Всего лишь кактусы

«И в семье, что обычно все обществом кличут, Он годами трудился, себя не щадя». Люди, в сомбреро, что пели эту песню, держа в руках свои отполированные до блеска гитары, наблюдали за тем, как человек, которого никто не знал как зовут, копал яму где- то далеко, подальше от чужих глаз. «Но крест он носил, размером с Висконсин. Для такого и яму нигде не найти». Люди продолжали петь. Одни из них отстукивал чечётку, другие подбадривали его яркой игрой на гитаре. «Ах бедный ты наш, старина ты наш Ричард! , За что ты так с нами, скажи старина? Не стоило грабить тот банк, понимаешь? Тогда бы ты прожил хоть часик ещё». На последнем аккорде их гитары утихли. В тот же час чечеточник прекратил свое дело. Все наблюдали за тем, как человек смеялся в пустоту. —Прекратите уже! , — у мужчины кончилось терпение, он неожиданно встал с колен. Его косой взгляд устремился в ту самую зону, где находились огромные по величине кактусы. Пустынную землю населяли лишь пара одиноких, колючих, ублюдка, которые где- то в параллельной вселенной уже давно насмехались над стариком. — Я ведь знаю, что вы там! , — старик снял с головы шляпу, бросил ее и просто втоптал ее в грубый, сухой песок. Затем уверенным шагом пошел напрямую к двум колючим великанам, которые просто росли здесь без дела. —Бедный Ричард, — один из гитаристов снял свое сомбреро, чтобы почтить память былых времён этого старого койота, который в этот момент ругался на кактусы. —Интересно, он понимает то, что мы не настоящие? , — одному из вокалистов показался этот вопрос куда более интересным, нежели просто попытаться достучаться до полоумного старика, который стоял перед ними и воображал, будто бы их всерьез видит. — Это все случилось из-за вас! , — койот больше не выдержал и достал из своей потрёпанной кобуры старый верный кольт и, не раздумывая, выстрелил прямо в своих недоброжелателей. У одного из кактусов отлетела верхушка и грубо полетела прямиком в песок. В ту же секунду, словно по волшебству, пронесся небольшой ветер, полный смрада и пыли, и просто похоронил ее под толстым слоем песка. — Он так долго долго не протянет, — один мексиканцев в буквальном смысле стёр пылинку, которую оставил за собой небольшой ветер. — Скажи, а когда он умрет? — Скоро, compadre. Утро. Или же очередной пережитый бураном клочок этого дня, откуда из-за облака пыли и грязи кое- как можно было разглядеть маленький, тоненький лучик солнца. — Ну что там, Джек? , — кто-то, кто в этот момент находился в трактире, спросил молодого паренька, который решил выйти на свет Божий, чтобы проверить текущую обстановку на местности. — Все хорошо! , — резко, но весьма уверенно крикнул Джек и вскоре с той же интонацией можно было услышать отовсюду эти заветные слова, что грели душу каждому местному пьянчуге: — ПРОДОЛЖАЕМ ГУЛЯТЬ, КРЫСЫ ВЫ ЧЕРТОВЫ! Снова открылись ближайшие таверны, а их было всего две на окраине. В каждой из них были свои поводы для безграничных утех, грабежа и бесконечного пьянства, какого даже сам дьявол себе позволить не мог, взяв он к примеру выходной на недельку другую. Внутри ближайшей к нашему взору таверне вновь было слышно, как маэстро вновь начал развлекать свои длинные худые пальчики прекрасной игрой на рояле. Рядом с ним уже вовсю работали его верные танцовщицы, без которых он не мог представить свою игру. Каждая из них была уникальна в своем роде. Каждая из них имела по своей личной комнате, которая была с ног до головы обида лишь роскошью и драгоценностями. Все это они смогли получить только лишь благодаря богатеньким и недалёким приезжим, что обычно (а если говорить, то частенько), как правило, были околдованы чарами, любуясь прекрасными нимфами, которые танцевали перед ними кордебалет. Таким образом, они могли спокойно обчистить раззяв до нитки. Бармен наливал им только их самый лучший виски со льдом, что у него имелся, лишь бы те оставались у стойки как можно дольше. Каждый раз, наливая очередного зелёного змея (как это у них заведено говорить), ему приходилось выслушивать очередной правдивый, изливающийся бред, что выходил из тех с очередной опустошенной рюмкой. Каждый раз они печально вздыхали о том, что неважно, какие доходы приносят их огромные нефтяные скважины, они чувствует себя в глубине души совсем подавленными и одинокими. Пускай они были крупными магнатами на этом маленьком клочке земли, но это никак не наполняло их изнутри, чтобы они могли полноценно чувствовать себя крупными магнатами на этом маленьком клочке земли. — Всем нам чего-то не хватает помимо этих зелёных бумажек, сэр, — Джон, что был постоянным барменом таверны " Хромая Бет», всякий раз успокаивал таких вот " опечаленных толстосумов». На самом деле, где-то глубоко в душе, он не переносил их на дух. Такие как он всю жизнь жили в бедности, а искали утешение лишь в этой таверне. Она была для них рассадником склок и кутежа, штаб квартирой, как ее называл Джон. Сам он был не особо компанейским человеком, хоть у него здесь и были друзья. Он не очень любил осушить стопку за стопкой и рассказывать всем, что сегодня он бывал в перестрелке с чужаком и раздобыл ценные трофеи, чтобы показать всем, что он здесь сорви голова. Или же рассказать очередную байку, что повстречался с «Ночными Гиенами» — чужаками из соседнего клана, что обитал на другом конце большой скалы. — Да, мои мальчики сегодня были в ударе! , — однажды кто-то из друзей Джона хвастался своими верными кольтами перед друзьями- пропойцами, которые и делали, что подбадривали своего собрата громкими изрыганиями, что всякий раз выходили из их пасти, которая не просыхала ни на минуту. —Хорошие у тебя кольты, Саймон! , — кто-то из них все-таки удосужился протрезветь на минуту другую, лишь бы его собрат услышал из его глотки что-то похожее на внятную речь. —Это подарок моего отца, а тот от его отца, — Саймон в этот момент протирал влажной тряпкой белую рукоять одного из своих малышей. —Что-то вроде династии. В ходе этого, Саймон разговорил своих ребят, мол что был один раз случай у его отца. Он как раз только вот- вот получил эти кольты, и стал их полноценным владельцем. Пошел он значится в «Хромую Бет», чтобы обмыть это дело. И один из крыс, который видимо настолько уже напился за свою жизнь, что уже не мог держать в руках свою пинту и случайно вылил все пиво ему на кольты, когда тот положил их на стол. -И что же случилось дальше? , — всем было интересно продолжение, но Саймон сказал лишь, что тот просто выстрелил ему в голову, а пока текла кровь, он подставил туда свою рюмку, где уже имелось содержимое, и просто напросто выпил до дна все, что в ней находилось. — Ничего себе! , — один из них даже не удержался и рухнул со стулом вместе. Остальные лишь посмеялись ему в ответ, а он лишь тоже поддержал их смешной гримасой. Этот день по сути ничем не отличался о других. Каждый день воздух здешних земель был пропитан свежеиспечённой кровью, либо же в воздухе витали очередные жалобные крики о мольбе, чтобы Бог дал им шанс сегодня напиться до краев. Размеренная жизнь здесь была обычным делом. Но сегодня произошло чудо: в очередной раз местные жители поняли, что, поскольку их жизнь стоит ради того, чтобы скакать на своих скакунах по степи в поисках приключений, то все разом прекратили свою затянувшуюся пирушку и оседлав своих жеребцов, поскакали в ближайшее поселение навстречу грабежу и разбою. С диким свистом и улюлюканьем, вся эта шумная бравада тотчас же испарилась. Вскоре улицы опустели, но далеко не на долго. Из развалин, что подходили под описания " жилой дом «, потихоньку стали выбираться здешние поселенцы. Те люди, которые решили прожить свою жизнь без спиртного и прочей разгульной жизни, занимались привычными для них делами. Скучная жизнь для одних и труд всей жизни для других. — Наконец- то эти черти соизволили поднять свои задницы, чтобы свалить отсюда, — хрипло сказал некто пожилой мужчина, который только что вышел из своей хибары, чтобы заняться своим ранче. -Мда, — каждый раз повторял он одни и те же слова.— Давненько я не проводил это место в порядок. Все из-за этих чертовых свиней. Только и знают, что предаваться своим утехам! Проработав немного на своем любимом ранчо, что досталось ему от его отца, он понял для себя одну вещь: ранчо не приносит ему доходности. Абсолютно. У него не было денег на то, чтобы даже прокормить себя. Последнюю корову он зарубил ещё тем летом. Все, что осталось у него- это был всего лишь один клочок этой земли, где по сути, больше ничего не росло. Все из-за затянувшейся жары. Немного подумав, он решил пойти на отчаянный поступок. Банк был единственным местом, которое было под юрисдикцией местного шерифа. С местными он редко имел дел. Все равно воевать с ним было дело совсем бестолковым, учитывая, что их было куда больше. Никто толком и не знает, почему именно его выбрали Шерифом. Но так уж вышло. Сегодня народу в банке было не так много. По правде говоря, его не было никогда вообще. Деньги выделялись местным жителям очень редко, а так те выживали за счет своих посевов кукурузы, которой не всегда было в достатке. —Всем стоять, не двигаться! , — крикнул старик, которого кстати говоря звали Ричард Милин. Был он чистокровным американцем, как и вся его семья. Но черт дёрнул его отца поселиться на этой треклятой земле. —Сэр, кому вы кричите, здесь только один я! , — крикнул некто, кто был бухгалтером данного банка. Он не боялся старика. А уж тем более его пистолета, который стрелял водой. — Вскрывай всю кассу и отдавай ее мне! , -.Ричард явно был настроен решительно, раз уже снял свой пистолет с предохранителя. Тот лишь ни слова не сказал, а только повиновался ему. Вскоре из банка вышел пожилой американец, полностью набитый деньгами. — Наконец я смогу купить себе хотя свежей воды! , — он уже радостно представлял, как потратит этот большой куш. У него давно были большие планы. —Но сперва, естественно, куплю себе свежий галлон воды, а остальное подождёт. Добравшись до пустыни, где обитал здешний продавец воды, Ричард наткнулся лишь на бандитов. Тех, что так ненавидел с утра, и тех, что так боялся встретить сейчас. — Поглядите ребята, какая пернатая пташка сюда к нам залетела! , — кто-то из бандитов крикнул так, что Ричард Милин случайно выбросил из рук свой пистолет. — Да вы посмотрите, он пришел к нам, чтобы угрожать своим дурацким водяным пистолетом? В этот момент старый койот не выдержал. — Какой ещё водяной пистолет? В моих руках настоящий кольт, которым я тебя и убью, шакал ты чертов. —Ты уверен, янки, что в твоих руках действительно кольт, а не водяной пистолет? — Я всегда верен своему яркому взору, — американец нащупал на песке свой пистолет и приложил его к виску.- Какой ещё водяной пистолет? Выстрел прозвучал очень громко и слаженно. Тело американца тут же проводилась на сухой песок. Пока Ричард умирал, он заметил перед собой того самого продавца воды. — Так ты был с ними заодно! , — это были его последние слова. Вскоре после этого бандиты забрали мешок с деньгами. Через час в пустыне вновь воцарилась тишина. Вскоре на песчаной земле лежал мертвый труп американца. Возле него лежал тот самый голон со свежей водой, и все также где-то рядом пели мексиканцы в сомбреро. «Ах бедный ты наш, старина ты наш Ричард! , За что ты так с нами, скажи старина? Не стоило грабить тот банк, понимаешь? Тогда бы ты прожил хоть часик ещё».