Необдуманные действия и их последствия или феноменальное везение (3).

              Дзёшико сидела на диване, гладя по голове спящих девушек, что уснули, положив голову ей на колени. Тачибана и Эмма посапывали, изредка поочерёдно всхлипывая во сне. Девушке еле удалось успокоить их, сказав, что парни легко отделались, умолчав, что у одних сотрясение мозга, у других поломаны некоторые кости, у третьих многочисленные ушибы, синяки и раны. Но Дракен и Майки входили в третью категорию, даже плохо умеющий драться Такемичи легко отделался.        — Значит, взрослая банда байкеров... — тихо произнесла в пустоту Дзёшико.               Капитан шестого отряда хорошо держалась и лишь в ванне дала волю эмоциям. Девушка рыдала, кусала себя за кисти и запястья, царапалась, оставляя красные полосы, от которых спустя пару часов не останется и следа, надавливала на не успевшие зажить синяки. Дзёшико причиняла себе боль, стараясь заглушить боль внутри себя. Причиняла себе боль, чтобы привести себя в чувства, но при этом не принося вред организму.       — Чёрт, взрослая банда, она так вас разукрасила голыми руками... Что же было бы, если бы они пришли с оружием? — девушка устало опустилась на пол, облокотившись о стену. Включив горячую, почти кипяток, воду, Дзёшико подставила под поток обнажённую спину. Зашипев от боли, подставила ещё и шею. Горячая вода стекала по спине, плечам, быстрые струйки бежали с груди к животу, от живота к бёдрам, стекая с колен к голеням. Вода не покрывала полностью эти места, не давая привыкнуть коже к температуре, каждый раз обжигая её. — От Тосвы бы ничего не осталось, всех бы убили. Глупые мальчишки, неужели вы не понимаете, что своими действиями причиняете нам большую боль? Боль, которую не заглушить даже если ударить себя кувалдой по суставам, превращая кости в труху. — чтобы не закричать, Дзёшико подставила под воду руки, перед этим тщательнее намылив разбитые костяшки, которые почему то долго заживали. Вода и мыло сделали своё дело, раны пекли и жгли, принося боль. — А может, прав Баджик, и я мазохистка? Хотя нет, я не люблю боль, просто заглушаю ей боль внутри, при этом не принося вред телу. Хотя, может это и есть мазохизм? — наконец девушка вышла из ванной, вся её кожа была красного цвета и от неё к потолку поднимались клубы пара. Дзёшико легла на матрас, подложив под голову самую жёсткую подушку, перевернув её самой тёплой стороной, и укрывшись самым колючим пледом, решив, страдать — так всей Тосвой.               Утро девушки началось с чая без сахара, нет, не потому что она решила страдать и сегодня, а потому что сахар закончился. Дзёшико надела чёрную футболку-поло и чёрные шорты, доходящие до середины колена. Забинтовав руки и обув кеды, девушка села на байк. Сегодняшней целью её было прошерстить взрослые байкерские банды. Дзёшико направилась к зданию, в котором обычно тусят взрослые байкеры, мысленно молясь о том, чтобы не влезть в неприятности. Девушка вошла в здание.        — Здравствуйте, простите за оказанное неудобство. — Дзёшико согнулась в поклоне, терпеливо ожидая пока на неё обратят внимание.        — Чего тебе, мелкотня?        — Простите за дерзость, но не могли бы вы ответить на два моих вопроса? — не поднимая головы, спросила девушка.        — Ну попробуй.        — Спасибо. Скажите, пожалуйста, кто позавчера побил парней из молодой байкерской банды „Токийская Свастика”?        — „Токийская Свастика” твои товарищи?... — Дзёшико внутренне сжалась.        — Да.       — Сядь. — девушка осторожно, стараясь не делать лишних движений, чтобы не рассердить байкеров, села на указанное место.        — Назовись.       — Дзёшико, капитан шестого отряда „Токийской Свастики”. — произнесла Дзёшико, надеясь, что своим ответом не рассердит внимательно смотрящих на неё байкеров.        — Вот как. Хочешь отомстить за своих товарищей?       — Нет. Хочу посмотреть в глаза их главе...       — А не боишься, что после этого тебе вырвут твои? — спросил один из байкеров.       — Боюсь. — поёжилась девушка. — Но я хочу узнать, что сделали мои товарищи такого, за что их так отметелили. За что они сейчас все лежат в больнице в не самом лучшем состоянии. — Дзёшико, набравшись храбрости, посмотрела в глаза спросившего. В её глазах можно было прочесть страх, боль, печаль, гнев, облегчение, смелость и решимость.        — Вот как. — усмехнулся байкер, глядя на палитру эмоций в её глазах. — Хорошо, допустим, ты узнаешь причину. Дальше что ты будешь делать?       — Если в инциденте виноваты мои товарищи, то я их прибью, потому что своими действиями они заставили чувствовать боль тех, кому они дороги. — девушка сжала руки в кулаки, но скривившись от боли, разжала их.        — Надоже поднимешь руку на своего главу?       — У главы тоже есть люди, которые за него переживают, поэтому подниму, а если не поймёт, то буду помогать ему ногами.        — А не боишься, что выгонит?        — Если моя взбучка поможет беречь себя, то, даже несмотря на то, что мне будет горько расставаться с товарищами, я уйду. — в глазах девушки чётко проступили печаль и боль.       — А если всё-таки виноваты не они?        — Тогда я заставлю их извиниться, помогу понять, что так делать не правильно. — Дзёшико заметила в глазах байкера скептицизм. — Я знаю, что в мире это так не работает... Меня могут избить или даже убить... Но пока я жива, я буду защищать своих товарищей. Пока не знаю как, пока не знаю получится ли, но я не отступлю. — девушка стукнула кулаком себя по коленке, но сразу зашипела, скривившись и замахав рукой.       — Почему ты спрашиваешь об этом у незнакомых людей, почему не спросишь о банде от своих товарищей?        — Неделю назад меня выписали из больницы. — начала Дзёшико. — Вчера меня не было в городе, я не знала, что они все попали в больницу. — девушка оставила свои многострадальные руки и стала кусать внутренние уголки губ, чувствуя металлический привкус. — Они не говорят кто. Мои товарищи переживают за меня так же, как и я за них, уверена, что если они узнают, что я пришла сюда одна, у них возникнет желание поколотить меня. — усмехнулась Дзёшико. — Они будут вправе, учитывая, что я полезла в пекло, не оправившись от прошлой драки. Я их пойму, если они дадут мне по роже... Но сейчас моя очередь злиться и мечтать, чтобы они поправились, чтобы им вмазать. — сказала девушка, то ли горько усмехнувшись, то ли оскалившись.        — Вот как. Ты смелая, Дзёшико из Тосвы. — байкер встал и подошёл к девушке. — Но не боишься ли ты, что за твою дерзость тебе могут сделать больно? — байкер взял девушку за руку, сильно надавив на разбитые костяшки, на белой поверхности бинтов проступила кровь. Девушка сжала зубы, упрямо глядя в глаза байкера. — И я сейчас не о такой боли говорю, тебя могут сильно избить. Избить так, что твои последние минуты будут самыми мучительными. — пальцы на руке надавили сильнее.        — Мне страшно, очень страшно... — тихо проговорила Дзёшико, опустив голову. — Но если я струшу сейчас, то больше не смогу спокойно смотреть на своих товарищей, которые пойдут на всё лишь бы меня защитить. Парни из Тосвы даже в драке пытаются меня защитить. Они знают, что я крепче, чем кажусь, они знают, что я могу за себя постоять, но все равно идут на помощь. И я буду их защищать, наплевав на то, что моё тело будет кричать от боли. — закричала, упрямо глядя на байкера, девушка. — Поэтому, пожалуйста, скажите кто эта банда и где мне их искать. — не опуская головы сказала Дзёшико.        — Ну-ну. — байкер отпустил руку девушки и отвернулся.       — Пожалуйста. — байкер повернулся и увидел как эта гордая девушка (Дзёшико правда была довольно гордой), кланялась, переступая через себя, распластавшись на полу, опустив голову так, что нос касался земли, глядя в землю, просила сказать где находится эта банда        — Ты так любишь своих товарищей? Ладно... — вздохнул байкер, понимая, что эта особа точно не отступит, даже если он достанет биту, для устрашения. Для устрашения, потому что избивать детей не в его приоритете. Конечно, для особенно наглых байкер мог взять лозину, но во-первых: этот ребёнок не сделала ничего такого. Во-вторых: даже так она не отступит.               Сердце Дзёшико бешено стучало: она наконец узнала, кто так поступил с Тосвой и скоро направится в логово зверя.