Глава 17. В собственном плену

      После разговора с Ёнджу Чанёль со спутанным сознанием, на ногах, которые отказывались слушаться, кое-как добрёл до Академии. Требовалось переварить всё то, что он услышал и увидел.        «…но самое главное, существовать одновременно мы можем только в одной ипостаси — как любимые люди или как хранители великих знаний и способностей. Иного варианта не дано» — крутились без конца в его голове слова Ёнджу.       — Иного варианта не дано… — произнёс он негромко, опускаясь на диванчик в оранжерее.       Помимо слов девушки и обрывков собственных фраз, перед его мысленным взором то и дело проносилась картина, которую он увидел во время поцелуя. Две луны мирно плывут по небу друг к другу, грозя в пугающем безмолвии погрузить всё в хаос. История, что рассказывали детям, городская легенда, страшилка, романтизированная впечатлительными подростками и юношами, грозила претвориться в реальность.       «Этот мир и правда ждёт погружение в хаос?» — переворачиваясь на другой бок, задавался вопросом парень. Закрыв глаза, он явственно вспомнил холодное кольцо света, разбавляющее черноту ночного неба в то время, когда две луны, наконец, встретятся. Поистине прекрасное и пугающее зрелище. Прокручивая всё это в голове, Чанёль не заметил, как обхватил руками плечи и поджал ноги к телу, стараясь избавиться от гнетущего чувства безвыходности.       — Неужели во всем виноваты мои чувства? — снова негромко произнёс он, невидящим взглядом уставившись через панорамные окна на Сад.       Пребывая в собственных мыслях, и всё так же, обнимая себя за плечи, лёжа на диване, он не заметил, как пролетело около трёх часов. За это время он почти убедил себя в том, что грядущее затмение является не чем иным, как способ наказать двух непокорных Хранителей. И расплатой за неподчинение незыблемым правилам Вселенной должен стать хаос и разрушения, которые они — двое сильнейших избранных, не в силах будут предотвратить или остановить. Всё, что им останется — лишь наблюдать за тьмой, что по их вине укроет этот мир.       «Готов ли хоть кто-то в этом мире заплатить такую цену за любовь?»       На последней мысли Чанёль стремительно вынырнул из потока размышлений. Вопрос был задан, скорее, в никуда, но от собственной формулировки его словно ледяной водой окатило.       — Заплатить цену за… любовь?! — вслух повторил он, нарушив тишину. Ответить ему в этот момент могли разве что цветы, мирно живущие и растущие в этой оранжерее. Хотя, даже если бы они могли разговаривать, то наверняка не смогли бы дать ответа на его вопрос.       Действительно, какой глупец согласится погрузить мир во тьму и хаос ради исполнения собственной прихоти?       Может глупец, влюблённый всем сердцем?!              Будучи главой девятки сильнейших, Сухо имел собственный кабинет. Средних размеров, со светлыми стенами, обставленный тёмной мебелью, в меру строгий и вполне уютный. Располагался он, как и кабинет главы Академии, и кабинеты преподавателей — в административном блоке.       — Мы можем поговорить? — постучав и пройдя в дверь, поинтересовался Чанёль. Его голос был спокойным, но выражение лица едва уловимо выдавало беспокойство.       — Да, вполне. Сейчас у меня нет никаких дел. — взглянув на часы, ответил Сухо.       Не зная с чего начать, Чанёль молча стоял в центре комнаты. Его плечи, голова были опущена, глаза прикрывала спадающая на них красная чёлка. Заметив, что с другом творится что-то не то, хозяин кабинета жестом пригласил его присесть.       — Я хочу перестать быть Хранителем. — спустя какое-то время, наконец произнёс он неуверенно. Заявление, мягко говоря, было неожиданным. Не зная, что ответить, Сухо молчал. Он решил подождать, пока тот сам продолжит. Не услышав ответа, он повторил более уверенно и громко. — Я хочу перестать быть Хранителем.       — Такое вообще возможно? — спокойно поинтересовался глава. — Я думал, что это что-то неотвратимое. Что даётся раз и навсегда.       На слове «неотвратимое» сердце Чанёля с болью сжалось.       «Неужели невозможность быть друг с другом неотвратима?»       — Скорее всего, так и есть. — всё ещё не поднимая головы, произнёс он.       — Тогда как же ты хочешь, эм, перестать им быть?       — Тц! — сжав руки в кулаки, со злостью сплюнул парень.       — Всё в порядке. Чанёль, присядь и расскажи мне всё, что тебя мучает.       Вместо ответа парень тряхнул головой.       «НЕ всё в порядке. НЕ могу всё рассказать»       — В последнее время ты усердно учишься и тренируешься. Может, следует отдохнуть немного? Взять перерыв? Съездить в город, развеяться?       «Взять перерыв? Съездить в город? Чтобы у них появилось ещё больше времени для встреч?»       Чанёль был из тех людей, у которых всё, что называется, на лице написано. Вот и сейчас по его выражению Сухо легко мог понять, что того охватывает беспокойство и терзают сомнения. Только вот из-за чего?       — Почему ты хочешь перестать быть Хранителем? — осторожно поинтересовался он. Даже сама мысль о том, чтобы кто-то захотел по собственной воле отказаться от такого дара, казалась ему странной. Он, напротив, думал, что многие одарённые, да и не только они, наверняка, хотели бы заполучить возможность прикоснуться к неизведанным тайнам этой Вселенной. Не говоря уже о том, что быть Хранителем неподвластных никому более в этом мире тайн и сил, любой одарённый бы точно счёл за великую честь. Но только не этот парень.       — У меня есть причина. — наконец, осмелившись посмотреть главе сильнейших одарённых в глаза, ответил Чанёль. — Не знаю как, но я должен сделать это.       — Допустим, у тебя получится провернуть это. Но что будет с силами и знаниями, контроль над которыми ты уже получил? Кому они перейдут? А, может, лишившись хозяина, подчинившиеся тебе стихии выйдут из-под контроля, обрушив свою мощь на всё, что окажется в зоне их действия? Об этом ты подумал?       Чанёль замер, в удивлении распахнув глаза. Ни о чём подобном он не задумывался, пока предыдущие несколько часов размышлял о своей миссии Хранителя и цене, что по незнанию заплатил.       — У меня нет ответов на эти вопросы. — отведя взгляд, ответил он.       — Хорошо, тогда я повторю всего один вопрос. Думаю, сейчас это самый важный вопрос. Поэтому, пожалуйста, постарайся ответить на него. — сделав глубокий вдох, Сухо спокойно и твёрдо спросил. — Почему ты хочешь перестать быть Хранителем?       «Мы отлично подходим друг другу в качестве людей, которым дарована всеобъемлющая любовь… а также в качестве людей, которым открыты первозданные истины… но самое главное, существовать одновременно мы можем только в одной ипостаси…» — с немыслимой скоростью в голове парня пронеслись слова Ёнджу, заставляя всё сильнее сжиматься грудную клетку, лишая возможности нормально дышать.       Сжав руки в кулаки и судорожно вздохнув, он произнёс:       — Потому что я хочу быть рядом с Ёнджу не как Хранитель. — тон его голоса в этот момент, пожалуй, заставил бы вздрогнуть даже самого невозмутимого человека.       Нахмурив брови, Сухо осторожно поинтересовался:       — Значит ли это, что ты… что у тебя появились чувства к этой девушке?       По-прежнему сжимая кулаки, Чанёль стоял на середине кабинета главы девяти сильнейших обитателей этой Академии. Сверля взглядом пол, он молчал. Воцарившаяся тишина была красноречивее любых слов.       — В общем-то, Академия не имеет правил на счёт чего-то подобного, но если ты говоришь, что для этого должен перестать быть Хранителем, то… означает ли это, что ты знаешь что-то, о чём мне не известно?       «Чёрт, и как это вообще произнести?»       Расправив наконец плечи и подняв голову, Чанёль посмотрел Сухо в глаза. Собравшись с силами, он решил поделиться ещё одной истиной:       — Мы можем либо охранять тайные знания и силы, либо любить друг друга. Иного варианта эта чёртова Вселенная для нас не предусмотрела. — мрачно произнёс он. О том, что принятое им решение и самовольная попытка изменить ситуацию, предпринятая несколькими часами ранее, поставили мир под угрозу погружения во вселенский хаос, он умолчал.       Будучи главой девятки сильнейших одарённых, обитающих в этой Академии, он, наравне с руководством самой Академии, мог принимать решения относительно довольно широкого круга вопросов. По его рекомендации в своё время Чанёль был направлен на работу с новичками, Сехун и Сюмин назначены тренерами, Кай — главой отдела безопасности и вечным патрульным. Вот и сейчас он готов был вынести своё решение.       «Если этот парень готов оставить пост Хранителя ради Ёнджу, значит, его чувства достаточно глубоки. Он, конечно, бывает импульсивным, наивным, но сейчас, похоже, он твёрдо уверен в своём решении»       Встав из-за стола, Сухо произнёс:       — Если ты помнишь, к нам присоединились четверо детей. Им нужна помощь с адаптацией. Ты, как никто, хорошо справляешься с этим. Ты возвращаешься к работе с новичками. И тебе запрещается появляться на территории Башни Знаний. Приказ вступает в силу с этого момента.       «Прости, я не могу тебе позволить подвергнуть себя и остальных опасности» — мысленно добавил он. Собственное решение далось ему не без труда. Он видел, как Чанёль мучился, когда Ёнджу оказалась вынуждена остаться в этой Башне. Видел, как он вновь начал радоваться жизни, улыбаться и шутить, как начал усиленно тренироваться, покорно выполняя возложенный на него долг. Он не хотел, чтобы этот парень окончательно потерял голову и переступил черту, рискнув неизвестно каким путём избавиться от полученных способностей.       Второй раз за день его начала одолевать злость. Стиснув зубы, он выдавил из себя:       — Не могу приступить к выполнению приказа. Прости, Сухо.       «Я и без того потерял время, позволив произойти тому, что не должно было случиться»       — Чанёль, не глупи. Не стоит прыгать в неизвестность ради непонятно чего.       «Пока я, пытаясь разобраться в своих мыслях и чувствах, не решался предпринять хоть что-то, кто-то действовал твёрдо и уверенно»       Только сейчас он понял, в чём их главное отличие с Сюмином. Тот, как и Ёнджу, был решительным и не перед чем не останавливался. Пока Чанёль пребывал в сомнениях, этот парень уверенно шёл к своей цели.       «Ну почему всё это время я сидел, сложа руки? Шаг. Неужели нельзя было раньше сделать хотя бы шаг навстречу этой девушке и собственным чувствам?»       Закипая всё сильнее, он собрался с силами и произнес:       — Знаешь что? Пошёл ты, глава!       Хлопнув дверью, Чанёль покинул кабинет. Стиснув зубы, Сухо потянулся к телефону. Не прошло и минуты, как на том конце провода ответили.       — Эй, служба безопасности. — с улыбкой произнес он.       — За что же так грубо? — в трубке послышался голос Кая.       — У нас тут Хранитель, похоже, выходит из-под контроля. Отказывается выполнять приказ, ушёл от меня не в лучшем настроении. Пришли боеспособных парней.       — Чёрт, сложновато будет справиться с парнем, который имеет как минимум три способности. Биться с таким в замкнутом пространстве — самоубийство.       — Проследи, куда он направится. Постарайтесь не нападать без крайней необходимости. Не хотелось бы, чтобы кто-то пострадал. И он тоже.       — Принято. — после короткого ответа в трубке послышались короткие гудки.       Вернувшись обратно в своё кресло, Сухо снова взял в руки телефон.       — Джису рядом с тобой? — выслушав ответ, он продолжил. — Найди её. Пусть отправится в Башню и остаётся с Ёнджу до тех пор, пока я не скажу, что можно вернуться. У нас тут, похоже, Хранитель голову теряет.       Положив трубку, он откинулся на спинку кресла и принялся массировать веки рукой. Казалось, сама только возможность выхода Чанёля из-под контроля его утомляла. Тот всегда был добрым и улыбчивым парнем, во многом чувствительным и даже ранимым. Но таким мрачным и злым Сухо видел его впервые. К тому же сейчас он имел незаурядные способности одаренного. Возможно, он уже стал сильнейшим из двенадцати выдающихся выпускников этой Академии, о которых знает весь мир.       Поэтому подстраховаться было просто необходимо.              В это самое время Чанёль уверенным шагом следовал по коридору в сторону учебного блока. Он и сам не знал, что делать дальше. Просто, подгоняемый злобой и раздирающими душу мыслями и чувствами, шёл туда, куда ноги приведут. Возвращаться к Ёнджу пока не было смысла, хотя и очень хотелось. Непонятно было, может ли он теперь, после того поцелуя и пришедшего вслед за ним видения, хотя бы просто прикоснуться к ней. Сможет ли он и дальше навещать её, беседовать, тренироваться вместе с ней? Пойти и разобраться с Сюмином? А смысл? Что он, что Ёнджу, взрослые люди, и сами вправе выбирать, что им делать. Даже в собственных размышлениях он проигрывал Сюмину в решительности.       — Чёртов Сюмин! — со злостью ударив кулаком о стену, Чанёль невольно вызвал заряд молнии, прошивший длинный коридор. По удачному стечению обстоятельств, в этот момент кроме него здесь никого не было.       — Эй, парень, остынь. — стараясь, чтобы голос звучал как можно более приветливо, произнёс появившийся Кай. Следя всё это время за передвижениями Чанёля по мониторам, куда выводилось изображение с установленных по периметру камер, он отреагировал при первом же проявлении агрессии с его стороны.       — Что, твои церберы уже где-нибудь за углом поджидают? — мрачно произнес Чанёль. Таким Кай его ещё не видел.       «Не зря Сухо побеспокоился и дал указания»       — Тут только я. К тому же от моего обиталища до этого места далековато, если ты помнишь. Вряд ли кто-то, кроме меня, может похвастаться такой скоростью передвижения.       — Ты. И я. А ещё вот он. — махнув головой и указывая куда-то за спину Кая, произнёс Чанёль. Выйдя из одной из дверей в конце коридора, к ним навстречу уверенным шагом направлялся Сюмин. Как только их с Чанёлем взгляды пересеклись, уголки губ красноволосого устремились вверх в злобной ухмылке. Сам он принялся потирать кулаки.              «Так себе правило — не давать мобильные телефоны тем, кто скрывался от государства» — на высокой скорости преодолевая коридор за коридором, Сехун бежал в направлении Сада. Ему нужно было как можно быстрее найти Джису, чтобы отправить её в Башню по приказу Сухо. Тот отправлял её присмотреть за Ёнджу. Вот только сам Сехун стремился отправить девушку туда, чтобы она ни в коем случае не оказалась втянута в заварушку, которая могла начаться в любой момент. Или не начаться вовсе. Кто знает, что взбрело в голову Чанёлю, и как он себя поведёт?       — Джису! Джису! — закричал он, буквально вылетев в Сад. Все коридоры и лестничные пролёты с их ступенями и крутыми поворотами он преодолел, не сбавляя скорости. Разгоняемый ветром, его голос разнёсся над Садом.       Через минуту в после зрения показалась сама Джису.       — Что за срочность?       — Отправляйся в Башню. Не хочется говорить, но, похоже, Чанёль рискует сорваться с катушек. Хотя, признаться, мне странно было об этом слышать от Сухо. Он приказал присмотреть за Ёнджу.       — Довела-таки парня. — покачала головой Джису. Сехун уставился на неё непонимающим взглядом. — Не знаешь, Сюмин ещё не попал в поле зрения Чанёля?       — Не знаю. Какое это имеет?.. — закончить свою мысль ему не дала Джису. Схватив его за руку, она рванула в Академию.       Через несколько минут они стояли на лестничной клетке жилого блока на уровне третьего этажа. До этого Сехуну не приходилось застать девушку за бегом. К его удивлению, помимо прочих её талантов, она ещё и быстро бегала. Очень быстро, учитывая тот факт, что самому ему несколько раз пришлось поднажать, чтобы поспеть за ней и, сохраняя равновесие, не рухнуть прямо на ходу.       «Факт шестой: не только её движения быстрые и изящные, но и сама она довольно быстрая»       Приоткрыв дверь, ведущую в коридор, Джису медленно втянула воздух. Ничего. Не почувствовав ничего необычного, она двинулась прочь по коридору. Рука парня по-прежнему лежала в её ладони.       — Ты пересекался с ним после того, как Сухо отдал приказ? — не сбавляя скорости, поинтересовалась Джису. За то время, что они бежали, её дыхание даже не сбилось.       — Нет.       — Не знаешь, куда он направлялся?       — Нет.       — Ну вот, опять болтаешь без умолку. Из тебя клещами всё тянуть?       — Тебе вообще зачем?       — Ты, очевидно, отвлекшись на восхищение моими скоростными характеристиками и ощущения от прикосновения ладони, лежащей на твоём запястье, не понял, что бежим мы не в Башню. — не сбавляя скорости, хохотнула она.       — Я против того, чтобы…       — Тс! — резко остановившись и приложив палец к его губам, Джису снова медленно втянула воздух. До неё донёсся еле уловимый запах озона и гари одновременно. Очевидно, где-то в учебном блоке кто-то баловался с огнём и молниями. На ум приходил лишь один проказник. — Нам туда. — убрав палец с губ парня, она им же указала на массивную дверь в конце коридора.       — С чего ты взяла? Я даже звуков подозрительных не слышу.       — Просто доверься мне. — Джису ухватила тонкими длинными пальцами за подбородок Сехуна и легонько чмокнула его в губы. А затем снова побежала прочь по коридору. Когда тот смог мыслить здраво, она была уже практически у дверей, ведущих в учебный блок.       Как только двери распахнулись, до неё донёсся ещё один запах. Такой аромат имеет зимнее утро в солнечную погоду. Сам коридор был пустым. Но для неё было очевидно, что «игрались ребятишки» совсем рядом.       «Ну вот, не успела! Встретились-таки лёд и пламень!»       Свернув за следующий поворот, Джису тут же почувствовала, как её схватили за локоть и с силой рванули назад. В следующее мгновение она оказалась прижата к стене, а на том самом месте, где только что было её лицо, пронеслась огненная завеса, обдав пространство вокруг себя жаром.       — Чёрт, Джису! — не справившись с эмоциями, выругался Сехун и с силой ударил ладонью о стену. Вторая рука по-прежнему сжимала локоть девушки. — Будь осторожнее!       — Это было сексуально. — ослепительно улыбнувшись, девушка сверкнула глазами. — Но, к сожалению, сейчас не до этого.       Аккуратно сняв с себя руку парня, она снова вышла в коридор, где сейчас происходило основное действо. Обгоревшие тут и там стены, выросшие словно из-под пола ледяные глыбы — таким интерьер Академии не выглядел еще никогда. На противоположном конце коридора стоял Чанёль, на приличном расстоянии от него, ближе к центру, стояли Сюмин и Чен. Их одежда была местами подпалена, но критических повреждений видно не было. Не считая ожога, от которого кожа на плече Сюмина характерно побагровела и уже начала покрываться волдырями. Даже с приличного расстояния можно было разглядеть ссадины и кровоподтеки на щеке и в уголке рта Чанёля, как и кровь на губах. Очевидно, обладание даже несколькими способностями сразу ещё не является залогом спасения от крепких кулаков физически более сильного и проворного противника.       «Ну неужели никого больше не нашлось?! Где подмога? Что ж все такие медлительные?» — мысленно ругалась Джису. — «Я хоть и сама за то, чтобы Дракон разочек-другой врезал этому Ледяному Рыцарю, но не так же!»       — Оставляю этих красавчиков на тебя. — похлопав Сехуна по груди, Джису продолжила. — Постарайся не подвергать свою задницу опасности. Она мне ещё нужна. — двинув бровью, она сорвалась с места и побежала в направлении выхода из блока. — Я в Башню. — не оборачиваясь, на ходу бросила она.       Проводив её взглядом до дверей, Сехун закрыл глаза и, покачав головой, медленно выдохнул. Хрустнув пальцами сжатой в кулак правой руки, а затем и левой, он открыл глаза и вышел в коридор.              — Твою мать, Ёнджу, твой Дракон взбесился! — взрывая в воздух песок, Джису стремительно приближалась к подруге. Та, сидя на побережье, смотрела на воду. Сознание Джису уловило резкий контраст между тем, что сейчас творилось в одном из коридоров Академии и тут, на побережье. Словно два разных мира — в одном царит хаос и кипит буря эмоций, в другом — безмятежность и полное их отсутствие.       — О чём ты? — в теперь уже привычной спокойной манере поинтересовалась Ёнджу. Её голос, по обыкновению, не выражал абсолютно ничего.       — Твой огненный мальчик, похоже, наконец, отрастил себе яйца. И решил заявить об этом на всю Академию. Прямо сейчас он в коридоре учебного блока бьётся с Сюмином и Ченом. И, полагаю, Сехуном. — в отличие от подруги, голос Джису был более чем живым и эмоциональным. Её дыхание сбилось, хоть и незначительно. Ёнджу, тренируясь с подругой дни напролёт, прекрасно знала, что той нужно не менее часа интенсивного бега, чтобы её дыхание стало тяжелым. Из их боевой тройки у неё были самые выдающие способности в этом деле. Поэтому Ёнджу сразу поняла, что виной сбившегося дыхания подруги было волнение.       — Он что делает? — поднявшись на ноги, Ёнджу пронзительным взглядом посмотрела в глаза Джису.       — Как я понимаю, это ещё не всё. Скорее всего, остальные из девятки тоже уже подтянулись. Его, конечно, сейчас непросто победить, но если они объединятся… — Ёнджу вспомнила ссадины и кровь на лице Чанёля. Она знала, что этот парень имеет доброе и чувственное сердце. Когда кому-то плохо или грустно, он всегда находит способ поднять этому человеку настроение. Но сейчас, когда, вероятно, плохо стало ему самому, никого не оказалось рядом. Подозревая, что в конечном счёте в том, что сейчас происходит, виновата Ёнджу, Джису захотелось её люто отругать.       Понимающе покачав головой, Ёнджу опустила взгляд. Прямо сейчас ей хотелось попросить подругу помочь Чанёлю, но она прекрасно понимала, что та может пострадать. К тому же она не сможет применить свои способности на территории Академии. Мысленно она угодила в замкнутый круг.       «Такой же бескомпромиссный замкнутый круг, как и тот кусок территории, на котором я оказалась заперта»       Подняв голову и смотря подруге в глаза, Ёнджу произнесла:       — Я понимаю, что не в праве тебя об этом просить… но, пожалуйста, вернись в Академию.       Быстрым движением Джису сгребла подругу в объятия и, успокаивающе похлопав по спине, так же быстро отстранилась. Смотря ей в глаза, согласно кивнула и, развернувшись, стремительно удалилась с побережья. Ёнджу на протяжении многих лет была лидером их боевой тройки. Поэтому её слова Джису, по обыкновению, восприняла как приказ. И без лишних слов приступила к его выполнению.       — Твою мать, чёртова Вселенная! Чего ещё ты от нас хочешь?! — заорав во всё горло, Ёнджу быстрым движением опустилась на колени и со всей силы ударила кулаком о поверхность земли. Многочисленные песчинки с болью впились в кожу. Побережье стремительно стало покрываться льдом. Замёрзла даже вода.              — Прекратите! — закричала Джису, влетев, наконец, в нужное помещение. Вернувшись в Академию, она ещё с порога уловила запах битвы. За то недолгое время, что она отсутствовала, зона боевых действий изменилась. Теперь это был коридор на втором этаже всё того же учебного блока, где располагались просторные лектории.       Несколько дверей было выбито, некоторые из них уже догорали. По длинному коридору, выползая на лестничную клетку, распространялся дым. Пол был залит водой, в некоторых местах красовались массивные ледяные глыбы. Не только состояние окружающей обстановки, но и внешний вид парней выдавали серьёзность ситуации. Участников всего этого действа тоже прибавилось. Прямо сейчас Бэкхён, Сухо и Чен старались достать своими атаками Чанёля, но тот умело отражал их и, разъяренный, теряющий контроль, жёстко атаковал сам. Ссадин и ран на его теле прибавилось. Левая рука и вовсе безвольно повисла вдоль тела. С длинных пальцев стекала кровь.       — Чанёль, остановись! — стараясь перебить шум, закричала Джису. — Ёнджу бы этого не хотела!       — Эта девчонка вообще ничего не хочет! Кроме знаний, силы и этого придурка! — словно дикий зверь, оказавшийся в окружении вражеской стаи, орал Чанёль.       — Это не так! — возразила Джису.       — Да что ты вообще знаешь? Носишься со своим парнем, как курица с яйцом. Тьфу, смотреть противно.       — Эй, брат, не приплетай сюда её, слышишь? — вмешался Сехун.       — Отвалите, голубки! Идите ворковать куда-нибудь в другое место. — сжав здоровую руку в кулак, Чанёль исподлобья уставился на Сехуна.       — Не заставляй меня применять против тебя силу. — спокойным голосом произнёс Сехун.       — Твоих силёнок уже недостаточно, чтобы одолеть меня. — уголки его губ в ухмылке поползли вверх. В глазах блеснул огонёк безумия.       Видя, как Дио, готовый к атаке, приблизился к Чанёлю, воспользовавшись тем, что тот отвлекся, Джису постаралась не допустить их столкновения.       — Чанёль, пожалуйста, остановись. Давай вернёмся к Ёнджу. Вдвоем вы попробуете уладить ваши недоразумения. — жестами девушка попыталась призвать его успокоиться.       — Недоразумения? Каждое мгновение меня терзает ощущение, что мой же собственный огонь выжигает всё внутри меня, оставляя пустыню. Последние капли воды он вытравляет из моего тела, лишая разума. Собственные чувства сводят меня с ума, ты это понимаешь? — собрав непонятно откуда взявшиеся силы, Чанёль смог поднять окровавленную руку и с силой ударил себя в грудь. От этого капельки крови разлетелись, оставив на футболке безобразные кровавые следы. — Хотя куда тебе, вы же идеальные.       Воспользовавшись моментом, Дио нанёс Чанёлю удар под дых. Еле уловимая ударная волна разнеслась на несколько метров. Моментально согнувшись, Чанёль почувствовал, как из лёгких вышел весь воздух. Лишь через некоторое время он смог сделать неглубокий вдох. Это принесло болезненные ощущения. Сплюнув кровь на пол, он вновь улыбнулся. От этой улыбки у присутствующих пробежал холодок по спине.       — Твою-то мать! — с силой размахнувшись, он нанес ответный удар Дио. Движение было неожиданным, поэтому тот не успел уклониться. Удар пришёлся прямо в солнечное сплетение. По коридору пронеслась едва уловимая ударная волна, подобная той, что распространилась ранее при ударе Дио. Тело парня обмякло, он рухнул на пол. Джису пробила дрожь. Она часто захаживала к Ёнджу, и та довольно подробно рассказывала ей, что происходит с ней и с Чанёлем. Поэтому она сразу поняла, что он только что, находясь в крайне разъяренном состоянии, заполучил в своё распоряжение ещё одну способность. Его физическая сила совершила неимоверный скачок. В таком состоянии со своими способностями этот парень был смертельно опасен.       — Что ты вытворяешь? — закричал Сехун. Только он хотел ринуться в их сторону, как был остановлен мягким, но уверенным движением Джису. Положив ладонь на его грудь, она отрицательно покачала головой. Встретившись с ним взглядом, она улыбнулась. А потом спокойным шагом направилась в сторону Чанёля.       — Стой! — выкрикнул Сехун.       — Слушай меня, Чанёль. — мягко произнесла она. Её голос хоть и был негромким, но выражал уверенность и твердость. Всё-таки она годами тренировалась и оттачивала свои навыки, скрываясь от государства. В конечном итоге по силе она, пожалуй, не уступала парням из девятки сильнейших. — Сконцентрируйся на моём голосе, Чанёль. — продолжала она идти к нему навстречу, подняв руки вверх, демонстрируя, что не имеет скрытых намерений и не собирается атаковать. — Ты знаешь, что в помещении мои способности бесполезны. Сейчас я, по сути, обычный человек. Простой человек, на защите которых ты стоишь уже очень давно. Знаешь, когда случился мятеж, Ёнджу помогла мне защитить Сехуна. Я очень благодарна ей. Поэтому сейчас я хочу вернуть ей долг. — подойдя совсем близко, она, не опуская рук, а лишь раскинув их, развернулась к Чанёлю спиной. Было видно, как напряглись остальные парни. На лице Сехуна пролегли глубокие тени. Несколько раз моргнул свет. Можно было ощутить, как откуда-то потянули холодные воздушные потоки. Из последних сил он сдерживался, чтобы прямо здесь и сейчас не закружить всё в ураганном вихре.       — Всё в порядке, не волнуйся. — всё так же мягко произнесла Джису, смотря ему прямо в глаза. — А теперь слушайте меня. Этого парня никто не тронет. Потому что я лично снесу башку тому, кто посмеет хоть пальцем к нему прикоснуться. — на этот раз в её голосе звучало железо.       На секунду сердце смотрящего на всё это Сехуна замерло. Но не от страха за эту девушку, а от восхищения. Никто не решался пошевелиться. Казалось, само время остановилось. Воздух стал тяжелым, наполнившись запахом гари и крови. Имея чувствительное обоняние, Джису продолжила:       — Позволь им увести раненых. Я останусь с тобой.       «Потому что Ёнджу снесет башку мне, если с тобой что-то случится» — стараясь успокоиться, улыбнулась она своим мыслям.       Желая помочь Дио, Бэкхён сдвинулся с места.       — Стоять! — снова заорал Чанёль. От злости его голос исказился и слова вышли больше похожими на рык зверя. От неожиданности Джису вздрогнула, но продолжила стоять, не опуская рук. Бэкхён снова замер. Придя в сознание, Дио мучительно простонал.       — Нужно поговорить. — послышался глубокий женский голос. Стоящие к его источнику спиной Бэкхён и Сухо в тот же момент обернулись. Глаза Джису округлились, выражая то ли крайнее удивление, то ли недоумение. В этот раз вздрогнул Чанёль. Прямо сейчас в нескольких метрах от него стояла Ёнджу. Она всё так же была одета в черную футболку, нагло очерчивающую её сильные, но от этого не менее женственные плечи, пышную грудь и тонкую крепкую талию. На чёрных свободных брюках до сих пор кое-где был песок. Как и большую часть времени, которое она проводила, оказавшись стражем или пленником Башни Знаний, ноги её были босыми. Вздымающаяся и опадающая грудь и подвижные плечи свидетельствовали о том, что она бежала. Босиком, на большой скорости, она преодолела расстояние от Башни до Академии! Но больше всего поражало выражение её лица. Такого мрачного выражения на её привлекательном лице он ещё не видел.       «Нужно поговорить» — эхом разнеслись в голове Чанёля слова Ёнджу. По его левой руке по-прежнему сбегала тонкая струйка крови. Футболка тоже была запачкана кровью, мелкие брызги и более крупные пятна расчертили уродливым бардовым узором белоснежную ткань. Губы и подбородок были в крови. На лице и руках виднелись ссадины и кровоподтеки от неотраженных физических атак. Не выдержав на себе её ледяного взгляда, Чанёль опустил глаза.