Песнь вторая. Теософская

Сидели дракончики, кушали пончики. Зелёненький кругленький (ну на столько, на сколько может быть круглой большая хвостатая, летающая и зубастая ящерица) Павлуша (ну вот такие в этой вселенной у драконов имена) и очень даже фиолетовый Вася. Дракон Василий взял круглый, с яркой глазурью, пончик, но в рот не положил - Знаешь, Павлик, когда-то драконы верили, что пончик, это не пончик вовсе, а вполне себе донат. - Брешешь! А чё за донат такой?! - Ох и темный ты, Павлуша, хоть и зелёный. Донат, он знаешь, как мир, только маленький, вот там где красная посыпка, там горы, а вот голубая - реки и озера. А там, где дырка, там Море. Великий ДаНормВсе, так наш мир и создал, по образу и подобию доната. Сидел он, великий, в своей пещере, смотрел на донат, так и мир получился. Так говорят. - Вась, а ты чё правда веришь, что есть этот ДаНорм? - Должны же драконы во что-нибудь верить! - Ну, хрен его знает- сказал дракон Павлушка и почесал свое брюшко. Хотя какое, к лешему, брюшко - брюхо, дракон всё-таки. - Я вот верил в Новочеркасск. Мне надо, очень надо было во что-то верить. - А ДаНорм? - А что ДаНорм?! Отвернулся он от нас. Да и не было, может, его совсем. И донат, вовсе не донат, а обычный пончик! И дракон Василий закинул в свою драконью пасть круглый красный сладкий пончик, хотя до последнего надеялся, что всё-таки донат. Сидели дракончики, кушали пончики.