Трое в Тереме, не считая собаки

- В смысле? - уже в третий раз переспросил Фан Добин, - как так? Я думал, мы ее просто раскормили… - Я тоже так думал... - вздохнул Ли Ляньхуа, задумчиво покачав головой. - Ты же лекарь, как ты утверждаешь! Как ты мог не понять? - Ну я же не ветеринар, - обиделся псевдолекарь, в глубине души соглашаясь, что и в самом деле можно было догадаться. - Ну и что ты теперь планируешь делать? - поинтересовался Добин. Ли Ляньхуа не успел ответить, как его прервал голос из-за спины: - Делать с чем? - поинтересовался Ди Фэйшэн, по-свойски заходя в приоткрытую дверь Лотосового Терема. - Сколько можно повторять, глава Ди, что подслушивать нехорошо, - укоризненно, но скорее автоматически, произнес Ли Ляньхуа. Его мысли были заняты другим. - Как будто надо подслушивать, когда Фан Добин верещит так, что слышно на сто ли вокруг… - Эй! Это кто тут верещит! - возмутился Добин. - Ты и… - Ди Фэйшэн увидел, на что так сосредоточено смотрят его друзья и осекся, - а это еще что такое? - Ну… у меня в Тереме все время кто-то заводится, то Фан Добин, то ты… а теперь вот… Ровно посреди кровати разлеглась Хулицзин, к которой присосались шесть сладко причмокивающих розовых комочков. - Откуда это взялось? - хмуро поинтересовался Ди Фэйшэн. - А-Фэй, ты же, наверняка, слышал про пестики и тычинки… - начал было ехидно Фан Добин, но прервался, потому что ему стремительно и весомо прилетело по уху, - Хулицзин в подоле принесла, непонятно что ли, - продолжил он обиженно, потирая ухо, - чего еще ждать, когда собаку назвали лисой-обольстительницей…. Ди Фэйшэн задумчиво уставился на обольстительницу. Внезапно он понял, что никогда раньше не задумывался, какого пола эта собака, поэтому наблюдать ее в качестве гордой многодетной матери было неожиданно. - Я думал, она просто толстая, - пробурчал он. - Мы все так думали, - вздохнул Ли Ляньхуа и протянул руку, чтобы погладить мать-героиню, - ты бы хоть предупредила… - пробормотал он. Хулицзин, которая к этому моменту уже несколько обалдела от сосущих ее щенков, посмотрела на него взглядом, говорящим что-то вроде «Понятия не имею, как это получилось». Внезапное появление в холостяцком коллективе кормящей матери семейства перевернуло жизнь в Тереме с ног на голову. Хулицзин, раньше послушно проживавшая в своей будке, была твердо уверена, что многодетным полагается улучшение жилищных условий, поэтому непреклонно заняла хозяйскую кровать. Хозяин Терема вынужден был смириться с этим и устроиться на втором этаже, как следствие с гостевыми местами возник дефицит. После бурной, но недолгой перепалки, Фан Добин вынужден был уступить грубой силе «Ветра в тополях» и вакантное место на топчане на полу второго этажа было завоевано главой Ди. - Ты же не спишь в незнакомых местах! - возмущался Фан Добин, - а медитировать можно и на крыльце… - Так это знакомое место, - ухмыльнулся Ди Фэйшэн, - а ты, пожалуйста, можешь помедитировать на крыльце… тебе полезно. Фан Добин возмущенно посмотрел на Ли Ляньхуа в поисках поддержки, но тот остался постыдно равнодушен к страданиям своего самопровозглашенного ученика. - Дедовщина, - пробормотал Фан Добин, пристраиваясь на козлах. Спать в одной комнате с Хулицзин и ее семейством было невозможно — щенки очень быстро научились расползаться по всем ее уголкам, и существовал немалый риск наступить на них в темноте. Спорить с А-Фэем… было очень заманчиво, но не очень перспективно. И к тому же достаточно больно. Погрузившись в сладкие предвкушения о том, как А-Фэй однажды заплатит за все, Фан Добин сам не заметил, как уснул. ***- А-Фэй... - задушевно начал Ли Ляньхуа, но не успел он продолжить, как Ди Фэйшэн вскинул ладонь, останавливая его речь. - Даже и не пытайся. - Ты же любишь охотиться? - все-таки попытался Ли Ляньхуа. - Мне не нужна собака. Мне вполне хватало одной твоей собаки! - Ну смотри, как ты ему нравишься? Один из щенков, действительно, облюбовал Ди Фэйшэна и увлеченно грыз кисточку на его халате, а ленивые попытки главы Ди пресечь порчу украшения воспринимал как веселую игру и раззадоривался еще больше. - Он как Фан Добин. Ты ему в лоб, а он еще больше лезет… нет уж, пристраивай кому-нибудь еще, а меня оставь в покое. - Сердца у тебя нет, глава Ди, - укоризненно произнес Ли Ляньхуа и задумался, кто из его знакомых мечтает о маленьком пушистом комочке счастья, поскольку эти комочки становились с каждым днем все больше, пушистее и разрушительнее, а пространство в Тереме было ограничено. Да и кормящая мать требовала все больше еды, что сказывалось на общем бюджете. К счастью, самым заинтересованным лицом в том, чтобы побыстрее пристроить всех щенков, оказался Фан Добин, а он если за что-то брался, то брался с энтузиазмом. К моменту, когда Хулицзин стала достаточно бескомпромиссно отучать свой выводок от молока, четверо из шести были уже сговорены — двух щенков забрали мама и тетя Фан Добина, еще одного — Су Сяоюн, четвертый — самый драчливый, достался Ши Шуй, которая несколько угрожающе пообещала воспитать из него нормального боевого пса. Когда Юнь Бицю принес для Ли Сянъи какие-то бумаги из Байчуаня, он неожиданно для себя оказался счастливым владельцем пятого щенка, самого тихого, которого просто сунули ему в руки, а щенок залез за пазуху и уснул там, после чего Бицю не смог с ним расстаться. Последнего, шестого щенка глава Ди без комментариев вручил как всегда появившемуся ниоткуда Уяню. Что по этому поводу подумал Уянь было непонятно, но он принял щенка, кивнул и снова так же незаметно исчез. Жизнь в Лотосовом Тереме вернулась в привычное русло. Хулицзин перебралась обратно в свою будку, совершенно не выглядя опечаленной расставанием со своим потомством: судя по всему, в душе она тоже была приверженцем холостой жизни. Ли Ляньхуа вернулся на свою кровать на первом этаже и, к удивлению Фан Добина, туда же утащил сверху свой топчан Ди Фэйшэн, отдавая Добину второй этаж полностью в его распоряжение. Юноша был даже несколько разочарован, что А-Фэй в этом вопросе сдался без боя, впрочем, возможно, он не сдался, а занял более выгодную позицию - поближе к кухне? Никогда нельзя недооценивать коварство «Владыки демонов»! Наконец засыпая в своей привычной постели, Ли Ляньхуа подумал, что надо будет поискать на будущее рецепт отвара, который бы отбил у Хулицзин желание обзаводиться новым потомством. Дети — больно уж хлопотное дело, ему вполне хватает и одного.