4 глава

Енми наблюдала за Тэхёном. Ее пальцы нервно постукивали по коленям, пока он вел беседы с врачом психиатрической больницы. Ким приобрёл фальшивый паспорт, в котором он был записан как Чхве Ёнсу, родственник Динх. Так звали её двоюродного брата, по материнской линии. Оказывается Ви планировал что-то подобное ещё в день, когда он и Намджун вычисляли настоящего преступника. Парень лишь должен был определиться, под какого подозреваемого подстроиться. И жертвой его выбора, пал Чхве Сун Ён. — Я скоро подойду, будь осторожна.— подмигнув брюнетке, он последовал вслед за худощавым мужчиной, чей высохший и мрачный вид, не располагал к себя, от слова никак. Ей лишь оставалось просто кивнуть, смирно ожидая его возвращения. Она знала, что он направляется в палату Чхве. Вставая с неудобного стула, Ёнми медленно прошлась по фойе, ища что-нибудь, что могло бы её занять. Он планирует сделать всё сам, и ей это не нравилось. Может парень считал, что она не в состоянии ему помочь?! Поджав губы, брюнетка приподняла взгляд выше, рассматривая камеры видеонаблюдения. Не стоило думать о плохом. Раздражённо дернув рукав платья, она вновь плюхнулась на стул. Смысла здесь находится, для неё, не было никакого. Только если как группа поддержки. Но парню, на лице которого блистала самоуверенная улыбка, чуть ли не двадцать четыре часа в сутки, она отродясь была не нужна. Нет, во время поездки сюда, Ли такого разочарования не ощущала, чем-то подобным даже не пахло. И брюнетка знала почему. Всё это время она была уверена, как это сейчас не звучало глупо, в необходимости своего присутствия. Будто она, совсем несамостоятельный «ребёнок» восемнадцати лет, чем-то может помочь. И о Господи, от этих стыдливых мыслей, ей наконец помогли избавиться. Это были шаги, довольно тяжёлые, принадлежавшие женщине, хоть и пожилой. А до того, как взглянуть на своего «спасителя», Ли была уверена, что они принадлежали мужчине. Похлопав себя по лицу, она смущённо взглянула на ту, что окажет ей честь быть отвлечённой. И в ту самую секунду брюнетка была готова поклясться, взгляд, которым она её одарила, был совсем недружелюбным. Опустив веки, девушка отвернулась, не желая попадать под внимание посторонних людей. Как никак, Ёнми — сообщница Тэхёна. В её воображение даже вырисовалась картина, как они вместе, нависнув над преступником, пытались выяснить почему… Краснеть было уже некуда. От стыда, накатившего её, хотелось избавиться так же, как и встать за его спину. Резко выпрямившись, брюнетка вскочила со стула. Её пальто уже скатывалось с плеч, когда она его сняла и прижала к своей груди. Но это чувство кажется правильным только по отношению к Джуну, а с Ви, всё совсем наоборот. Довериться постороннему человеку?! Ее щеки покрылись багрянцем, ведь их знакомства прошли лишь сутки. А самое главное, при ужаснейших обстоятельствах. — Нет! — взявшись за голову, глухо прокричала девушка. Эти мысли, они были неправильными. Где та холодность, присущая ей, чуть ли не с самого рождения?! Порывисто дыша, она заскулила. Ей было страшно от собственных раздумий, от них хотелось просто избавиться. — Простите, не подскажите, где тут уборная? — Взгляд, вновь брошенный той самой старушкой, протрезвил ей голову. — Мне очень нужно. — В попытке вернуть себе самообладние, добавила девушка. И у неё вновь это получилось. Единственное, что теперь напоминало о её короткой слабости, это дрожащие руки, гулко стучащее сердце, пунцовое лицо. — Что вы тут устроили? — голос у старушки оказался неприятным, режущим слух. В темнокудрой голове Ёнми, происходил хаус. Она не знала что ответить. Внешне может ситуацию подправить ей и удалось, но о внутренней борьбе, речи и не шло. Но девушке ясно было одно, её порыв вполне способен разочаровать доверие Тэхёна. Он велел сидеть тихо, а в итоге она сделала всё совсем наоборот. Но это наверное оправдать ещё возможно, перенаправив все стрелки на него самого. Нет, на это пойти, значит пойти на казнь. Слишком по-детски. Глубоко вздохнув, Ёнми неловко улыбнулась, сдерживая желание развернуться, и прекратить этот никчёмный, даже не начавшийся толком разговор. Но подобное, она рассматривала только на границах собственного сознания. — Прошу прощения за…я немного…забылась. — произнесла Ли, опустив взгляд на ботинки, что покрылись слоем земной грязи. — Мне нужен туалет…не подскажите где он находится? — Она сама не знала зачем. Может поплакаться, пока никто не видит? Или наоборот, охладить себя, пока было ещё не поздно. Женщина фыркнула, раздражённо оглядев её с ног до головы. Ответ девчушки, ей явно показался сомнительным. Сжав металлический поднос, та вновь презрительно обвела её фигуру. Заметить её «дружелюбие», было не так уж и сложно. Особенно если вспомнить, по чьей вине это произошло. Всё-таки, необходимо было показать: ничего ужасного в присутствие хрупкой девчушки, нет. Но слишком уж долго продолжались гляделки, между ей и Ёнми. Привыкнуть к такому завышенному вниманию, брюнетке не просто. Например смириться с «заботой» пожилых соседок, удавалось не так легко. Она вновь опустила веки, не желая вспоминать те дни, когда ускользнуть из-под их зоркого глаза, ей не удавалось ни разу. Но вот дать им знать о их надоедливости, получалось сразу же. Слабо помотав головой, она уставилась на поднос, прижатый к груди женщины. На нём лежало не мало шприцов и склянок. Воодушевлённая тем, что мысли о этом предмете безжалостно вытолкнули неприятные воспоминания, девушка выровнялась. Теперь её фигура, не казалась такой маленькой и беззащитной. Не было здесь таких людей, кто помешал бы ей поступить так же, как она это сделала со своими соседками. Лицо, секунду тому назад, выражающее чрезмерную растерянность, сгладилось. Можно было просто избавиться внимания той женщины, с такой же эффективностью, но совсем другим способом. Но раз сейчас, на этот поступок хватало смелости, то сделать что-то более серьёзнее, не могло составить труда. Слишком длительное, как казалось этой пожилой даме, рассматривание содержимого подноса, вынудило Ли немного попотеть. Именно, что-то намного серьёзнее простого баловства. Она была уверена на все девяносто девять и девять процентов, эти шприцы кололи пациентам, которых в срочном порядке необходимо было усыпить. А почему или, вернее сказать, для чего, ясно было и дураку. Брюнетка немного побледнела, представляя как бедных людей мучают, лишают свободы, беря на себя полный контроль над чужим разумом и телом. Использованные шприцы, ваты, тюбики и склянки, всё будто кричало о реальности её предположений. Вновь приподняв взгляд выше, Ёнми замерла, шокированная внезапной идеей. Девушку пробил холодный пот, как только её взгляд вновь зацепился за тот самый поднос. Нет, она планировала не просто избавиться от внимания хмурой особы. Ей в голову пришла другая, более крупная идея. Но, от одной мысли, что ей придётся вколоть это и кому-то, только из-за желания сделать хоть что-то значимое… Именно по этой причине. Ли бы никогда и не подумала, что ей в голову взбредёт что-то подобное. Но можно ли считать эти мысли неправильными, когда здесь, в этой самой больнице, поступают с живыми, такими же как они людьми так, будто у них нет чувств… От мыслей, что словно ураган, проносились в голове, становилось как-то не по себе. Но можно ли их считать беспочвенными? Нет. Многие в своей жизни нарушали законы не только устройств своей страны, но и норм морали. И Ёнми решилась. Не отдавая своим действиям полного отчёта, она подбежала к уходящей старушке, и как бы не удержав равновесие, утянула её вниз, за собой. Чертёнки в голове взяли над ней вверх. Поднос с рук женщины отлетел в сторону, с громким звуком, ударяясь об пол. Следующие десять секунд, они обе лежали на холодном кафеле, судорожно дыша. — Боже, простите… — дрожащим от волнения голосом, прошептала девушка. Некрасивое лицо старухи тут же сморщилось, в недовольной мине. Что впрочем было ожидаемо. Ёнми, окажись в подобной ситуации, презрение в сторону виноватого, не скрыла бы также. — Нет, не трогай меня! — грубо отпихнув от себя худенькие ручки Ёнми, та взглянула ей за спину. К счастью, брюнетке было известно, что такое важное, она там увидела. Несмотря на ругань и удары, неудивительно для веса обидчицы, прохода она ей не давала. Пока конечно, ею с пола, не были собраны пару неразбитых склянок. — Уйди прочь! — с силой оттолкнув Ли, делающие попытки помочь ей приподняться, женщина завопила. И она была довольно, для своего почтенного возраста конечно же, сильна. И как предполагалось, такая пушинка как Ёнми, не могла устоять на ногах. Она больно ударилась плечом об автомат, что стоял позади неё. Слёзы тут же заволокли ей глаза. Подавлять солёную влагу, сил не было. — Но Госпожа…я хочу помочь… — прошептала девушка так, чтобы та её услышала. — Я ведь всё это разбила, простите… Тэхён наверное будет немного шокирован, когда узнает. Может разочаруется, она ведь его ослушалась. Думать об этом, времени совершенно не было, к счастью. Упираясь всем телом об автомат, Ли привстала. Спина ужасно горела. Прикусив губу, она подняла своё пальто, которое минуту ранее, валялось на полу. — Выпроводите эту сумасшедшую отсюда! — злобно запищала женщина, после чего начав активно кашлять. Её слюни летели по воздуху, обрызгивая мужчин, что помогали ей подняться на ноги. Ёнми не стала медлить, и тут же воспользовавшись ситуацией, когда никто не смотрит, спрятала свои находки в карман пальто. — Мне лишь нужно было знать, где тут уборная… — вдруг произнесла девушка, стыдливо опустив взгляд на грязные ботинки. Отговорка не очень, но надежды на то, что в этом мире ещё существуют люди, у которых осталась хоть капля сочувствия или понимания, не были пустыми. И практика показала, что да. — Идите прямо, а потом налево. — произнёс пожилой мужчина, что устало теребил свои седые волосы. — Особо не задерживайтесь, пожалуйста. Вы должны быть у меня на виду. Перед чем развернуться, она заметила сочувственный взгляд, брошенный им. Он наверное заметил, как та круто была откинута назад, в попытках «помочь» старушке. — Если вы повредили себе что-то, при падение, — добавил мужчина, надевая кепку на голову. — то я могу вам одолжить аптечку, раны необходимо будет обработать. Брюнетка выдавила из себя слова благодарности, отрицательно покачал головой. У неё не было на это время. И желания тоже. С колотящимся от страха сердцем, Ли шла по указанную направлению, будто загипнотизированная. Она была совсем близко, и чем сильнее ощущалось это небольшое расстояние между ней и уборной, тем чаще её посещала мысль о неудаче. Ёнми сама не понимала, что и кому она хочет доказать, этим поступком. Или может не хотела понимать. Прибавив скорости своим шагам, она сильнее прижала к груди тёплое пальто. Облегченный вздох вырвался с её губ, когда дрожащие руки наткнулись на пару украденных предметов. Прикрыв за собой входную дверь женского туалета, брюнетка подошла к одной из немногих кабинок. Она была занята. Решив потратить время ожидания на созерцание своей «красотой», Ёнми отлипла от белоснежной двери. Девушка встала напротив круглого, и достаточно большого зеркала, упираясь животом об раковину. Наверное это было не лучшее её решение. Стекло отражало бледное заплаканное лицо, растрёпанные волосы, покрасневшие кончики ушей, покусанные губы. Она часто дышала, не оправившись от произошедшего. Всё это было странно. Ли считала неправильным то, что она сделала несколько минут назад и вообще собирается сделать дальше. Но Ёнми была очарована своей целеустремленностью. И такое качество, для неё в новизну. Сейчас, разглядывая своё худое лицо, она улыбалась. Девушка, предпочитавшая целыми днями бездельничать, теперь отражается в зеркале, в совсем другом свете. В эту минуту, она была горда собой. Если бы Минни видела её сейчас, то была бы она расстроена или нет? Выдохнув, Ёнми подумала о том, насколько же разные они с сестрой, с той, чья улыбка и светящиеся нежностью глаза, заставляли пропитываться сердца многих людей любовью. Все восхищались ей, хвалили её и польщали. И ради Минни, человека которого сейчас, как сильно не хотелось этого признавать, уже нет, хотелось идти вперёд. Только его бездушное тело, покоящееся в сырой земле, унесло за собой и это желание. Нахмурившись, брюнетка подумала о том, что то, что планирует она сейчас делать, является важным содействием в поимке преступника. И пусть сейчас действия Ли несут вред, она не собирается останавливаться. А оправдать свой поступок, которой она уверена, точно будет совершён в её скромном исполнение, можно разочарованием Минни, если бы она увидела, как её младшая сестра иссыхает. А это непременно произойдёт, если убийца не будет наказан. Ну ради этого, Ли постарается. Должна. Сзади неё встала незнакомая женщина, что лишь раз, бегло пройдясь взглядом по лицу брюнетки, встала за соседним краном. Развернувшись, брюнетка отошла, доставая с пальто шприц и небольшую склянку, которые успела подобрать. «Один, два, три, четыре…пять…» — считая, про себя до десяти, она ввела в иглу его содержимое. — Вы пришли навестить родственника? — произнесла женщина, разворачиваясь к Ёнми лицом. — Верно. — до ужаса спокойным голосом ответила брюнетка, крепче сжав шприц в своих вспотевших от волнения, ладонях. Она сделала несколько шагов назад, к выходу. Ноги и руки дрожали. За ней следом пошла и доктор. Женщина ничего не подозревая, приостановилась, в ожидании когда дверь уборной раскроется, но Ёнми не спешила её открывать. Развернувшись, она опустила взгляд на руки своей жертвы, спрятанные в карманах халата. Ли боялась действовать. Натянуто улыбнувшись, девушка отошла от выхода, давая пройти. Доктор кивнула, в знак благодарности, что делать ей совсем не стоило, ведь намерения, по отношению к ней, у брюнетки были совсем не дружелюбные. — Надеюсь, вы не будете злиться на меня… — вставая ей за спину, прошептала девушка. — за это. Шприц, что секунду ранее Ли сжимала у себя в руках, оказался воткнутым в шею доктора. Она сделала это, то что пришло ей в голову совсем недавно. Совершила преступление, против своих моральных норм. Сжимая плечи невинного доктора, что несколько секунд назад чуть ли не свалился на кафельный пол, Ёнми будто загипнотизированная, изучала шприц, что аккуратно выдернула из шеи «жертвы». Он лежал напротив неё. Сердце Ли сжалось. Это было верным решением. Ради Минни, ради её самой. Прикрыв дрожащие веки, брюнетка судорожно задышала. Унять сердце, бешено бьющееся об рёбра, было намного сложнее, чем решиться на то, что она пошла минуту назад. Но девушка смогла найти в себе силы, сделать это. Проверив пульс Ын Даён, так было написано на бейджике, который был прикреплён к халату, Ёнми потащила её в одну из кабинок. Она старалась не смотреть в лицо доктора, ведь иначе её просто могло парализовать от очередного приступа страха. Одолжив у женщины халат, колпак и бейджик, брюнетка вышла с кабинки, аккуратно прикрыв за собой дверь. Поныряв в карманах своего пальто, она достала разовый пакет, в котором хранились медицинские маски. Этим днём, ей их одолжил Тэхён. Улыбнувшись, Ёнми подумала о том, что теперь её сложно будет узнать. Вскоре девушка оказалась в лифте, наедине с одной из санитарок. Она была молода, и явно нанета совсем недавно. — Помнишь где палата Чхве Динх? — нарушила тишину брюнетка, решившая воспользоваться своей внезапной удачей. — Да. — смотря прямо перед собой, согласилась девушка. Она нервничала, проводя манипуляции с волосами. Её светлые пряди выпадали на лицо также, как и у Ли утром. Скрестив руки на груди, Ёнми тяжело вздохнула. Подобное поведение собеседницы ей не показалось странным, только потому-что она знала, какие «приятные люди» могут здесь работать, нанося моральный, вред окружающим. Вспоминать ту вредную старуху, ужасно не хотелось. Опустив взгляд на свои грязные ботинки, брюнетка задумалась. Её мысли были направлены к Тэхену. Увиделся ли он с Динх? Если так, то весь этот фарс, был напрасен. — Тогда мы направимся прямо ей в палату, мне нужно кое-что вам показать. — не найдя идеи гениальной этой, произнесла Ли. Санитарка вздрогнула, взглянув на брюнетку. — Я сделала что-то не так? — выражение лица девушки изменилось. Она засуетилась, хоть и пыталась это скрыть. В иной обстановке, это показалось бы странным, но Ли сейчас было совсем не до этого. Ёнми даже немного смутилась, сильнее сжав руки у груди. Она была также растеряна, как и эта блондинка. — Мы узнаем это на месте. — прочистив горло, произнесла фальшивая «Ын Даён», и о этом нюансе, конечно, её собеседница так и не догадалась. Вскоре лифт приостановился, и санитарка вышла, растерянно оглядываясь по сторонам. Девушка не понимала, почему доктор не выходила. Немного поздновато заметив озадаченность новой знакомой, Ли вышла следом. Она боролась с желанием самой побежать вперёд, в поисках Чхве. Но тогда она бы просто раскрыла себя, потеряв при этом время. Брюнетка чувствовала, что действовала медленно. Необходимо было торопиться. Нахмурившись, Ёнми кивнула блондинке в сторону одного единственного коридора. Та, будто поняв намёк, пошла вперёд. Ли глубоко вздохнула, пойдя следом. Её ноги заметно дрожали. Было страшно и неловко. Все фразы и действия, придумывались на ходу. Это было впервые, когда ей приходилось заниматься чем-то подобным. — Мне надо войти? — замявшись у двери, на которой был виписан номер палаты «тридцать семь», неловко поинтересовалась санитарка. Ёнми отрицательно покачала головой, попросив её подождать в коридоре. Ей не нужны свидетели. А прогнать девушку, она просто не могла, это вызовет подозрения. Брюнетка поправила маску, неудобно висевшую на лице, перед чем дернуть ручку двери. От волнения, пробившего тело, её начало мутить. Ещё немного, и она просто свалится на пол. Ущипнув себя за локоть, Ли яро замотала головой. Необходимо было придти в себя. Прикрыв за собой входную дверь, девушка сняла надоедливую маску с лица. Благодаря ей, она бы потеряла сознание от нехватки кислорода в лёгких, но совсем не от волнения. Устало потерев лицо рукавом халата, Ёнми взглянула на девочку, что всё это время смотрела прямо на неё. Бледная, измученная, худенькая, совсем как она несколько дней назад, до прихода братьев Ким. Брюнетка засуетилась, нехотя разрывая зрительный контакт. Понимание — это то, что ощущала Ли, по отношению к ней. Сжав предплечье, она тяжело вздохнула, на секунду прикрыв веки. Динх был необходим свежий воздух, а в этой душной палате, его нет. Разве в таком случае, можно ожидать хоть какой-то прогресс от лечения? Злость и досада, вот что закипело в груди у Ёнми. — Привет. — сделав пару осторожных шагов к кроватке больной, поздоровалась девушка. Но ответа она так и не получила. Это сильнее выбило её из колеи. Насколько сильно иссохла эта малышка, раз не реагирует на простое приветствие? — Тебя зовут Динх, я права? — Ёнми уселась на стул, стоящий напротив. Девочка молчала, опустив взгляд на пальцы гостьи, что нервно постукивали по коленям. Ли заметила её «интерес», поэтому поспешила спрятать руки в карманы халата, а потом тут же их вытащить. Наступил момент, когда нервозность скрыть, уже возможности не было. Слов не было тоже. Ёнми не знала как поступить, ей казалось, что неуверенность вновь вернулась в её душу, и навсегда. От этих злосчастных мыслей, хотелось убежать. И атмосфера давила, и тишина, которая длилась слишком уж долго. Но брюнетка не могла найти верных слов, идей не было. Ей оставалось лишь молча сжимать подол халата, да ежесекундно приоткрывать рот, опуская взгляд на ладони. — Вы пришли забрать меня, — негромко произнесла девочка. — снова? — Она захлопнула книгу, лежащую у неё на коленях, а потом, будто ни в чём не бывало, легла на правый бок. — А ведь на прошлой неделе, меня сопровождал человек, разговорчивее вас. Ёнми вздрогнула, медленно вставая со стула. Её молитвы были услышаны, Чхве заговорила первой. Но всё сказанное девочкой, осталось для брюнетки непонятным. Проглотив комок, застрявший в горле, она сильнее нахмурилась. — Кто-то забирает тебя? Но куда? — пересаживаясь на краюшек кровати, просипела девушка. — О каком человеке…идёт речь? — Она хотела уловить смысл слов Чхве, хоть и не надеялась на то, что ей обо всём доложат. Информация, это то, что сейчас до дрожи в коленях, было необходимо. Затаив дыхание, она дотронулась до плеча девчонки, сжавшейся у края кровати. Тишина вновь уселась на трон, разрушив надежду Ёнми на мелкие осколки реальности. Брюнетка была права, никто не собирался раскрывать перед ней свою душу, как и не сделала она бы сама. — Я не желаю тебе зла…напротив…я… — запнувшись, Ли насупилась. — мне нужна помощь. От тебя. — Именно за этим она сюда и пришла. Это её цель, а не лезть в душу человека, которого не знаешь. Так сделал Тэхён, так сделает и сама Ёнми. Тело Динх вздрогнуло. Слова незнакомой девушки, её удивили. Никто и никогда не говорил ей такого. Наоборот. На месте той брюнетки, всегда была она сама. — Мне нужно знать, кто причинил…вред человеку, которым я дорожил-ла… — сжимая простыню, чуть ли не плача, прошептала Ёнми. — дорожу. Твой отец, он может, — Облизав сухие губы, она тараторя продолжила: — Пожалуйста, скажи где сейчас твой отец. Динх замотала головой, откидывая тёплое одеяло на противоположный край кровати. — Вы мне не врёте? — прошептала она, дрожащим от страха голосом. — Докажите, что могу вам доверять. Но Ёнми не знала, как это сделать.

***

— Ваш кабинет, не палата моей кузины. — присев на стул, предложенным доктором, отчеканил парень. — Тогда что я здесь делаю? Он знал, что так просто, его к ней не допустят, но в конце концов, не это ему было нужно. Положив правую ногу, поверх второй, Тэхён усмехнулся. Этот старик даже не пытался скрывать свои намерения. — Нам нужно обговорить некоторые детали. — как можно увереннее, произнёс доктор Ян. — Насчёт вашей сестры, конечно же. Ким кивнул, лениво растрепав свои русые волосы. Он не знал, чем попытается его разговорить этот упырь, и знать не хотел. Но мирно ожидать прихода «спезназа», по правде говоря, особо не хотелось. Откинув голову назад, он, из-под густой чёлки, взглянул на пожилого мужчину, нервозно раскладывающего бумаги по столу. Эта картина наводила жуткую усталость. Неужели этот сухарь думал, что его суетливость останется незамеченным? — Нам долго ждать? — скрестив руки на груди, поинтересовался Ким. — Кого? — чуть ли вспрыгнув с рабочего кресла, отозвался старик. Сощурив глаза, Тэхён привстал со стула, медленно подходя к собеседнику. Этот жест, с его стороны, напугал бедного доктора. — Мы оба знаем, о чём идёт речь, господин Ян. — улыбаясь, произнёс парень. В душе он забавлялся неподдельным страхом старика. Тем, как тот рыскал по столу, в поисках телефона, что никак, в случае чего, все равно бы ему не помог. — Мне надоело ждать. Последняя фраза, брошенная «Чхве Енсу», явно озадачила доктора. Его глаза были готовы выпасть из орбит, а сочетанием тощего, сухого лица, это выглядело не так презентабельно.