомец. — Вы пришли в мой дом без приглашения, и явно не ради дружеской посиделки. Я попрошу вас уйти. — проговорила Суйрен, сводя брови в настороженной гримасе. — Крошка, ты хотя бы знаешь кого сейчас защищаешь? Этот ублюдок поплатиться за то, что сделал с нашей деревней! — крикнул второй незнакомец. — Да что ты с ней церемонишься, убьем ее да и все. Раз она заодно с ним, то и не жалко. — сказал первый незнакомец, доставая дубинку, улыбаясь мерзкой улыбкой.       Суйрен поняла, что дело набирает серьезный оборот. Она не любила применять силу, и практически никогда не использовала ее, но похоже сейчас у нее не было выбора. Для нее не имеет значения, что связывает этих двоих с Индрой, но сейчас он был ее пациентом, а нападать на слепого было для нее верхом неприличия.       Мужчины уже двинулись в ее сторону, с выражением лица, не сулящим ничего хорошего. Суйрен резко ударила кулаком в солнечное сплетение приблизившегося незнакомца, от чего тот отлетел на пару метров. — Ах ты, ты что сделала с моим братом?! Тебе конец... — проговорил второй незнакомец, со всей силы замахнувшись на нее дубинкой.       Суйрен на лету поймала несшееся на нее оружие, и с легкостью, как будто бы оно было пушинкой, сжала в кулак, от чего дерево тут же рассыпалось в щепки. — Да кто ты черт возьми такая, откуда такая сила? — ошеломленно проговорил незнакомец.       Суйрен не успела отреагировать на его вопрос, так как очнувшийся от ее удара незнакомец уже бежал на нее, складывая руки в печати. В Суйрен полетели клубки огня, от которых она едва успела уклониться, не ожидая, что мужчина применит технику. Значит они владеют ниншу, будет не так просто. Девушка достала из ножен меч и встретилась с мечом противника, вступая в бой. Их спарринг продолжался. На секунду, девушка вспомнила о том, что уже достаточно давно не видела второго незнакомца. И ровно в этот момент почувствовала, как что-то пронзает ее насквозь. — Ну вот и все, сдохни! — прокричал незнакомец, воткнувший нож ей в спину.       Суйрен закашлялась кровью, пошатнувшись. Но не упала. Все ее тело, начиная от лица начали покрывать странные черные линии. Девушка вытащила из спины меч, отбрасывая его на землю, а из только что нанесенной раны, пошел пар, затягивая ее. — Что за чертовщина, как ты?... — но незнакомец не успел договорить, так как ровно в эту секунду его объяло пламенем, ровно как и второго.       Суйрен не хотела наблюдать за смертной агонией двух нападавших, и поэтому отвернулась, сдерживая слезы. Она не хотела их убивать, она вообще была против убийств, но сейчас, похоже, что выбора на оставалось.       На ее плечо легла мужская рука. — Ты в порядке? — коротко поинтересовался Индра. — Да. Зачем ты их убил? — спросила Суйрен.       Индра стоял неподвижно, его едва видящие глаза были направлены в сторону догорающих тел. — Они хотели убить тебя.       Его голос звучал ровно, без эмоций, но в нём чувствовалось что-то тёмное, глубинное.       Суйрен вздрогнула от его прикосновения, но не отстранилась. — Я бы справилась... — Нет.       Он резко повернулся к ней, его пальцы впились в её плечо. — Ты не видела их чакру. Они были не простыми наёмниками. Они пришли за мной. — Кто они? Чего они хотели? — с дрожью в голосе спросила Суйрен. — Это тебя не касается. — в привычной манере ответил мужчина и направился ко входу в пещеру, обозначая, что разговор окончен.       Суйрен смотрела в спину удаляющегося мужчины. Она была благодарна ему за помощь, но ее сильно насторожило то, с каким хладнокровием этот парень расправился с этими двумя. Кажется, Индра скрывал что-то гораздо большее, чем она могла себе предположить.       Зайдя в пещеру вслед за мужчиной, Суйрен обнаружила, что он сидел на своем привычном месте, не обращая внимания на ее присутствие. Она выдохнула. — Почему ты не расправился с ними сам? Что-то подсказывает мне, что ты мог бы легко одолеть их. — поинтересовалась девушка. — Мне было интересно узнать на что ты способна. — коротко ответил Индра. — Узнал? И что теперь? — слегка раздраженно проговорила Суйрен, недовольная тем, что парень просто по своей прихоти вынудил ее сегодня применить силу. — Теперь мне интересно знать. Почему такая как ты, обладающая столь мощными техниками исцеления, сверхчеловеской силой, и вдобавок способностью к регенерации ведешь жизнь в качестве отшельника, посвятив себя помощи убогим слабым людям. — поинтересовался Индра.       Суйрен остолбенела от этого вопроса, даже со своим размытым на текущий момент зрением, Индра смог подметить абсолютно все ее способности, которые она продемонстрировала во время сегодняшней стычки. — Ну во-первых, не называй этих людей убогими, они вовсе не такие. А во-вторых, у меня как и у всех есть своя история, и свои причины, чтобы так жить. — отчеканила Суйрен, начавшая заниматься приготовлениями к ужину. — Я никуда не тороплюсь. — проговорил Индра, устремив свой взор на Суйрен, показывая, что таким коротким ответом она явно не отделается.       Девушка вздохнула. Раньше никто не интересовался у нее насчет ее прошлого. Да и некому было, близких людей у нее не было, и ее в целом это устраивало. До сегодняшнего дня. Поразмыслив немного, жрица решила, что не против поделиться историей своей жизни с этим странным парнем, и в очередной раз тяжело вздохнув, начала свой рассказ. — Я родом из клана, который называет себя клан Красной луны. Мы отличаемся особыми способностями к целительству, так как способны переливать свою чакру другим людям, способности к манипуляции чакрой также наделяют нас большой физической силой, позволяя концентрировать ее в нужном месте. Мой дед, он был одним из учеников Ооцуцуки Хагоромо, одним из лучших, благодаря своим врожденным способностям к ниншу. Он и был основателем нашего клана и его лидером. Когда я родилась, меня с детства начали обучать ниншу, чтобы передать знания следующему поколению, а также чтобы я смогла овладеть способностями к моментальной регенерации.       Детство свое я помню смутно, в основном это были лишь изнурительные тренировки с братьями, меня не жалели. Однако, я была самой способной из клана. Мои способности к исцелению, а также к манипуляцией чакрой были выдающимися, меня называли гением и будущим клана. Однако быть гением это тяжелое бремя. Меня сторонились мои же друзья, которые не обладали такими же силами, даже собственные братья не хотели со мной связываться. Поэтому я была достаточно одиноким ребенком.       Затем начались междоусобицы между кланами, многие хотели использовать способности нашего клана в своих целях. Это не устраивало мою семью, мы видели свое предназначение в том, чтобы использовать свои силы во благо, а не для разжигания ненависти. Я понимала, что с моими способностями мне не позволят просто остаться в стороне от бесчисленных междоусобиц. Из-за них я уже потеряла свою мать и брата. После смерти мамы все изменилось... Отец принял сторону тех, кто хотел использовать наши силы для того, чтобы подчинять себе другие кланы, и для этого ему была нужна я. Я не готова была омывать свои руки в крови ради безумных идей других. Мы с моими двумя выжившими братьями договорились сбежать, чтобы больше не быть связанными с кланом, который забыл о своем истинном предназначении. В одну из ночей, мы сбежали, чтобы жить так, как этого хотим мы. Но я всегда понимала, что из-за моих способностей, меня никогда не перестанут преследовать, поэтому я оставила своих братьев и ушла так далеко, как могла, вычеркнула все свое прошлое, чтобы быть свободной и позволить своим братьям жить так как они этого хотят.       Добравшись сюда, я поняла, что только будучи здесь, в одиночестве, помогая другим и используя свою силу так как я считаю нужным, я смогу быть по-настоящему свободной. Больше мне нечего добавить.       Закончив свой рассказ, девушка обрадовалась, что Индра видит не настолько хорошо, чтобы заметить слезу, скользнувшую по ее щеке, от навеянных воспоминаний. — Мы похожи. — неожиданно проговорил парень. — Что ты имеешь ввиду? — спросила девушка, удивившись его ответу. — Быть гением. Чужой среди своих. Я знаю какого это, и понимаю почему ты выбрала уединенную жизнь, не став идти на поводу у своей семьи. — проговорил Индра, устремив внимательный взор на девушку, будто в этот момент был способен увидеть ее лицо.       Девушка посмотрела на парня. В целом она еще с первой их встречи ощущала, что между ними есть что-то общее, невидимое, но связывающее. И теперь ей стало очевидно что именно. Она ощутила странное волнение от того, что кажется впервые за всю свою жизнь, она смогла встретить человека, который по-настоящему мог понять ее чувства, пусть она и не знала ничего про его историю, но она ощущала это. Индра понимал ее. Он как и она, тоже был гением, у которого не было шанса на нормальную жизнь. Никем не понятый и одинокий. Несмотря на всю трагичность данных фактов, Суйрен ощутила тепло. Впервые она почувствовала себя не одинокой. — Ты расскажешь мне свою историю? — робко поинтересовалась она. — Не сегодня, — усмехнулся мужчина. — Если мы в чем-то и похожи, то точно не в жизненных принципах, тебе не понравится мой рассказ.       Суйрен не могла отвести взгляда от парня. Ей хотелось узнать о нем побольше, ведь она впервые обнажила душу перед кем-то. Хоть она это и отрицала и считала, что самое главное для нее знать, что ее сила идет во благо, но также внутренне она отчаянно нуждалась в тепле. Ведь глубоко внутри, она все еще вспоминала ту маленькую девочку, которой хотелось любви, а не быть просто оружием.       Суйрен подошла к Индре, который продолжал неподвижно смотреть в одну точку, словно погруженный в свои воспоминания. Теперь ему было понятно, что именно привлекло его в этой девушке. Он с первого дня подсознательно чувствовал, что несмотря на все их очевидные различия в характере, они чем-то похожи. И сегодня он в этом убедился. Суйрен привычным жестом прислонилась к его лицу, но не начала лечение как делала это обычно. "Я хочу ощутить, хочу почувствовать тепло" — пронеслось у нее в голове. — Я хочу... — прошептала девушка, не договорив фразу, все еще держа лицо парня в своих руках.       Индра не ответил, но и не отстранился, позволяя девушке сделать то, что она хочет.       Суйрен осторожно прикоснулась своими губами к губам Индры. Индра не ответил на поцелуй, но и не оттолкнул — он замер, будто парализованный, его дыхание стало медленным, тяжёлым, как будто каждый вдох давался с трудом. Она отстранилась, едва касаясь его губ кончиками своих, и посмотрела ему в глаза — невидящие, но такие живые, наполненные чем-то, чего она не могла назвать. — Зачем? — его голос прозвучал хрипло, почти шёпотом, но в нём не было гнева. — Мне нужно было почувствовать... тепло. Считай это платой за мою тебе помощь. — прошептала девушка.       Индра замер. Девушка думала, что он вот-вот отстраниться, но вместо этого парень наклонился ближе, чтобы отыскать ее губы. Кончики их губ снова соприкоснулись. Медленным осторожным движением Индра нашел ее губы с неожиданной нежностью, словно боясь, что слишком резкое движение может разрушить этот хрупкий момент. Его пальцы осторожно вплелись в ее волосы, удерживая, но не сковывая. Индра не умел целоваться. Это было очевидно. Его движения были осторожными, неумелыми, будто он боялся сделать что-то не так. Пальцы Суйрен мягко скользнули по его щекам, чувствуя, как напряжение постепенно уходит из его тела, как дрожь в его руках становится тише, как его дыхание – прерывистое, неровное – постепенно сливается с её. Он вдруг глубже наклонился, прижимая её к себе, и в этом движении было столько отчаянной нежности, что у неё перехватило дыхание. Его губы были сухими, шершавыми от долгих дней на ветру, но тёплыми – живыми, настоящими.       Когда они наконец разъединились, он не отпустил её. Они стояли, лбами прижатыми друг к другу, дыхание спутанное, губы обожжённые, тела дрожащие. — Спасибо... — прошептала Суйрен.       Это не был поцелуй любви или страсти, в нем не было похоти. Лишь своеобразное проявление понимания и нежности двух душ, отчаянных, одиноких, но также нуждающихся в этой маленькой частичке тепла, которой они всегда были лишены. Им не требовалось объяснять друг другу, что сейчас произошло. Они и так это понимали, возможно единственные, кто могли понять друг друга в этот момент.

***

      Прошел уже почти месяц, с тех пор как Индра поселился в пещере у девушки. Суйрен уже полностью привыкла к его присутствию, и хоть мужчина по-прежнему в своей манере был немногословен, но у них выстроилось что-то наподобие совместного быта. Индра кажется тоже оттаял к девушке, и казалось наслаждался этой временной передышкой. Когда рядом была только она. Никаких битв, осуждений, ответственности за своих людей, только тихая и уединенная жизнь, которая скоро закончится, но пока лечение продолжалось, он решил позволить себе побыть с той, кто не осуждала, не опасалась, а просто принимала его таким какой он есть.       Глаза Индры постепенно восстанавливались, он видел по-прежнему размыто, но теперь все уже не сливалось в единое пятно, а просто было похоже на мутное стекло. Он смог увидеть, что у целительницы длинные розовые волосы, это было необычно, но ему нравилось. Но четко разглядеть ее лицо он по-прежнему не мог. Наверное это и было тем, что раздражало его на этот момент больше всего.       С момента их последней сцены, Суйрен почувствовала, что неведомая сила начинает тянуть ее к парню. И хоть после их поцелуя больше ни разу не повторялось ничего подобного, но она знала, что этот месяц изменил для нее все. Теперь она не просто привыкла к его присутствию, ей нравилось его присутствие, нравилась его загадочная молчаливость, нравилось то, что несмотря на всю холодность, когда девушка была в изнемождении из-за большого количества перелитой чакры, Индра отточеным движением подхватывал ее на руки и относил на кровать. Он даже начал помогать ей со сбором трав. Конечно в своей манере, он объяснил это по своему: — Я просто устал сидеть в пещере без дела, — вспоминала девушка слова Индры, который почему-то усердно прятал глаза, произнося это.       Нет, наверное, единственное что было для Суйрен более чем сакральным, это ночи. В одну из ночей, парня одолевали сильные головные боли. Суйрен не могла оказать помощь, так как уже потратила слишком много чакры, чтобы исцелить глаза парня, но просто не могла смотреть на то, как он мучается. Смочив тряпку холодной водой, она аккуратно присела на край кровати и начала протирать лицо парня, чтобы хоть немного облегчить его страдания. Морщинка боли на его лице постепенно разгладилась, и облегченно выдохнув, Суйрен уже было хотело возвращаться на свое спальное место, но почувствовала сильную хватку на своем запястье. Суйрен удивилась, подняв вопросительный взгляд на парня. Он ничего не сказал, но ей это было и не нужно. Она поняла, поэтому аккуратно легла рядом с парнем.       Тишина ночи сгущалась вокруг них, словно тёплое покрывало. Суйрен осторожно пристроилась рядом, стараясь не потревожить его, но Индра не отпускал её запястье — его пальцы сжимались чуть сильнее, когда она пыталась отодвинуться, будто боялся, что если она уйдёт, боль вернётся. И она осталась. Он не говорил ни слова, но его дыхание, прерывистое и глубокое, постепенно выравнивалось в такт с её. Его тело, обычно такое напряжённое, постепенно расслаблялось, прижимаясь к ней, ища тепла, ища опоры. И она дала ему это — лёгкое прикосновение руки к его груди, тихий шёпот, который даже не был заговором, а просто... Просто утешением. Они не говорили. Не нужно было. Потому что в этой темноте, под покровом ночи, где не было ни его силы, ни её умений, ни прошлого, ни будущего... Они были просто двумя людьми. А когда утро разорвало горизонт, Индра проснулся первым. И не ушёл. Он просто лежал, смотря в потолок, чувствуя её дыхание на своей груди, её волосы, рассыпавшиеся по его плечу, её руку, всё ещё сжатую в его. И впервые ... Он не хотел, чтобы это заканчивалось.       С этой ночи, они периодически засыпали вместе. Каждый раз, когда Индру одолевали головные боли, Суйрен просто молча ложилась рядом, своим теплом помогая прожить приступ. И парень действительно успокаивался. Они ни разу не обсуждали этот момент. Но им это было и не нужно. Они понимали друг друга без слов.       И вот сейчас девушка прогуливалась по поляне, собирая целебные травы, а сзади нее шел мужчина, неся в руках корзину. К ним подбежали трое озорных ребятишек. — Госпожа Жрица, Госпожа Жрица! Поиграйте с нами, — кричал Сота, кружа вокруг девушки.       Сумин подбежала к Индре, который шел чуть позади. Суйрен обернулась, и её глаза сразу загорелись теплом. — Опять без дела бегаете? — притворно строго спросила она, но уголки губ предательски дрогнули.       Сота, самый шустрый из троицы, ухватился за подол её одежды и засиял во всю ширину своей беззубой улыбки: — А мы уже всю работу по дому сделали! Мама разрешила! — Правда-правда! — подхватила Сумин, уже успевшая залезть в корзину Индры и с любопытством ковыряться среди трав.       Индра нахмурился, но не отстранился — лишь слегка приподнял корзину повыше, чтобы маленькая проказница не перевернула весь его сбор. — И что вы хотите? — спросила Суйрен, приседая на корточки, чтобы быть с детьми на одном уровне. — В прятки! — выпалил Сота. — Нет, в салки! — возразила Сумин. — А давайте в то, как вы гоняли вчера того вора из деревни! — неожиданно встрял третий малыш, Юто, до этого скромно молчавший в сторонке.       Суйрен закатила глаза, но Индра неожиданно фыркнул — коротко, тихо, но она услышала. Вспоминался вчерашний день, когда Суйрен с Индрой пришли в деревню, последние дни он часто сопровождал ее, и им на пути встретился вор, который украл у торговки охапку морковки. Но даже с проблемами со зрением, Индра поймал его буквально за минуту. Вор, увидев страшный взор парня еще долго извинялся перед торговкой в страхе перед Индрой. Это было почти... смешно. — Ладно, — Суйрен поднялась, отряхивая руки от земли. — Но только на полчаса! — Ура-а-а! — дети тут же рванули врассыпную, как стайка воробьёв. — Ты серьёзно? — Индра наконец выдавил из себя, глядя на неё с немым укором. — А что? — она улыбнулась, нарочито беззаботно, и вдруг схватила его за руку. — Беги!       И потащила за собой, пока дети визжали от восторга, а он... Он бежал. С корзиной в руках. С тенью улыбки на губах. Как будто и не было никогда ни войны, ни ненависти, ни тьмы. А потом... Потом он поймал её. Не нарочно. Просто она оступилась. И он подхватил её, крепко, надёжно, как будто боялся, что она разобьётся. И они замерли. Слишком близко. Слишком тепло. Слишком... — Господин Индра тоже играет! — внезапно пронзительно завопил Сота, срывая момент.       Суйрен рассмеялась, а Индра... Индра просто вздохнул. Но пальцы его так и не разжались. Не сразу.       Набегавшиеся дети, устало разлеглись на поляне. Индра ушел в пещеру, чтобы оставить там корзинку с набранными травами, а Суйрен заплетала волосы Сумин, сидя с детьми на поляне. — Госпожа Жрица, скажите, а Господин Индра, это ваш возлюбленный? — задорно спросила девочка.       Суйрен смутилась, дети любили задавать вот так прямо в лоб бестактные вопросы. — Что? Нет! — её голос прозвучал чуть выше обычного, а кончики ушей предательски заполыхали розовым.       Сота тут же подскочил, как на пружинках, с хитрым блеском в глазах: — А почему тогда он всегда смотрит на вас, когда вы не видите? — И вчера он отдал вам самый большой кусок рыбы, когда мама угощала вас ужином! — добавил Юто, с важным видом скрестив руки на груди.       Суйрен откашлялась, стараясь сохранить вид невозмутимости, но щеки уже горели. — Это просто... вежливость. И он не смотрит. Вы же знаете, у него проблемы со зрением, он на всех так смотрит. — Смотрит! — хором завопили дети.       Сумин, довольная свежезаплетённой косичкой, обернулась и лукаво щурилась: — А ещё он всегда ходит за вами, как тень. Папа говорит, что так делают только...       В этот момент из-за спины Суйрен раздался ледяной голос: — Если вы не заткнётесь, я превращу вас всех в жаб.       Дети ахнули, но не испугались — они уже привыкли к его угрозам, которые никогда не исполнялись.       Сота даже фыркнул: — Господин Индра, вы же не умеете в жаб!       Индра стоял над ними, скрестив руки, с лицом, на котором боролись раздражение и... что-то ещё. — Хотите проверить?       Суйрен, наконец собравшись с духом, подняла глаза к нему — и вдруг рассмеялась. — Перестань их пугать.       Он нахмурился, но в уголках его глаз дрогнуло что-то, что могло бы, при большом воображении, сойти за улыбку. — Ты слишком их балуешь. — А ты слишком ворчишь.       Дети переглянулись, а Сумин шёпотом, но нарочито громко, прошептала Соте: — Они точно жених и невеста.       Индра вздохнул так глубоко, словно молил богов о терпении.       Когда солнце склонилось к закату, дети разбежались по домам. Индра и Суйрен сидели в пещере, допивая остывший после ужина чай. — Знаешь, мне показалось, или ты привязался к этим разбойникам? — с улыбкой на лице спросила Суйрен, намекая на сегодняшнюю сцену с детьми. — Тебе показалось. — сухо ответил Индра. — Ага, — она протянула слово, наклоняясь через низкий столик, — Значит, просто позволил Сумин повиснуть у себя на руке, как обезьянке? Или это тоже мне показалось?       Индра нахмурился, но в его глазах не было привычной суровости. Скорее... досадливое смущение. — Она бы разбила себе голову, если бы я не подхватил. — Конечно, конечно, — Суйрен откинулась назад, пряча улыбку в чашке, — Просто из милосердия.       Тишина. Только треск догорающих углей в очаге. Потом... — Они... не противные, — неожиданно выдавил Индра, глядя куда-то мимо нее, в стену пещеры. — Как большинство детей. И они не шарахаются от меня, так как еще не понимают многих вещей в силу возраста.       Суйрен замерла. Это было почти... признание. Она видела как реагируют на него взрослые, шарахаются, отводят взгляд, она была уверена, что если бы рядом не было ее, то скорее всего никто не был бы так вежлив с Индрой. Да и он не производил впечатления как дружелюбный человек. Вечно хмурый, резкий, грубый. От одного его взгляда жители деревни ежились, словно подул холодный ветер. Конечно Суйрен все это замечала. Но были дети, три бесенка, которых Суйрен подпустила ближе всего. И на удивление, они смогли найти своеобразный подход даже к вечно невозмутимому Индре, и это ее умиляло, заставляя проникаться к парню еще больше. — Я сейчас начну лечение, приготовься, пожалуйста. — неожиданно смутившись произнесла она. — Если все пройдет хорошо, то сегодня твое зрение должно будет обрести четкость.       Индра кивнул, устраиваясь в привычной позе, готовый к ставшей уже привычной процедуре.       Суйрен подошла, привычным жестом приложив руки к глазам парня. Ее лечение помогало, она чувствовала своей чакрой, что сила возвращается к глазам парня. И эта сила была невозможной, она никогда раньше не чувствовала подобного. Мужчина был силен. Очень. Возможно сильнее всех кого она когда-либо знала. Но почему-то это не пугало ее. Ведь ей он показывал другую свою сторону. Суйрен задумалась о том, что уже в ближайший месяц, сила восстановиться полностью. И что тогда? Он просто уйдет? Была ли она готова к этому, на этот вопрос ответ она не знала.       Закончив с переливанием чакры, Суйрен опустила руки. Парень медленно открыл глаза. Суйрен внимательно наблюдала за его выражением лица. Взгляд парня внимательно изучал ее лицо, будто цепляясь за каждую деталь. Неожиданно он произнес: — Я тебя вижу.       Суйрен замерла, её губы слегка приоткрылись, но слова застряли в горле. Он видел её. По-настоящему. Впервые. Не как размытое пятно, не как силуэт в тумане — а чётко, ясно, как она есть.       Индра медленно поднял руку, осторожно, будто боясь, что она рассыплется в прах под его прикосновением. Его пальцы коснулись её щеки, провели по линии скулы, остановились у виска, где прядь волос всегда выбивалась из её небрежной причёски. — Ты...       Его голос звучал хрипло: — ...совсем не такая, как я представлял.       Суйрен чувствовала, как её сердце колотится так громко, что, казалось, его слышно даже в соседней деревне. — А какая? — прошептала она, не в силах отвести взгляд.       Индра не ответил сразу. — Красивее...       Девушка потеряла способность дышать, продолжая смотреть в его глаза. Он тоже не отрывал взгляда от ее зеленых глаз. Индра чувствовал себя загипнотизированным ее взглядом. Ему казалось, что он никогда не видел более красивого лица. Его никогда не интересовали девушки. Но она. Она с первых дней показалось ему особенной. И теперь он в этом убедился.       Они снова поняли друг друга без слов, слившись в поцелуе. Но этот поцелуй не был похож на предыдущий. Сейчас здесь было нечто большее, чем просто попытка подарить частичку тепла. Суйрен чувствовала, как от каждого прикосновения губ Индры по ее телу начинает разливаться жар. Незнакомые, но такие приятные ощущения. Индра, медленно касался ее губ, как будто бы старался растянуть этот момент. Ощущая как по телу проходит волна, от каждого прикосновения к ней.       Индра медленно отстранился, его темные глаза — теперь ясные, зрячие — изучали каждую черту её лица, каждую веснушку, каждую искру эмоций, что вспыхивала в её зелёных глазах. Его пальцы скользнули по её щеке, задевая линию скулы, погружаясь в розовые волосы, заплетая их между пальцев, словно боясь, что если он отпустит, всё это окажется сном.       Она взяла его руку, прижала ладонь к своей груди, позволяя ему почувствовать, как бешено бьётся её сердце.       Это было всё, что ему нужно было услышать. Он наклонился, его губы снова нашли её, но теперь поцелуй был другим — нетерпеливым, жадным, полным той самой страсти, что так долго скрывалась под слоями льда.       Его руки скользнули вниз, обхватывая её бёдра, поднимая, прижимая к стене пещеры, и она выдохнула от неожиданности, цепляясь за его плечи, чувствуя, как её тело плавится от каждого прикосновения. — Индра... — её голос сорвался, когда его зубы легонько впились в её шею, оставляя метку, заявляя права.       Он не отвечал, слишком занятый тем, чтобы исследовать каждую частичку её кожи, каждый изгиб её тела, каждый стон, что вырывался из её губ.       Индра прижал ее к стене пещеры, его крупные ладони обхватили ее талию, пальцы впились в плоть сквозь тонкую ткань одежды.       Его пальцы медленно скользнули вверх, к завязкам ее платья. Один рывок – и ткань соскользнула с плеч, обнажая бледную кожу, усыпанную веснушками. Его дыхание перехватило.       Он опустился на колени перед ней, его руки скользнули по бедрам, поднимая подол платья. Губы коснулись внутренней стороны колена, и Суйрен застонала, вцепившись пальцами в его волосы.       Он не останавливался. Его поцелуи поднимались выше, оставляя влажный след по дрожащей коже. Когда его язык коснулся самого интимного места, Суйрен вскрикнула, ее ноги дрогнули, но он крепко держал ее, не давая упасть.       Каждое движение его языка было мучительно медленным, невыносимо точным. Ее пальцы судорожно сжимали его волосы, бедра предательски подрагивали.       Он только глубже прижался к ней, одним движением подняв ее ногу на свое плечо. Новый угол, и его язык проник глубже, выжимая из нее стон, переходящий в рыдание.       Когда волна накрыла ее, Индра едва успел подхватить ее падающее тело. Она вся дрожала, губы приоткрыты, глаза затуманены.       Одежда мешала, была лишней, ненужной, и он избавился от неё, с лёгкостью разрывая ткань, не терпя препятствий.       Суйрен не сопротивлялась, её пальцы дрожали, когда она пыталась расстегнуть его пояс, сбросить с него всё, что мешало ей чувствовать его кожу.       Когда они наконец соприкоснулись, оба замерли на мгновение — её тело, такое тёплое, мягкое, его — твёрдое, иссечённое шрамами, но идеально подходящее к ней, словно две части одного целого.       Ее спина коснулась шкуры, постеленной у костра. Индра сбросил с себя остатки одежды, и Суйрен завороженно смотрела на его тело – шрамы, переплетающиеся с мышцами, бешеный пульс на шее, его возбуждение, такое явное, что у нее перехватило дыхание.       Он вошёл в неё медленно, давая ей привыкнуть, но Суйрен не хотела ждать — она обвила его бёдрами, притянула глубже, заставив его застонать, ощущая, как её тело наполняется им, как каждый нерв будто вспыхивает от прикосновения.       Первый толчок заставил ее болезненно закусить губу, сдерживая крик. Индра тут же остановился, его тело напряглось, каменные мышцы дрожали от усилия сдержаться. — Продолжай, — прошептала она, обнимая его за шею.       Он почувствовал, как её тело сжимается вокруг него, как её ногти впиваются в его спину, как её голос срывается на высоких нотах, и это стало последней каплей — он отпустил себя, забыв всё, кроме её имени, её тепла, её...       Он начал двигаться – медленно, осторожно, каждый толчок глубже предыдущего. Суйрен закинула голову назад, ее ноги обвились вокруг его бедер, притягивая ближе.       Индра зарычал, его бедра ускорились. Теперь он входил в нее полностью, с каждым движением заставляя ее стонать все громче. — Посмотри на меня, — приказал он хрипло.       Она открыла глаза – его лицо было так близко, его черные глаза горели, в них не осталось и следа привычного холода. Только голод. Только она.       Он не останавливался, продолжая двигаться, продлевая ее наслаждение, пока его собственное не накрыло его с такой силой, что он впервые в жизни потерял контроль – его тело напряглось, издавая хриплый рык, когда он заполнил ее.       Они рухнули вместе, его вес придавил ее, но Суйрен не хотела, чтобы он уходил. Ее пальцы медленно гладили его спину, ощущая каждую мышцу, каждый шрам.       Он поднял голову, его глаза были невероятно черными в свете костра. Они не говорили больше ничего. Не нужно было. Где-то снаружи завывал ветер, а в пещере было тепло, и впервые за долгие годы – никому из них не было одиноко. Иллюстрации к главе: https://i.pinimg.com/736x/9c/09/ed/9c09ed281073eab98c6b6d016c489d1e.jpg (это арт идеально отражает то, как я вижу Суйрен) https://i.pinimg.com/736x/f6/80/b7/f680b718d2190458c8cb4d161b32b770.jpg https://i.pinimg.com/736x/8c/4b/84/8c4b848d07470d59f1add1979a8e3e55.jpg