Часть 2

      Раздражает.       «Это все абсолютно раздражает», — заключил Неджи, сидя под своим любимым деревом в райском саду.       Солнце медленно садилось, птицы пели свои песни. Умиротворяющая атмосфера располагала к медитации. Или нет. Куда подевалась его концентрация? Очевидно, в ад. Он хотел бы забыть тот небольшой опыт с дьяволицей, поскольку инцидент был не самый желаемый. Что случилось, то случилось. Тентен, казалось, оставила неизгладимый отпечаток в памяти ангела в тот вечер, и во многих последовавших за ним. Это было, мягко говоря, обидно. Неджи решил для себя, что возненавидеть демоницу будет правильным решением. Она продолжала сводить его с ума даже спустя столько дней. Этот азарт в ее глазах, вызов — его было достаточно, чтобы его кровь закипела. От ярости…конечно же.       Утомляло то, что этот сон настойчиво существовал в его сознании. То есть, за раздражительностью скрывалось то, что просто не могло быть правдой.       Сон, как называл это Неджи, пришел как раз тогда, когда он подумал, что изгнал все мысли о ней. Даже если бы он хотел вспомнить изгибы ее тела или полноту ее губ — чего он старательно не делал — он бы точно не стал. Она была отвратительным мерзким демоническим мусором. Смерд и бродяга по сравнению с ним и его статусом ангела. Не имело значения, насколько мысль о том, чтобы доминировать над ней, прижать ее и заставить подчиниться, заставить ее визжать и стонать, рассказывая ей о бесчисленных неприятностях, которые она ему доставляла, за что теперь она должна быть наказана, привлекала его в сознании.       Ангел был настолько одержим чертовкой, что вновь погрузился в фантазии о ней: Тентен стояла на поляне перед ним, положив руку на бедро, склонив голову над ним, с бойкой улыбкой на лице. То, что он находил ее привлекательной, было нелепо.       — Я не ожидал, что ты снова окажешься здесь. — Он обратился к своему воображению.       — А кого бы ты хотел увидеть?       — Не тебя.       — Ох, какая боль!       СТОП. Фантазии не отвечают. Им вообще не полагалось разговаривать! Прошло несколько секунд, прежде чем он понял.       — Да как ты смеешь! Как ты вообще сюда попала, а я не заметил?!       — Ну, ты и в первый раз не заметил. — Она пожала плечами.       Это был удар по его эго. Это привело его в ярость.       — Вернись в глубины ада, откуда ты пришла, жалкое создание! — взревел Неджи. Но ответа не последовало. Дьяволица многозначительно посмотрела на него.       — Нет. Не хочу, — наконец, сказала она.       — С какой стати? — выцедил Неджи сквозь стиснутые зубы. Его взгляд упал на ее пикантную ложбинку между грудями в декольте, но он успел отвести глаза, прежде, чем она затянула его мысли, словно воронка.       — Потому что ты не хочешь, чтобы я ушла. И мне нравится раздражать тебя, ангел.       Он представил как целует ее, как тогда. Он ничего не мог с собой поделать. Это… действительно раздражало. Думать о набухшей нижней губе — это одно. Совсем другое дело — думать о том, насколько еще больше она опухнет от зубов и посасываний. Его парализовало противоречивое желание поцеловать ее или выбросить из Рая. Поэтому он предпочел продолжить диалог и посмотреть, куда это приведет.       — Чем ты, собственно, занимаешься.       — Готова поспорить, ты чувствуешь то же самое.       — Нет, не могу сказать, что мне нравится, когда ты меня раздражаешь. Я знаю, это должно стать большим шоком…       — Но тебе нравится бесить меня, судя по нашей крайней встрече. Но сейчас совершенно не справляешься.       Она зашла слишком далеко. Неджи встал одним плавным движением, ярость победила, хотя бы для того, чтобы скрыть его реальные ощущения. Вид самодовольного лица Тентен истощил его терпение.       — Почему ты здесь, мегера?       — Я хочу то, за чем пришла тогда, — яблоки.       — Да? Разве я не преподал тебе урок? — Неджи ухмыльнулся скрестив руки на груди.       Но что-то было не так. Разочарованием оказалось то, что она была тут не конкретно из-за него. Ни по какой другой причине, кроме как помучить его. Что, черт возьми, с ним случилось?       — Ой? Ты хотел еще раз поебаться? Не выйдет!       Он собирался показать ей, что ебля определенно не в его планах; он собирался спустить ее с небес. Буквально.       Сгустилась тьма… Ой, старый трюк дважды не сработает, подумал ангел.       — Не думаю, что тебе нравится находиться в темноте. — Очередная насмешка с ее стороны.       — Какая же ты жалкая, — какая-то его часть не могла смириться с тем, что он зря тратил на нее время. Другая же…он отказался признать.       Когда она говорила, было легко определить ее положение. Одной пылающей стрелы было достаточно, чтобы прервать ее грязное заклинание.       — Как ты сказала? Мне нравится раздражать тебя? — продолжил Неджи. Теперь они смотрели друг на друга, оценивая.       — Ты такой жестокий. Неужели я так плоха? — она приняла соблазнительную позу.       Смелая, резкая и бесящая. Было бы так восхитительно заставить ее замолчать поцелуем, достаточно обжигающим, чтобы растопить даже эту дьяволицу. Было бы еще лучше сделать это членом между ее губами, но это была… опасная территория. Он уже почти не узнавал себя. Гляделки — не лучшая идея. Он поймал себя на том, что смотрит на губы Тентен, и перевел взгляд в сторону, изо всех сил стараясь выглядеть как можно более незаинтересованным. Хотя на деле все было максимально наоборот.       Тентен воспользовалась этим моментом, чтобы скрыться за деревьями.       — Шустрая сучка, — Неджи последовал за ней.       К тому времени, как он догнал ее, она уже держала в руке яблоко.       — Это все, что у тебя было в последний раз, — сказал он с ухмылкой, — больше не получишь.       Он ожидал, что она положит яблоко в сумку, но, к удивлению ангела, она просто надкусила его. Просто так. Перед ним. Какая наглость! И с такой самодовольной ухмылкой, жуя яблоко, как будто выиграла приз в лотерее. Но вдруг она сморщилась в гримасе и закашлялась.       — Любопытно, — Неджи вытащил свой пылающий меч. Дьяволица пала на четвереньки. Ангел просто стоял там, не зная, как реагировать. Неужели его добыча внезапно превратилась в жертву? Это было…неожиданно. Сбивает с толку. Совершенно тревожно: чем больше он наблюдал за тем, как она корчится от боли, тем больше он понимал, что, да, он хотел, чтобы она корчилась, но под ним и от удовольствия, а не…так.       Он осторожно подошел ближе, предвкушая еще одну ее уловку, но она замерла, сознание покинуло ее. Неджи проверил ее пульс — она была жива. Наклонившись к чертовке, он почувствовал себя бессильным во многих отношениях. Неджи понятия не имел, почему идеальное яблоко из небесного сада причинило ей столько боли. Он винил себя в том, что позволил этому вообще случиться. В любом случае его задачей было защищать сад от таких существ, как она, но он позволил своим желаниям встать на пути. А теперь он чувствовал себя совершенно сбитым с толку. Не то чтобы он мог ее винить, но все же. Он очень хотел бы ее винить.       Агония блаженства подходила ей гораздо больше, чем это. Он понял, что хотел ей помочь.       Но как?