Немного (много) о вере

На этот раз Света еле успела подняться по лестнице, как была встречена громким звучным вопросом от своего странного собеседника. - Ты верующая? Девушка на мгновение опешила от такого вопроса. Она непонимающе склонила голову набок и протянула: - Эм, не-е-ет... А что? - Ну, тогда ты сможешь сегодня со мной нормально поговорить. А Библию читала? Понятней происходящее не становилось. Если честно, Света уже начала к этому привыкать. Казалось, с Кириллом по-другому и быть не могло. - Очень давно, но да, читала. Привет, кстати. - Ага. - Парень сегодня выглядел рассеянным и отрешённым, при этом невероятно увлечённым своими мыслями. А ещё девушке могло показаться, но он будто стал выглядеть ещё более болезненно, не доедал что ли, или не выспался. Он очнулся от своих размышлений, резко шагнув вдоль края и притопнув на месте ногой. Света невольно вздрогнула, табун холодных мурашек пронёсся вдоль её позвоночника. Она уже успела подумать обо всём самом худшем, но сейчас поспешно себя одёрнула. Всё в порядке. Кирилл явно заметил её реакцию, но извиняться не стал, слишком был на взводе - это читалось в каждом чересчур жёстком, словно озлобленном движении. Сейчас он пугал девушку своей нестабильностью. - Я просто... - он что-то невнятно тихо прошипел, наверное ругательство. Потом будто что-то вспомнил, оборвал сам себя, не закончив фразы, и кинул подозрительный взгляд на Свету. - Неважно. Но если ты не против, хотелось бы сегодня поговорить о религии. Мне нужно успокоиться. Видеть на его лице что-то кроме презрения, насмешки или пустоты было непривычно. Даже создавалось впечатление, что это совсем другой человек. Кирилл раздражённо пристукивал мыском о серый бетон в ожидании ответа. - Я не против, - покладисто кивнула девушка. Спорить сейчас явно было бесполезно. - Что ты хочешь от меня услышать? Парень прищурился, глубокомысленно глядя вниз. - Ты даже не представляешь, насколько это правильная формулировка вопроса... - Он снова поднял взгляд. - Но мы сейчас не об этом. Что ты думаешь о вере? - Ну, это сложный вопрос. Можно поконкретнее? Кирилл задумался. - Нет, - сказал как отрезал, слишао резко. - Говори как есть. Света неуютно пожала плечами. Она не знала, с чего начать. Да вроде и сказать было почти нечего. - Я уважаю чужую веру, хотя сама ни к какой себя не причисляю. Магии и чудес не существует. Лично я не вижу особого смысла в религии как таковой, но некоторым людям она ведь помогает, поддерживает. Пока это не мешает мне, пусть будет. Девушка замолчала. Вроде вопрос был сложным, обширным, а она отделалась таким скромным обрывочным ответом... Это казалось каким-то неверным, но сказать больше было и нечего. - Ясно, - коротко бросил Кирилл, отворачиваясь, делая пару шагов вдоль края. - Тебе повезло. С чем именно ей повезло, Света не поняла. Точнее, у неё было несколько вариантов, но озвучить ни один из них не казалось правильным. Поэтому она уже открыла рот для вопроса: - О чём ты... - Нет! - резче и громче, чем обычно, перебил её Кирилл, внезапно круто развернувшись и опасно-дико сверкая глазами. - Я говорил: никаких личных вопросов. Девушка замерла на полуслове, вглядываясь в глаза напротив. Запавшие, с тёмными мешками, гневные и с каким-то страданием, почти даже не скрываемым. Так смотрит любой человек, которому причинили боль. А та переплавилась, превратилась в ярость, хоть в таком виде выходя наружу. Парень дёрганно отвернулся, так же резко возвращаясь к своему обычному тону и прошлой теме разговора. Будто этот всплеск растратил всю его внутреннюю энергию. Или приоткрыл дверь во что-то запретное для Светы. Пока запретное, хотелось бы думать. - Было бы вежливо сказать, что я рад за тебя, но это было бы ложью - я не рад. Наверное, слишком эгоист для этого. Не суть. Вера, религия... Это очень интересные темы для обсуждения, не находишь? Риторический вопрос. Света приготовилась долго и с интересом слушать, ведь говорил Кирилл любопытные вещи, над которыми всегда хотелось думать. Настоящий прирождённый оратор, поневоле вынужденный выступать перед такой маленькой аудиторией. Актёр театра-призрака, сам готовый раствориться в воздухе в любой момент. - Религия и правда кому-то помогает, особенно те её виды, которые включают в себя бонус - загробную жизнь. Человек приземлён, он беспокоится о себе и узком круге близких себе людей, а остальное - да хоть гори оно всё синим пламенем! - "какая разница, если со мной всё в порядке". Это можно отрицать хоть всю жизнь, но старая-добрая поговорка права и всегда будет права: "Своя шкура ближе к телу". А вера даёт ответы на такие вечные вопросы как "откуда мы появились?" и "куда мы уйдём?"... Хотя нет, не так. "Откуда я появился?" и "куда я уйду?". Так правильнее. Неизвестность всегда и везде пугает человека, а неспособность на что-то повлиять рушит иллюзорное ощущение контроля, а следовательно и комфорта. Религия же буквально говорит: "Делай то-то, и тебе будет потом хорошо. И не делай то-то - тебе будет плохо!" Как обучение маленьких детей, даже смешно. Вера наполняет жизнь смыслом, целью, пониманием своего итога - и это даже хорошо, но… это всё ложь. На которую люди себя обрекают вполне добровольно… Темп речи Кирилла замедлился, он снова ушёл в свои мысли, а его отсутствующий взгляд застыл на линии горизонта в узкой щели между домами, где его ещё было видно. Серые тучи плотным тёмным туманом сгустились над городом, скрадывая цвета и яркость. Такие же серые, как и глаза парня, который сейчас смотрел на них невидящим взглядом, в полной тишине. Света тоже молчала, обдумывая всё услышанное. Это давало повод для нескольких вопросов. Но не успела она из толком сформулировать, как Кирилл вдруг вздрогнул, дёрнувшись, пару раз моргнул и снова заговорил. - Я отвлёкся. Так вот… Но религия имеет в себе множество пробелов, которые вызывают вопросы, - снова будто мысли прочитал. - Например, христианство, как самое близкое и понятное. Стоит начать задавать эти вопросы, как тут же тебя заткнут: "Лукавый тоже спрашивал!" Вера буквально заставляет молчать людей, которые мыслят шире, думают по-другому… Потому что ей такие неудобны. Удобно - иметь контроль над людьми, управлять их решениями и мнением, прямо как в коллективом разуме. А всё потому, что за любой "искренной" верой стоит хитрый, безнравственный, вот только очень предприимчивый человек... Или такой же убеждённый фанатик - тут даже не скажешь, что хуже. Надо же, сегодня Кирилл был даже более разговорчив, чем обычно. Он всё говорил и говорил, а Света слушала, постепенно обрабатывая информацию, размышляя, ища ответы, совсем как на уроке или на лекции. На лекции по философии, точно. Для девушки их общение было как увлекательные интерактивные уроки с хоть и сомнительной моралью, но любопытным наполнением и основной мыслью от автора, которая всегда стоит обдумывания. Иногда, с ней даже можно было согласиться. И лектор тоже вызывал живой интерес. Живой. Ха. Смешно. - То есть ты сейчас завуалированно назвал всех искренне верующих слепыми и безвольными? - на всякий случай уточнила Света в момент, когда Кирилл приостановил свою речь. Парень снова нервно-гневно притопнул ногой, злобно поморщившись. Потом он всё же отрицательно порывисто качнул головой. - Нет. Я лишь высказал своё мнение, ориентируясь по доводам своего разума. - Считаешь себя умнее других? Думаешь, это выделяет тебя из толпы? - ядовито-грустно спросила девушка. Ей ли не знать о самомнение. Больная тема. - Нет, - повторился ответ. - Я уже задумывался об этом, и получается парадокс: я мысленно не превышаю свою важность в этом мире, считаю себя самым обычным, как все, и это и выделяет меня среди окружающих эгоцентриков с манией величия. - Он скосил взгляд на Свету. - Вот ты, кажется, отчасти к ним относишься. Не то чтобы девушка расстроилась. Просто давно никто не высказывал своё мнение о ней так напрямую. И всё равно сработал инстинктивный защитный рефлекс. - А тебя, значит, на край этой крыши твой великий разум привёл, да? Падение очередного гения с Рейхенбахского водопада? Обычно она не такая жестокая в своих словах, но нервы всё же не железные. Кирилл в ответ невесело улыбнулся. - Отсылка засчитана, но нет. Сюда меня привело скорее осознание. - Осознание чего? - Потом расскажу. Я уже успокоился, зато это, видимо, предстоит теперь тебе. Не могу я адекватно общаться с людьми в ярости. - Да? Это почему же? Парень остро ухмыльнулся, уже направляясь к лестнице вниз. - Они меня смешат. Человек слаб, глуп и забавен, когда в гневе. Света на секунду запнулась от неясно откуда взявшегося возмущения. - Да как ты... Я по-твоему...?! - Спасибо за то, что выслушала, - нагло улыбнулся Кирилл, шутливо отдав ей честь и уже исчезая из виду, спустившись вниз, как обычно игнорируя ступеньки лестницы. Девушка пару секунд невидяще пялилась в слепом гневе на место скрывшегося парня, а потом усилием воли глубоко вздохнула и выдохнула, мысленно пытаясь очистится от ярости. Кирилл таил в себе слишком много загадок, но теперь она была хотя бы уверена, что он не мёртв внутри. В душе он живой, саркастичный и с колким чувством юмора. Что же заставляет его прятать свою истинную личность от людей? Что за "осознание" привело его сюда?..