Раздел «Вознесение»: Глава 55

— Что?! — возмутились моему благородному предложению помыть дворец пацаны. — Что? — повторила их вопрос, со скепсисом подняв бровь. — Али юные господа не расслышали моего императорского указа, то я вам не Пустослов, чтобы повторять по десять раз одно и тоже. Берем тряпки, мётлы, все остальные нужные принадлежности и идём приводить наш новый дом в порядок. У тебя, — показала на сына Му Цина. — Этот навык заложен наследственно, а тебе, — посмотрела на второго. — Не помешало бы этому научиться. Я это делать умею, так что буду руководить процессом. Умеете разносить улицы, учитесь и что-то полезное для общества делать. — Что?! — сын Фэн Синя аж подпрыгнул, как будто ему предложили не тряпку в руки взять, а змею голыми пальцами словить. — Ты серьёзно?! Мы не служанки! Я медленно подняла бровь, давая ему понять, что его возмущение только подтверждает необходимость моего «воспитательного метода». Буду тут им вместо бабы Мэя. — Во-первых, «вы», а не «ты». Я вам не ровня, чтобы фамильярничать. Во-вторых, служанки хоть умеют полы мыть без нытья. А вы, как я вижу, даже с тряпкой справиться не можете, — я бросила одну ему под ноги, вторую — сыну Му Цина. Тот поймал её молча, но пальцы его слегка сжались, будто он представлял, как бы это же самое движение выглядело с ножом в руке. — Мой отец… — Твой отец, — перебила я. — Получил своё первое звание, когда в монастыре полы драил так, что в них отражались звёзды. Хочешь повторить его путь? Начинай. Этот дворец, конечно, не монастырь Хуанцзи, но вам тоже сойдёт, — стала опять переводить взгляд с одного на второго. Сын Фэн Синя замер с открытым ртом, явно не ожидая, что кто-то посмеет вот так вот запросто заткнуть. А сын Му Цина… Я повернулась к нему. — Ты что-то ещё хотел сказать? Он медленно поднял на меня взгляд — холодный, расчётливый, будто взвешивал, стоит ли тратить слова. Потом развернул тряпку, осмотрел её с видом учёного, которому подсунули подозрительный артефакт, и наконец произнёс: — Она грязная. — Ну конечно грязная, — усмехнулась я. — А ты думал, уборка — это про блестящие тряпочки и ароматные масла? Помой её в воде, и она станет чистой, тут всё просто. Он не дрогнул, но уголок его рта дёрнулся — почти что намёк на улыбку. Или на желание меня задушить. — А если откажемся? — вдруг спросил сын Фэн Синя, скрестив руки на груди. — Тогда, — прошептала я таким голосом, каким обычно рассказывала, что гулей руками голыми ловлю. — Мне придется поведать всему Небесному Двору, как два «грозных наследника» испугались тряпки. И поверьте, после этого вам даже в казарме мыть полы не дадут — только конюшни. Вы же не хотите, чтобы вас ещё и с лошадьми сравнивали? Сын Фэн Синя покраснел до корней волос. Сын Му Цина… просто закрыл глаза, будто молился о терпении. — Ладно, — буркнул первый, хватая тряпку. — Но только потому, что ты… хитрая. — Спасибо за комплимент, — улыбнулась я. — Теперь, господа, за работу. И да — если через час здесь будет хоть одна пылинка, вы моете всё заново. Один в крайней правой комнате, другой в крайней левой. Нам нужно отмыть весь дворец, так что времени у нас до восхода солнца. Дворец, конечно, был огромен, но я не собиралась позволять этим двум сорванцам отлынивать. Разделила их по разным концам — пусть почувствуют, каково это, работать без возможности сговориться. Сама взяла центральный зал. Тряпку в руки — и вперёд, с песней. Ну, или без песни, зато с яростным скрипом зубов. Пыль здесь лежала, похоже, со времён основания Небес. Чёрт, да тут даже пауки сдохли от старости. — Эй, Приёмыш! — крикнула я в сторону правого крыла, где копошился сын Фэн Синя. — Ты там вообще шевелишься? Или решил, что тряпка сама поползёт? Из-за угла донёсся яростный стук вёдра. — Я не приёмыш! — рявкнул он так, что, кажется, даже пыль с потолка посыпалась. — Ах да, прости, — ехидно поддакнула я. — Ты же «благородный сын генерала». Только вот генерал-то твой был телохранителем моей матушки. Тоже туда же у меня хочешь записаться? А вот фиг тебе! Полы драй давай! Тишина. Потом — яростное шарканье тряпкой по полу. Хоть что-то. Переместилась ближе к его «зоне ответственности». Гляжу — а он, красный от злости, с остервенением трёт один и тот же участок, будто это не пол, а лично моё лицо. — О, — склонила голову. — А тут пятно осталось. — Где?! «Да в рифму говорить мне нельзя», — подумала, закатив глаза. — Да вот же, — ткнула пальцем в абсолютно чистую плитку. — Не видишь? А ещё воин. Он аж подскочил, глаза округлились, потом сузились — и я ясно увидела, как в его голове проносится мысль: «Вот бы эту тряпку ей в лицо швырнуть». Но не посмел. — Ты… — Я? — приподняла бровь, глядя на это мелкое недоразумении. — Ничего. Заскрипел зубами и снова принялся за уборку. А из левого крыла, где тихо и методично работал сын Му Цина, донёсся лёгкий, как морозный ветерок, комментарий: — Интересно, если тебя так легко провоцировать, как ты вообще в бою не поддаёшься на уловки? — Заткнись! Я рассмеялась. — О, смотри-ка, Приёмыш уже и на союзника рычит. А ведь он, между прочим, прав. Сын Му Цина появился в дверях, тряпку аккуратно выжимал в ведро. Вода в нём была кристально чистая — чёрт возьми, да он, кажется, даже уборку превращает в искусство. — Я просто заметил, — сказал он мягко. — Что если бы враг использовал хотя бы половину твоих методов, ты бы уже десять раз попал в западню. — Да вы просто сговорились! — крикнул сын Фэн Синя, побагровев. Я покачала головой, подошла к ведру сына Му Цина, заглянула. — Ни одной соринки. Да ты, я смотрю, и правда наследственностью взял. Он лишь слегка склонил голову — ни да, ни нет. Но в глазах промелькнуло что-то вроде… удовлетворения? — Ладно, — вздохнула я. — Раз уж ты такой молодец, можешь идти проверять, как там наш горячий дружок справляется. Если найдёшь хотя бы пять недочётов — он моет весь дворец один. — С удовольствием, — ответил парень, с удовольствием улыбнувшись. А из правого крыла тут же раздался душераздирающий вопль: — Нет! — Что вы тут кричите? — раздался знакомый голос Фэн Синя у меня за спиной. — А я думала, что в приличном обществе стучатся, — пробормотала себе под нос, стараясь сильно не грубить, даже не смотря на бурлящую желчь внутри. Развернулась к нему и широко улыбнулась. — Дядя решил меня порадовать своим присутсвием? А что не предупредили заранее? — переводя ещё и недовольный взгляд на Му Цина, который зашел видимо позже. — Дворец Сяньлэ стал проходным двором или вы до сих пор у него на услужении? — Что тут вообще происходит? — повторил свой вопрос в другой форме Фэн Синь, пока Му Цин поджимал губы, глядя на своего сына с тряпкой в руках. — У нас тут происходит увлекательный квест: «Убери Дворец Сяньлэ и не получи при этом пиздюлей», — сказала я с ядовитой улыбкой. — На небесах же есть традиция, что новенький небожитель должен одарить коллег подарками. Я вам даю уникальную возможность присоединиться к нашему занятию. В противном случае не мешать.