"Это" на счёт Ости

Боль не убивает. Но, черт возьми, как же она близка. Я застыла. Время будто размазалось. В ушах стоял гул, в груди — пустота. Я не должна была заходить. Дверь перед глазами закрылась, но картина стояла в сознании. Эрагон. Ости. Вместе. Где-то вдалеке прозвучал голос: — Вики! Я вздрогнула, будто ледяная игла пронзила позвоночник. Он звал меня, но его голос был приглушенным, как через воду. Я развернулась и побежала. Стены школы сливались в одно размытое пятно. Сердце колотилось так сильно, что казалось ещё немного и прорвет грудную клетку. Глаза щипало. Нет. Я не буду плакать. Но почему тогда дыхание сбивается? Ноги подкашиваются? Я влетела в свою комнату, захлопнула за собой дверь и осела на пол. Ладони сжала в кулаки, ногти больно впились в кожу. Почему больно? Я знала каким он был. Знала, что он холоден, что его не изменить. Но почему-то внутри всё равно было пусто. И эта пустота медленно заполнялась злостью. Я перевела взгляд на ванную комнату. Вода. Горячая, обжигающая. Она сможет хоть на мгновение унять этот пожар внутри. Решение пришло само. Я шагнула в сторону душа, скидывая одежду на ходу. Пока не поздно. Пока эмоции не разорвали меня на части. Я прижалась лбом к холодной плитке душевой, закрывая глаза. Смыть. Смыть всё это. Стереть картинку, которая врезалась в память. Разбить её, как стекло. Но даже кипяток, обжигающий плечи, не мог этого сделать. Всё могло быть иначе. Мир мог сложиться по-другому. Всё могло пойти другим путем. Нас двое. Два вспыхнувших пламени, которые так и не смогли слиться в одно. Я видела, как он смотрел на меня, как его взгляд иногда задерживался дольше, чем должен был. Как в его голосе проскальзывало больше, чем просто насмешка. Когда-то давно у нас был шанс. Но нас загнали в рамки. Закон Равновесия разделил нас, оставил в пустоте. Теперь этого закона нет. Но время всё равно не вернуло нам то, что мы потеряли. Я резко распрямилась, провела ладонями по лицу, стирая капли воды. Достаточно. Я вышла из душа, натягивая чистую одежду, но внутри всё равно ощущала себя грязной. Нужно рассказать Люциферу. Это мысль пришла резко, электрошоком пронеслась по моему телу. Ости и Эрагон. Они были вместе. Черт. Я прикрыла глаза, тяжело выдыхая. Как он отреагирует? Он будет зол? Разочарован? Или... ему будет всё равно? Неважно. Это не имеет значения. Но в глубине души, мне хотелось, чтобы всё закончилось. Я тяжело провела рукой по лицу, ощущая как внутри растекается усталость. Мысли от предстоящего разговора с Люцифером грызли изнутри, но сейчас я ничего не могла сделать. Лучшее, что могу сделать — уснуть. Если, конечно, получится. Завтра. Завтра я всё решу. Где-то вдалеке за окном крылось утро и я не заметила, как сон накрыл меня. Проснулась я слишком рано. Первые секунды тело ещё помнило тепло постели, но в голове тут же вспыхнула мысль. Ости. Люцифер. Я быстро привела себя в порядок, оделась и вышла в коридор. Работа — вот что поможет мне отодвинуть это всё. Дойти до своего кабинета и забрать документы — минутное дело. Бумаги казались лишь отвлекающим маневром, но работу никто не отменял. Когда я оказалась у двери Люцифера, замерла. Внутри всё сжималось от напряжения. Глупо. Это просто разговор. Просто он. Я глубоко вздохнула, сжала пальцы и постучала. Секунда. Другая. На третьей дверь резко открылась. Люцифер стоял передо мной, слегка растрепанный, но уже вполне бодрый. Его взгляд скользнул по мне, а губы дрогнули в привычной усмешке. — Ты рано. — Нам нужно работать. — голос мой прозвучал ровно, но внутри что-то ёкнуло. — В кабинете поработаем. — он небрежно оперся о дверной косяк. — Зачем куда-то идти, если можно сделать это здесь? — я подняла бровь, надеясь, что он не заметит, как нервно мои пальцы сжимали документы. — Потому-что там стол удобнее. — его глаза заиграли озорством. — Или ты так торопилась ко мне, что готова работать прям на полу? Я стиснула зубы, удерживая себя от колкости в ответ. — Я просто хочу, чтобы мы закончили быстрее. — Да ты сегодня прямо как образец трудолюбия. Неужели так соскучилась по моему обществу? — Люцифер... — мой голос дрогнул. Он нахмурился, уловив этот едва заметный оттенок. — Это на счёт Ости. Лицо Люцифера будто застыло. На секунду между нами повисла тишина, тяжёлая, давящая. Он не отстранился, не дернулся. Просто смотрел прямо на меня. И это бесило. Я резко оттолкнула его в плечо и вошла внутрь. — Нам нужно поговорить. — твёрдо сказала я, не оборачиваясь. Позади раздался тихий смешок, но он не остановил меня. Люцифер закрыл дверь. Я села в кресло, сжав документы в руках. Теперь, когда я начала говорить, меня несло потоком. Слова срывались с губ быстрее, чем я успевала обдумать их. Гнев смешался с разочарованием. Голос то срывался, то становился тихим. Где-то внутри хотелось, чтобы Люцифер перебил, вставил колкость. Но он молчал. Просто слушал. От этого становилось только хуже. Когда я закончила, в комнате повисла тишина. Люцифер медленно перевёл взгляд на папку в моих руках. — Что за документы? Я сжала их крепче, едва сдерживая раздражение. — Тебе всё равно? Люцифер вздохнул, чуть качнул головой, но промолчал. Я с силой положила папку на стол, развернула её и начала доставать бумаги. — Всё ещё хочешь отправиться в кабинет? Или начнём работать? Он усмехнулся и сел рядом. Работа шла быстро, но с холодной напряжённостью. Я уткулась в документы, просматривая отчёты, чёркая в блокноте пометки. Люцифер сидел рядом, скользя взглядом по документам, иногда что-то отмечая короткими движениями руки. Только шорох бумаги, только тихие постукивания карандаша. Но я чувствовала — что-то между нами всё равно тлеет. И долго мы так не продержимся. Тишина в комнате становилась тяжёлой. Я заканчивала просмотр очередного документа, но чувствовала — Люцифер не смотрел в бумаги. Он смотрел на меня. От этого по коже пробежали мурашки, но я не поднимала глаз. Работай, просто работай. Но взгляд Люцифера прожигал меня насквозь. Он словно боролся с чем-то внутри. Напряжение в комнате стало почти осязаемым. И вдруг — резкое движение. Я не успела даже среагировать, как меня схватили за талию и рывком пересадили к себе на колени. Я вздрогнула, широко распахнув глаза. — Ч-что ты... Я попыталась опереться руками о его грудь, но Люцифер не дал мне отстраниться. — Замолчи... — его голос был тихим, но полон какого-то тёмного, внутреннего напряжения. Его губы накрыли меня внезапно, но до боли знакомо. Я не могла не вспомнить. Тот первый поцелуй — грубый, отчаянный, полон запретных чувств. Он не был мягким, нежным. Он был сильным, требовательным, оставляющий след. Как будто Люцифер хотел тогда запомниться в её жизни навсегда. И он запомнился. Слишком хорошо. Вспышка воспоминаний обожгла разум: его руки на её талии, жар его дыхания, уверенные движения губ, вкус, от которого кружилась голова. Сейчас же... Этот поцелуй был другим. Не было той прежней дерзости. Теперь в нем скользило нечто большее. Глубина. Желание. Желание, которое я всё ещё чувствовала. Я помнила. Каждую секунду. Каждую эмоцию. Каждую дрожь в теле. И кажется, Люцифер тоже. Я видела его глаза. Там вспыхнуло что-то опасное. Что-то, что он сам не хотел выпускать наружу, но уже было поздно. Люцифер смотрел на меня снизу вниз, его дыхание горячим касалось моей кожи. Я прищурилась, пытаясь взять себя в руки. — Ты всегда так решаешь конфликты? — Только когда они приятные. Я закатила глаза, но не сдвинулась с места. Люцифер лениво провел пальцем по её губе, заставляя её задержать дыхание. — Не притворяйся, что тебе не понравилось. — Мне следовало встать и зааплодировать? — Можно и на коленях. Я поперхнулась воздухом. Люцифер усмехнулся, но взгляд у него был опасный. — Ты нарываешься, — процедила я. — Да? Он снова меня поцеловал. Но теперь в этом поцелуе не было борьбы. Он уже сделал выбор. Теперь он знал, чего хочет. Поцелуй был глубоким, уверенным, никуда не спешащим. Одна рука прошлась по моему бедру, пальцы чуть сжались, вызывая у меня тихий вдох. Я не осталась в долгу — мои пальцы сжали его воротник, притягивая ближе. Люцифер усмехнулся сквозь поцелуй, но не остановился. Его ладонь поднялась выше, провела по изгибу талии, будто изучая её заново. Когда мужчина отстранился, я тяжело дышала. — Работаем, значит? — его голос был слегка хрипловатым. Люцифер коснулся её ключице, губами касаясь уголка её губ. И я поняла — он наслаждается этим. А я? Я просто потерялась в нём. Ученики заполняли зал, не скрывая скучающих выражений лиц. Кто-то украдкой переписывался, кто-то не мог сдержать зевоту. Я сидела в конце, скрестив руки на груди, и впервые за долгое время чувствовала себя не на своём месте. Зачем меня сюда вообще позвали? Мими стояла рядом с другими преподавателями, готовясь к лекции об основных правилах безопасности, которые все, конечно же, давно знали, но не соблюдали. — Вики, не смотри так, будто сейчас уснёшь. — Мими подошла ближе и села рядом. — А если я действительно усну? Ты меня разбудишь? — Пинком под зад. Я хмыкнула, но всё же постаралась выглядеть чуть более заинтересованной. — Напоминаем, — голос одного из преподавателей раздался громче, — что дисциплина и порядок — это основа вашей безопасности. И вдруг... Глухой звук падения. Кто-то вскрикнул. Все резко обернулись. На полу неподвижно лежал один из учеников. — Эй... эй, ты... — чей-то голос дрогнул. Тело не двигалось. Я встала, чувствуя, как по коже пробегает мороз. — Он что, просто упал...? — мой голос звучал на удивление спокойно, но внутри что-то сжалось. Никто не ответил. Все просто смотрели. А затем кто-то тихо сказал то, что никто не хотел произносить. — Он мёртв.