Семья Крови. Часть 2

      Марта, Джоан, Джон и Шляпник бежали по проселочной дороге, и остановились на мгновение, чтобы попытаться сориентироваться. Джон все еще был расстроен тем, что его называют Доктором, но Шляпнику удалось немного его успокоить.       «Сюда», — позвала их Джоан, — «Думаю, я знаю, где мы можем спрятаться».       «Нам нужно продолжать идти», — нахмурился Джон, качая головой.       «Просто послушайте меня хоть раз», - пристально посмотрела на него Джоан, слегка вздрогнув, Марта и Шляпник обменялись взглядами, - «Идите за мной», - она взяла себя в руки и повела их в другую сторону. Вскоре они дошли до небольшого деревенского дома, - «Мы на месте. Он должен пустовать», — она тяжело дышала, Шляпник обеспокоенно посмотрела на нее, — «О, давно я так не бегала».       Шляпник глубоко вздохнула и улыбнулась, - «О, как хорошо ходить без этого дурацкого корсета. Мне не приходилось носить его со времен Войны Времени, не говоря уже о всей моей жизни до ухода с Галлифрея».       «Я думаю, ты упускаешь суть, Шляпник», — вмешалась Марта, бросая на нее удивленный взгляд, — «Кто здесь живет?»       «Если я права, то никто», — ответила Джоан, заходя в дом, а остальные последовали за ней. Она оглядела маленькую кухню, на столе все еще стоял чайный сервиз, - «Эй?», - крикнула она, - «Никого. Здесь мы должны быть в безопасности».       «Но чей это дом?», — спросила Марта, Шляпник выдвинула из-за стола стул и села.       «Эм, семьи Картрайт», - ответила Джоан, - «Эта маленькая девочка в школе… это Люси Картрайт, или она приняла форму Люси Картрайт. Если она пришла домой сегодня днём и если родители попытались ее остановить, то они исчезли».       Шляпник вздохнула, наклонившись вперед и положила руку на чайник, - «Холодный», - она взглянула на остальных, - «Бедные родители, по себе знаю, что сделала бы что угодно, если бы подобное случилось с моими детьми. Любой родитель поступил бы так же».       «У тебя есть дети?», - ахнула Джоан, глядя на Леди Времени.       «Да, у меня было четверо детей», — кивнул Шляпник, глядя вниз, — «Давным-давно. Но однажды мать — навсегда мать».       Джон тяжело опустился рядом со Шляпником; к счастью, он не слышал ни слова о том, что Шляпник была матерью, - «Я должен пойти к ним, прежде чем кто-нибудь еще умрет».       «Ты не можешь, Джон, извини», - покачала головой Шляпник, обняв его, - «Это то, чего они от тебя хотят. Войдя туда, ты просто попадешь в ловушку».       Джоан посмотрела на Марту, - «Марта, должно быть, мы можем что-то сделать».       «Не без часов», — вздохнула Марта, печально покачав головой.       «Ты компаньон этого Доктора!», - огрызнулся Джон, глядя на Марту, - «Ты не можешь помочь? Что именно ты для него делаешь? Зачем ты ему нужна?»       «Достаточно!», - Шляпник внезапно встала, указывая на Джона, - «Больше никаких криков, никаких обвинений, хватит…», - она неопределённо махнула рукой перед собой, - «Всего этого. Марта — спутница Доктора, а я его лучший друг, и мы пытаемся помочь тебе, Джон Смит».       Джон открыл рот, но его прервал стук в дверь. Все обернулись на стук.       «А что, если это они?», — с испуганным видом спросила Джоан.       «Нет, если бы это были они, мы бы уже это поняли», — покачала головой Шляпник. Она и Марта подошли к двери и, открыв ее, увидели стоящего там Латимера, - «Тимоти Латимер», — моргнула она, выглядя слегка удивленной.       «Я принес это», - Тим протянул руку, показывая часы Доктора.       «Шляпник, Марта…», - шептали им часы.       Шляпник улыбнулась, осторожно забрала часы у Тима и передала их Марте, которая вернулась на кухню, протягивая часы Джону, - «Возьми».       «Не буду», — покачал головой Джон, пятясь назад.       «Пожалуйста, просто возьми их», - Марта попыталась еще раз.       «Они велели мне найти Вас», — сказал Тим Джону, — «Они хотят, чтобы их взяли».       «Все это время часы были у тебя?», - спросила Джоан, глядя на Тима, - «Почему ты их не вернул?»       «Потому что они ждали», - вздохнул Тим, взглянув на Шляпника, которая кивнула, одарив мальчика улыбкой, - «И потому что я боялся Доктора».       «Почему?», - нахмурилась Джоан, выглядя смущенной, в то время как Марта, Тимоти и Шляпник обменялись улыбками.       «Потому что… я видел его», - Тим снова посмотрел на медсестру, пытаясь подобрать правильные слова, - «Он… как огонь и лед и ярость. Он подобен ночи и сердцу солнца».       «Прекрати», — прошептал Джон, отступая назад.       «Он древний и вечный», - продолжил Тим, игнорируя Джона, - «Он горит в самом центре времени и может видеть вращение Вселенной».       «Прекрати! Я сказал, прекрати!»       «И он замечательный», — закончил Тим.       «О, он намного больше, чем просто замечательный», — мягко улыбнулась Шляпник, — «Мой лучший друг».       «У меня есть это», - Джоан вытащила из кармана дневник Джона, - «Дневник».       Джон взглянул на нее, покачав головой, - «Это всего лишь истории».       «Теперь мы знаем, что это неправда», — вздохнула Джоан, покачав головой и взглянув на Шляпника, — «Возможно, здесь что-то есть…».       Внезапно снаружи раздался взрыв, и они бросились к окну, - «Какого черта?», - ахнула Марта, наблюдая, как метеориты падали на деревню.       «Они разрушают деревню», — мрачно выглядя вздохнула Шляпник, откинувшись на стуле, - «Они пытаются напугать нас с Джоном. Они знают, что мы не сможем стоять в стороне и смотреть, как они убивают все больше людей».       «Часы…», — тихо сказал Джон, поднимая их.       «Подойди ближе …», — прошептали часы.       «Вы слышите это?», – спросил Тим у Джона, глядя на него.       «Ближе», — звали они, - «Ближе».       «Он словно спит», — пробормотал Джон, глядя на часы в своих руках и прислушиваясь, — «Ждет пробуждения».       «Почему они заговорили со мной?», — спросил Тим.       Шляпник открыла было рот, чтобы объяснить, но ее прервали, — «Телепатическое поле низкого уровня», — объяснил Джон, говоря словами Доктора, — «Ты родился с такой. Просто дополнительная синаптическая инграмма, вызванная…», — он глубоко вдохнул, выглядя испуганным, его голос надломился, пока он говорил, - «Он так разговаривает?»       «Это он!», - ухмыльнулась Марта, выглядя взволнованной, когда Шляпник вышла вперед, обняв Джона, - «Все, что тебе нужно сделать, это открыть их, и он вернется».       Джон пристально посмотрел на нее, покачав головой, переводя взгляд с Шляпника на Марту, - «Ты знала это с самого начала, и все же ты… ты наблюдала, как я выставлял себя дураком…»       «Я не знала, как тебя остановить», - Марта шагнула вперед, Шляпник опустила взгляд, отходя от Джона, - «Он дал мне список вещей, на которые следует обратить внимание, но об этом не было ничего сказано».       «Любовь?», - ахнул Джон, глядя на девушек, встревоженный тем, что ему сказали, - «Ему не приходило это в голову?»       «Нет», — покачала головой Марта, — «Потому что он уже безумно влюблен в Шляпника».       «Марта», — Шляпник кинула на нее резкий взгляд, — «Я уже говорила тебе, что не поверю этому, пока Доктор сам мне это не скажет».       «Шляпник, я видела, как он на тебя смотрит», — возразила Марта, — «Когда ты входишь в комнату, он словно светиться. Когда вы смеетесь и шутите друг с другом, он выглядит счастливее, чем я когда-либо его видела. Если это не любовь, то я не знаю, чем это может быть».       «А я говорю, что ты прочитала слишком много любовных романов», — слегка улыбнулась Шляпник, но это длилось недолго.       «Он подарил мне свою любовь, и теперь…», - Джон покачал головой, почти на грани срыва, - «Теперь… просто ждет, что я умру?»       Шляпник опустила взгляд, когда снаружи раздался еще один взрыв.       «Это должно было закончиться!», - попыталась объяснить Марта, - «Доктор сказал, что продолжительность жизни Семьи ограничена. Вот почему им нужен Повелитель Времени. Иначе, они погибнуть через три месяца. Как мухи-однодневки».       «Значит, вашей задачей было казнить меня?», - ахнул Джон, глядя между Мартой и Шляпником.       Шляпник покачала головой, подняв голову, - «Я должна была дождаться возвращения Доктора, оставаться в Лондоне и ждать появление синей будки. Затем мы бы продолжили путешествовать по Вселенной, спасая жизни и планеты».       Снаружи раздался еще один взрыв, на этот раз громче остальных.       «Там умирают люди!», - закричала в отчаянии Марта, - «Он нужен им… нужен нам», — она указала на себя и Шляпника, — «Потому что ты понятия не имеешь, какой он. Я только что встретила его. Только познакомилась с ними обоими. Это случилось недавно, но он — все…»       «Он для нас все», — вмешалась Шляпник, пристально глядя Джону в глаза, — «Я знаю этого сумасшедшего, безумного человека с двадцати лет. Он показал мне, что жизнь — это нечто большее, чем книги, нечто большее, чем слова других о том, как нужно жить и что делать. Он был рядом со мной, когда я думала, что не больше не могу двигаться вперед. Я видела лучшее и худшее в этом человеке, а он видел все худшее и лучшее во мне. Я всегда любила его. И я была такой идиоткой, что не поняла этого раньше. Я очень надеюсь, что он этого не запомнит, зная мою удачу, он запомнит», — вздохнула она, глядя Джону в глаза, — «И я люблю тебя за тебя, понимаешь насколько это все запутанно и сложно?»       Дом внезапно вздрогнул, когда неподалеку прогремел еще один взрыв.       «Оно приближается», - Тим посмотрел на окно, выглядя потрясенным.       «Я должен был подумать об этом раньше», — внезапно сказал Джон, глядя на часы, — «Я могу дать им это. Только часы. Тогда они смогут уйти, а я смогу остаться таким, какой я есть!»       «Ты не можешь, Джон», - покачала головой Шляпник, печаль убивала ее изнутри, - «Мне очень жаль, но ты просто не можешь».       «Если им нужен Доктор, они могут его получить».       «Он никогда не позволит тебе этого сделать», - Марта покачала головой.       «Если они получат то, что хотят, тогда… тогда…»       «Тогда все закончится разрушением», - тихо сказала Шляпник, но ее все равно услышали, Джоан подняла взгляд, перестав пролистывать дневник Джона, - «Потому что Семья будет жить вечно, Джон. Размножаться и воевать. Межзвездные войны… для каждого ребенка», - она ​​подошла ближе к Джону, взглянув на Марту и смахнув слезы, заметив, что он делает то же самое, – «Марта, пожалуйста, выведи Тимоти и Джоан на улицу, чтобы мы с Джоном могли поговорить наедине. Пожалуйста».       «Да, конечно», — кивнула Марта, выведя Джоан и Тима наружу и мгновением позже закрыв за ними дверь. Шляпник бросилась вперед и крепко обняла Джона, когда тот сломался, рыдая ей в шею. Вскоре Шляпник тоже начала плакать.              

…

      Джон и Шляпник сидели рядом перед камином; Джон смотрел на часы в своих руках.       «Мне хотелось бы сделать это для тебя, Джон», — тихо сказала Шляпник, наблюдая за ним, — «К сожалению, мы в одной лодке. Я нужна Семье также, как и ты. Иногда быть Леди Времени действительно того не стоит».       «Ты сказала, что была человеком в течение пяти лет», — сказал Джон так, будто его голос вот-вот сломается, глядя на нее, — «Ты могла бы снова стать им. Мы смогли бы быть вместе, людьми».       «Мне бы хотелось, чтобы все было так просто», — вздохнула она, глядя вниз, — «Но это не так. У Повелителя Времени много обязанностей, Джон, но самая важная из них — защита Вселенной. Кроме того, став человеком я забуду все. Я забуду свою семью, своих детей, Джон. Я люблю тебя, но я не могу сделать этого, не с воспоминаниями о них».       Шляпник протянула руку и накрыла ею часы, перед их глазами пролетели ведения той жизни, где Шляпник была человеком. Слезы начали катиться по ее лицу, когда она видела сцены их свадьбы, рождения первенца, прогулки по парку с тремя детьми, совместном старении и, наконец, совместной мирной смерти.       «Ты это видела?», - ахнул Джон, глядя на нее.       «У Повелителя Времени бывают такие приключения», — улыбнулась Шляпник, вытирая слезу и тяжело сглатывая, — «Но у нас никогда не будет этого, дорогой. Как бы сильно я ни желала иного».       «И все же я мог бы», — Джон снова посмотрел на часы, выглядя разбитым.       «Слова говорят многое», — сказала Шляпник через мгновение, заставив Джона посмотреть на нее, — «Но действия говорят о большем. Ты видел жизнь, которая могла быть у нас, почему бы мне не показать тебе жизнь Доктора через мои воспоминания?»       «Что ты имеешь в виду?», - моргнул Джон, выглядя растерянным.       «Повелители Времени обладают телепатией», — объяснила она, слегка улыбаясь, — «Мы можем мысленно разговаривать друг с другом. Также, мы можем использовать эти способности на людях. Это намного сложнее, но мне повезло родиться с более высоким уровнем телепатических способностей, ладно, может, и не повезло. В любом случае, я могу показать тебе некоторые свои воспоминания о Докторе, и возможно, это поможет».       Джон на мгновение задумался, - «Что… что мне надо будет делать?»       «Не волнуйся, я бы не делала этого, если бы это принесло тебе какой-то вред», - она ​​успокаивающе улыбнулась ему, - «Я просто положу пальцы тебе на виски. Я хочу, чтобы ты очистил свой разум и постарался не думать. Я проведу тебя через несколько воспоминаний. Мы будем видеть все от третьего лица, так, если бы мы были призраками. Нас никто не увидит, но мы будем видеть все».       «Хорошо», — выдохнул Джон, кивнув.       Шляпник осторожно положила два пальца на виски, закрыла глаза и сосредоточилась, - «Дыши глубоко, Джон. Просто сосредоточься на моем голосе».       Джон сделал, как ему сказали, закрыл глаза и заставил себя очистить разум.              «Тетя Шляпник, пожалуйста, пойдём с нами», — умоляла юная Сьюзан, стоя рядом с тем, что впоследствии стало ТАРДИС Доктора. Он и Сьюзен собирались уходить, и Шляпник пришла их проводить.       Шляпник, теперь намного старше, с сединой в черных волосах и морщинами вокруг глаз, улыбнулась, наклонившись, - «Ну-ну, Сьюзан, моя дорогая. Твой дедушка собирается показать тебе некоторые удивительные вещи, тебе не стоит тратить свое время, беспокоясь о моих проблемах».       «Проблемы?», - обе Леди Времени обернулись и увидели приближающегося к ним Доктора. Подойдя к ним, он остановился. Он тоже выглядел старше; с седыми волосами и морщинами, - «Дорогая, Шляпник, что тебя может беспокоить?»       «Просто…», - она замолчала, прежде чем ей в голову пришла идея, - «О, я просто работала над чем-то, что довело меня до предела моих возможностей, но не волнуйся. Немного времени пройдет до того, как я закончу».       Доктор кивнул, очень хорошо понимая, как много она работала, - «Сьюзан, дитя, подожди меня внутри», - они проследили, как Сьюзен вошла в ТАРДИС, прежде чем посмотреть друг на друга, - «Пожалуйста, пойдем с нами, Шляпник».       «Я не могу, Доктор», — вздохнула она, глядя вниз, неосознанно потирая руку, где под рукавом платья начал образовываться большой синяк, — «У меня есть дела, которые я должна закончить, прежде чем смогу уйти. Мои дети еще учатся в школе и, в отличие от тебя, я все еще в браке».       «Хм», — кивнул он, не выглядя слишком довольным, когда она упомянула о своем муже, но не прокомментировал это, — «Нам лучше идти, моя дорогая, иначе кто-нибудь может поднять тревогу».       «Я желаю тебе всей удачи во Вселенной, Доктор», — улыбнулась Шляпник, приподнявшись на цыпочках, чтобы поцеловать его в щеку, — «И позаботься об этой девушке, она очень любопытная, с другой стороны, я была такой же в ее годы», - она ​​на мгновение замолчала, сняла со своей шеи серебряный кулон и надела его на шею Доктора, спрятав его под жилет, - «Береги его. Пока он у тебя, я всегда буду с тобой».       «Спасибо», - кивнул он ей, поцеловав ее в щеку, прежде чем последовать за внучкой, закрыв за собой дверь. Мгновение спустя послышался шум и свист, и ТАРДИС дематериализовалась.       «Не забудь выключить тормоза!», - крикнула Шляпник, слегка рассмеявшись, прежде чем повернуться и пойти обратно к главному городу.       Воспоминание оборвалось и сменилось другим.       Доктор и Шляпник работали внутри ТАРДИС в штаб-квартире Unite, напевая, - «I don’t want to set the world in fire!», - внезапно раздался громкий взрыв, и дверь ТАРДИС распахнулась, из нее начал валить дым, а Шляпник выбежала, кашляя.       «Я говорила тебе не трогать», — кашлянула она, сгорбившись. У нее были черные волосы с челкой, карие глаза, одета она была в черно-белую рубашку, черные классические брюки, черные балетки и черную шляпу в стиле Робин Гуда с перьями по бокам.       Мгновение спустя следом вышел Доктор, кашляя, и подошел к одному из лабораторных рабочих, держа в руках механизм дематериализации. Он поместил устройство на трехногое оборудование, напевая с закрытым ртом, - «Ну-ну, Шляпник», - он улыбнулся ей, - «Иди сюда и помоги мне».       Шляпник вздохнула, присоединившись к нему, - «Я помогу тебе, если ты перестанешь мычать. Терпеть не могу мычание. Я умею петь, мне даже нравится напевать, но мычание и насвистывание меня просто раздражает».       «В прошлом теле тебе нравилось мычать и насвистывать», — заметил он.       «А ты раньше играл на блокфлейте, все меняется, дорогой Доктор».       В дверь постучали, - «Не сегодня, спасибо», — ответил Доктор, не поднимая глаз.       Шляпник подняла взгляд и заметила, как вошла молодая женщина со светлыми волосами с файлом в руке, - «Привет», - сказала она ​​ей, прежде чем вернуться к помощи Доктору.       «Доктор, Шляпник, я, э…», — начала девушка.       «Я сказал, что не сегодня, спасибо», — снова ответил Доктора.       «Мисс Грант, не так ли?», — спросила Шляпник, но прежде чем она успела сказать что-то еще, Доктор включил устройство, и оно зашипело, создав еще больше дыма, заставив обоих Повелителей Времени закашляться.       «Нет, нет», — простонал Доктор, кашляя.       «Ты не умеешь ждать», — закатила слезящиеся глаза Шляпник, отворачиваясь и кашляя.       Мисс Грант схватила огнетушитель и распылила его на устройстве, - «О, нет!», - громко крикнули оба Повелителя Времени.       «Все в порядке», — сказала им мисс Грант, неправильно поняв их крик, — «Я с этим разобралась».       «Разобралась с этим?», - сокрушился Доктор, глядя на девушку, - «Ты все испортила!»       «Доктор, успокойся», - вздохнула Шляпник, - «Это не ее вина. Мы должны были ей объяснить».       «Три месяца детальной работы, а теперь посмотри на это», - он взял устройство и осмотрел его, прежде чем пристально посмотреть на мисс Грант, - «Ты просто…»       «Достаточно!», — крикнула Шляпник, прикрывая рот Доктора, прежде чем он успел закончить, и повернулась к мисс Грант, которая выглядела крайне смущенной, - «Позвольте мне объяснить, мисс Грант…».       Воспоминание снова сменилось.       Доктор провел тряпкой по консоли ТАРДИС, остановившись на мгновение, чтобы протереть это же место, прилагая больше усилий, в то время как Шляпник прислонилась к стене, наблюдая за ним. Она была одета в синие джинсы, ярко-оранжевую рубашку с рюшами, оранжевую шляпу, конверсы, ее волосы были блондинистые, а глаза ярко-голубые.       Вошла Тиган, одетая в красное клетчатое платье и красные туфли на каблуках, — «Закончил?», — спросила она Доктора.       «Да», — улыбнулся он, взглянув на нее, — «И это выглядит превосходно, не правда ли?»       «Ну, если сам этого не скажешь», — улыбнулась Шляпник, подходя к нему.       «Очень смешно, Шляпник», — Доктор покачал головой, но не смог сдержать улыбки.       «Но будет ли ТАРДИС работать правильно?», — спросил Тиган, глядя на консоль.       «Конечно, когда все обкатается».       «Доктор, это ТАРДИС Тип 40», — вмешалась Шляпник, выглядя удивленной, — «Я не думаю, что ты сможешь еще больше ее «обкатать», как ты выразился».       «Не слушай ее, старушка», — Доктор похлопал по консоли, — «Она просто расстроена, потому что ее ТАРДИС не ремонтировали».       Шляпник покачала головой, - «Да, я признаю, что скучаю по своей ТАРДИС, но я не расстроена, вообще-то, мне нравится путешествовать с тобой, это отвлекает меня от…», - она замолчала, болезненно закрывая глаза, стараясь не думать об Эйприл Джонс, Кэти Харрисон и Майкле Эндрю, своих последних товарищах.       Тиган откашлялась, видя, как расстроенно выглядела Леди Времени, — «Разве ты не все починил?»       «Ну», — Доктор заставил себя отвести взгляд от Шляпника, чувствуя себя немного виноватым за то, что дразнил ее, — «ТАРДИС — это больше, чем машина, Тиган. Она как человек. Ее нужно уговаривать, убеждать, поощрять».       Тиган скрестила руки на груди, - «Ты имел в виду, что это ненадежно».       Шляпник засмеялась, когда Доктор указал пальцем на своего компаньона, - «У тебя мало веры, Тиган».       «Ты винишь меня?»       «Нет», — улыбнулась Шляпник девушке, — «На самом деле я склона с тобой согласиться».       После того, как все воспоминания закончились, Джон обнаружил, что смотрит на Шляпника, выглядя слегка ошеломленным, когда она резко открыла глаза, улыбнувшись ему, слегка отодвинувшись назад и убрав пальцы от его висков.       «Ты видел?», — мягко спросила она, — «Теперь ты понимаешь, почему все хотят, чтобы Доктор вернулся?»       «Он…», - Джон покачал головой, - «Марта была права, он действительно очень заботится о тебе».       Шляпник моргнула, не ожидая этого, — «Возможно».       «Нет, он любит», — сказал Джон чуть более решительно, снова застав Шляпника врасплох, - «Я видел, как он заботился о тебе, когда умерли твои дети. Как он сидел у твоей кровати каждую ночь, будя тебя, когда тебе снились кошмары. Он относился к тебе так же, как и я, и именно поэтому я знаю, что он любит тебя».       «Или, может быть, это именно то, что делают лучшие друзья», — пожала плечами Шляпник, вздыхая, — «Но дело не во мне, а в тебе. Я не буду заставлять тебя делать это, Джон. Мне это очень важно. Все, о чем я прошу тебя, так это подумать о том, что я показала тебя, подумать о том, что Доктор значит для стольких людей во Вселенной».       Джон довольно долго все обдумывал, прежде чем встретиться взглядом со Шляпником, - «Я решил…»              

…

      «Мы сотрем их в порошок, затем переплавим их в стекло и снова разобьем на кусочки!», — радостно кричал Бейнс, стоя на своем корабле вместе с остальными членами Семьи и наблюдая за всеми их разрушениями на экране. Позади них послышался легкий металлический звон, Семья обернулась и увидела Джона, рыдающего и несущего на руках безвольное тело Шляпника.       «Просто…», - Джон неуклюже упал на бок, крепко прижимая девушку к груди и нажимая кнопки на стене, - «Просто прекратите бомбардировку. Это все, чего я прошу. Я сделаю все, что вы захотите, просто прекратите это».       «Скажи «пожалуйста»», — приказал Бейнс, глядя на мужчину.       «Пожалуйста».       Дженни и Бейнс повернули переключатель на стене, заставив корабль прекратить стрельбу, - «Подожди минутку…», - Дженни глубоко вздохнула, - «Все еще человек», - она ​​нахмурилась, глядя на Шляпника, - «И она тоже».       Бейнс, Люси и Кларк глубоко вздохнули, - «Невозможно», — прорычал Бейнс, — «Я не чувствую на ней и следа Леди Времени. Объясни!», — крикнул он Джону, который ахнул и съежился.       «Она… она пыталась помешать мне прийти сюда», — выдохнул он, почти скуля от страха, он осторожно положил Шляпника на пол, наклонив ее голову в сторону, чтобы показать кровь, много крови, - «Я…», - он заплакал, - «Умолял ее пошевелиться, но она не пришла в себя, даже после того, как она сказала, что не будет меня заставлять. Я толкнул ее и…и…», -он ахнул, - «Она ударилась головой об угол каменной стены. Матрона… она сказала, что Шляпник умерла мгновенно… и ничем не может помочь».       Джон полностью сломался, а Дженни оттолкнула его со своего пути, подошла к телу и просканировала его, - «Он прав», - она кивнула, глядя на Джона, прежде чем встать и присоединиться к своей Семье, - «Сканирование не обнаружило никаких сердечных сокращений. Или каких-либо других признаков жизни. Она точно мертва».       Бейнс покачал головой, - «Неважно, нам нужен только один Повелитель Времени, чтобы стать бессмертными».       Джон сумел взять себя в руки, - «Я не понимаю», - он глубоко вздохнул и продолжил, - «Я не могу притворяться, что понимаю хоть что-то, но я хочу, чтобы вы знали, что я невиновен во всем этом. Он сделал меня Джоном Смитом. Мне это не подвластно…», — он протянул руку и нажал несколько кнопок, возясь с ними.       «Он сделал себя не просто человеком, он сделал себя идиотом», — заметила Дженни, глядя на Джона с легким отвращением.       «Одно и тоже, не так ли?», - Бейнс ухмыльнулся, наблюдая за Джоном.       «Меня не волнует этот Доктор и ваша Семья», — сказал Джон, шагнув к ним, — «Я просто хочу, чтобы вы ушли. Итак, я сделал свой выбор», — он протянул часы, — «Вы можете забрать его. Просто заберите его, пожалуйста!»       «Наконец-то», - Бейнс взял часы, осматривая их, прежде чем схватить Джона за лацкан свободной рукой, - «Не думай, что это спасло тебе жизнь…», - он толкнул Джона в стену, заставив его нажать еще несколько кнопок, а после повернулся обратно к Семье, - «Семья моя, теперь мы обретем жизнь Повелителя Времени!», - он открыл часы, каждый сделал глубокий вдох…       «Пусто!», - он закрыл часы и повернулся к Джону.       «Куда он делся?», - ахнул Джон.       «Это ты ответь», — Бейнс швырнул часы, и они были подхвачены в воздухе.       «Ты правда думал, что я умру просто, ударившись головой?», — спросила Шляпник, садясь, как ни в чем не бывало, дыша немного глубже, чем обычно. Доктор схватил ее за руку и потянул вверх, ухмыляясь, - «Я разочарована».       «Как…», — начала Дженни, но Шляпник прервала ее.       «У меня в карманах всегда есть что-нибудь полезное, и угадай что?», - Шляпник усмехнулась, вытаскивая из кармана белую коробочку, - «Так уж получилось, что у меня есть набор для макияжа. Я сама не пользуюсь косметикой, но никогда не знаешь, когда она может пригодиться. Достаточно простой способ сделать фальшивую кровь. Не говоря уже о фальшивой ране. Если бы вы проверили, то заметили бы обман. А что на счет остановки дыхания и моих сердец, то я просто задержала дыхание и это замедлило мой пульс настолько, чтобы прибор не обнаружил показателей жизни. А потом Доктор просто скормил вам историю о моей смерти», - она ​​посмотрела на него, улыбаясь, – «Кстати, хорошая работа».       «Спасибо», — ухмыльнулся он, снова повернувшись к Семье, — «Что касается запаха Повелителя Времени, то это просто обман обоняния. Немного похоже на чревовещание носа. Это элементарный трюк в некоторых галактики. Но должен сказать…», — он вытащил очки и надел их, — «Мне не нравится вид этого гидроконметра, Шляпник?»       «Да», — кивнула Шляпник, оглядываясь по сторонам, — «Похоже, у вас огромная утечка энергии, которая вытекает через рестабилизаторы, в главный конвектор…»       «Ах…», — прошипел Доктор сквозь зубы, — «Потому что вам не следовало позволять мне нажимать все эти кнопки. Так что позвольте нам дать вам один совет… бегите», — он схватил Шляпника за руку и выбежал, когда начал мигать красный свет и зазвучали сирены.       «Бежим!», - Бейнс крикнул, преследуя их, - «Бежим!»       Семья выбежала из корабля в поле, а Доктор и Шляпник бежали впереди, как вдруг корабль взорвался, сбив их всех на землю. Когда Семья подняла глаза, Доктор и Шляпник стояли над ними, смотря на них сверху вниз.              

…

             «Я пыталась их предупредить», — вздохнула Шляпник, прислонившись к консоли ТАРДИС после того, как рассказала Марте все о том, что она и Доктор сделали с Семьей, пока они ждали его возвращения после разговора с Джоан. Заковали Отца нерушимыми цепями, вынудили Мать смотреть на вечно взрывающуюся галактику, заточив в ней, заключили Сестру внутри вечного зеркала и подвесили Брата во времени, чтобы тот присматривал за полями, как пугало.       «Что?», - моргнула Марта, - «После того, как они убили столько людей на твоих глазах, ты все равно дала им возможность уйти?»       «Я должна была, Марта», — сказала Шляпник, — «Я должна была дать им шанс остановиться, и очень плохо, что никто никогда не принимает это предложение. Однажды такое случится».       «Вот и все», - девушки посмотрели на Доктора, когда он подошел к ним, - «Molto Bene!»       «Как она?», — спросила Шляпник, имея в виду Джоан.       «Нам пора», — ответил он, заставив Шляпника вздохнуть, снова чувствуя себя виноватой.       «Если хочешь», — заговорила Марта, — «Я могла бы пойти и…»       «Нам пора».       «Бедная Джоан», - вздохнула Шляпник, заставляя остальных посмотреть на нее, - «Я очень надеюсь, что она сможет найти себе хорошего мужчину. Она этого заслуживает».       «Что ты имеешь в виду?», — спросила Марта.       «Ее муж погиб на войне», - печально ответила Шляпник, и Доктор, и Марта удивленно моргнули, - «Ой, да ладно, я разговаривала с ней ранее, и она мне все рассказала, я тоже пыталась уговорить ее пойти с нами, но она отказалась».       «Итак, вот мы и здесь», — сказала Марта после короткой паузы.       «Ага», — кивнул Доктор, взглянув на них обоих с улыбкой, — «И я так и не сказал спасибо за заботу обо мне», — он крепко обнял их обоих, заставив Шляпника рассмеяться.       «Доктор, Шляпник, Марта!», — окликнул их Тимоти, заставив троицу отстраниться друг от друга, и подбежал к ним.       «Тимми-Тимоти-Тим», - ухмыльнулся Доктор, глядя на мальчика.       «Или, как сказали бы некоторые», - вмешалась Шляпник, удивлённо взглянув на Доктора, - «Тимоти».       «Я просто хотел попрощаться», — сказал им Тим, — «И поблагодарить вас, потому что я видел будущее и теперь знаю, что нужно делать. Она приближается, не так ли? Самая большая война в истории».       «Тебе не обязательно драться», — серьезно сказала ему Шляпник, — «На самом деле, я бы категорически не советовала этого делать».       «Думаю, да», - покачал головой Тим.       «Ты можешь пострадать», — сказала Марта.       «Ну, Вы тоже можете, путешествуя с ним», - Тим кивнул Доктору, взглянув на Шляпника, - «И Вы, но это Вас не остановит».       «Тим», — сказал Доктор, — «Для меня будет честью, если ты возьмешь это», — он бросил ему карманные часы.       «Я ничего не слышу», — сказал Тим, поймав их.       «Нет, ведь сейчас это просто часы», - улыбнулась Шляпник, - «Но держи их при себе, на удачу», - она шагнула вперед и обняла мальчика, поцеловав в его щеку, прежде чем отступить, - «Будь осторожен, Тимоти. Я ожидаю от тебя многого», - она ​​подмигнула, - «Но без давления».       Тим засмеялся, когда настала очередь Марты обнять его, - «Береги себя», - поцеловав его в щеку, она последовала за Шляпником в ТАРДИС.       «Тебе понравится», — кивнул ему Доктор, ухмыляясь, прежде чем войти внутрь.       Мгновение спустя ТАРДИС дематериализовалась, Тим наблюдал за этим, улыбаясь, прежде чем пойти обратно в школу.              

…

      Доктор, Шляпник и Марта стояли в стороне, наблюдая за церемонией Дня памяти павших. В стороне стояла женщина-викарий и читала группе мужчин, один из них сидел в инвалидной коляске, держа в руках старые карманные часы, привлекая их внимание. Шляпник не могла не улыбнуться, заметив, сколько у него медалей.       «…они не гуляют, как прежде, с друзьями; они за знакомым столом не сидят; они нам на помощь в труде не приходят; они на чужой стороне крепко спят. Под песни они, молодые и статные, в бой шли со взглядом горящим огнем; сломить не могли их невзгоды при жизни…»       Тим повернул голову и увидел, что они стоят там, Шляпник подмигнула ему, бумажный мак был прикреплен к ее шляпе, а Марта прикрепила один такой к отвороту Доктора. Тим улыбнулся им, кивнув, прежде чем снова повернуться к викарию.       «…И пали, к врагу, они, стоя лицом. Они не состарятся, как суждено нам; не смогут уже измотать их года. Ложась ночью спать, иль с утра просыпаясь, мы знаем, что будем их помнить всегда».       Тим опустил взгляд, посмотрев на часы в своих руках и сморгнул слезы, вспоминая своих павших друзей.       

…

             «Ты знала?», — спросила Марта, глядя на Леди Времени, которая, прислонившись к консоли ТАРДИС, говоря о Тимоти.       «Знала ли я что, Марта Джонс?», — спросила Шляпник, мило улыбаясь, когда Доктор встал рядом с ней, — «Боюсь, я понятия не имею, о чем ты говоришь, но я бы солгала, если бы сказала, что не нахожу это забавным».       «Знала ли ты, что Тимоти станет героем войны?», - еще раз спросила Марта.       «Может быть», - она пожала плечами, ухмыляясь раздраженному выражению лица Марты, -«Хорошо. Я признаю, что я кое-что знала», - Марта подняла брови, - «Ладно, может быть, много. Я не виновата, что я люблю читать человеческие газеты и ​​случайно наткнулась на статью о Тимоти Латимере. Кроме того, я никогда не думала, что стану человеком. Я бы не стала это читать».       «Прекрасно, она это признает», - покачала головой Марта, - «Я иду спать, спокойной ночи», - она ​​вышла из консольной, прежде чем Шляпник успела что-то сказать.       «Мне так нравилось дразнить тебя, Марта», — заметила Шляпник, а после нахмурилась, глядя на Доктора, — «С тобой все в порядке? Ты ведешь себя очень тихо. Мне стоит волноваться?»       «Хм?», - он моргнул и поднял глаза, - «Что с Мартой?»       «Она пошла спать», - пожала плечами Шляпник, обеспокоенно глядя на него, - «Доктор, ты действительно начинаешь меня беспокоить».       «Я нашел это», — он вытащил из кармана портрет Шляпника, который нарисовал Джон Смит, — «Я мало что мог вспомнить, пока не нашел это…».       «И это разбудило твои воспоминания», — закончила она, во рту внезапно пересохло, — «Сколько… сколько ты помнишь?»       «Все», — сказал он, глядя на нее.       «Ты уверен?»       Доктор кивнул, - «Ты… ты говорила правду, когда сказала то… то, что любишь меня?»       Глаза Шляпника расширились, и она отвернулась, обойдя консоль, но он последовал за ней, - «Я не понимаю, о чем ты говоришь, Доктор».       «Шляпник», — сказал он, схватив ее за руки и повернув к себе лицом, — «Мне нужно знать. Пожалуйста, это действительно так?»       Шляпник попыталась отвести взгляд, но не смогла, - «Ты никогда не должен был знать», - тихо сказала она, - «Я даже не осознавала этого, пока Марта обманом не заставила меня признаться».       «Так это правда?», — спросил Доктор, стараясь не звучать так обнадеживающе, как на самом деле. Его сердца бешено бились в груди.       «Да», — сказала она так тихо, что Доктор почти не услышал ее слов, — «Думаю, я любила тебя гораздо дольше, чем сама осознавала. Я имею в виду, у меня всегда были к тебе какие-то чувства в школе; Я знала, что никогда ничего не смогу с этим поделать. Меня уже пообещали другому, и я знала, что моя семья никогда не нарушит это обещание. Кроме того, мне не хотелось разрушать нашу дружбу, сейчас для этого слишком поздно».       «Но что, если бы я чувствовал то же самое?», — спросил Доктор, тяжело сглотнув, Шляпник посмотрела на него. Он мечтал об этом моменте на протяжении веков, обдумывал все, что скажет.       «Не надо шуток, Доктор», — вздохнула она, глядя вниз, — «Я не совсем в настроении шутить».       «Я не шучу, я никогда не смог бы шутить о чем-то подобном», - он покачал головой, нежно положив палец ей под подбородок, поднимая ее лицо, - «Я люблю тебя больше всего во Вселенной, всегда любил. Я планировал рассказать тебе на твоем выпускном балу… но ты сказала мне о планах твоих родителей на счет брака. И я знал, что никак не смогу помешать им, твой отец уже предупредил меня, а мне не нужны были новые причины для их ненависти ко мне. Если бы я признался тебе, мы бы никогда больше не увиделись».       Шляпник удивленно моргнула, глядя на него, - «Мне всегда было интересно, почему ты так расстроился, когда я рассказала тебе. Я не обращала на это внимания, думая, что ты расстроился из-за моего отказа убежать с тобой».       «Меня это расстроило», — кивнул Доктор, — «Но еще больше меня расстроил твой брак. До меня доходили слухи, что у твоего будущего мужа скверный характер, и мне была ненавистна мысль о том, что ты будешь с кем-то другим, особенно с кем-то вроде него».       «Отвратительный характер, да», - кивнула она, прежде чем покачать головой, глядя на Доктора, - «Но почему ты никогда ничего не говорил раньше?»       «Я боялся, что ты можешь не чувствовать то же самое», - признался он, они оба посмотрели друг на друга, прежде чем рассмеяться.       «Теперь в этом есть смысл», — тихо рассмеялась Шляпник, - «Мы действительно поступили глупо, не так ли? Мы были в ужасе от того, что могло произойти. Все всегда говорили мне, что у тебя есть чувства ко мне, но я отмахивалась от их слов, даже твоя жена заморачивала меня и требовала рассказать, какой была наша дружба до твоей свадьбы. Она всегда ненавидела меня, утверждала, что я солгала ей и что это я была причиной распада твоего брака. Не помогло и то, что наша тетя поддержала ее».       «Наш брак распался, потому что она была эгоистичной и ревнивой», — твердо ответил Доктор, прислоняясь лбом ко лбу Шляпника и закрывая глаза, — «Что мы будем делать дальше?»       «Ну», - задумчиво начала Шляпник, - «Мы могли бы проигнорировать все это…», - внезапно Доктор поцеловал ее, прервав. Мгновение спустя они отстранились друг от друга, - «Хорошо, тогда игнорировать это не стоит», - Доктор ухмыльнулся, выглядя чрезвычайно счастливым, - «Мы могли бы… я думаю… мы могли бы попытаться быть…», - она замолчала, прежде чем до нее дошло, - «Ах, да, у людей это называется быть парнем и девушкой, мы могли бы попробовать это…»       «Все для тебя, любовь моя», - Доктор ухмыльнулся так широко, что было больно, прежде чем чувственно поцеловать ее. Они оба были счастливее, чем когда-либо прежде.