Глава седьмая

            Алина Шестакова. На следующий день.       Как же все-таки в чем-то хорошо жить с кем-то! Во-первых, можно не беспокоиться, что внезапно забыла поставить будильник, если нужно рано вставать! Ведь вдвоем такой шанс минимален. Во-вторых, можно распределить обязанности и в результате делать куда меньше работы! Я потянулась… Надо одеваться уже, наверное… А то Анна Сергеевна скоро подъедет. — Доброе утро, — поздоровалась я с Томори. — Да, доброе, — Томори лежит на кровати и что-то быстро печатает кому-то.       Видимо, это нечто важное. Но, судя по ее довольному лицу, это нечто хорошее. Томори улыбнулась и закрыла ноутбук, а затем положила его в свою зеленую сумочку. Я тоже быстро сложила вещи… Хотя мне особо и складывать нечего. Скоро уже Анна Сергеевна подъедет. Надо поторопиться! Мы быстро вышли из здания… — Что-то Анна Сергеевна задерживается… — сказала Томори, не увидев нашу учительницу перед зданием.       Мда… Пусть она и очень… Своеобразный человек… Но раньше нам как-то везло, что мы выходим и она уже опа и тут как тут… Может написать ей? — Обычно она подъезжает вовремя… Ей же тоже на работу нужно! — добавила я.       Внезапно у меня зазвонил телефон. Я достала его. Простенький я себе купила, но неплохой… Анна Сергеевна звонит… Я взяла трубку. — Але? — спросила я. — Да, Алина, я не смогу сегодня подъехать… Меня просто сегодня в принципе в школе не будет… И да, после школы прошу тебя быстро идти к службе. Все давай! — быстро протараторила Анна Сергеевна и сразу же бросила трубку.       Что случилось? — Похоже мы сегодня идем сами… Ножками, — вздохнув, ответила я на вопросительный взгляд иностранки. — Невезуха, — Томори еще что-то тихо добавила на своем языке. — Ну тогда пойдем? — спросила я. — А что нам еще остается? — пожав плечами, ответила иностранка.       Утренняя Москва осенью также хороша как и вечерняя. Для любителей такой погоды, разумеется. Только недавно расцвело и бледно-желтый солнечный диск висит в небесах. С деревьев начинает опадать красно-желтая листва, чем-то напоминающая окружности в геометрии… Мы решили срезать путь через небольшой парк… Он совсем недавно благоустроен, а потому сделано все по последнему слову техники. Всю аллею окружают будто обитые золотом фонтаны с изображениями зверей. Птицы уже начали улетать, ибо по ночам начались существенные заморозки. Скоро, думаю, земля покроется первым снежным покровом. Аллею мы прошли довольно быстро, не останавливаясь. Все же нам нужно торопиться. — Томори, а как у вас, в Японии, устроена система образования научников? — спросила я давно интересующий меня вопрос.       Томори задумалась. — В моей стране родилась и выросла топ шесть мирового рейтинга научников — Изуми Аянами. Я видела то, что она может вытворять при помощи концепций. У нас организована система по которой лучшие занимаются с лучшими. Шестой-седьмой уровень в моем и твоем возрасте пусть и необычно, но вовсе не нонсенс. Лидова достигла десятого уровня в двенадцать, что считается пока что недостижимым уровнем скорости развития. Аянами в семнадцать. Благодаря подобной системе в моей стране лучшие добиваются действительно выдающихся успехов. Однако это не означает, что систему нельзя улучшить. Поэтому Япония и участвует в программе обмена, — ответила иностранка.       О! А вон вдалеке уже и ворота школы! Надо бы поспешить… Мы ускорили шаг, практически перейдя на бег. Мы буквально влетели в здание средней школы и, быстро кинув куда-то верхнюю одежду, побежали в класс. Успели прямо перед началом урока! Буквально разминулись с учителем! Повезло… Первый урок у нас — физмата и лингвистов — общий. Непрофильное право… В этой школе вообще довольно много новых предметов, которых в моей прошлой в принципе не было! Например, у нас есть отдельный предмет — математический анализ! А у Томори углубленное изучение сходных языковых групп.       Но вообще, как бы это ни было странно, учится после пробуждения научной силы стало намного проще… Будто барьер, который сдерживал меня, прорвало. Я стала очень быстро считать… Будто бы вышла на максимум своих возможностей. Очень скромных, надо отметить, по сравнению с озвученными возможностями Лидовой. Правда понять смысл всех совершаемых операций все еще не могу… Как-то на автомате выходит…       Самое смешное, что научная сила не какая-то панацея… Я просто переключилась на учебу и «подработку» как на единственные отвлекающие факторы… Иначе сразу начинаю раскисать…       Ладно… Надо на уроке сосредоточиться… Учитель рассказывает об особенностях заключения договоров… Урок вроде и тянется медленно, но… Каждая лекция со временем оканчивается. Закончилась и эта. — Алин, а ты слышала новость последнюю? — спросила Томори.       Ох… Почему она так интересуется этим всем? — Штайсер уничтожил НПР. Диана Вейсс мертва. Но погибших относительно немного. Сражение между этими научниками повлекло собой создание нескольких десятков озоновых дыр, которые вчера экстренно закрывали… — выдала я все, что узнала про это.       Просто когда я смотрю на силу подобных… Монстров. Мне как-то становится грустно и не по себе… — Такая буря… Мы смотрели вместе запись, сделанную издалека. Жуть! — проговорила иностранка.       Да, у Томори просто талант находить подобный контент… Может это ее дополнительная способность? — Что же будет дальше? Если он вновь вышел из тени, то сомнительно, что ограничится лишь Африкой… Под ударом может оказаться любая страна… — сухим голосом сказала я. — Верно… В этом и есть его угроза… Угроза человечеству… — добавила Томори.       Следующий урок прошел также в лекционном формате. На третьем была проверочная. К несчастью, эти два урока раздельны у нас с Томори. Надеюсь, что не накосячила там… А то я могу… Но вот на четвертом уроке произошло несколько неожиданное событие. Оказывается нам будут рассказывать про историю научников! Для всей параллели! Это надо бы послушать внимательнее чем прошлые… — Добрый день, — в кабинет зашла дама средних лет в учительской форме. — Итак, сегодня мы рассмотрим период 1996–2004 годов, когда появилась научная сила и начались развиваться государственные отношения с ней. Первые случаи относят к приблизительно середине 1996 года, к июлю-августу. Тогда же произошли первые случаи сотрудничества государственных служб с научниками, а также первые случаи преступлений… В целом политику государств по отношению к научникам можно разделить на три вида: контролирующая, нейтральная, способствующая. Контролирующая предполагала принятие жестких ограничивающих мер по отношению к научникам. Нейтральная предполагала игнорирование данной проблемы. Способствующая заключалась в помощи научникам в контроле их новообретенных сил, — начала учитель.       Ну это самое начало… Достаточно общеизвестное. — В большинстве стран по началу господствовала жесткая контролирующая политика, что привело к нескольким трагедиям, из-за чего почти во всем мире данная политика была свернута. Кто мне скажет, после какого события произошло такое изменение? — спросила учитель.       Вопрос крайне очевидный, но… Сложно сказать, что правительства испугались научников… Томори подняла руку. — Пожалуйста, — учитель дала ей возможность ответить. — Катастрофа перепутья веков. Так это событие называют у меня на Родине. Первым, и, пожалуй, самым болезненным было разрушение Нью-Йорка в 1999 году. Это событие коренным образом повлияло на мировые экономику и политику, — произнесла иностранка. — Верно. Но не стоит сосредотачиваться лишь на всем известном террористе. В тоже самое время на территории иных стран также были произведены нападения. В Корее, в Китае, в Африке и Южной Америке, разумеется. Эти террористы гораздо менее известны по простой причине… Они атаковали, причем чаще всего, к счастью, неудачно лишь один город. Штайсер же разрушил Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго, Филадельфию, Сан-Франциско, Мехико, Тихуану, Сан-Сальвадор и еще чуть больше полтора десятка менее крупных. Также это единственные научник, сумевший затопить огромную часть целого полуострова — Аравийского. Все эти события не могли не повлиять на целый комплекс социальных отношений как между странами, так и отдельными людьми, — добавила учительница.       Ужас… Сколько же людей там погибло… Миллионы. — Однако закончить этот разговор и перейти к несколько более приятным темам разговора я бы хотела с так называемой «теория пределов научной силы», выведенной в 2003 году. Она пока что считается недоказанной, однако она стала одной из первых теорий, которые показывают ограниченность научной силы. Вкратце через построение длинной математической модели доказывается, что у каждого человека есть свой личный «потолок» развития, а на пути к этому потолку существуют несколько пределов. Причем превзойти пределы возможно, но для этого необходимо серьезное психическое изменение личности человека. Достаточно сложная теория, однако она объясняет ограниченность этой силы. Есть и доказанная теория. Это открытие принадлежит всем вам известной Ирине Олеговне Лидовой. В 2006 году ей удалось доказать, что научная сила может быть пробуждена только до так называемой «константы развития». Это число, которое приблизительно равно двадцати пяти годам шести месяцам восемнадцати дням тринадцати часам и пятнадцати минутам и далее идет вычисление куда более точного значения, которое уходит в иррациональную бесконечность. Исчисляется оно от момента зарождения особых нейронов головного мозга. Пробудить научную силу после прохождения этого своеобразного «предела» невозможно, — произнесла учительница.       Да, Лидова не просто так получила столько ученых званий… — В начале 2000-х годов контролирующая политика практически во всех была заменена на нейтральную или способствующую. В России также был принят соответствующий федеральный Закон и создано множество институтов по изучению научной силы и помощи научникам в развитии способностей… — продолжила учитель лекцию.       Уроки у нас идут в виде пар. Зато их всего четыре в день! Это и хорошо, и плохо. С одной стороны — в один день мало предметов и они достаточно однотипны. И домашки меньше, так как на уроках успеваем больше С другой же довольно велика нагрузка на одной паре, и к концу дня я чувствую себя вымотанной. Вот и закончилась последняя, четвертая пара. Мы с Томори быстренько собрались и направились в общежитие.       Уже середина дня. Светит солнце, падают листья… Поют свои последние песни перед перелетом в этом году птицы… Ничего не предвещает… Но что-то меня беспокоит… Внутренне… Это будто непроходимый ком в горле… Будто… Ошейник… Странные ассоциации… Я обернулась… Дым?! Какое-то здание горит! Томори также обернулась и заметила это. Что случилось? У меня зазвонил телефон… Анна Сергеевна! — Але? Что случилось, почему там, вдалеке, здание горит какое-то? — протараторила я. — Все вопросы потом! У нас ЧП! Слушай внимательно Алина, с начала, отведи Томори в безопасное место, а конкретно в общежитие, сейчас там собирается множество научников. За нее отвечаешь головой! А потом, берешь с собой Аню, руки в ноги и бегом к зданию. Бандиты атаковали. Тут множество научников. Одним Василию и мне не справится. Пока что оцепление держится, но поспеши! Главное — задержать их. Скоро прибудут научники высокого уровня! — прокричала Анна Сергеевна в трубку и после бросила ее.       Все очень плохо… Проклятье… — Томори, пойдем в общежитие, тут случился форс-мажор… — начала я. — Я понимаю… Я все слышала… Не думала, что такое может случиться… — сказала иностранка с тяжелым вздохом.       Разочарована… Наверное… — Я после побегу туда и все будет хорошо… Это единичный случай… Такое редко бывает, — ответила я.       Хоть мы и недолго знакомы, но… Мне не хочется, чтобы она плохо подумала о России только из-за нашей… Какое там мудреное слово… Криминогенной обстановки! — Алин, все же ты очень добрая… Вступила в молодежную полицию ради защиты людей, мне кажется, это может быть началом какой-то классической литературной истории! — хихикнув, ответила Томори.       Да уж, да уж… Хорошо, что она не знает из-за чего я оказалась в этой «молодежной полиции». Мы побежали по тому же парку, по которому шли в школу. По дороге я набрала Ане. — Але, Ань, ты уже слышала, что случилось? — быстро спросила я. — Да, я уже выдвигаюсь, — послышался запыхавшийся голос.       Она похоже уже бежит туда. — Не торопись, я скоро присоединюсь к тебе, встретимся у ворот школы и дальше вместе, хорошо? — сказала я. — Да, давай, — быстрый ответ.       Я положила трубку. В спешке у меня не оказалось времени для того, чтобы как утром рассмотреть красоты парка. Впрочем и ситуация к этому, мягко говоря, не располагает. До общежития мы добежали за рекордное время… Хорошо, что никого не сшибли по дороге! О! Григорий Антонович и Николай Степанович! Так вот кто нас встречает… Я подошла к ним. Синицын стоит в сторонке, а Николай Степанович с кем-то тихо ругается по телефону. Я это поняла по его крайне недовольному виду и тону некоторых обрывков фраз. — Здравствуйте, как я понимаю, мы сейчас вместе выдвигаемся? — спросила я. — Алин, я буду ждать тебя в нашей комнаты, потом расскажешь, как все прошло, — иностранка быстренько ушла. — Ага, — в спину ей сказала я.       Григорий Антонович подошел ко мне, будто бы оттесняя от Шершина… Не хочет, чтобы я подслушивала… Ну и ладно! Все равно особо ничего не слышу. — Да, Евгений Игоревич, Василий и Анна Сергеевна уже там. Мы выдвигаемся второй волной. Где Аня? — произнес Синицын. — Мы договорились с ней встретится у школы. Она, наверное, уже должна быть там… — ответила я.       Синицын поморщился. — Хорошо. Архаровцы! Вот ваша юная леди. У школы вы встретитесь еще с одной. За них обоих отвечаете своими головами. Чтобы и волос не упал с них! — произнес Синицын, обращаясь к пятерым бойцам в защитной униформе спецназа.       Их лица закрыты, сами они одеты в какое-то подобие брони, покрывающей все тело… Самое ироничное, что это могут оказаться те же бойцы, которые видели меня, так сказать, «в действии»… Ну, когда я сожгла… Их… Бандитов… Так… Надо не думать об этом… Просто не думать… Бойцы же с полным спокойствием кивнули… А они точно угоняться за мной? — И да, Алин… Это уже не операция по разгрому притона, а потому необходимо позаботится о вашей с Аней безопасности максимально, поэтому — держите, — Синицын передал мне два бронежилета.       Один, как я понимаю, для Ани, а другой для меня. Я отошла в сторонку и быстро надела его под куртку. Но что интересно: тон Синицына абсолютно не подразумевает никаких отказов и возражений. И если со мной все понятно, то вот с Аней… Возможно, это нервное… А возможно нас просто эксплуатируют… Впрочем, нам за это зарплату платят. И, как мне кажется, просто громадную! — Да, держи рацию, — Синицын аккуратно поставил мне на ухо какой-то хитроумный прибор, — Она поможет тебе поддерживать контакт с остальными бойцами. Эфир уже настроен. И берегите себя.       Что-то странно… Обычно Григорий Антонович гораздо холоднее относится ко всему. — Проверка связи, как мен слышно? — внезапно послышался хриплый голос из наушника. — Отлично, — ответила я. — Замечательно, тогда направляемся вперед? — спросил голос. — Давайте… — неуверенно произнесла я.       Что это за странное поведение? Им что приказали? Мы побежали в сторону школы… Я поначалу старалась особо не разгонятся, так как боялась, что они отстанут. Но каким-то неведомым образом эти солдаты смогли поддерживать мою скорость! А я в несколько раз быстрее человека бегу! До школы мы добрались довольно быстро. И там стоит Аня! Фух… Добежали… Один из солдат одел ей тот же наушник, а она сама быстренько накинула бронежилет. Он конечно не скрытный у нее получился… Но, я надеюсь, это все и не понадобится! Ладно… А теперь, пора выдвигаться!

***

            Где-то в главном здании КНБ.       Просторный кабинет на самом верхнем этаже здания КНБ. Все говорит о том, что здесь заседает большой начальник. Стена расписана в подчеркнуто классическом стиле. На стене висит портрет нынешнего лидера России. Под ним все обито качественным дубом. Стол сделан из агарового дерева. На столе аккуратно разложены множество папок с документами. Здесь разложены множество отчетов, заявлений… Словом вся бюрократия, которая непременно стекается в к этому человеку.       На высоком кресле сидит пожилой, лет пятидесяти, мужчина с седыми волосами и редкими глазами с оранжевым оттенком. Одет он в классический костюм. Внезапно зазвонил телефон. Мужчина, посмотрев на номер звонящего, довольно ухмыльнулся. На секунду. Но вскоре спрятал свое выражение лица за деловой серьезностью. — Мейсер слушает, — сказал мужчина. — Товарищ генерал-полковник! Произошло ЧП! Преступная организация атаковала пригород. Есть раненые. Необходимо усиление, — послышался голос.       За напускной уверенностью этого человека скрывался страх. Не за себя и даже не за свою карьеру. За других. За тех детей, за которых он взял на себя ответственность. — Доложите по порядку. Среди преступников есть высокоуровневые научники? — моментально спросил Мейсер. — Да. «Биобог» и «Красный демон» — быстрый ответ. — Хорошо, Николай Степанович. Усиление будет выслано вам немедленно. Что-то еще? — вновь спросил Натан Моисеевич. — Да, прошу вас, Натан Моисеевич, оказать поддержку по «особым» линиям коммуникации. Если будут жертвы среди научников программы «Хранители», то всем несдобровать. В том числе и вам, — голос попытался угрожать.       Безуспешно. Мейсер лишь улыбнулся на эту попытку. Натан Моисеевич остался убийственно спокоен. — Не волнуйтесь, все возможные меры приняты. Вы не одни, не забывайте об этом. Это все? — осадил своего собеседники генерал-полковник.       Установилось недолгое молчание. — Да. — Отлично, тогда не могу вас задерживать. Я буду координировать вас. Будьте на связи, — произнес Мейсер, кладя трубку. — Отлично… — Натан Моисеевич скрестил руки.       А после начал набирать одному ему известный номер… — Да? — Тайфун, можешь начинать, — три слова прозвучали как приговор.       Для кого-то. Послышался хмык, а после суперагент положил трубку. Мейсер встал из-за своего стола и прошелся в другой конец своего кабинета. — Итак… Скоро все данные будут у меня… И тогда Отечество окончательно возродится из пепла… Те, кто не видят потенциала детей, слепы и просто не понимают природы этой силы… А я сделаю все, чтобы Такая сила была у Моей страны, — тихо произнес Натан Моисеевич.       А после кивнул своим мыслям. То, что он сказал, даже словами назвать нельзя. Ибо сделал он это так, что их невозможно понять. Но при этом ему стало легче, будто он отпустил камень с плеч… Он поступает правильно. По крайней мере, сам генерал-полковник так считает.

***

            Где-то в районе С…       Неприметное здание в глубине района. Обыкновенный склад. Вот только охрана на нем крайне необычная. Множество небритых мужиков не активно использующих нецензурную лексику, а скорее говорящих на ней. Во главе же этих «достойных членов общества» стоит Александр Зубов. Человек неприметной внешности в темном костюме. Он курит.       За всем этим издалека наблюдал еще один человек неприметной внешности. В смокинге. С седыми волосами. Как только он получил сигнал он бесшумно направился в сторону склада. Он преодолел все разделяющее расстояние за считанные доли мгновения. Два охранника на внешней стороне склада, как и «сторож» получили нож в глаз. Это произошло практически одновременно и полностью бесшумно. Однако суперагент продолжил свой поход. Он с легкостью проник на склад. Никто его не заметил. Пока не стало слишком поздно.       На одних инстинктах Зубов отскочил от летящей в него тонкой иглы. Остальные же так не смогли. И упали замертво. Наемный убийца со страхом посмотрел на появившеюся фигуру. Он тут же бросил в него целую связку гранат… Взрыв! Хорошо, что всю заразу уже успели вывезти… Иначе бы он был обречен. Так он подумал. До того момента, пока не почувствовал стальной холод у затылка. Он не успел обернутся. Громыхнул выстрел. Александр Зубов упал с простреленным затылком. Этот человек оказался просто разменным материалом в играх вышестоящих.       Суперагент хмыкнул. А после сделал по контрольному выстрелу в голову каждого бандита. Тайфун проверил округу на предмет прослушки и того, что бандиты якобы собирались взорвать. Не обнаружив искомое, позвонил на один известный ему номер… — Слушаю, — послышался уверенный голос. — Все сделано, — лаконичный ответ. — Отлично, — ответил голос.       Они понимают друг друга без слов несмотря на личные антипатии… — Все готово. Здесь не обнаружено токсинов, но… Есть следы. Остальное пусть твои архаровцы изучают сами, — Тайфун бросил трубку.       А после ушел. Он сегодня получил очень много сведений. И не все из них будут по душе Натану Моисеевичу. Ибо тот забыл, что нельзя недооценивать генерал-майора КНБ. Тем более такого генерал-майора!

***

            Тоже самое время. Василий Князев.       Это уже что-то с чем-то! Когда эти бандиты устраивали свои «рейды» это куда ни шло! Но это… Средь бела дня атаковали! Правда они сосредоточились на нанесении ущерба собственности, а не на причинении вреда прохожим, что уже неплохо.       Когда бандиты напали — я сразу же вырубил двоих. Это не составило мне никакого труда. После звонка Анне Сергеевне все прояснилось и я побежал на встречу с ней. И вот сейчас я уже у внешнего оцепления полиции и спецподразделений, которые окружили район, занятый бандитами. Жителей эвакуировали, да и заняли те новостройки и недостроенные сооружения. К счастью. — Анна Сергеевна, а хотя бы известно, сколько их там? — спросил я. — Точно нет. А так, человек пятьдесят. И среди них много научников. Поэтому необходимо быть аккуратнее, — ответила она.       Мы сидим в полицейской машине на мягких задних сидениях. Мне дали бронежилет и устройство связи. Я наконец-таки огляделся. Здесь достаточно просторная улица. Автомобильная дорога перегорожена машинами. Бандиты окопались в создаваемом сквере из новостроек. Между ними. Вокруг же господствует осень. Багряные листы на деревьях будто предвещают беду… Да и трава какая-то желтая… Символ несчастий. Сказки это конечно все, но я замечаю такие детали!       Надеюсь с девочками все хорошо и на них не напали по пути. Скоро они, как я думаю, прибудут на помощь. И тогда все вместе мы покажем им! Кто это там? Они начинают стрелять! Бойцы также начали. Вспыхнули несколько шаров и какие-то примитивные концепции заполонили поле боя. В атаку послали и научников! Нехорошо! Очень нехорошо!       Выбегая из машины я создал концепцию гноссеологического оптимизма. Необходимо же знать, сколько человек против нас бросили! Двадцать один. Ладно, сейчас попробуем! При помощи концепции мистицизма я создал огромную невидимую плеть, которая отбросила всех бандитов, не успевших подпрыгнуть. Правда, научники, для которых эта атака и предназначалась, почти все увернулись. А те, кто все-таки не смог, не получили серьезных травм. Плеть то я создал слабенькую! Не хотел им сильно навредить.       Анна Сергеевна кружит вокруг сразу троих бандитов и легко уделывает их за счет превосходства в скорости. Да и физически, как бы это странно не звучало, она их сильнее. Сила биологии такая… Ее многие недооценивают, но в итоге это может выйти очень сильно боком. Никакую силу нельзя ставить ниже другой. Они просто эффективны в разных ситуациях.       Так, идеализирую собственные параметры и, используя концепцию молниеносной войны, начинаю раскидывать бандитов. Один, второй, третий, четвертый, десятый. На такой скорости это было очень быстро. Они даже не успели понять, как оказались в наручниках. Сложно было лишь одно — случайно не повредить их слишком сильно! А это ох как непросто на скорости больше двух звуковых! Да, измеряли недавно. Я стал еще быстрее. Правда это по прямой и с максимальным включением всех способностей на скорость. Здесь я, конечно же, двигался медленнее. — Наша группа вступила в бой с «Красным демоном», — послышался по устройству связи мужской голос.       Это же группа Алины! Проклятье! На меня попытались напасть сразу два научника. Один постарался заморозить дорогу, чтобы я не успел добежать до них и поскользнулся. А второй кинул в меня нечто, напоминающее шар… Это концепция! И я даже понял чего. Политологическая концепция! Причем не самая простая — имитационная демократия! У этого человека она ассоциируется с шаром… Странно, сама концепция слабая — мои щиты закона легко справились, но то, что он ее в принципе знает… Настораживает. За спиной обоих создаю таран агностицизма — знания о том, что человеческий разум не может познать все. А чтобы им было еще веселее, я добавил концепцию, реализующую принцип Талиона. Они получат в ответ всю ту боль, что причинили окружающим… Правда всего лишь за последние пару часов… Эффект оказался… Разным. Одного от концепции Талиона буквально скрутило узлом. А второй почти ничего не почувствовал… Только тараном его оглушило. Но это вроде все… Хм…       Бомба! Эта догадка едва не парализовала меня. Только благодаря подобию предвиденья я смог почувствовать, почему меня так гложет чуйка… В том доме. Рядом с которым сгруппировались множество сотрудников! Я только успел крикнуть. И постарался прикрыть все щитами… Расчет… Завершен. Как же болит голова… Взрыв. Щиты просадило, они буквально скрипели, пытаясь не пустить огненный цветок разрыва дальше — к людям. Они за это подаренное время успели отбежать на существенное расстояние. Щиты были прорваны… Но взрыв уже не причинил такого вреда… Все же основную взрывную Только дом обратился в горящие развалины… Послышался голос Алины, что они уже на подходе… Что же случилось? Что же сейчас будет? Чуйка говорит, что ничего хорошего… И меня это пугает.

***

            Анна Кузнецова. В тоже самое время.       В принципе я точно могу сказать, что моя жизнь стремительно наладилась! Учится в этой школе оказалось не так сложно, как мне казалось изначально. Либо же я стала соображать намного быстрее по сравнению с состоянием до пробуждения научной силы. Это вообще нечто странное. С одной стороны вроде как научная сила не предполагает усиление умственных способностей… Но после ее пробуждения будто думать становится проще! Правильные ответы сами лезут в голову! Очень странно. И интересно.       Но суть не в этом. Когда началась вся эта заварушка, я особенно не успела от школы отойти. Погулять захотела. Звонок Алины все прояснил — я осталась ждать ее у школы. Когда она прибежала в окружении людей в серьезной униформе, я окончательно поняла всю паршивость ситуации. И вот мы бежим навстречу Василию и Анне Сергеевне. Быстро бежим, надо признаться. Я отпрыгнула от какого-то лезвия… Оно проделало огромную борозду на дороге… Что это, черт возьми? — Хе-хе, как мило, горячая штучка, что ты сама заявилась сюда… — послышался насмешливый голос.       Кто это? Горячая штучка? Это он так к Алине обратился… И ее лицо говорит ярче любых слов… Она раскраснелась… И ее перекосило. От ненависти и ярости… Что-то тут явно не чисто! Перед нами спрыгнул молодой парень в красном кафтане и синих джинсах. Взгляд его желтоватых глаз также не предвещает Алине ничего хорошего. Он сплюнул окурок на землю и потушил его, ударив сапогом. — Ты нанесла мне оскорбление… Какая-то девка вместе с каким-то пацанчиком побили самого «Красного демона», положенца самого «Биобога»… Это нанесло существенный ущерб нашей репутации. А мы этого не любим. Ох как не любим… — ухмылка на лице преступника стала напоминать оскал.       Алина сжала зубы настолько сильно, что они громко скрипнули. Взгляд ее фиолетовых глаз буквально уничтожал преступника. Алина подпрыгнула вверх, уклонившись от нескольких лезвий Красного демона. В ответ она разожгла огромное пламя, попытавшись в прямом смысле похоронить этого «демона» под морем огня. Но тот оказался необычайно шустрым и легко уклонился. Тут же по преступнику открыли огонь сотрудники органов, однако почти моментально их оружия оказались повреждены этими лезвиями, а сами они отброшены, впечатаны в стены, асфальт… Он очень быстр! Я сама едва успела уйти в невидимость… — Что такое, девка? Страшно? Здесь нет того пацаненка и некому меня отвлечь… — желчным тоном продолжил бандит.       Алина закричала… Тут же она начала выпускать просто волны огня по преступнику. Он настолько горяч, что начал принимать синие оттенки… Тот же принял решение разорвать дистанцию… Попытался. Я нанесла ему удар в спину, создав стену и не дав ему отпрыгнуть от огня. Он заорал… Боже… Что я наделала? Он же… Но тут пламя расступилось и оттуда вырвался слегка опаленный, обильно и ярко матерящийся, но живой бандит. — Ах ты ж! Еще одна! — с ненавистью крикнул Красный демон.       Больно! Одно из его лезвий рассекло мне руку… Какая же у него наука конкретно… Алина посмотрела на мою руку из которой капает кровь, я начала завязывать ее обрывком рукава… Она молча создала еще больше огня… А Красный демон, поняв, что с Алиной ему не совладать, ретировался… Болит… Вроде и не сильно поранил, но болезненно… Надеюсь, шрама не будет… — Алин, он точно ушел? — спросила я.       Она будто погрузилась в себя… — Да… Я не чувствую его тепловую сигнатуру… Он точно уже за пределами нескольких сотен метров… — расстроено ответила она. — С вами все в порядке? — к нам подошли солдаты. — Да, в принципе ничего страшного… — ответила я.       Солдат нахмурился, посмотрев на мою рану. Он перемотал ее откуда-то взятым тонким бинтом… Конечно, надо будет потом показаться доктору. Но объективно говоря — терпит. Боль не такая сильная. Все же это достаточно прямо лезвие, да и прошло оно по касательной… Мы побежали в сторону оцепления полиции… Немного осталось — Але, Анна Сергеевна? — сказала Алина, настроив устройство связи. — Да? — послышался достаточно громкий ответ.       Алина включила громкую связь и передает ответ Анны Сергеевны нам всем… — Красный демон сбежал. Мы бежим к вам… Как у вас ситуация? — спросила Алина. — Мы разобрались с атакой бандитов. В принципе осталось… — ответ Анны Сергеевны прервал мощный взрыв.       Уже невдалеке мы увидели огромный цветок разрыва… Который оказался остановлен чем-то… Я не знаю, что применил Вася, но смотрится это очень круто… Взрыв оказался существенно ослаблен. Надеюсь, никто не пострадал… Мы подбежали еще ближе… Вон там уже Вася, Анна Сергеевна, множество полицейских… Дом горит… Это поразительно… В чем-то это пламя даже можно назвать завораживающим. Огненные цветки зажигаются то тут, то там…       Внезапно я заметила высокую фигуру. Он шел по дому, не страшась огня. Он… Не обжигает его… Внезапно на него свалилась несущая стена дома… Точнее попыталась… Неизвестный просто разрубил эту балку огромным лезвием, созданным из своей руки… Кто это? И что это за сила?       Он полностью показался нам. Это молодой человек чуть старше двадцати с вьющимися седыми волосами, часть из которых спадает на его правый глаз, образуя своеобразную челку. Глаза его будто горят огнем… На лице застыла ухмылка… Одет он темно-синие джинсы и черный малиновый пиджак… Он поставил руки в боки… — Ну что же… Наверное, мне стоит поприветствовать вас, коль уж тут собралась такая компания… — нахально произнес неизвестный.       Тут же перед ним из ниоткуда появился Красный демон… У него множество подпалин на одежде… — Босс, как вы и просили… — ухмыльнулся бандит. — Да, Красный… Можешь ступать… Я сам с разберусь с этой мелочью… Давненько косточки не разминал… — ответил «босс», властным жестом руки отсылая своего приспешника.       Демон исчез также внезапно, как и появился… Мне кажется, он точно прикрывает свою силу… По крайней мере это подобие телепортации и скорость… Есть такое чувство, что он просто игрался с нами… — Кто ты? — спросил Василий…       Неизвестный рассмеялся… — Я тот, кто крайне недоволен всей этой ситуацией… Вы нанесли мне персональное оскорбление… Так дела не делаются, — босс бандитов театрально прикрыл лицо рукой… — Это «Биобог» Чиканов. Глава криминального синдиката. Научник девятого уровня. Будьте крайне осторожны. Помощь уже в пути, — коротко сказала по связи Анна Сергеевна. — Вот только успеет ли ваша помощь? — в один момент Чиканов оказался прямо перед Анной Сергеевной!       Он пнул ее с такой силой, что она впечаталась в стену от его удара! Он очень быстр… Ухожу в невидимость. — Мелочи права использовать трюки не давали, — послышался голос уже у меня над ухом…       Глухой удар… Как же больно… Все тело болит... Темнота… Наступает темнота…

***