Глава 1. Погоня за вором и новая жизнь

Жизнь — это миг.

Её нельзя прожить сначала на черновике, а потом переписать в беловик.

(А.П.Чехов)

Глава 1.

Погоня за грабителем

      Несмотря на то, что сегодня солнечно и до окончания учебного года остался лишь день, настроения мне это не улучшало. Как назло, я не смог защитить диплом. Так что настроение ниже плинтуса. Да и что я родителям скажу? «Мама, папа, простите, я не справился»? Ну нет, они меня на месте закопают. Моё обучение в универе дорого обошлось, они так просто не простят мне ещё как минимум год. Солгать не выйдет — только маленький ребенок думает, что ему поверят. Да и какой в этом смысл?       — Чувак, да не переживай ты так. — похлопав по плечу, приободрил меня Макс. — Если по везет, то сдашь в следующем году.       — Сдать-то я сдам, а что я предкам скажу? Вон, смотри, 12 пропущенных от мамы, а, стоп, это Ника восемь раз звонила, ну всё равно, это за 15 минут. Мне точно крышка…       — Ну, тут я уже ничем помочь не могу.       — Да хер с ним, пойду домой что ли. Может съеду и поселюсь в общаге.       — Ага, там клопы уже год интересуются, «Когда Лёня к нам приедет?»       — Да иди ты, а?       — Ладно, ладно. Я пойду. Ты не унывай, может быть, обойдется.       — Ага, удачи.       Провожая взглядом Макса, я позвонил Нике. Несмотря на то, что с Никой мы друзья детства, дальше дружбы наши отношения не ушли. Да мне как-то всё равно: мы люди разных миров. Я даже однажды спросил её, кем она хочет стать в будущем — оказалось, что ей как-то фиолетово, кем быть. А я вот хотел стать поваром — да не простым, а настолько знаменитым, что люди собирались бы в очередь, дабы отведать моего блюда. В итоге я даже диплом защитить не смог. Думаю, залью свою печаль литрами пива с хорошими закусками. Как раз очереди у банкомата нет. Быстро сниму деньги с карты и бегом домой. Так, видимо, очередь началась именно с меня, и странно, что чудик сзади подглядывает. Внезапно у меня зазвонил телефон — это был Макс. Видать, что-то забыл сказать.       — Алло?       — А, алло, слышь, я тут забыл тебе кое-что сказать. С первым апреля тебя.       — Чего? Сегодня вообще-то 30 мая, дебил.       — Ну извини, я пошутил по поводу твоей оценки, а ты, придурок, даже не пошёл и не проверил, — смеясь в трубку, сказал Макс.       — Блядь! Сука! Макс! Я тебе рожу вскрою!       — Да ладно тебе! У тебя оценка 4.       — Сука… Я тебе больше не буду на слово верить, мразь ты эдакая, — пока я говорил в телефон, не успел отреагировать на то что, стоящий сзади чудик выхватил деньги из банкомата и дал дёру. — Я тебе позже позвоню, — резко оборвав разговор, я побежал за вором.       Зря я гнался за этим уродом, какие-то пять тысяч рублей того не стоили. Подумаешь, планы на выходные прогорели, мог бы вместо этого дома посидеть да в комп позалипать. А я-то думал, что этот урод постоянно поглядывал за моей спиной? Видимо, люди скатились до такой степени, что вырывают деньги прямо с банкомата. Бежал он так, что прямо пятки сверкали. А людям пофиг, никто даже подножку не дал. Бежал я за воришкой до заброшки, где когда-то я с корешами алкашку втихую пил. Это место находилось не очень далеко от моего дома, просто заброшенное здание, которое в скором времени должны снести. Думал, что всё же я лучше знаю это место. Поднимался я по лестнице до пятого этажа. Не зря говорят, что курение вредит организмуорганизму — уже на четвертом этаже я начал задыхаться. Поднимаясь на пятый этаж, я уже обрадовался, что здание не девятиэтажное. А воришка, как ни в чем не бывало, сидел спокойно, деньги считал. Я-то думал, что сейчас ему жару задам. Не дойдя до дверного проема, встретился с его сообщником. Это был уже более взрослый, упитанный, небритый и, похоже, пьяный мужик, от которого разило перегаром. Эта мразь без раздумий толкнула меня обратно на лестничную площадку. Не удержав равновесие, схватив мужика за руку, я покатился с ним по лестнице вниз. Я с мужиком благополучно развалился в конце лестницы. Мужик, похоже, чего-то испугался, потому что он подорвался с места и побежал вниз по лестнице.       — Миша! Нет! О боже! — мальчишка, вопя во весь голос, видимо, побежал по лестнице к своему дружку.       Ну его нафиг, а? Не хватало мне еще кости себе переломать. Тут повсюду битое стекло. Все руки в царапинах, даже затылку с шеей досталось. Подумаешь, раньше хуже было. Блядь, даже под одежду попало. А знаете что? Засуньте в жопу себе эти деньги, я иду домой… Суки, чтоб вам пусто было. Хорошо, что дом недалеко, пойду хоть помоюсь да йодом обмажусь что ли, чтоб заразу не подхватить. А-то ссут там повсюду. О, пидоры, сбежали нахер.       Выйдя на улицу, я направился домой. Неужели я так устал? А, ну конечно, бежал за этим уродом более двух километров. Ща приду, налью себе кофе, сяду за комп и затащу катку, и усталость как рукой снимет. Ну блин, я реально устал, спать хочу всё сильнее и сильнее…       Что произошло? Я вроде бы только что шёл домой. Что это за комната? Хм, ничем не примечательная комната, точнее коробка. Вообще ничего нет: ни мебели, ни окон, ни дверей. В середине комнаты сидят двое людей. Один в белом деловом костюме, другой — в черном. Они вроде бы играют в шахматы.       — И-извините, — с опаской обратился я. Но они, видать, меня не замечают или слишком увлечены игрой. — Извините, можно кое-что спросить? — еще раз попытался я привлечь их внимание.       — Ну, чего тебе? — отвлекся от игры тот, что в черном.       — А где это я?       — А? Ааа, точно, погодь. Эй-эй! — пощелкав пальцами перед глазами и посвистев, обратился он к тому, что в белом. — Наш пациент пришел.       — А? Чего так рано-то? — рассеяно ответил он.       — Я что-то не понимаю: в чем дело, и кто вы вообще? — ответил я.       — Итак, просмотрим-ка твое дело, — с этими словами человек в черном достал из-под столика тетрадь и начал читать содержимое. Он меня игнорирует! — Не игнорирую, а выполняю неотложные процедуры. — словно прочитав мои мысли, ответил он.       — Ну что, Леонид, доигрался? — с серьезным видом спросил белый, но, не дожидаясь ответа, сразу переключился к черному. — Ну, что там у него?       — Ну что сказать? Ну так, средне, но до минимума не доходит, — закрывая тетрадь, ответил черный. — Ну что же, чувачок, поздравляю. Ты достоин первого круга ада.       — В смысле? Это что, шутка какая-то?       — Нет, ты по дороге домой умер от потери крови.       — Ну нет, не может быть. Это точно какая-то шутка. Это розыгрыш? Где тут скрытая камера?       — Слушай ты! Либо смирно сидишь и слушаешь, либо тебе мало не покажется! — заорал черный, схватив меня за воротник. — Мы тут не шутки шутить пришли. Если хочешь посмотреть на свой труп — то валяй, вон, смотри, как ты удобно разлегся на дороге!       После этих слов за спиной черного появилась картинка, где я лежал истекший кровью. Оказывается, у меня на шее была не царапина, а глубокий порез, из которого торчал кусок стекла. Если я умер, значит, эти двое должны были решить мою дальнейшую судьбу?       — Я… Я всё понял…       — Ну вот и славно, увидимся, — после этих слов чёрный и белый отвернулись от меня и пошли в темноту, а мир вокруг меня начал разрушаться — выглядело так, словно обои со стен сдирают. Уже через мгновение я одним глазом смог увидеть ад — там куда хуже, чем показывают в фильмах. Чем я заслужил это?       — Я… Я не хочу идти в ад! — в отчаянии выкрикнул я. Как ни странно, они остановились и обернулись ко мне. — Пожалуйста, дайте мне ещё один шанс!       — Второй шанс? Столько миллиардов жизней оборвалось, и никому второго раза не давали. Так дай нам весомую причину, почему нам давать тебе ещё один шанс? — на этот раз говорил уже белый.       — Просто сделайте хоть одно исключение.       — Что думаешь? — спросил у чёрного белый.       — А? Ааа… Погодь, ты насчёт чего? — почесав голову спросил черный.       — Ты что, забыл? Ну, тот наш уговор.       — Точно! Ну да, думаю так пойдет.       — Ну ладно, Леонид. Будет тебе второй шанс. Только учти, это только на один раз. Итак, отправим мы тебя в мир с магией, там твоя задача — исследуя подземелья, найти информацию и узнать, откуда эти подземелья появились. После выполнения поручения живи как хочешь. Всё понятно? — протараторил белый.       — Да.       — Ах, да, кстати, тебя ждёт немного трудная жизнь, хотя, если мудро поступишь — сложностей не будет. Вот тебе совет: прими там себя таким, каким ты будешь — ты больше не будешь Леонидом, а будешь тем, кем должен быть.       — Понял вас.       — Ну что же, удачи тебе.

***

      Похоже, я сплю, ибо сейчас я явно вижу сон. Точно не знаю, такое ощущение, будто бы я смотрю слишком обрезанную версию какого-то автобиографического фильма. Только вот жалко, что без субтитров, ибо качество звука ужасное. Голоса отдаленные и слышны так, будто бы слушаю всё это из какой-то глубокой ямы. Повсюду непонятная дымка, а рук и ног я практически не чувствую. Сейчас я младенец — возможно, только недавно родился. Родившая барышня в ужасе и с отвращением смотрит на меня, как и все присутствующие акушерки; неужели я настолько уродлив, что даже собственная мать смотрит на меня с таким выражением лица? Они что-то говорят, но от жижи в ушах услышать ничего не могу. Ещё одна дымовая занавеса — на этот раз я на пороге какой-то двери. На улице холодно настолько, что даже в таком «сонном» состоянии я чувствую этот холод, от которого уже щëки и нос мёрзнут. Тут со скрипом открывается дверь, и из неё выглядывает молоденькая девушка. Увидев меня, она подняла мою тушу и позвала кого-то. На её зов пришла старушка, взяв меня на руки, она отнесла меня внутрь. Уже позже, так сказать, «распаковав» меня, молоденькая девушка тоже была, мягко говоря, не в восторге, старушка же начала молиться. Неужели мне дали второй шанс, только в виде такого урода, что едва увидевшие меня люди теряют дар речи?       — Мы и вправду возьмем этого ребенка в приют? — неожиданно спросила молоденькая. Интересно — здешние, я думал, будут говорить на непонятном языке, который, кстати, пришлось бы учить, а тут, оказывается, говорят на русском.       — Да, все мы дети божьи, как ты, как я и как это дитя, — спокойно ответила старушка.       — Но разве от неё не будет проблем? — спросила девушка.       Я что, родился девочкой? Вот непруха… Ну что поделаешь. Будет новый жизненный опыт. И вообще, у меня и права на возражения нет — радуйся тому, что есть, и тому, что дали.       — Проблем не будет, если она будет под строгим контролем, — сказала старушка, роясь в моей «упаковке» — Итак, никакого письма нет, имени мы не знаем, так что назовем тебя заново. Имя пусть твое будет… Какое бы дать? — задалась старушка вопросом. Может быть, прям как в игре, сейчас выскочит окошко, куда я буду вписывать свое новое имя?       — Может быть Лилия?       — Можно просто Лили.       — Простое имя для не простого ребенка, — выдохнула девушка, подходя ко мне. — Ну что ж, добро пожаловать в свой новый дом.       Вот и началась моя новая жизнь в сиротском приюте.       Далее было плохо. Ну не то, что прям плохо, но не лучше, чем в обычных приютах моего времени. По крайней мере, в прошлой жизни у меня не было такого детства, как сейчас. Моё детство в прошлой жизни было шикарным, по сравнению с здешним. Тут нет ни прав, ни собственност: даже я принадлежу кому-то, кого я ещё не знаю. Я, привыкший к прошлой жизни, могу сказать одно: тут вообще беднота. В прошлой жизни я мог бы устроиться в элитном ресторане и жить в роскоши да ни в чем себе не отказывать. В приюте воспитывают сурово, наверное, как в армии, хотя знаю про армию только по рассказам знакомых. Воспитательница — зверь и садистка. Чуть провинился и считай, что некоторое время ходить и лежать без боли не сможешь. Лучше сидеть коленями на горохе несколько часов, а не испытывать всё это.       Первые пару лет было скучно и грустно — в общем, они прошли без особых проблем. Всё же, смотря на то, что я уже девочка, то думаю, пора бы уже смириться с этим и принять себя таким. Теперь я просто Лили без фамилии. Как бы для меня это странно не звучало, буду теперь привыкать говорить о себе в женском роде. Я пытался… Точнее, пыталась быть хорошим ребенком. Достаточно спала, не плакала без надобности, особо не капризничала, ела то, что дают, старалась хоть как-то угодить нянькам. В итоге, отношение ко мне не улучшилось — они были всё такими же холодными. Да и я уже понимаю, почему. Однажды мне удалось увидеть свое отражение. Я ошибалась: ко мне относятся так не потому, что я уродлива, а потому, что я, так сказать, «Дьявольское отродье», проще говоря, Суккуб.       Ходить и говорить я начала почти одновременно. Скрывать свой интеллект и гениальность от всех смысла не было, да это и не изменит отношение ко мне. Уже за месяц я начала бегло говорить, а научить меня читать наотрез отказались. Вместо этого, примерно в мое пятилетие, меня отправили работать горничной в каком-то доме. Работы было много: с раннего утра до поздней ночи, на обед и сон времени почти не хватало. Вставать приходилось чуть ли не в пять утра, работа начиналась с мытья полов. Ладно, если бы это можно было сделать обычной шваброй, но вместо швабры мне давали щётку и ведро ледяной воды. Приходилось драить руками и на коленях, от чего они начинали сильно болеть. Самым сложным было в разгар работы не попадаться на глаза хозяевам и гостям, в противном случае били до полусмерти и морили голодом. Да и кормили плохо: миска похлебки из непонятно чего и зачерствевший кусок хлеба — это единственное, что мне давали за весь день. Мда-а… Я думала, «исекайнуться» — это что-то типо переродиться, как в аниме. Ну, якобы перерождаешься там супер способным и в хорошей семье, а у меня что? Переродилась в похотливую тварь, при этом сиротой и чьей-то собственностью. Да и этот мир на аниме не похож: магии я тут ещё не видела, ну а что я могла увидеть, если со мной ничего не случается и света белого я не вижу? Мир как мир: зимой холодно, летом жарко, под дождем мокро. Люди как люди: анатомически такие, как и должны быть, все живые, имеют свой характер, дышат, голодают, потеют, испытывают неподдельные эмоции, а не такие болванки без лица, как в подобных анимациях. Насколько я понимаю, тут пока нет никаких войн, все живут в своё благо.       Жаль, что я оказалась в таких условиях, ну это и не я выбирала. Нужно вырасти и вырваться из этого принудительного плена — я не вещь, которую можно иметь, а отдельная личность, у которой есть свои цели. Какая у меня цель-то была? Точно, исследуя подземелья, узнать об истории прошлого. Значит, там есть подсказки, или мне нужно будет собрать некие куски данных воедино. Всё же, значит, в этом мире есть хоть что-то из аниме, а может быть, есть даже искатели приключений. Решено: вырасту, сбегу и стану искательницей приключений. Хочу ли я жить в этом теле? Ну, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят. Так что придется, а смысл этой пословицы состоит в том, что ты должен быть благодарен за любой подарок. Нельзя обижаться на полученные подарки: это оскорбляет тех, кто тебе их дарил. Да и выполнив свое задание, наверняка я смогу получить достойную награду и попрощаться с этим миром, всё же, как говорится, мы все гости в этом бренном мире.       К восьми годам мои отношения с другими служанками не улучшились — дак они вообще не хотели иметь со мной ничего общего. Единственное, что связывало нас — это общая работа. Всё же, несмотря на то, что в приюте меня не хотели учить грамоте, «выучилась» я сама. Накопив мелочь, которую я находила на полу, пока, собственно, драила их, в конце концов, купила книгу. И — о чудо — оказывается, учить-то почти нечего было: кириллица как кириллица, единственным отличием было то, что старые слова использовались очень часто, когда как в современном мире они практически не использовались. Уже через месяц я получила грамоту о том, что я уже обученная леди. В свободные дни я узнавала этот мир всё больше и больше. Тут всё же есть магия. Бродя по городу, точнее, по посёлку, я наткнулась на бюро магической академии: чтобы поступить, нужно иметь хотя бы зачатки магических способностей. Думаю, в случае, если мне удастся туда поступить, то у меня будут все шансы уйти от «хозяина». Всё же я решила, что на следующих выходных нужно сходить да сдать вступительный тест. Мои намерения о проверке способностей не смогли остаться втайне. Видимо, кто-то из служанок увидела то, как я читаю вывеску, и рассказала остальным. Говорят, что в этой стране магов мало, да и те — аристократы. Хотя я не сомневаюсь в том, что у меня получится. Я же всё-таки суккуб, а такие, как я, без магии долго не проживут, хотя мои знакомые этого даже не знают. Просто потому, что я всячески скрываю то, чего другие не должны видеть. Сплетни о моём решении дошли даже до моего хозяина — тот был не рад этому. В итоге, первая моя встреча с ним была не самой приятной встречей в моей жизни. Ну нет, ну не может быть, я думала, что он что-то плохое сделает, а оказался-то он более-менее нормальным человеком. Но избил он меня знатно, да так, что, думаю, несколько рёбер у меня всё же сломались. Но это не остановит меня от моего решения. Я добьюсь поступления любой ценой…       Спустя месяц я уже стояла в очереди на комиссию. Как бы я не была уверена в себе, всё же страх о том, что я ошибусь, бил в дрожь. С каждым словом «следующий» очередь всё ближе и ближе подходила ко мне. Я даже не знаю, как мне пользоваться магией, как я должна её ощущать и что мне делать, чтоб случилось то, что нужно? Говорят, что мана может копиться от еды — в таком случае, у меня её, по идее, быть не может. Что я ем-то? Похлёбку из невесть чего да кусок хлеба в день. Я от такой диеты похожа на дистрофика. Конечно, я не похожа на скелета, но мой вес точно ниже нормы. Сейчас уже проверяют кандидата передо мной. Я особо не слышу, что ему говорят, но я чётко вижу стол с разными предметами на нём. Там лежит камень, лента, перо, ремешок и мешочек. Что нам с ними придется делать, я не знаю. Но парень явно не справился с задачей.       — Следующий! — скомандовал инспектор. Сразу после его слов я подошла к столу. — Имя?       — Л-Лили — нервно ответила я. От волнения у меня начал заплетаться язык — да что там, меня всю трясло.       — Ну что, деточка, готова? — более мягко спросил меня инспектор, в ответ я просто кивнула. — Ну что же, начинай. Подними хотя бы один предмет на этом столе силой мысли.       — А к-как это сделать? — растеряно спросила я. От волнения я уже была больше похожа на дурочку.       — Представь, что ты невидимой рукой поднимаешь что-то, — невозмутимо ответил тот.       Я сосредоточилась, пытаясь сконцентрироваться на камне; я вспомнила, как в одном фильме один маг тоже пытался что-то подобное сделать. Некоторое время я пялилась на камень, камень же пялился на меня; в итоге, отбросив ненужные мысли, я наконец-то представила, что подхожу и поднимаю камень в воздух, и — о чудо — камень взмыл в воздух. Я так же повторила это и со всеми предметами на столе. Пока я держала все предметы в воздухе, перед моими глазами начинал появляться белый шум. Почему именно белый шум, я не знаю. Уже через мгновение я открыла глаза в лазарете. Видимо, во время проверки способностей я упала без сознания. Рядом со мной сидит тот инспектор.       — Ты проснулась, — мягко сказал он.       — Что произошло?       — Ну, во-первых, ты перестаралась; во-вторых, у тебя сильное истощение.       — Что теперь будет?       — Поздравляю с поступлением, отныне ты под нашей опекой, а тебя мы у барина выкупили, сможешь окончить учебу — будешь свободна.       Не могу поверить: я всё же поступила. Но, стоп, на мне нет шапки, да и я в обычном ночничке. Может, он пошутил, дабы поиздеваться над мною?       — А если что, то не вижу проблем в том, что ты такая: в нашей академии кого только нет, так что не бери в голову и чувствуй себя как дома, — всё тем же мягким тоном добавил он.       — Спасибо… — даже не зная, что сказать, ответила я. Этот человек — единственный, кто был добр ко мне с самого моего рождения.       — Но. Скажу на будущее. Зная твою расу, могу предложить, что у тебя, может быть, будут особые потребности. Если что, обращайся к учителям или к ректору. Они обязательно войдут в положение — всё же ты необычная — и помогут найти способ удовлетворить твои потребности. Главное — будь умницей и не своевольничай.       — В смысле? — делая вид, что не вкуриваю то, что он сказал, спросила я. Хотя я прекрасно понимаю, о чём идет речь.       — Вырастешь — поймешь. Просить помощи не стыдно — будет стыдно, если, не прося помощи, сделать всё неправильно и не по плану. А пока что отдыхай, завтра соберëшь свои вещи и тебя отвезут в академию, — с этими словами он встал и, похлопав по голове, вышел из комнаты.       Всё же в этом мире есть добрые люди, которые, несмотря ни на что, помогут тебе. Я думала, что абсолютно все будут меня недолюбливать. Завтра надо будет собрать свои вещи, которых у меня настолько мало, что вряд ли понадобится чья-либо помощь. Одна книга да один комплект одежды.       — Кстати, чуть не забыл, — с этими словами инспектор вернулся в комнату. Он меня от страха убить хочет что ли? — Ты же читать и писать умеешь?       — Да.       — Ну вот. Вот тебе перо, чернильница, заполни вот этот документ. Он тебе завтра понадобится.       И вот он снова ушел. А что это за документ? Похоже на анкету. Такую анкету мне раньше только на форумах заполнять приходилось. Немного повозившись с анкетой, я поняла, что чего-то не хватает. Фамилии-то у меня нет, что я туда впишу? Оставлю пока это место пустым, в худшем случае — придумаю её себе.