Глава пятая. Последствия.

      Сугуру нашёл её возле дерева. Аоки лежала на земле, неестественно вывернувшись, словно сломанная кукла. Голова была разбита. Кровь заливала лицо, смешиваясь с грязью. Шея и щёки покрылись чёрными линиями. Техника проклятой души сожгла кожу до самой челюсти. Пальцы на руках были все в трещинах. Кожа на них порвалась изнутри. ‎       ‎- Кёко, - он позвал её, но никакой реакции не последовало. Гето максимально аккуратно поднял девушку на руки, стараясь не смотреть на состояние её тела. Не сберегли. ‎ ‎      Сёко услышала шаги за секунду до того, как дверь в лазарет распахнулась. ‎ ‎      - Что у вас случи... - она обернулась и замерла. - Положи её сюда, - голос стал намного твёрже. ‎       ‎Сугуру подчинился и медленно отошёл к стене, прислонившись к ней спиной. Он не мог смотреть, но не мог и отвернуться. Такое расслабленное выражение лица Кёко будто выжигалось на сетчатке глаза. Если бы не кровь, парень и девушка решили бы, что она вновь просто уснула, устав после какого-нибудь задания. Рваный ворот кофты оголял сожжённые ключицы. На них тоже была кровь. Видимо стекла с головы. Светлые волосы окрасились тёмно-красным и сильно спутались, свисая с кушетки. Ноги, скрытые тёмными колготками, казались нетронутыми, но если присмотреться, то можно было увидеть огромное количество дыр, открывающих вид на такую же сгоревшую кожу. Её цвет практически идеально сливался с тканью. ‎       ‎Сёко старалась как могла. Её руки предательски дрожали от нервов, пока она прикладывала все свои усилия на спасение подруги. Только когда она удостоверилась, что Аоки будет жить, Иэири остановилась. Сделав медленные вдох и выдох, второкурсница повернулась к другу, сталкиваясь с его нечитаемым взглядом. ‎       ‎- Ты уже закончила? - кажется он совершенно не следил за временем. На Сугуру было очень тяжело смотреть. Расстерянный, погружённый в собственные мысли и не совсем понимающий происходящего. ‎ ‎      - Нет, но сейчас её жизни больше ничего не угрожает, - Сёко хотела взять Гето за руку, но тот неуверенно отстранился. ‎       ‎- Я в порядке, - парень пытался отмахнуться от помощи, но девушка была настойчива. ‎       ‎- Ты не в порядке, - она всё-таки смогла ухватиться за его запястье, наклоняя Сугуру поближе к себе. - Ты хочешь найти его, - даже не произнося заветное имя вслух, оба сразу поняли, что речь шла о Годжо. - Времени всё меньше и меньше. Я не думаю, что у тебя ещё осталось желание приператься, так? ‎       ‎Гето молча признал её правоту. ‎ ‎      - С ней всё будет хорошо? - спросил он, кивая на кушетку. Сёко чуть замедлилась, но быстро взяла себя в руки, продолжая лечить Сугуру. ‎       ‎- Я остановила самое страшное. А залечить её кожу я не могу, - признавать свою неспособность помочь было тяжело. Голос девушки совсем притих. ‎       ‎- Спасибо, - сказал Гето, когда Иэири убрала руки. Она молча кивнула и попрощалась с ним, возвращаясь к телу Кёко. Сугуру перед выходом обернулся на последок. Сёко нежно перебирала волосы Аоки у лица. А по её щеке всё-таки потекла одинокая слеза. ‎

***

‎ ‎      Кёко не хотела открывать глаза. Девушка решила позволить себе ещё минутку покоя. Но тишина была слишком плотной. Слишком спокойной. Она давила, медленно погружая в тревогу. Стало неуютно. ‎ ‎      Аоки медленно, с усилием, разлепила веки. Свет показался невыносимо ярким. Пришлось зажмуриться, а потом аккуратно, по одному открыть глаза снова. Знакомый потолок лазарета магического колледжа. В нос резко ворвался запах антисептиков. Девушка поморщилась. Она чуть повернулась, на что мышцы шеи отозвались тупой болью, и увидела спящую Сёко, которая сидела на стуле, положив свою голову рядом с её рукой. Её лицо было бледным, под глазами залегли тени, а волосы растрепались. Непослушная прядка мягко дразнила дергающийся нос. Аоки медленно подняла руку, аккуратно сдвигая объект раздражения на лице подруги. Сёко вздрогнула, подняла голову, и её глаза, ещё затуманенные сном, вдруг широко распахнулись. ‎       ‎- Кёко, - она прошептала её имя, будто только что узнала его. Пока Иэири протирала глаза, не веря себе, Аоки нахмурилась, не услышав того, что та сказала. - Ты очнулась, боже, - девушка ласково коснулась её плеч, слегка поглаживая. ‎ ‎      - Почему ты так тихо говоришь? Совершенно не слышу, - Кёко улыбнулась и потянулась ближе, желая обнять подругу, но та немного застопорилась. ‎ ‎      - Разве? - спокойно произнесла Сёко, внимательно вглядываясь в тёмные глаза. ‎ ‎      - Ну вот опять, - Аоки всё равно чувствовала себя не лучшим образом. Даже собственный голос звучал будто издалека. Она не придала этому значения, думая, что просто не до конца пришла в себя, и наконец-то прижалась к груди девушки. Чувствовать её тепло было невероятно приятно. Кёко в наслаждении прикрыла глаза, вдыхая родной запах. - Будто сотню лет не виделись, - пробурчала первокурсница куда-то в чужое плечо. ‎       ‎- Три недели прошло, - Сёко чуть отстранилась и повысила голос, когда заговорила. ‎ ‎      - Три... - Аоки растерялась. Она никогда так долго не была без сознания. - А с остальными что? - перед глазами появился Годжо, лежащий в собственной крови, от чего по коже пробежали мурашки. Испуг в глазах перемешался с чем-то ещё, что отчётливо увидела Иэири. ‎       ‎- Задание провалено. Сосуд мёртв, - второкурсница опустила глаза, ненамеренно понижая голос. ‎       ‎- Что? - её ужасно раздражала эта проблема. Почему уши закладывает? Ничего не слышно. Она открыла рот, чтобы произнести что-то ещё, но голос Шина оборвал её, не дав начать. ‎       ‎Твой слух сильно ухудшился из-за сильно большого использования техники. ‎ ‎      Аоки застыла. ‎ ‎      Мне жаль. ‎       ‎- Кёко! - Сёко напрягло её внезапное молчание. - С Годжо и Гето всё в порядке! Слышишь? - она говорила успокаивающе, но громко, подумав, что девушка перепугалась за состояние второкурсников. Иэири уже поняла, что с её слухом что-то случилось, но говорить об этом сейчас не хотела. ‎ ‎      - Шин сказал, - голос Аоки дрогнул, - что мой слух ухудшился. ‎ ‎      Она не слышала саму себя. ‎       ‎- Кёко... - Сёко положила руки на её щёки, пытаясь поймать взгляд. ‎       ‎- Из-за техники, - продолжила Аоки, не глядя на подругу. - Слишком много использовала. Он сказал, ему жаль. ‎ ‎      И вдруг слёзы хлынули сами. Кёко прикрыла глаза дрожащими перевязаными руками и зарыдала. Иэири не хотела, чтобы её догадка оказалась правдивой, но так вышло. Ей было больно смотреть на страдания подруги. А ещё она впервые видела её слёзы. Сёко села на кушетку вплотную к девушке и обняла ту за плечи, прижимая её заплаканное лицо к себе. Одной рукой она гладила её по спине, а другую положила на светлые волосы. ‎       ‎- Всё будет хорошо, - шептала Иэири, хотя сама не верила. Она уже проверила состояние её органов, ей такими темпами не дожить и до тридцати. Теперь и к её глазам начали подступать слёзы. ‎       ‎Спустя какое-то время Аоки затихла, а потом и вовсе отстранилась, боясь смотреть в сторону Сёко. Её кофта пропиталась слезами. Что-то она слишком много в последнее время плачет. Совсем потеряла выдержку. ‎       ‎Кёко стала вытирать лицо руками и резко застыла. На её пальцах были бинты. Каждый палец отдельно, аккуратно, плотно. ‎       ‎- Что это? - спросила она, поднимая руки. ‎       ‎- Кожа разорвалась, - ответила Сёко, не глядя ей в глаза. - Когда ты использовала технику в последний раз. Я зафиксировала, чтобы правильно срослось. ‎ ‎      Аоки начала разматывать бинты медленно, боясь увидеть то, что скрыто под ними. По коже тянулись белые тонкие шрамы, будто молнии, покрывали всю площадь пальцев. А кончики остались чёрными, сгоревшими. Не восстановились. Кёко смотрела на свои руки и не могла отвести взгляд. Она медленно сжала пальцы в кулак, шрамы натянулись, но кожа не треснула. Вот и последствия. ‎ ‎      Дверь в лазарет резко распахнулась. Девушка быстро замотала пальцы обратно. ‎ ‎      - Сёко! - ворвался Хайбара, держа в руках контейнер с едой. - Мы принесли тебе обед, а то ты опять не выходишь... отсюда... ‎       ‎Он замер. Увидел Аоки, сидящую на кушетке, с опухшим лицом, мокрыми дорожками слёз на щеках. Она неловко помахала ему рукой. ‎       ‎- Кёко? - голос его сорвался. - Кёко, ты... ты очнулась! ‎       ‎Бенто чуть не упало. Хайбара поставил его на первый попавшийся столик и в два шага оказался рядом. Он обнял её, не спрашивая разрешения, крепко, по-братски, уткнувшись носом в её висок. ‎       ‎- Мы так скучали по тебе, - как же девушка была рада, что говорил парень ей прямо в ухо. Она улыбнулась и чмокнула его в щёку. ‎ ‎      - Я тоже, Юу. ‎       ‎За спиной Хайбары, в дверях, появился Нанами. Он шёл следом за другом и замер на пороге, не в силах сделать шаг. Кёко подняла голову и увидела его. ‎       ‎- Кенто, - позвала она, и голос её сорвался. ‎ ‎      Хайбара обернулся, заметил друга, и шире распахнул объятия. ‎       ‎- Чего стоишь? Иди сюда, Нанами, - Юу замахал руками, подзывая парня. ‎       ‎Он медленно пересёк комнату, смотря на подругу. Подметил заплаканное лицо, забинтованные пальцы, лежащие на спине Хайбары, слишком бедную кожу и внимательные глаза. И когда оказался рядом, не выдержал. Кенто обнял её, не так порывисто, как Юу, но крепче, прижимая к себе так, словно боялся, что она исчезнет. Кёко почувствовала, как его руки сжались на её спине, как он замер, уткнувшись лицом в её волосы. ‎       ‎- Не смей так больше делать, - Нанами не показывал, но очень переживал за Аоки. ‎       ‎- Первокурсники вперёд! - Хайбара присоединился к объятьям, чуть не столкнув девушку с кушетки, но Кенто держал крепко. Кёко рассмеялась, чувствуя себя по-настоящему хорошо в компании этих людей. Сёко стояла рядом и, встретившись взглядом с Аоки, весело подмигнула ей, набираясь радости от ребят. ‎ ‎      Она переживёт всё рядом с ними. ‎

***

‎       ‎Кёко отказывалась идти кушать, не желая видеться ещё с кем-либо, пока её слух был настолько ужасным. Иэири всё-таки согласилась и они поехали за слуховым аппаратом для девушки. ‎       ‎- Ты могла бы просто потерпеть, - проворчала Сёко, когда они садились в такси. - Я бы привезла. ‎       ‎- Не хочу, чтобы кто-то видел меня такой, - ответила Кёко, глядя в окно. Она говорила слишком громко, сама не замечала. - Особенно в колледже. Да и ты уже слишком многое для меня сделала. ‎ ‎      Сёко ничего не сказала. Она просто взяла подругу за руку и сжала. ‎ ‎      В магазине медицинской техники девушка чувствовала себя не в своей тарелке. Продавщица говорила громко и отчётливо, но слова всё равно рассыпались, и Аоки приходилось напрягать слух, чтобы разобрать хоть что-то. Сёко помогала, переспрашивала, уточняла. Кёко было стыдно. Аппарат подобрали быстро. Маленький, почти незаметный, поставили сразу на оба уха. Когда их включили, мир вдруг стал громким. Слишком громким. Аоки вздрогнула от звука собственного дыхания, от шороха одежды, от голоса продавщицы, который ударил по барабанным перепонкам. ‎ ‎      - Тише, - попросила она. ‎       ‎- Вы привыкнете, - женщина по-доброму улыбнулась и попрощалась. ‎       ‎Они зашли в кафе, в которое давно планировали сходить. Заказали два кофе, два кусочка торта и Сёко заставила подругу взять ещё и салат для восстановления сил. Кёко ела медленно, почти не чувствуя вкуса. Слуховой аппарат жужжал на фоне, и она всё никак не могла привыкнуть к новым звукам. ‎       ‎- Отключи, если тяжело, - посоветовала Сёко. ‎       ‎- Нет, - Аоки покачала головой. - Надо привыкать. ‎       ‎Они просидели около часа. Сёко рассказывала о том, что происходило в колледже за три недели. Ничего серьёзного. Кёко слушала, иногда переспрашивая, и постепенно чувствовала, как напряжение отпускает. Обратная дорога прошла в тишине. Каждая думала о своём. Они вышли из такси у ворот колледжа. Иэири предложила проводить, но Аоки отказалась. ‎       ‎- Я сама, - сказала она. - Спасибо. ‎ ‎      - Если что, звони, - Сёко кивнула и ушла в сторону женского общежития. ‎ ‎      Девушка осталась одна. Прикрыв глаза, Кёко глубоко вздохнула, прислушиваясь к окружающим её звукам. Кажется, она не слышала их даже до значительной потери слуха. Развернувшись на месте, первокурсница устало размяла веки и наконец-то открыла их. Может ещё прогуляться? Пока о её пробуждении знают не многие. Может это шанс ненадолго позволить себе расслабиться? ‎       ‎- Ну надо же, - раздался слишком весёлый голос сзади. - Малявка наконец-то изволила проснуться. ‎       ‎Аоки обернулась. Сатору стоял в нескольких метрах от неё, засунув руки в карманы. ‎ ‎      - Годжо, - выдохнула она, наблюдая за тем, как он подходит ближе. ‎       ‎- Ты очнулась, - его взгляд внимательно прошёлся по её телу, замечая спрятаные за спиной руки и аппараты внутри ушей. ‎       ‎- Ты удивлён? - Кёко не понимала смысла говорить очевидные вещи. Явно же она здесь не без сознания стоит. ‎       ‎- Немного, - Сатору усмехнулся. - Сёко говорила, что ты три недели в отключке. Уже решил, что проклятую душу так легко убить. А ты всё-таки оказалась живучей. ‎       ‎Аоки улыбнулась и покачала головой. ‎       ‎- Ещё одной такой бойни я не переживу. Больше не полезу, один справишься. ‎       ‎- Кстати, - Годжо вдруг наклонился к её уху. - Я слышал твою мольбу. "Живи, Сатору, пожалуйста", - он изобразил на лице явное, чрезвычайно переигранное переживание. - Очень драматично. Почти как в театре. ‎       ‎Кёко отшатнулась, чувствуя, как краснеют щёки. ‎       ‎- Я думала, что ты там умираешь! - она возмущённо надула губы, скрестив руки на груди, будто закрываясь от парня. ‎       ‎- А я тоже живучий, - он выпрямился и довольно улыбнулся. - Я даже растрогался. Почти заплакал. ‎       ‎- Ты врёшь. ‎       ‎- Немного, - согласился Годжо. - Но мольба была красивая. Я сохраню её в своём сердечке, - парень показал его руками над головой. ‎       ‎Аоки хотела ответить что-то колкое, но вдруг заметила, что он смотрит на её ухо. ‎       ‎- А это что? ‎ ‎      Кёко коснулась маленького аппарата, опуская взгляд в пол. Конечно, от Годжо ничего не скрыть. ‎       ‎- Слуховой аппарат, - спокойно ответила она, решаясь взглянуть ему в глаза, хоть и скрытые линзами очков. - Мой слух ухудшился из-за техники. ‎       ‎- И помогает? ‎       ‎- Да, теперь ты ещё более громкий, чем раньше, - Аоки усмехнулась и закатила глаза. ‎       ‎Сатору хмыкнул и подошёл ещё ближе, наклоняясь к уху, чтобы рассмотреть аппарат повнимательнее. ‎       ‎- Выглядит прикольно, - сказал он. - Как у шпиона в дешёвом фильме. ‎       ‎- Спасибо за комплимент. ‎       ‎- Не за что, - Годжо выпрямился. - Ты куда сейчас? ‎       ‎- Надо перед Яга показаться, - девушка пожала плечами. ‎       ‎- Ну я пойду тогда, - он потрепал её по голове, показал палец вверх на её вмиг ставшее хмурым лицо и обошёл Кёко. Аоки обернулась, показывая язык ему вслед, и улыбнулась на собственную шалость. Разобравшись с бардаком в волосах, она поспешила увидеться с Масамичи, надеясь, что тот не будет читать ей лекции о сдерживание техники. ‎       ‎Остановившись напротив нужного кабинета, Кёко постучала. ‎       ‎- Войдите. ‎       ‎Девушка толкнула дверь и переступила порог. Масамичи сидел за столом, склонившись над какими-то бумагами. Он даже не повернулся в её сторону, дел было слишком много, а времени, как обычно, не хватало. Мужчина постоянно был в работе, сколько бы Аоки не жила рядом с ним. Отдых для них всех был привилегией. ‎       ‎- Яга-сан, - неуверенно заговорила Кёко. Учитель мигом остановился и посмотрел на стоящую возле входа первокурсницу. - Я знаю, что вы скажете. Я перегрузила технику, не рассчитала силы, подставила себя под удар. Но я пыталась сделать всё, чтобы задание... чтобы Рико... ‎       ‎Масамичи резко поднялся, заставляя её замолчать. Аоки непонимающе посмотрела на него, ожидая чего угодно. Он медленно обошёл стол, всё ещё не говоря ни слова, и Кёко всё-таки открыла рот, чтобы продолжить оправдываться, но не успела. Мужчина обнял её, по-отцовски крепко обхватывая хрупкую спину. Снова её обнимают. Слишком много для неё. ‎       ‎- Сообщать о своё пробуждении надо явно не так, - девушка усмехнулась, обнимая Яга в ответ. ‎ ‎      - В следующий раз зайду с хлопушкой. ‎       ‎- Даже не смей ещё раз такое проворачивать, - он отстранился, кладя руки на её плечи, и внимательно заглянул ей в глаза. - Я обещал твоему отцу, - голос дрогнул, но Масамичи попытался взять себя в руки. - Обещал, что буду оберегать тебя. А ты чуть не умерла. ‎ ‎      Стыд заполнил внутренности. В тот момент она даже не задумывалась о переживаниях близких. Она вообще ни о чём не думала. ‎       ‎- Не делай так больше. Пожалуйста. ‎ ‎      Кёко смотрела на него, на этого сурового мужчину, который всегда был рядом, который учил её, защищал, переживал. Он не покидал её с того момента, как умер папа. Сделал всё, чтобы она была в порядке. Аоки прижалась к нему сама. Крепко, по-детски, пряча лицо в его груди. Слёз больше не было. Хватит на сегодня. ‎       ‎- Простите, - сказала она. - Я не хотела вас пугать. ‎       ‎- Ничего, милая, - он погладил её по голове, как когда-то, в детстве, когда девочка оставалась у него в гостях, пока Томайо был на задании. - Твой отец гордился бы тобой, - тихо сказал Яга. - Но он бы тоже просил тебя быть осторожнее. ‎       ‎И Масамичи гордился. Кёко за это время стала по-настоящему дорога для него. Он знал её с рождения, помогал с воспитанием, пока друг был не в состоянии из-за расставания с женой. Обучал, когда Томайо устало дремал в кресле из-за работы. Покупал ей подарки на каждый праздник и получал в ответ небольшие рисунки и подделки, сделанные от всей души. Прожил с ней бок о бок после смерти отца, заставляя девочку набраться сил хотя бы поесть. Возвращал в её глаза радость и жизнь, напитываясь её счастьем. Она была ему словно маленькая дочь. ‎       ‎- Можно мне чаю? - спустя время заговорила Кёко, медленно выбираясь из объятий Масамичи. Мужчина и девушка одновременно рассмеялись и пошли к столу, продолжая длинный разговор. ‎

***

‎       ‎Возвращаться к тренировкам было тяжело. Сёко и Масамичи запретили ей использовать технику, поэтому Аоки отрабатывала рукопашный бой и использовала оружие. Общее занятие начиналось только через час, но она хотела попробовать заранее самостоятельно. Тело неприятно ныло от долгого сна, но Кёко не останавливалась. Она наносила удары по воображаемому противнику, стараясь не обращать внимания на дрожь в руках. Когда силы иссякли, девушка устало села на землю. Несколько прядей волос выбрались из хвоста, прилипая к вспотевшему лицу. Она стянула резинку, распуская волосы, чтобы хоть немного остыть. ‎       ‎- А кто-то уже отзанимался, - громкий голос Годжо прозвучал где-то за спиной. Аоки тяжело вздохнула, понимая, что время её одиночества закончилось. Она поднялась, отряхиваясь от земли, и кивнула подходящим второкурсникам и Масамичи. ‎       ‎- А где Нанами и Хайбара? - Кёко взглянула на мужчину, убирая с лица надоедливые пряди. ‎       ‎- На задании, - он скрестил руки, готовясь к предстоящему, потому что знал то, как может отреагировать девушка. ‎       ‎- А почему только они? - она нахмурилась, упирая руки в боки. ‎       ‎- Тебе ещё нельзя, - Яга развернулся от недовольного лица Аоки и сел чуть подальше от учеников. - Восстанавливайся, пока тебе позволяют, а то потом устанешь бегать по заданиям. Сегодня отработаем ближний бой без техник. ‎       ‎- Скучно, - Сатору закатил глаза, навалившись на плечо Сугуру. ‎       ‎- Вставай с Кёко, - из-за этих слов Масамичи девушка ещё больше расстроилась. Снова сражаться с Годжо. ‎       ‎- Не хочу, - лениво протянул он, но послушно отклеился от Гето. - Зачем тренироваться без техник? ‎       ‎- Годжо, - голос Яги стал жестче. ‎       ‎- Ладно-ладно, - он подошёл к центру площадки и встал напротив Кёко. ‎       ‎- Аоки, готова? ‎       ‎- Готова, - Кёко подняла руки, сжимая их в кулаки. Шрамы на пальцах белели от напряжения, чёрные кончики смотрелись неестественно на фоне бледной кожи запястий. ‎       ‎- Начали. ‎ ‎      Годжо двинулся первым. Не резко, а почти лениво, словно разминался. Он сделал несколько быстрых шагов в сторону, обходя Аоки по дуге, и она вынуждена была разворачиваться, чтобы держать его в поле зрения. ‎ ‎      - Смотри по сторонам, малявка, - усмехнулся он, внезапно меняя направление. ‎       ‎Кёко едва успела блокировать его удар: открытой ладонью, по инерции. От соприкосновения с его рукой запястье кольнуло болью. Годжо тут же отпрыгнул назад, не давая ей контратаковать. Он двигался слишком быстро, непредсказуемо, то приближаясь с одной стороны, то с другой. Девушка вертелась на месте, пытаясь угадать его следующий шаг, но он был слишком опытен. Каждый её блок давался с трудом, каждый удар уходил в молоко. ‎       ‎- Медленно, - прокомментировал Сатору, уклоняясь от её выпада. - Раньше ты была быстрее. ‎       ‎- Я в курсе, - процедила Кёко, нанося серию ударов. ‎       ‎Годжо уходил от них как танцор. Плавно, с лёгкой усмешкой на губах. Очки съехали на кончик носа, но он не поправлял. ‎       ‎- А теперь закругляемся, - сказал парень и вдруг сократил дистанцию. ‎       ‎Аоки не успела среагировать. Он захватил её руку, резко развернул, и она оказалась прижата к его груди спиной. Его горячее дыхание, прерывистое после короткой схватки, коснулось её уха. ‎       ‎- Вырывайся, - шепнул Годжо, и Кёко почувствовала вибрацию его голоса у самого виска. ‎       ‎Первокурсница дёрнулась, ударила локтем назад, но он перехватил и эту руку. Её запястья оказались зафиксированы, а сам Сатору снова ушёл в сторону, заставляя её кружиться. ‎       ‎- Не вырывайся - проиграешь, - сказал он уже насмешливее. ‎       ‎Кёко взбесилась. Она резко присела, выскальзывая из захвата, и ударила ногой по его голени. Годжо удивился лишь на секунду, но этого хватило, чтобы девушка вскочила и толкнула его в грудь. Он не упал. Только отступил на шаг и рассмеялся. ‎       ‎- Оживаешь. ‎       ‎Сатору сбил её с ног подсечкой, и она упала на спину, потянув его за собой. Годжо навалился сверху, прижимая её запястья к земле над её головой. Аоки замерла. Он был тяжёлым, горячим, и его лицо находилось так близко, что она видела каждую ресницу. ‎       ‎- Сдаёшься? - хрипло спросил парень. ‎       ‎Она чувствовала его дыхание на своих губах, его грудь на своей груди, его бёдра, прижимающие её бёдра. Каждую клеточку, где они соприкасались, будто жгло. ‎       ‎- Отпусти, - прошептала Кёко, и собственный голос показался ей сдавленным, каким-то... умоляющим. ‎       ‎Он не отпустил. Наклонил голову, рассматривая её лицо: раскрасневшиеся щёки, сбившееся дыхание, глаза, которые она пыталась отвести, но не могла. ‎ ‎      - Сдаёшься? - повторил тише. ‎       ‎Кёко не ответила. Она посмотрела на его губы и почувствовала, как что-то внутри переворачивается. Сердце колотилось так сильно, что, наверное, Сатору мог это услышать. И первокурсница не знала, от бега это или от того, как его пальцы сжимают её запястья. ‎       ‎- Ну? - его большой палец погладил её руку и по коже побежали мурашки. ‎ ‎      Аоки хотела сказать "да", чтобы он наконец встал, чтобы этот странный, давящий, сладкий момент закончился. Но язык не слушался. Вместо этого она просто смотрела на него, и в его глазах что-то изменилось. Его взгляд опустился на её губы, и усмешка быстро пропала. Годжо медленно, словно нехотя, разжал пальцы. Поднялся одним плавным движением и отошёл на несколько шагов. Кёко так и осталась лежать на земле, глядя в небо. Внутри всё дрожало, и она не знала, как теперь смотреть ему в глаза. ‎       ‎- Отдых, - сказал Масамичи, и Аоки не была уверена, показалось ей, или в голосе учителя прозвучало облегчение. ‎       ‎Годжо отошёл к Гето, сунул руки в карманы и замер, глядя куда-то в сторону. Очки снова закрывали глаза, и Кёко не видела, куда он смотрит. Она медленно поднялась, отряхнула одежду и отошла к краю поля. Ноги дрожали. Она не была готова к этому. Что это вообще было? Тренировка продолжилась. Но Аоки больше не смотрела на Сатору. Девушка боялась, что если посмотрит, то не сможет отвернуться. ‎

***

‎ ‎      Вечер опустился на колледж неожиданно быстро. Кёко сидела на скамейке у входа в женское общежитие, рассеянно глядя на закатное небо. После тренировки она приняла душ, переоделась в чистое, но тело всё ещё ныло и чувство чужого тепла не исчезало. ‎ ‎      Лучше поспи немного. ‎ ‎      Спасибо, мне этих недель с лихвой хватило. ‎ ‎      Она не хотела спать. Это было странно. Может Аоки давно не была на заданиях? Сил много, а тратить нельзя. ‎ ‎      Вдалеке послышались шаги. Кёко повернулась к ним лицом, видя приближающихся парней. Форма слегка изодрана, на лицах усталость, но как только Хайбара заметил девушку, его лицо осветилось улыбкой. ‎       ‎- Кёко! - он подбежал и рухнул рядом на скамейку, не скрывая радости. - Целый день не виделись. ‎       ‎- Вы как? Как задание? - она улыбнулась, чувствуя, как внутри всё теплеет от их присутствия. ‎       ‎Нанами подошёл спокойнее. Кивнул ей, сел с другой стороны и положил на скамейку какой-то свёрток. ‎ ‎      - Всё в порядке, попалось достаточно слабое проклятие, - парень устало прикрыл глаза. - Мы взяли тебе тайяки, - он указал рукой на пакет. ‎       ‎- Ой, спасибо! - она взяла угощение, благодарно посмотрев на каждого. - Без вас тяжело в колледже. ‎ ‎      - А без тебя мы чуть с ума не сошли, - Хайбара откинулся на спинку скамейки. - Яга всё время ходил мрачный, кого ни спросишь - никто ничего не говорит. ‎       ‎- Зато сейчас всё хорошо, - Кёко усмехнулась. Она очень любила ребят. Ей было максимально комфортно находиться в их компании, разговаривая обо всё на свете. Но завтра всем надо было рано вставать, поэтому уставшие, но весёлые парни, вскоре попрощались и пошли в сторону своих комнат. Аоки осталась одна. Посидела ещё немного, глядя на звёзды, потом поднялась и медленно пошла в общежитие. ‎       ‎На следующее утро Кёко, как обычно, отправилась на полигон. Тело всё ещё помнило вчерашнюю усталость, но она заставила себя встать пораньше, хотелось немного размяться до начала занятий. Там её уже ждал Масамичи. Он стоял, скрестив руки на груди, и выражение его лица было привычно-серьёзным. Девушка мысленно вздохнула. Видимо, сегодня её ждёт особенно изнурительная тренировка. ‎       ‎- Аоки, - позвал он, даже не дождавшись, пока она подойдёт ближе. - Тренировку отменяем. У тебя задание. ‎ ‎      Кёко замерла на полпути. ‎       ‎- Только что прислали, - он протянул ей тонкую папку. ‎       ‎- Уже? - она открыла папку, пробегаясь глазами по строкам. Человек средних лет, работает в частной клинике. Заподозрен в утечках информации о магической системе, но доказательств нет. Необходимо стереть воспоминания, где фигурируют определённые личности. ‎       ‎- Я пытался сказать, что ты ещё не восстановилась, но они сказали, что прошло достаточно времени. ‎       ‎Кёко кивнула, пряча папку в рюкзак. ‎       ‎- Прямо сейчас? ‎       ‎- Да. Машина у ворот. Будь осторожна. ‎       ‎Город встретил её шумом. Слишком много людей, при контакте с которыми случайно срабатывала техника: в голове мелькали мысли некоторых прохожих. Она шла по навигатору, стараясь не смотреть по сторонам, и повторяла про себя детали задания. ‎       ‎Зайдя в нужное помещение, Аоки незаметно прошла мимо медперсонала. Шла по коридору быстро, читая фамилии врачей рядом с каждым кабинетом. Мужчина оказался на втором этаже. Невысокий, с огромными кругами под глазами. Он не сопротивлялся, лишь посмотрел на девушку с недоумением, когда она резко приблизилась к нему и схватила за руку. Техника сработала мгновенно. Руки привычно стало слегка покалывать. Кёко скользнула в его сознание, отыскала нужные фрагменты, а именно разговоры в коридоре и странные действия неизвестных мужчин рядом с клиникой, и аккуратно, словно вырезая ножницами, удалила их. На место пустоты вплела нейтральные воспоминания: звонок от коллеги, кофе в автомате, пробка по дороге домой. Всё заняло не больше минуты. ‎       ‎- Вы... кто? - спросил врач, когда она убрала руку. ‎ ‎      - Никто, - ответила Кёко. - Забудьте. ‎       ‎Аоки вышла, оставив его сидеть с пустым взглядом. Задание было закончено. Ехать обратно в колледж не хотелось. Девушка решила немного прогуляться. Зашла в несколько магазинов, но ничего интересного не увидела. Только взгляд её не отрывался от тонких светлых перчаток. Глаза как назло нашли её руки, все покрытые тонкими шрамами. Она поджала губы и быстро схватила одну пару, подходя к кассе. ‎       ‎- Хороший выбор! - продавец улыбнулась. - Не хотите что-нибудь ещё? У нас есть и прозрачные с различным кружевом, вашим рукам... - она остановилась на полу слове, замечая обезображенную кожу. Аоки стало гадко. Ей не нравился это взгляд. Хотелось поскорее стрятать кисти от них всех. ‎       ‎- Я тороплюсь, - голос охрип. ‎ ‎      - Ой, извините, - настрой девушки резко утих. Она быстро взяла деньги и отдала красивый пакет с приобретённым товаром. - Приходите к нам ещё. ‎       ‎- Спасибо, - Кёко вышла из магазина и сразу надела перчатки, выкидывая пакет в мусорку. Так будет проще. ‎       ‎Не имея определённой цели, Аоки дошла до какого-то парка. Он был практически пуст в это время. Только несколько мам с колясками да пара пенсионеров на лавочке у фонтана. Отличный, благодаря аппаратам, слух уловил странные звуки Девушка насторожилась, направляясь к их источнику. Сдавленный вдох. Потом ещё один. Кто-то пытался не плакать, но не очень-то получалось. Кёко осторожно завернула за кусты и увидела его. ‎       ‎Мальчик. Тёмные волосы, острые колени, портфель, валяющийся в стороне. Он сидел на земле, привалившись спиной к стволу дерева, и сжимал обеими руками левую лодыжку. Лицо было бледным, губы сжаты в тонкую линию. Аоки застыла, осознание пробило её крупной дрожью. Перед ней был Мегуми Фушигуро. Сын Тоджи Фушигуро, который совсем недавно убил Рико Аманаи. Которого убил Годжо Сатору. Кёко почувствовала, как внутри всё сжалось. Она видела его слёзы в чужих воспоминаниях. Видела, как Тоджи думал о нём, как любил его. Но сейчас мальчик стоял перед ней живой, настоящий, и его лодыжка была неестественно распухшей. Смятение застыло на её лице, но пройти мимо девушка не смогла. ‎       ‎- Эй, - она осторожно приблизилась, опускаясь на корточки рядом. - Ты в порядке? ‎       ‎Мальчик резко поднял голову, и его недоверчивые глаза уставились на неё. ‎       ‎- Не ваше дело, - его голос дрожал, но звучал твёрдо. ‎       ‎Кёко не стала настаивать. Она просто села на траву рядом, скрестив ноги, и замолчала. Посидела немного, глядя на небо. ‎       ‎- Сильно больно? ‎       ‎- Нет. ‎       ‎- Зачем врёшь? - Аоки спокойно повернула к Мегуми голову, наблюдая за ним. ‎       ‎- Вы кто вообще? - он нахмурился, не понимая, почему она всё ещё здесь. ‎       ‎- Просто мимо проходила, - Кёко пожала плечами, перевела взгляд на повреждённую ногу и снова вернулась к его серьёзным глаза. - Могу посмотреть? ‎       ‎Фушигуро думал долго. А потом просто кивнул. Аоки осторожно придвинулась ближе, сняла с него кроссовок и носок, ощупала лодыжку. Мальчик зашипел, но не отдёрнул ногу. ‎ ‎      - Растяжение, - подтвердила она. - Сильное, но не перелом. Наступать нельзя, - Кёко чуть ослабила его боль техникой. - Как умудрился-то, герой? ‎ ‎      - Подскользнулся на лестнице, - едва слышно пробормотал Мегуми, удивляясь тому, что в руках девушки ему стало легче. ‎       ‎- Не переживай, всё пройдёт, - Аоки улыбнулась и похлопала его по плечу. - А теперь пойдём в больницу, - она развернулась к нему спиной. - Запрыгивай. ‎       ‎- Я не маленький. ‎       ‎- А я очень сильная, - Кёко указала себе на спину. - Мы дойдём быстрее на моих, чем на твоей одной. ‎ ‎      Мальчик помедлил, а потом всё-таки обхватил её за шею. Аоки подхватила его под бёдра и выпрямилась. Лёгкий. Слишком лёгкий. Питается, наверное, чем попало. ‎       ‎- Тебя как зовут? - спросила она, хотя имя уже знала. ‎       ‎- Мегуми, - буркнул он после паузы. ‎       ‎- А меня Кёко, - она кивнула, хотя он не видел. - Приятно познакомиться. ‎       ‎- Неприятно. У меня нога болит. ‎ ‎      - Это лечится, - девушка улыбнулась. ‎       ‎- А что у вас в ушах? - Фушигуро аккуратно коснулся аппарата, заинтересованно рассматривая для себя новую вещь. ‎       ‎- А это не лечиться, - Аоки вздохнула. - Без них я бы очень плохо слышала. ‎       ‎Мегуми понимающе кивнул, опуская голову на её плечо. ‎       ‎- Вы выглядите круто, будто из манги про супергероев. ‎ ‎      - Спасибо, - она рассмеялась. ‎ ‎      Они дошли до больницы, и Кёко помогла ему сесть на скамейку в коридоре. Сама она заполняла необходимые бумаги, пока мальчика осматривали врачи. У него действительно оказалось обычное растяжение, ему наложили повязку и дали костыли. ‎       ‎- Спасибо вам большое, - Аоки попрощалась, и они вышли из помещения. - Где ты живёшь? ‎       ‎- Тут недалеко, я сам. ‎       ‎- Чтобы и вторую ногу повредил? - девушка закатила глаза. Мегуми нахмурился, но всё равно пошёл в сторону дома. Доведя его прямо до двери, Кёко потрепала мальчика по голове. - Надеюсь, мы ещё встретимся, Мегуми, - улыбнулась и развернулась, чтобы вызвать такси до магического колледжа. ‎       ‎- Кёко, - он тихо позвал её, на что она тут же обернулась. - Спасибо вам, - и быстро скрылся за дверью. ‎ ‎      Аоки зависла, погружённая в собственные мысли, и не заметила, как подъехала машина. Фушигуро Мегуми продержится в её голове ещё очень долго.