Насколько это неправильно?

Часов в 10 утра вся моя семья стояла на вокзале и ждала прибытия родственников из деревни, чье название «Шарапова Охота». В частности, ожидали моего дядю, с которым у нас разница в возрасте всего год. Ему исполнилось 19 лет, и он решил переехать в Москву на заработки, а мне 18, и я вот-вот окончила школу и поступила в фото-шарагу. Ожидая прибытия дяди с его родителями, я почти не думала о происходящем, ведь мы уже довольно давно не виделись и общего у нас ничего нет, так что для меня это все было лишь ненужной процессией, но что поделать… Вот послышался гудок прибывающей электрички, на платформу высыпало огромное количество людей, но родственников что-то не видно. У мамы зазвонил телефон и уже через пару минут мы шли навстречу Гале с Вовой, являвшимся родителями моего дяди, и Егору, который, собственно говоря, им и был. Вообще, осознание того, что он является моим дядей, хотя старше всего на год, никогда не давало мне покоя и забавляло. В детстве мы часто приезжали к ним в гости, и я с Егором проводила много времени, но время идет, мы взрослеем и наши интересы меняются, так что и общение сходило на «нет». — Здравствуй, Наташа! Здравствуй, Коля! Ох, как ты выросла, Ксюнь! — расплываясь в широкой улыбке произнесла Галя — невысокого роста женщина с черными как смоль волосами, темно-карими глазами и таким нежным взглядом. Кажется, она была цыганкой, но я никогда не расспрашивала старших на этот счет, так что утверждать не стану. — Охо-хо, Ксюндель, а по мне так и не выросла! Всегда такая мелкая и юркая! — Громогласно пробасил Вова, потрепав меня по волосам. Весьма крупный мужчина с немаленьким животом и с разными наколками на руках, груди и, кажется, спине, если мне не изменяет память. Рост у него был внушительным, даже выше моего папы и, соответственно, раза в 2, а то и 3 шире. Сам Егор лишь протянул руку для приветствия моего папы, улыбнулся. — Натах, привет! Давно не виделись… Чего не приезжали-то? Привет, Ксюх… — с моей мамой он общался на равных, а вот со мной сухо и скомканно, но это не удивительно. Поговорив немного на платформе, вся наша процессия двинулась к выходу с вокзала, на остановку. Меня пытались расспрашивать про школу, про поступление и все в таком духе, ну, вы понимаете, эти родственники… Поняв, что особо ничего не добьются, они переключились на моих родителей, а там разговор пошел в нужное русло, так что все остались довольны. Правда мы с Егором все же перекинулись несколькими «контрольными» фразами и поначалу прекратили разговор, но вскоре все же зацепились за общую тему компьютерных игр, стриминга и всего подобного. Уже к концу поездки мы неплохо так разговорились, и он даже умудрился припомнить мне забавные ситуации из нашего детства, вгоняя меня немного в краску. Надо же, и ведь вспомнит как мы раздавили клопа-вонючку в бочке, и порция бодрящего утреннего аромата досталась именно мне! Или как я чуть не упала в недостроенный колодец у заброшки… Так, слово за слово, и мы уже придавались приятным, смущающим и веселым воспоминаниям из детства. Дома, после небольшого застолья, мы с дядей покинули кухню и отправились в мою комнату, где включили на компе фоном какую-то музыку и решили сыграть в карты. Чего скрывать, я не умею играть в дурака, а он решил меня научить. С кухни то и дело доносились смех, шутки и звон бокалов — нашего исчезновения не заметили. — Ты не против, если я футболку сниму? Пипец у вас жара! — потянув за ворот своей футболки, спросил Егор. — А чего мне быть против-то? Это еще не жарко… Порой тут просто сдохнуть охота, — спокойно ответила я, подкладывая очередную карту. Но едва парню стоило стянуть футболку, как в груди что-то бухнуло. В голове возникло давным-давно забытое воспоминание… Нам лет 10-11, мы сидим в его комнате и говорим о какой-то игре на приставке его брата… А через мгновение столь уверенный вопрос от него, который тогда не казался даже каким-то странным: «А ты знаешь как это — целоваться?». Отрицательный кивок с моей стороны и такой наивный взгляд детского любопытства дали ему зеленый свет. Все произошло быстро и больше никогда не обсуждалось, да и что было обсуждать? Детская наивность и любопытство взяли верх тогда, а после все растворилось, как туман на рассвете. — Ух, спасибо! Так-то лучше. Черт, ну а мне как ходить? — сняв футболку и оголив такой притягательный торс, проговорил он. Высокий, стройный, со смуглой кожей парень передо мной заставил сердце пропустить удар. Возможно, это были гормоны, а может отголоски тех чувств с последней встречи, что одолевали меня. Ну слишком он был красив… Видимо я покраснела, ведь через мгновение Егор рассмеялся и потрепал мои волосы. — Эй, ты чего так покраснела-то? Неужели я настолько шикарен? — в голосе парня чувствовалось тепло и веселье. — Д-да нет, жарко просто, сам же сказал! И вообще, твой ход! — Как-то резко выдала я, опуская взгляд на карты. «Это все гормоны. Да, это все они!» пронеслось вдогонку моим словам в голове. Егор рассмеялся, встал и поднял меня взяв подмышки. Он поднял меня так высоко, что я едва ли головой не касалась потолка, что напугало меня весьма неплохо. Он смотрел на меня снизу вверх и широко улыбался. Но этот «взлет» не продлился долго, и уже через несколько секунд я лежала на кровати и задыхалась от смеха, ведь этот чудак принялся меня щекотать! Еще с детства, гад, запомнил, что я боюсь щекотки! Но и я отставать не стала и, кажется, задела его «щекотальную зону». Так что он отскочил, схватил подушку и закрылся ей. — Я в домике! Под защитой надежных стен! — сквозь смех произнес он, периодически выглядывая из своего укрытия. Мне не оставалось ничего, кроме как заставить его развернуться и повалить с грохотом на кровать, но отобрать подушку так и не вышло. Спустя минут 5 таких вот игрищ мы лежали рядом друг с другом и тяжело дышали, продолжая иногда хихикать из последних сил. Кажется, в какой-то момент в наших головах произошел «конектинг пипл» и мы одновременно повернулись друг к другу. Наши лица были настолько близко, что мы могли чувствовать наше дыхание, а наши носы вот-вот соприкоснуться. В груди что-то оборвалось, а в голове крутилась мысль: «Это же мой, черт его дери, дядя! Родственник мой! Это мой родственник… Такой красивый…». Последняя мысль явно была лишней, но она-то и стала заполнять все пространство, вытесняя остальные, более разумные мысли. — Скажи, а ты еще помнишь тот день, когда я тебя поцеловал? — вдруг разорвав тишину спросил Егор, смотря немигающим взглядом прямо мне в глаза. Его карие глаза в свете лампы приобрели какой-то золотистый оттенок и так завораживали… Мне не оставалось ничего, кроме как согласиться с ним и слегка кивнуть головой, от чего наши носы все же соприкоснулись. От столь простого и почти невесомого действия по всему телу прошелся разряд и растворился где-то в животе. — Ты уже целовалась с кем-нибудь или еще нет? — уже более тихо спросил он, продолжая смотреть мне прямо в глаза. Кажется, он и сам не понимал, что начало происходить, а потому резко сел, провел такой красивой рукой с тонкими пальцами по волосам и выдохнул. — Э, ладно, забудь. М-мы в карты не доиграли и у нас еще вода кончилась. Схожу на кухню… Как только он скрылся за дверью, я подорвалась, села к стенке забравшись подальше на кровать и обняла своего плюшевого мишку, утыкаясь в него лицом. «Да что же это такое?! Еще раз, давай, для тупых — это твой дядя. Родственник. Очень красивый, высокий, стройный и все такое, но родственник! Сейчас он вернется, и мы просто продолжим играть в карты. Так, словно ничего и не было…». Дверь в комнату распахнулась и в комнате возник Егор с двумя тарелочками пиццы и бутылкой «Саян» подмышкой. Сейчас он выглядел более веселым, чем пару минут назад и, кажется, забыл уже про произошедшее. Ну и славно, не придется неловко молчать… Если бы было именно так! Поставив тарелки с бутылкой на стол и переключив музыку, он плюхнулся на кровать рядом со своими картами, посмотрел на них и вздохнул, забирая остальные. — Кажется, я дурак, — весело сказал он, но вдруг притих и украдкой посмотрел на меня. В глазах едва заметно блеснула легкая тревога. — Кто бы не пытался меня научить, — чуть улыбнувшись начала я, — первые пару раз остается дураком. Так что не переживай… Наверное, я тоже буду дурой… — последнее было сказано как-то неосознанно. Скорее я смирилась с тем, что хотела бы продолжить тот момент, когда мы лежали так близко друг к другу. Доигрывали мы уже в тишине, если не считать музыки и смеха моих родителей и его с кухни. Правда, родня переместилась вскоре в комнату моих мамы с папой и, судя по звукам, решили пересмотреть архивные записи нашей семьи. В частности, съемки с «Шарапки». Егор и вправду остался дураком в этот раз и уже принялся было перемешивать карты, как я решила нарушить тишину, и от неожиданности он их выронил. — А ты останешься сегодня на ночь или поедешь на съемную квартиру сразу? Как я поняла, твои вроде вечером уедут… — Подсев поближе, начала я. Парень помялся, принялся собирать и мешать карты дальше. — Да хрен знает, если честно. Мне предлагали остаться на ночь, если засидимся, а там уж самому решать. А что? Да я и сама не знала что, просто стало интересно, наверное. Поэтому я лишь пожала плечами и встала налить водички. Егор попросил налить и ему тоже, так что я налила себе и ему, отпила из своего стакана и подошла к парню, протягивая стакан. Отложив карты, он залпом выпил газировку, откашлялся и встал поставить стакан. Так уж вышло, что ему через меня дотянуться было легко, так что он лишь склонился надо мной, поставил пустой стакан и уставился уже сверху вниз на меня. В то же мгновенье он сел обратно, поджал губы и отвел взгляд, думая, что же такого сказать. Я, тоже попив немного, хотела было сесть обратно, но мои руки накрыла рука Егора и чуть сжала. — Ты очень красивая, знаешь… Когда мы виделись в последний раз тогда, я мимолетом об этом подумал и забыл. Но когда ты добавилась в ВК и я глянул пару твоих фото, то вспомнил об этом. И вспомнил о той детской шалости, уж прости. — Да не ты один так подумал. Но мы же родственники… Неправильно так думать, верно? — Как-то неуверенно произнесла я, как только он закончил. Кажется, мы оба напряглись и ушли на пару мгновений в свои мысли, но все это прервала моя мама, открывшая дверь в комнату. — Егор, оставайся сегодня у нас. Ксюха тебе диван разберет… Будем надеяться, что ты влезешь, — Сквозь улыбку произнесла мама, окинув комнату взглядом. Она оценила размер дивана и кивнула, явно получив в голове положительный ответ на свой вопрос. Женщина быстро покинула комнату, возвращаясь к семейному сборищу. В комнате повисла тяжелая тишина, даже музыка уже кончилась… Осознав, что он держит меня за руки Егор лишь чуть крепче их сжал и притянул меня к себе, обнимая. — Да, наверное это все чертовски неправильно, но мы ведь оба думаем именно так, да ведь? — Парень с некой надеждой посмотрел в мои глаза. — Отвечая на твой вопрос — да, я уже целовалась… У меня молодой человек есть, — отводя взгляд отвечаю я, сжимая плечи Егора. Остатки сознания и, наверное, морали, пытались еще все остановить. — Но я тоже вспоминала тот момент… Буквально сегодня. Кажется, тупее ситуацию уже не придумаешь, да? Но мы умудрились. Точнее я умудрилась… — Но я, кажется, не очень целуюсь. А ты? — Посмотрела я наконец в глаза своего дяди. В моих глазах появился какой-то нездоровый огонек интереса и озорства. — Хочешь проверить? — С усмешкой спросил парень, касаясь большим пальцем моей щеки и тепло улыбаясь. Его рука подрагивала и было понятно, что он тоже еще пытается думать о моральной стороне вопроса, но эта самая попытка уже просто таяла на глазах. Уже понимая, какую я совершаю ошибку, я пожала плечами, положила одну руку на затылок парня и стала поглаживать и ерошить его волосы. — Если ты целуешься так же, как учишь играть в «дурака», то даже не знаю… От ощущений моих пальцев на своем затылке парень вздрогнул, осторожно переместил свои руки на мои бока, на бедра не позволили остатки совести, прикрыл глаза и стал медленно приближаться ко мне. Дыхание уже начинает перехватывать, сердце пропускает удар, а в голове уже стирается мысль о том, что мы родня… Еще немного и наши губы сольются в долгий, а никто из нас не сомневался, поцелуй, но за дверью послышались сначала шаги, а затем и голос отца Егора, и мы как ошпаренные отскочили друг от друга. Парень-то просто подвинулся на кровати, а я чуть не рухнула на пол, запнувшись о свое кресло, но вовремя схватилась за изголовье дивана и плюхнулась на него. — Егор, — громогласно произнес Вова, подходя к двери, а следом и открывая ее, — остаешься ночевать тут, и держи ключи. Даже не думай просрать их, понял?! — с напускной строгостью продолжил мужчина, кинув ключи сыну. Когда тот их ловко поймал и убрал в карман шорт, Вова чуть постоял еще, грозно посмотрев на него, а после собрался выходить из комнаты, но заметил меня и мое состояние. — Ксюх, а ты чего такая взъерошенная? Этот звездюк над тобой измывается? Ух я его… — Нет-нет! Я… Да я просто чуть не упала сейчас, вот и все. — Не дав мужчине договорить затараторила я, пытаясь пригладить волосы. Владимир шмыгнул носом, пожал плечами и покинул комнату. Кажется, он спросил хочет ли кто-то покурить и, получив положительные ответы, собрался надевать обувь в коридоре. Не позволило ему что-то курить в гостях на кухне, хоть мои и сказали, что в этом ничего такого. Так что вся процессия решила прогуляться до магазина за очередным тортиком или еще чем. Едва мужчина покинул комнату, мы с Егором оба залились такой краской, что казалось светимся за километр! Однако, дурь из наших голов не до конца ушла, и мы оба решили этим воспользоваться, так что, набравшись смелости, я подошла к нему, вновь запустила руки в его короткие волосы. Сам парень вернул свои руки в то же положение, что были до прихода отца, притянул к себе настолько близко, что в итоге пришлось сесть к нему на колени. Секунда перед поцелуем длилась просто невыносимо долго, но, наконец, оба немного подрагивая ни то от страха ни то от предвкушения, мы слились в долгом и набирающем обороты поцелуе. В какой именно момент руки моего дяди спустились с боков на бедра я уже и не знаю, а уж про язык, который во всю хозяйничал во рту, тем более… Тихое и не очень довольное мычание вырвалось из груди Егора вслед за тем, как по его спине проехались мои пальцы, с силой впивающиеся в нее ногтями. Он, кажется, вовсе не ожидал такого эффекта, да и я кое-чего не ожидала. — Это ключи в твоем кармане? — нехотя разорвав поцелуй, тихо и ужасно смущенно спросила я. Уж очень хотелось верить, что это все же ключи, а не то, о чем в первую очередь всплыла мысль. Оба замерев в каком-то ужасе мы так и сидели около минуты, прежде чем он попросил меня слезть, встал и подошел к окну, упираясь лбом в сетку от комаров. Рваный вздох, хруст костяшек в пальцах и тишина. Тяжелая, липкая и удушающая тишина. Картину дополняло то, что на смуглой широкой спине Егора проступили следы от моих ногтей и он, кажется, это понял, ибо поморщился и прикоснулся кончиками пальцев. Что делать в этой ситуации никто из нас не знал, в головах крутились совершенно разные мысли: от продолжения этого безумия до того чтоб сбежать друг от друга… Он мог прямо сейчас сорваться и поехать на съемную квартиру, наплетя родителям что-нибудь, но почему-то продолжал стоять у окна и пытаться выровнять свое дыхание. В квартире стояла полная тишина и лишь на улице кто-то на всю за гаражами включил «Ретро-FM». Ну, хоть как-то разрядить атмосферу может поможет? — Прости меня. Хотя, извинений тут, наверное, будет мало… — прочистив горло, начал было парень, но запнулся и замолчал. Кажется, он начал успокаиваться и потому шумно выдохнул и его плечи расслабленно опали. — Не нужно. Я тоже хороша… Как твоя спина? — стараясь смотреть куда угодно, но не на дядю, прошептала я. Еще раз потрогав спину, парень поморщился, но невольно улыбнулся и выдал: — Мне понравилось, — но после сказанного он резко замолчал и запустил руки в волосы, зашипев на себя в осуждении. — Какой же я дура~ак… От услышанного внутри все сжалось и куда-то рухнуло, а затем, не давая себе одуматься, я подошла к парню, обнимая со спины. — Мне тоже… — Вырвалось у меня, когда я уткнулась лицом куда-то ниже лопаток и прикоснулась к горячей и, что удивило меня не слабо, пахнущей хвоей и костром коже губами. Боясь быть отвергнутой и вцепившись пальцами куда-то в карманы шорт, я тут же вспыхнула, ибо почувствовала все еще опадающий член. — Ты уверена? Это чертовски неправильно… Ох! — кажется, парень хотел сказать что-то еще, но почувствовав теплые губы на своей спине, а после и руку в опасной близости от своего достоинства, он с шумом втянул носом воздух и выпустил его сквозь зубы. — Девственница? — вдруг вырвалось у него. От своего же вопроса он напрягся так, что стал тверд как камень. От внезапного вопроса про свою невинность я и сама напряглась, но выдала короткое «нет». Неужели сейчас мы совершим еще большую ошибку? Или к чему был этот вопрос? Вся ситуация сводила с ума, напрягала, но снова начала распалять. — Родители могут вернуться в любой момент… Завтра поехали со мной, на съемную хату? Если утром до нас так и не дойдет, что наши действия верх аморальности. — разворачиваясь и беря меня на руки, предложил вдруг парень. Сев на кровать он прижал меня к себе так тесно, что еще немного и мы сольемся в единое целое, но почему-то именно этого так хотелось. Так и не дав мне ответить, он возобновил поцелуй, но сразу же углубляя его, покусывая нижнюю губу и тут же зализывая укусы. Сильные руки переместились на ягодицы и слегка смяли их, вырывая из моей груди непроизвольный стон, подаривший парню такой прилив эмоций, что он перешел на шею, но вовремя опомнился и не стал оставлять следов. Наконец он прервал поцелуи, посмотрел в мои затуманенные желанием глаза, вновь смял попку и виновато улыбнулся. — Ты же остаешься на ночь… — осипшим голосом произнесла я, осознавая, что остановиться мы оба не сможем после этих слов. Но тормоза уже давно сломались… Еще в момент первого поцелуя. В глазах Егора мелькнули искры неистовой жажды, и он вновь накрыл мои губы своими, вжался пахом так плотно, что аж дыхание перехватило. Такой твердый и большой, что даже плотная ткань шорт позволяет это понять. На этот раз уже плечи парня приняли удар моих ноготков на себя, и он вновь тихо зашипел, но уже от удовольствия и предвкушения и это так взбудоражило мою душу, что я начала ерзать сидя на нем. Все это плавило и сводило с ума с такой силой, что если бы не звук захлопнувшейся входной двери, то мы бы не дождались ночи, а слились в безумном танце страсти и жаркой неутолимой жажды прямо сейчас. Голоса родителей и их приближающиеся шаги отрезвили в миг, так что через не хочу мы отсели друг от друга, взяли в трясущиеся руки карты и создали вид того, что продолжаем играть. Впрочем, родители зашли лишь на мгновение, чтоб сообщить об отъезде Вовы с Галей. На вопрос «почему так рано» мама ответила, что Вову вызвали на работу вечером, а Галя решила поехать с ним. Егор поблагодарил за переданное сообщение, проводил мою маму взглядом и повернулся ко мне, жадно облизывая свои губы и прижимая диванную подушку посильнее к ногам. Чертова ночь просто отказывалась приходить, так нам казалось все оставшееся время, но мы все же дождались заветного времени, когда нас точно не побеспокоят. По очереди сходив в душ и пожелав моим родным спокойной ночи, мы незаметно закрыли дверь на ключ, выключили в комнате свет и перебрались на мою кровать вовлекая друг друга в столь же жаркий поцелуй, как и сегодня днем, хотя, может быть, даже жарче. Мой дядя остался в одних лишь трусах-боксерах серого цвета, а я же была в тоненькой майке и коротких спальных шортах, что успели уже промокнуть насквозь! Оседлав парня, я нагнулась для поцелуя, но смогла лишь уткнуться ему куда-то в грудь и, едва прикрыв рот, простонать его имя, что ему явно очень понравилось. А все потому, что он качнул бедрами и вовремя спустил одну свою руку пониже попки и прошелся пальцами по моей промежности. Ну какого черта в комнате стало так душно и почти невозможно дышать?! — Ничего себе… — На выдохе произнес парень и широко улыбнулся. — Впервые вижу, чтоб девушка так сильно возбуждалась. Точно не девственница? — Т-точно! Просто ты слишком хоро… Ох, еще… — договорить мне так и не дали такие длинные и ловкие пальцы молодого человека, вошедшие в меня на половину. Стало так хорошо, но безмерно стыдно и я спрятала лицо, сильнее утыкаясь в грудь Егора. Долго дразнить и сводить меня с ума у него не было в планах, так что его белье и мои шортики довольно быстро полетели куда-то на диван, но не долетели и упали на пол. Решив взять верх во всех смыслах, парень осторожно перевернул меня и навис сверху, придерживая меня под поясницей. На долю секунды оба засомневались в правильности происходящего, но уже через эту долю секунды дыхание перехватило, по всему телу пронесся разряд удовольствия, который сосредоточился где-то там, внизу живота, где сейчас находился столь желанный член родного во всех отношениях человека. Сам же парень с силой сжал простынь одной рукой, а второй продолжил поддерживать меня, ибо разница в росте не позволила бы более удобно отдаться страсти. Егор вошел даже не на половину, а у него уже закружилась голова и сорвался с губ тихий полустон на выдохе. Входя все глубже, он повторял «как узко и горячо…», что сводило с ума еще больше и вынуждало самой насаживаться все сильнее, хоть это было не очень удобно. Теперь уже на груди и животе парня красовались яркие царапины, плавно переходящие на бока и спину. Было просто сумасшедше тяжело не стонать в голос, так что такая красивая рука накрыла было мой рот, но сползла к шее и чуть сдавила ее, вторая же рука уперлась в изголовье кровати. Он смирился и перестал поддерживать меня, понимая, что сейчас станет поудобнее. Впрочем, рука с шеи быстро соскользнула и едва парень успел произнести «прости», как я взяла и положила ее обратно, показывая, что совершенно не против такого подхода к ситуации. Тонкие, но сильные пальцы сомкнулись на моей шее плотнее и воздух стал поступать в меньших количествах, что сводило с ума еще больше, хотя, казалось бы, куда уже? Плавные и осторожные движения сменились на рваные мощные толчки, а вскоре и вовсе бешенный темп. Вся спина парня была исполосована так, что живого места на ней не было, хриплые стоны заполняли комнату и глушились рваными поцелуями, укусами, закрыванием рта… Горячий шепот, клятвы в любви, отрицание аморальности и едва слышное предложение жить вместе довели до нужного пика обоих. Из моей груди вырывался громкий и протяжный стон, который пришлось заглушить, кусая руку бедного парня, а он тоже не отставал и горячо и хрипло выдохнул, выходя из меня и изливаясь на мой живот и грудь. Кажется, над моей головой хрустнуло деревянное изголовье кровати из-за того, что Егор его с ужасной силой в порыве оргазма сжал и потянул на себя. Он упал рядом со мной на подушки, обнял и ткнулся носом в мою макушку. По ощущениям прошла целая вечность пока мы оба пришли в себя и отдышались. По всему телу расплывалась такая приятная теплая нега удовольствия и ужасно хотелось спать, но нужно было вытереться и открыть дверь, чтоб утром не возникало вопросов… Хотя, смотря на все исцарапанное тело Егора вопросы, если он вовремя не оденется, все же могут возникнуть. Закончив со всеми действиями, мы так и уснули на моей кровати в обнимку… Днем пришлось шокировать родителей внезапной новостью о том, что я перееду жить с Егором. Впрочем, аргумент, что так мне будет быстрее добираться до учебы их убедил, хоть и с большим сомнением. Так же вопрос насчет царапин на шее все же возник, но удалось списать на то, что он расчесал из-за комаров просто. Мы оба понимали, что быть вместе, возможно, не сможем на официальных щах, но решили подумать об этом позже, когда перевезем мои вещи к нему…