Исповедь Обречённого

Здесь на обоях зияют пятна, Морок пробился сквозь этажи. С каждой секундой всё непонятней Чем и за что до сих пор я жив. Мир растворённый на дне стакана. Треплет собака диван зубами. Я уже точно никем не стану, Прямо сейчас я умру пред вами. Этой концовки вы не хотели, Думали снова помочь убогим. На подоконник и полетели Выход, хоть лучший, увы, немногим. Пусть она помнит мои катрены, Те, что когда-то писал со скуки. Та, что от боли стучится в стены И под одеждой скрывает руки. Те, на которых живого места Больше не будет в рассказе этом. Пусть она плачет, не из протеста, Пусть поминает, но чем-то светлым. Мне говорили — писать не стоит, Писем и текстов моих не примут. Я хоть и мёртвый, а всё же стоик. Пусть обречённый, но не отринут. Жаль, что закончится чья-то пьеса Тем, что найдут меня здесь однажды Мёртвым, что я не вернусь из леса Вечером тихим и очень страшным. Жаль, что себя я оставил сгинуть, Что ничего не сумел исправить. Я попытался себя спасти, но Я, очевидно, уже не в праве.