Часть 1

«Бедный маленький заблудший цветок.» — размышлял Килби, глядя на рыдающую навзрыд принцессу садида, которая лежала рядом с покинувшим её отцом. Она сделала для него всё, что могла, всё, что было в её силах, но увы, каждому в этом мире отмерен свой срок, даже перворожденным, каким и являлся элиатроп. С одной стороны, это суровая реальность и от неё никуда не деться, с другой же, взрослая-малышка совсем потеряется в этом «огромном» мирке. Подавленная и разбитая. — Даже в смерти можно найти позитивные моменты, — появившись на балконе, чтобы не пугать принцессу тихо произнёс Килби, но приподнявшаяся Ами уже таращилась на прибывшего во все глаза, ожидая ответа на немой вопрос «И что же?!». — Это избавление от мучений, дорогая Амалия. Вместе с этими словами, в комнату ворвался поток ветра, подогнав чахлые листья. Амалия с силой закусила щеку изнутри, сгребла простынь пальцами и нехотя встала. Погода испортилась, небо затянули чёрные тучи. — Прошу, уйдите. Я сейчас не в состоянии… — Амалия, все так же стоя спиной к врагу, замолкла, прижав ладонь к трясущимся губам. — П-папочка… Самый добрый… Элиатроп не смотря на протест со стороны принцессы, подобрался ближе, обнимая её озябшие походевшие плечи. — Почему? Почему он ушел именно сейчас, когда так нужен… — не в силах сопротивляться, Амалия прижалась к татуированной груди. — Никто не выбирает, сколько ему отмеренно в этом мире. Так решил Садида, значит отец послужит лесу. — успокаивая, элиатроп медленно и тихо проговоривал каждое слово. — Даже не смотря на то, что я не долго общался с твоим отцом, он жил ради своего народа, волновался за их благополучие. И… Смахнув вновь наворачивающиеся слезы из опухвих глаз, он продолжил: — И благополучия своей дочери. — Я… не знаю что делать дальше. — убито глядя на голубоглазого призналась она. — Я… Он… С ним я была как за прочной стеной. А теперь… Арманд и Аврора. Растерянно хлопая глазами, она ждала ответа. — Любящий папочка всегда заботился о своей дочке, не огорчай его и впредь. Слезами горю не поможешь, так можно и всю вечность проплакать, а ты ведь не хочешь стать следующей заменой Огреста, а? Или же его женой? — Нет, не хочу, — окончательно утерев слезы, Амалия улыбнулась на короткий миг. И исподлобья глянула на мужчину, но губы все равно слегка дрожали. — Древо жизни хранит души садида, в виде огоньков. Теперь… — Ещё один огонек присоединился к вечному хороводу. — закончил за Амалию элиатроп. Даже несмотря на слабость и горе затмевающее разум, Амалия не могла поверить в столь разительные перемены между тем Килби на суде, и тем кто стоит сейчас рядом. Элиакуб заметно искажал элиатропа в порывах гнева, сейчас, в спокойствии он владел собой и был… таким же каким его нашли в лесах.  — Будь сильна, принцесса, покажи брату свою силу и буйство природы, что кроется в твоем сердце, покажи ему свои шипы, когда это необходимо! — с придыханием закончил Килби, развернул принцессу к двери, подтолкнул и скрылся в портале.