Часть 1

      Девушку переполняли противоречивые чувства. Они ведь прибыли сюда для безопасности, чтобы защищать замок, а в итоге, подвергли студентов - еще детей по сути, смертельному риску. Разрушенная лестница по пути наверх, как нельзя кстати напомнила, насколько беспомощны они по сравнению с темной силой, что надвигается. Если бы Пожиратели смерти хотели, то убили бы сегодня каждое живое существо в Хогвартсе, но они были гораздо изящнее, им стоило убить лишь одного волшебника, и оказались повержены все. Всего маленькая кучка тёмных магов, а жизни всех присутствующих сегодня в замке, спасло лишь чудо. Это в который раз убедило насколько они малы и беззащитны перед той силой, что надвигается. Альбус Дамблдор, их учитель, наставник и главная надежда в тёмные времена был мёртв. Убит этим вероломным предателем - Северусом. А вместе с ним умерла и вера в победу, в счастливое будущее. Конечно, они будут сражаться дальше, они никогда не смогут смирится с поражением, пока в них еще есть жизнь они будут бороться. Но что делать, если последняя надежда мертва?       Всё вокруг выглядело так безмятежно, будто насмехалось над их скорбью. Алое зарево на востоке предвещало о начале нового дня. Лёгкий предрассветный туман, покрывающий окрестные луга и теплицы. И щуплая, болезненная фигура на фоне постепенно светлеющего неба. - Римус, - хриплый, безжизненный голос заставил мужчину обернуться.       Выдержке Люпина можно было лишь позавидовать. Не один мускул на его лице не дрогнул, выдавая истинные чувства при виде девушки, только ладони так сильно сжали металлическую ограду, что на запястьях проступили вены. - Я пришла извиниться за то, что произошло в больничном крыле, - взгляд в пол, не единой эмоции. - Я вышла из себя, не стоило говорить такое при всех. - Тебе не за что извиняться, - пробормотал Римус и отвернулся.       Ему невыносимо было видеть Тонкс такой. Жиденькие мышиного цвета волосы, безжизненный взгляд и нелепое коричневое мешковатое платье, но хуже всего были тонкие, еле заметные красные линии пересекающие кисти рук. - Хватит отрицать, Римус. Это я уже слышала. - А ты хочешь услышать? - ледяной тон, ничто не может ранить больше, чем этот голос. - Тебя, Римус. То, что ты думаешь. Что ты чувствуешь. Что хочешь сказать, я ведь знаю, что хочешь. Я хочу услышать тебя, - голос Тонкс надорвался на последней фразе. На глазах выступили непрошеные слёзы, но девушка не придала им внимания, - А ты даже не смотришь на меня. Думаешь я не замечаю?       Тут знаменитое самообладание Люпина дало первую трещину. Он резко развернулся и уставился прямо на Нимфадору. - Хочешь услышать, что я думаю? Я думаю, что наши чувства ничего не значат! Я думаю, что ты не понимаешь, какого жить рядом с таким, как я. Ты видела лишь одну мою сторону, - почти что выкрикнул Римус.       Тонкс же засчитала это себе, как маленькую победу. Ведь ей впервые за долгие месяцы удалось вывести Рема на эмоции. - Так покажи мне другую сторону, позволь стать ближе. - Если бы всё было так просто, - саракостически проговорил Римус и сделал несколько шагов вдоль ограды. - Но ведь всё просто. Ты же подпустил к себе Джеймса, Сириуса, даже Лили! - Они - другое дело. Никто из них никогда не понимал всю рискованность ситуации, насколько опасны были наши затеи, но и Джеймс, и Сириус, и даже Лили могли постоять за себя. Им ничего не угрожало всерьез. - То есть ты считаешь меня слабой? - Я не это имел ввиду, и ты знаешь. - Но сказал именно это. Я аврор, Римус, если кто-то и может защитить себя от разъяренного огромного волка, то это я, а не группа подростков-анимагов, возомнивших себя всемогущими. - Лакантропия - это не только разъяренный волк раз в месяц, это постоянные боли, болезни, слабость, бедность и одиночество. Тебя будет преследовать презрение всю оставшуюся жизнь и даже после. Нет, я не прощу себе этого, - он снова перевел свой взгляд на пейзажи вокруг и уже шепотом продолжил, - Сегодня, когда я увидел Сивого рядом с тобой... Я просто обезумел. Это был самый страшный чертов момент в моей никчемной жизни, - Римус замахал головой, как будто хотел избавиться от надоедливой мысли. Он осел на пол и после недолгой паузы продолжил: - Ты думаешь, я мазохист? Больше всего на свете я хочу быть с тобой! Но представлять нашу совместную жизнь то же самое, что видеть тебя в руках этого чудовища снова и снова, только у него мое лицо. - Да, мистер Люпин, я думаю, что вы самый настоящий мазохист! - заявила Тонкс, усаживаясь рядом. - Оглянись вокруг, Римус, идет война и пока что, все битвы явно не за нами. Лично я не уверена, что доживу до завтра и мне страшно от того, сколько я еще не сделала. Я не хочу ждать завтра, рождества, лучшей жизни. Я хочу быть счастлива, Римус, с тобой... - на этих словах, девушка прикоснулась ладонью к щеке оборотня и заставила посмотреть на себя. - Хочу засыпать в твоих объятиях и просыпаться в них же, хочу чувствовать тепло твоего тела. Я хочу вечно смотреть в твои глаза, хочу целовать тебя, вечно... Последнее слово она выдохнула ему в губы и легко прикоснулась к ним, всего секунда сомнения и их было уже не остановить. Эмоции, что переполняли их обоих полгода нашли выход. Это был поцелуй полный страсти, нежности, любви и легкой горечи. Римус первый разорвал поцелуй. И крепко прижал Дору к себе. Одинокая слезинка счастья скатилась по ее щеке, об этом моменте она мечтала с самой их встречи. - Вечно, - тихо выдохнул Римус, зарываясь лицом в розовые волосы.