Преступление и Наказание (7).

Хайтани вошли в квартиру. Дзёшико выглядела уставшей и потерянной. — Иди переоденься в домашнее и мы поговорим. — сказал Ран, усаживаясь на диван. Аку молча кивнула и открыла дверь своей комнаты. Девушка надела длинную футболку черного цвета и фиолетовый вязанный свитер на выпуск, поверх домашних, таких же фиолетовых что и свитер, махровых штанов. Надев махровые носки серого цвета, Шоджикири вздохнула и вышла к братьям. Перед этим повесив форму Тосвы в шкаф. — Садись. — старший Хайтани указал на место рядом с ним и Риндо. Дзёшико села лицом к братьям, забравшись с ногами на диван. Аку облакотилась щекой о спинку дивана, обхватив колени руками. — Мы хотели бы поговорить с тобой о данной ситуации, произошедшей на стадионе. — произнёс Ран, глядя на поникшую сестру. — Сейшу Ибики, наша давняя подруга. Мы вместе с ней сидели в колонии для несовершеннолетних и вместе вышли оттуда. — начал Рин. — мы познакомились с ней, когда мне было 8, а Рану 10. Считай, она наша подруга детства. — Сейшу потеряла свою семью, когда ей было 12 лет. — продолжил старший Хайтани. — Они не были её настоящей семьёй, но она любила их всем сердцем, а они любили её. — Ран выдержал паузу. — У неё был старший брат и сестра. Когда её брат умер ему было 16, а сестре 19. Она умерла, защищая своих младших, но её смерть не спасла брата Сейшу. — произнёс старший Хайтани. — А на следующий день её родители погибли в пожаре, который устроили те же люди, что убили её брата и сестру. — с печалью в голосе сказал младший Хайтани. — И тогда маленькая девочка не выдержала... И Это вырвалось из под контроля... — чуть приглушённым голосом проговорил Риндо. — Наказание... Она зовёт Это Наказанием. Это страшнее черного импульса Майки. Намного страшнее. Мы видели Это в действии. И поверь Это намного страшнее. — младший Хайтани немного поёжился, вспомнив какой может быть его подруга. — Она отсидела в колонии три года, в то время, когда её врагов признали невиновными. Однако, это их не спасло... Оно убило их всех с особой жесткостью. — сказал Ран. — В 15 лет, в том же году, когда она вышла на свободу, Сейшу собрала самую могущественную банду „Преступление и Наказание”. — вещал старший Хайтани. — А свод правил этой банды является нерушимым. Любой кто нарушит их будет наказан. Не важно кто это будет, не важно какого он пола, не важно сколько ему лет. Перед Наказанием все равны. — Ран стал гораздо серьёзнее, хотя казалось куда ещё? — Когда кто-то нарушает эти правила, она сразу вспоминает те преступления, которые совершили по отношению к ней и её семье. Именно поэтому она настолько "безжалостная" как тебе показалось. — объяснил Рин. — На самом деле Сейшу хороший человек, просто с тяжёлой судьбой. Более того у неё в банде все такие. Все с тяжёлой судьбой. — Взять хотя бы её парней. — начал Ран. — У Дайске Муро по кличке Нож родителей убили. Его воспитывала бабушка, которая умерла от болезни. А у Ивао Кукито по кличке Орёл родители алкаши-абьюзеры, поэтому он сбежал из дома. — Эти трое не просто пара, они с самого детства в месте. Считай выросли из одних пелёнок. Они - единственное что есть друг у друга. — младший Хайтани внимательно посмотрел на Дзёши, которая в свою очередь гипнотизировала носки братьев. — Их: «Берегите себя, Орёл и Нож» и «Сохрани себя, Фёдор» не просто фразы. «Берегите себя» означает, чтобы парни заботились о своём здоровье и не переусердствовали в драках. А «Сохрани себя» означает, чтобы Сейшу сохранила свою личность. Чтобы её не поглотила тьма. — Сейшу не плохой человек, просто у неё очень тяжелая судьба... — проговорил старший Хайтани. — Как и у всех в её банде. — дополнил Рин. — Поэтому ты не имела права отзываться так, как ты о ней отзывалась. — строго сказал Ран, внимательно глядя на сестру. — Мне так стыдно... — тихо произнесла девушка, глядя в пол. — Мне жутко стыдно.... — Аку крепче прижала колени к груди. — Всё хорошо, просто не говори больше так. — вздохнул Риндо. — Я... Мне правда очень жаль, что я так сказала... — внутри быстро проростал куст сожаления, отдаваясь тяжестью в груди. — Наше ж ты солнце, иди сюда. — старший Хайтани, притянув Шоджикири к себе, крепко её обнял. — Всё хорошо, мы не злимся на тебя. — младший Хайтани крепко обнял сестру, прижав к себе. — Мне так жаль... — девушка не могла найти в объятиях братьев покой. — Если бы только я могла вернуться в прошлое до того, как наговорила ей всё это... — чуть дрожащим голосом сказала Дзёшико. — Оу... Так сильно переживаешь? — спросил Ран, поцеловав Аку в макушку. — Да... — доказательством послужил начавший дёргаться правый глаз. — Всё хорошо. Все люди совершают ошибки, не стоит так переживать. — Риндо нежно поцеловал Шоджикири в висок. — А я всё равно переживаю... — проговорила Дзёшико, устраиваясь на груди у братьев. — Иди поспи. — сказал старший Хайтани потеревшись своей щекой о щеку девушки. — Угу... Но сначала я в душ. — немного потерянным голосом отозвалась Шоджикири.