ᅠ

Сердце в груди надрывается в крике, В узких зрачках пылает пожар. Перед глазами мелькают картинки, Что душат нещадно, рвут сердце по швам. И порваны нитки, пропитаны кровью — Болью, которую не заглушить, И ты раненным псом заходишься в вое, Скулящим, паршивым желаньем убить. Ненависть ядом же льется по венам, Дурманит рассудок, шепчет про месть. И слезы стирая ты знаешь, уверен: Предателю-крысе дарована смерть. Но вот ты сидишь в тюрьме, в Азкабане! Подонок же жив, не расплачен за грех. Но где он, а где ты, эй, глупый Бродяга? Сыскать крысу не смог что за дюжину лет. А годы несутся, а грудь все пустеет. Дементоры любят людские сердца. А стены все давят, время бледнеет. Но взгляд до сих пор не теряет ума. Двенадцать же лет проходят в тумане: Дементоры-сон-кормежка-обход. Циклом, по кругу, и так раз за разом, Но в прах разбивает лишь фото одно. Крыса, ублюдок, предатель, убийца. Снова та ночь, будто «после и до». И мысль о побеге на самой зарнице, Когда изнутри жжет дымом костер. И после чего пестрят заголовки Магических черно-белых газет Убийцей, что был никогда не виновен: «Сбежавший из ада — Сириус Блэк».