Финал 2 к Ветке 2: Лукас решает помочь Ли Е Джин найти сестру

Поток сбивчивых слов и раздражающих слёз иссякал и Лукас нерешительно провёл по гладким гематитовым волосам расстроенной девушки. Он хотел верить, что нашёл свою Ати. Всё в этом мире, будто в кривом зеркале, повторяло историю его измерения. Где-то живёт жестокий император Клод, скрывающийся под личиной богатого покровителя, а его дочь страдает от невнимания и холодности отца… Где-то бродят по шумным улицам Корейских городов: Феликс Робейн, Лилиан Йорк, Иджекиль Альфиус и Дженнет Маргарита. А что если здесь есть все, кого он когда-то знал? Сердце Ли Е Джин разрывалось от любви к двум самым близким людям, и несомненно, чтобы красавица проявила благосклонность, надо сделать что-то значительное. Помочь изменить её жизнь. Лукас вновь кипел внутренним раздражением, что будь он полноценным магом, то уж наверняка смог бы произвести впечатление на девушку одним лишь щелчком пальцев. Увы, святой альтруизм был парню не свойственен. Почти никогда за свою долгую жизнь он не помогал по собственной воле. Ах, этот сладкий звук голосов просителей: «Прошу вас, уважаемый волшебник», «Помогите, господин Лукас» … Сейчас же, когда ясные глаза Ли Е Джин смотрели на него в немой мольбе, слова не понадобились. Он хотел помочь. Так удобно, когда желаемое совпадает с необходимым. За дверью послышалось тихое шарканье больничных мягких тапочек, и прохладная волна страха прокатилась вдоль позвоночника Лукаса. — Быстро! Под кровать! — прошипел волшебник Чёрной башни, слегка надавливая на плечо растерявшейся девушки. Ли Е Джин, с откуда ни возьми взявшейся прытью, скользнула под полог сползающего одела и затихла. В ту же секунду в палату вошла медсестра и бегло оглядев помещение, вежливо улыбнулась Лукасу. — Господин Пак Тэ Хо, как вы себя чувствуете сегодня? — Благодарю. Чувствую себя отлично и вполне готов выписываться. — Ох, это прекрасно, господин Пак Тэ Хо! Но о вашей выписке вам следует поговорить с лечащим врачом, — и немного замявшись добавила. — Не хотелось бы омрачать такой момент, но на сколько мне известно, ваша страховка просрочена… — И чем это грозит? — напрягся Лукас, но в то же мгновение, будто не слыша вопроса, медсестра заглянула за дверь и вместо ответа смущенно улыбнулась и кивнула кому-то. — Вам следует поговорить об этом с вашим лечащим врачом, господин Пак Тэ Хо, — вернулась к разговору медсестра и, поспешно проверив капельницу, попрощалась, бесшумно выскользнув в коридор. — Мой отец оплатил лечение, — вполголоса сказала Ли Е Джин, отдернув импровизированный полог из одеяла, когда дверь за медсестрой закрылась. Она вылезла растрепанная и порозовевшая, как ребёнок наигравшийся в прятки. Увидь медсестра женщину в мужской палате, проблем бы не избежать, и Ли Е Джин поняла, почему Пак Тэ Хо затолкал её под кровать. — Вы пойдете со мной в приют Святой Марии? — догадавшись о намерениях Лукаса, спросила девушка и тот согласно кивнул. — Раздобудь только нам одежду. Не могу же я разгуливать по городу в больничной ночнушке? Ли Е Джин опешила, округлив прекрасные бирюзовые глаза, и Лукас, ненавидящий объяснять, раздражённо вздохнул. — Если твой отец оплатил моё лечение, он наверняка захочет познакомиться со мной поближе. А твои походы к приюту Святой Марии наш великий император совсем не жалует. Верно же? — с нажимом спросил Лукас, видя наконец проблески понимания в наивном девичьем взгляде. — Нам придётся сбежать из больницы? — в шоке пробормотала Ли Е Джин и закрыла ладошкой маленький округлившийся рот. Улыбка Лукаса растянулась от уха до уха, словно впервые за долгое время беспросветной скуки, наметилась весьма интересная игра. — А то как же! Воспринимай это, как приключение. Ну же! Найди мои вещи и возвращайся, а я пока осмотрюсь, — суетливо и властно отдал распоряжение Лукас и спустил босые ноги на холодный больничный пол.

***

Лукас с полузабытой радостью наблюдал за цветущей улыбкой Ли Е Джин. Скромный двухэтажный дом рыжего кирпича встречал их смеющимися лицами в больших квадратных окнах. Дети махали им в искреннем приветствии и волшебника Черной башни это не раздражало. Он улыбнулся в ответ, вспоминая на удивление простой побег из больницы Каннам Север, где имел удовольствие наблюдать, как стройные ноги молодой кореянки в светлых брючках спускались по пожарной лестнице, а он стоял снизу, готовый подхватить внезапно падающее сокровище. Железная калитка отворилась, впуская Лукаса и Ли Е Джин во внутренний двор. Ухоженные цветники и чистота, при видимой бедности и обветшалости приюта, говорили об искренней заботе и взаимной любви, проживающих здесь людей. Ли Е Джин уверенно взяла волшебника за руку и повела к красным, неровно, но старательно покрашенным дверям. Лукас подумал, что десятки маленьких ручек с кистями орудовали здесь на радость воспитателям и друг другу. — Госпожа Ким Сон Ми! — позвала Ли Е Джин после того, как несколько постукиваний в дверь и длительная трель звонка не возымели эффекта. — Пожалуйста, госпожа Ким Сон Ми, откройте! Я прошу вас! За дверью что-то зашуршало, залязгало и дверь с тихим скрипом отворилась, преградив искателям дорогу тонкой металлической цепочкой. — Ты опять пришла, Ли Е Джин? Опять сердце мне бередишь? — недовольно и печально проворчала пухлолицая старушка в прозрачных квадратных очках. — Госпожа Ким Сон Ми, я прошу вас… — неуверенно начала Ли Е Джин, и Лукас её прервал. — Госпожа Ким Сон Ми, моё имя Пак Тэ Хо. Ваша воспитанница, Ли Джи Хе, работала на меня несколько дней назад, а потом вдруг перестала приходить. Я хотел заплатить ей, но к сожалению, не знал где её искать. Я знаю, Ли Джи Хе нужны деньги и вряд ли она по своей воле от них бы отказалась. Что-то случилось. Помогите, прошу вас. Лукас прекрасно знал, на сколько мог быть убедительным, и расположение на лице женщины, становящееся всё более искренним, говорило ему, что он на верном пути. Как бы то ни было раньше, но в его компании Ли Е Джин уже не была персоной нон грата. — Простите, а кем работала у вас Ли Джи Хе? — поинтересовалась старушка. По счастью, этот момент был заранее обговорен с Ли Е Джин и Лукас уверенно ответил, что «беглянка» мыла машины. Получив удовлетворенную улыбку и поощрительный кивок головы от престарелой управляющей, волшебник подавил самодовольство и превратился в слух. — Ну конечно, господин Пак Тэ Хо. Ли Джи Хе говорила мне, что подрабатывала мытьём машин. Очень, очень странно, что она не взяла расчет. Старушка так и не открыла дверь, однако пожевав губы, она отошла, оставив Лукаса и Ли Е Джин в томительном ожидании. Когда она вернулась, в руках у неё была толстая зелёная книжица. Сдвинув очки на кончик носа, госпожа Ким Сон Ми, пролистнула несколько страниц, а потом удовлетворенно хмыкнула. — Вот, нашла. Ли Джи Хе вернётся из поездки завтра. Если всё записала правильно, то вы сможете найти её в торговом центре Ньюмун, в ресторане «Седьмое небо». Лукас медлил с благодарностью, опасаясь, что, выполнив свою часть работы старушка закроет дверь перед носом Ли Е Джин, чем расстроит девушку. Несколько мгновений было достаточно, чтобы спасённая страдалица успела понять — это тот самый момент. — Почему, госпожа Ким Сон Ми? Почему Ли Джи Хе сторонится меня? Неужели я не достойна того, чтобы хотя бы поговорить с ней. Столько лет в разлуке… Я ужасно скучаю… Присутствие Лукаса оказывало крайне благотворное влияние. Магия, не магия. Всё шло как по маслу, и старушка смягчилась, пояснив, что бедная трудолюбивая Ли Джи Хе не хотела портить отношения сестры с отцом, что она всем сердцем желала лучшей доли Ли Е Джин и полагала, что тянет её на дно. — Какая чушь, — пренебрежительно заметил Лукас, но встретив осуждающий взгляд обеих женщин подавил приступ сарказма. — Ты был не очень-то тактичен, — заметила Ли Е Джин, когда они с Лукасом покидали приют. — Где бы ты была со своей тактичностью, если бы не я? — не удержался от замечания волшебник Черной башни и Ли Е Джин снова надулась. — Нам надо где-то переночевать, — спустя некоторое время сказала она. — Только не в доме твоего отца. Не сочти за неблагодарность, но я не хотел бы с ним встречаться. Как только я достану деньги, верну всё до последней воны. — Хорошо… — обречённо сказала Ли Е Джин. — Мы можем переночевать в гостинице. Лукас задумался о том, что тихая ночь в отеле могла быть многообещающей. Сейчас, когда Ли Е Джин наконец-то расслабилась и узнала где найти любимую сестру, поговорить с ней о мире «Прекрасной принцессы» было бы идеальным завершением дня. Будто запах роз снова окутал его и сладость воспоминаний о том, бесстыдно украденном поцелуе, сорванным с губ прекрасной Атанасии, бередили чувства. Да! Именно так он и узнает её! Всего лишь один подходящий момент, и он его не упустит. Но ни до конца дня, ни в течение ночи момент так и не наступил. Хорошая дочь Ли Е Джин позвонила насмерть перепуганному отцу, потерявшему своего ребенка во второй раз, и пристыженная отправилась домой, оставив Лукаса в отеле одного. POV Ли Джи Хе Я ужасно устала после работы в полях. Уборка лука неблагодарное дело. Ногти болят и пальцы не гнутся от бесконечного выкапывания пузатых овощей, не желающих выходить из земли без повреждений. А ведь не должно быть никакого брака, иначе не видать мне денег, как своих ушей. Слава богу всё закончилось. Есть пару недель передышки до следующего похода в поля. К моему огорчению, это чуть ли не единственный стабильный доход, на который можно рассчитывать. Я не могу просто взять и перестать ездить на арбайт. Так удаётся хоть что-то откладывать, чтобы наконец можно было бы поступить в колледж и жить как все нормальные девушки: учиться, дружить, любить и строить планы на будущее. Вера вчера уехала на арбайт и оставила в квартире свинарник. Мы уже два года снимаем жильё вместе. Детдомовцы легко уживаются в стеснённых условиях, но они никогда не перестают мечтать об отдельном жилье и настоящей семье. Семья… Несколько лет назад у меня была семья. Моя Ли Е Джин, моя сестра. Нас вместе подбросили в приют и с того дня мы не разлучались. Когда Е Джин начала писать «Прекрасную принцессу» я поняла, что что-то не так… Присоединившись к процессу ощущение мистики происходящего лишь усиливалось. Мы описывали будто прошлую жизнь. Страшную, но такую настоящую… Может и зря я сбежала, сжигая мосты. Тоска по сестре никуда не делась и с годами лишь усилилась. Но мне так хотелось, чтобы хотя бы у неё всё сложилось. Хотелось счастья для моей Ли Е Джин. Свежее утро встретило меня радостным щебетом птиц. Я бежала через парк, вспоминая, закрыла ли в квартире дверь. Уже не важно. Мне никак нельзя опаздывать. Сегодня меня ждал долгий день, сопровождаемый вознёй в ледяной воде, окутанный запахом пережаренного масла и окриками переговаривающихся через перегородки поваров. Должность посудомойки в ресторане «Седьмое небо» в торговом центре «Ньюмун» почти элитная. По крайней мере хозяин заведения, который меня нанимал на ближайшие две недели, всем своим видом показывал, что делает мне исключительное одолжение, а за предлагаемую работу с удовольствием взялся бы сам, если б не другие дела. Сарказм? Нет, не слышали. В полупустом торговом центре потихоньку просыпалась жизнь. Торговцы сдвигали железные длинные жалюзи, открывая на всеобщее обозрение дорогущие товары. Хозяева «Ньюмун» стремились заработать как можно больше и по слухам, некогда проектируемое как четырёхэтажный, исполинский торговый центр превратился в итоге в пятиэтажный дворец. То, что должно было стать роллердромом, преобразилось в целый этаж элитных ресторанов под самой крышей. Пол утеплили толстой и тяжелой системой обогрева, отдавая дань традициям корейцев принимать пищу не пользуясь стульями. А в жаркую погоду окна и стены будто вибрировали под мощью многотонных кондиционеров, размещённых на крыше торгового центра. — Ли Джи Хе, слава богу ты пришла пораньше! — воскликнула одна из девушек, которая в прошлый раз принимала меня на работу и проводила мини-экскурсию. Я невольно напряглась. Очень уж истерические нотки слышались в голосе Шин Су Ин. Конечно, перед приходом посетителей всё должно быть идеально, иначе штрафов за личное «безучастие» не избежать, но сегодня никак не могло быть всё хорошо, потому что прямо перед глазами возникло нечто пугающее. — Шин Су Ин, ты видишь это? — тревожно спросила я и указала на тонкую колонну, пересекающую пространство ресторана от пола до потолка. Бетонный ствол избороздила зловещая сеть, и чёрные змеи расщелин вились до самого напольного покрытия, которое отошло, растрескалось у основания, словно корка хрустящего пирога. Пол угрожающе вогнулся и при желании в образовавшиеся щели можно было пропихнуть кулак. — Да всё в порядке. Я спросила управляющего, что нам делать, на что он ответил: «Оцепите колонну и продолжайте работать». После закрытия сюда направят ремонтную бригаду, — пожала плечами Шин Су Ин, но по её бледному лицу я поняла, что ничего не в порядке и работать нормально сегодня никак не получится. Торговый центр наполнился посетителями довольно быстро. Люди сновали по своим делам, спешно завтракали и убегали, оставляя мне горы грязной посуды. Под мерный шум воды, разминая костеневшие от холода пальцы, я не слышала, как гул ресторана внезапно смолк. Вытирая руки полотенцем, я выглянула из своего закутка, чтобы увидеть, как последние посетители покидают наше заведение, а провожающая их Шин Су Ин натянуто улыбается. — Мы закрываемся? — окликнула я коллегу, на что она виновато улыбнулась и кивнула. В этот момент раздался оглушительный треск. Мне не с чем было сравнить, но звук был подобен взрыву, словно газы разорвали толстые бетонные стены. Мы в испуге воззрились на повреждённую колонну, что будто погрузилась в пол, как трубочка в густой молочный коктейль, зияя расползающимися трещинами. Ужас парализовал нас. Если бы нам сказали бежать, вряд ли кто-то смог бы сдвинуться с места. Управляющий бегал с телефонной трубкой вокруг столба, а другой рукой вытирал голубым платком выступающий пот. — Да, господин Ли Бэк Хён, ресторан эвакуирован. Конечно, конечно, я понял про кондиционеры. Немедленно отключу. — Что… нам… делать? — отрывисто спрашивала Шин Су Ин будто в пустоту. — Я хочу сейчас уйти, Ли Джи Хе. Давай уйдём. Пожалуйста! Сейчас! В этот момент в прикрытые двери ресторана ворвались двое. Если бы Шин Су Ин успела бы запереть вход, влетевших ураганом людей это бы не остановило — так яростно распахнулись створки, так жалобно пискнула дверь, треснувшая от удара о бетонную колонну. Меня окутало цветочными духами и жаркие объятия выбили дух. Горячие слезы мочили лямки фартука и знакомые, родные руки гладили спину и волосы, сжимая всё крепче, всё отчаянней. — Ли Джи Хе, ты в порядке! Я нашла тебя, Джи Хе! Как ты могла меня бросить? Никогда не прощу, глупая ты девчонка… Сбивчиво бормотала Ли Е Джин, и я хотела бы заплакать от радости, но слёзы высохли и теперь уже страх за нас обоих сковал сердце. Не было времени думать, как сестра меня нашла. Того же мнения придерживался и парень, напряжённо застывший в дверях и оглядывающий здание ресторана внимательным взглядом красивых карих глаз. Маленькая родинка на правой скуле, черная копна блестящих волос и точёные, будто у айдола черты. Не будь ситуация такой жуткой, я любовалась бы им бесконечно. — Быстро все вниз! Эта колонна долго не простоит! — скомандовал парень и заплаканная Ли Е Джин будто вышла из оцепенения. Она схватила мою ладонь и потащила на выход, оставляя за спиной растерянных, изумлённых Шин Су Ин и господина управляющего. Шум ветра в ушах и сердце колотилось, как сумасшедшее. Унимая панику, мы бежали со всех ног, минуя застывшие эскалаторы и неторопливые лифты. Гул кондиционеров больше не был слышен, но страх подгонял нас, как рабов подгоняют плети хозяев. Парень выбил плечом дверь на лестницу и втянул нас с сестрой в колодец переходов, тянущихся от крыши до подвального этажа. Ступени мелькали под путающимися ногами. Только не упасть. Только не терять драгоценных минут, думала я и новый взрыв, мощнее предыдущего сотряс исполинский дворец. — Тэ Хо! — закричала Ли Е Джин, и я увидела, как под ногами открывается бездна. Волна дрожи пошла по казалось незыблемым стенами. Лестничные марши отламывались словно печенье в молоке и сползали вниз, подминая друг друга. Не выдержав напряжение, здание складывалось подобно карточному домику. Парень держал руки повисшей над пропастью Ли Е Джин, вжимаясь в трещины распадающихся стен, а под ногами серело безумие из бетонного крошева и торчащих арматур. Я не видела где я, не понимала куда идти лишь чувствовала, как лестничный марш, что удерживал меня в пространстве, сползает вниз. Туда, где похоронены его монолитные близнецы. Новый толчок рушил куски крыши, ещё держащиеся на остатках арматур, согнутых несокрушимой силой. Они летели вниз, со скоростью пушечного ядра и падали в толщу обломков, возводя надгробия над сотнями отчаявшихся голосов, вопящих о помощи до холода в жилах, глухо доносящихся из-под чудовищного завала. Вопль Ли Е Джин разорвал гул обрушения. Густой пылевой туман поднимался от обломков и застилал глаза, набивался в рот и нос, затрудняя и без того тяжёлое дыхание. Я держалась из последних сил, практически соскользнув в пропасть, и только сила любви не давала мне отпустить рук. Сестра кричала будто целую вечность, долго и протяжно, пока вой не захлебнулся в неистовых рыданиях боли. Парень по имени Тэ Хо, могла ли я доверять ему? Я видела его первый раз в жизни, но твердо знала, что он не отпустит висящую над пропастью девушку, если только не сорвется с ней сам. И эта уверенность давала мне силы жить и бороться. В тот момент, когда остаток стены угрожающе накренился, моя опора окончательно меня покинула и только сильная рука, со вздувшимися от напряжения зеленоватыми венами, схватившая меня за шкирку, как котенка, не дала мне разбиться. В дыму мелькнули светлые штаны, залитые кровью и обломок толстой кости, как мачта затонувшего корабля, инородно торчал посреди гладкого бурого океана… На глаза легли горячие, дрожащие пальцы, словно пряча от моего взора страшную правду, а потом с натужным грохотом остаток лестничной шахты сложился, увлекая выживших в смертельный мрак.

***

Казалось, прошли часы, но вся катастрофа случилась мгновенно. Здание торгового центра «Ньюмун» обрушилось до основания за каких-то двадцать секунд. Уже потом, разбирая случившееся, привлекая следственные органы, удалось установить причины катастрофы. Выстроенное с нарушениями, вопреки запретам архитекторов, здание было памятником коррупции и жадности. Тяжелые кондиционеры, передвигаемые по крыше, создавали вибрацию, несовместимую с крепостью колонн и перекрытий, а тот самый пятый этаж в проекте попросту не существовал и не был заложен в прочность конструкции. В тот день погибли несколько сотен людей, и ещё больше остались покалечены. Последних выживших находили чудом, спустя почти три недели спасательных операций. Несмотря на протесты властей и угрозу обрушения оставшихся частей торгового центра Ньюмун, господин Ли Бэк Хён не позволил операции по спасению завершиться, пока последний человек не был извлечён из-под завалов. Власть рождает соизмеримую ответственность. Приемный отец Ли Е Джин не был плохим человеком. Многое, что произошло было вне зоны его компетенции, так как он не принимал участия в непосредственном строительстве, но… Как официальное юридическое лицо, господин Ли Бэк Хён взял на себя всю вину и заботу о выплате компенсации пострадавшим. И лишился свободы на десять лет. Меня, Тэ Хо и Е Джин нашли под завалами в первый же день. Сама вселенная была против нашей смерти и падая, здание сложило нам надёжный саркофаг. Силой отважного парня никто никого не потерял в этой чудовищной дробилке тел и судеб. И всё же что-то лопнуло внутри, и жизнь медленно вытекала из меня, пока чьи-то мягкие пальцы сжимали мою руку, пока тяжелое дыхание и сдавленный шёпот раздавались над самым ухом. — Нет, мы не сдохнем в этом гробу так легко. Не для того чёртов магазин сложился в удобную нишу, чтоб мы здесь и упокоились… И тонкий смех сквозь слёзы, почти истерический. И снова теплое прикосновение к руке. — Держись, Джи Хе… держись, милая…

***

Я помнила всё до последней мелочи. Даже то, что помнить вроде бы не должна. Воспоминания забирались далеко, в прошлую жизнь, которая стала отныне моей историей. Я Атанасия де Эльджео Обелия, погибшая в день своего восемнадцатилетия от руки собственного отца, императора Клода. В этом мире состоялось моё новое рождение. В мире без магии. Словно издёвка, насмешка судьбы. Катастрофа в торговом центре могла быть концом моего пути. Не было никаких сомнений, что с моей смертью пришло бы новое рождение. Но я хотела жить здесь и сейчас. Я не хотела смерти! Память о прошлых рождениях причиняла и радость, и страдания. Я вдруг поняла, что могу заглянуть и дальше: в позапрошлую, поза-позапрошлую жизнь. И там было счастье. Я жива. Полна маны, которую теперь могла бы использовать, если б понимала, как. Было во всём произошедшем что-то пророческое, будто вмешались высшие силы, и теперь я знала, кто за всем стоит… Маленькая кофейня возле парка встречала посетителей утренними бодрящими ароматами. Нежная выпечка и фигурная молочная пенка, тёплое, масляно-сладкое прикосновение к губам, рождающее покой. Мне никогда не хватало денег просто взять и позавтракать в таком уютном месте, но с момента нашего воссоединения с Ли Е Джин, жить стало значительно проще. Сестра унаследовала все права на имущество отца, пока тот отбывал свой срок и поспешила разделить богатство на двоих. Правильно ли это — судить мне не дали, а ссорится и терять дорогого человека я больше не хотела. Я шла в кофейню по просьбе Ли Е Джин, но ноги будто застревали в вязкой жиже и двигались еле-еле. Там, напротив большого светлого окна сидел ОН, человек бесконечно спасающий и рушащий мою жизнь. Пак Тэ Хо… Волшебник Лукас из Чёрной башни… Какого же чёрта его занесло в этот мир, где несомненно, обитает ещё одна его копия? Вот только эта копия понятия не имеет кто он, как прозябала в неведении и я. В больнице мне понадобилось первое в моей жизни переливание крови. Врачи разводили руками, получая каждый день мои новые анализы. Динамическая группа крови! Бывает же такое… Кровь, которая меняется постоянно, течёт и переливается под действием запертой маны. И Лукас отдал мне свою, столь же дикую и не понятную. Вернув жизнь, он возвратил и воспоминания. Всё то, что помнил сам за сотни лет! Я вошла в стеклянные двери кофейни и мелодичный звон «музыки ветра» возвестил о моём прибытии. Девушки за барной стойкой приветливо улыбнулись и махнули в пригласительном жесте на свободные столики. Одарив работниц кивком, я пробежалась взглядом вдоль окон и остановилась, пригвождённая магическим взором. Лукас сидел через несколько пустых столиков в самом углу, где широкое панорамное стекло словно загибалось, открывая часть боковой улицы. На столешнице стоял целый ряд пустых чашек, будто нарочно показывая, как долго парень ожидает вожделенного свидания. Волшебник был прекрасен. Ничуть не хуже того, кого помнила я в прошлой жизни, вот только ждал он совершенно не меня… — Привет, Ли Джи Хе! Отлично выглядишь! — нарочито бодро приветствовал меня Лукас и тяжело поднялся, протягивая узкую ладонь. Терзаясь неясными противоречивыми чувствами, я пожала тёплые пальцы и в тот же миг воспоминания услужливо подсунули мне яркие образы прошлого, где в тёмном саркофаге чья-то рука сжимала мою ладонь… Нет, не Ли Е Джин была моей поддержкой в те мучительные часы. — Ли Е Джин будет с минуты на минуту, — робко начала я, присаживаясь на против. Лукас, словно щенок оставленный в машине, и выглядывающий хозяина из окна, изучал противоположную сторону улицы. Его нетерпение в ожидании моей сестры было подобно занозе и болезненно ранило самолюбие. Почему я собственно решила, что это не Лукас нашего мира, а какой-то другой Лукас? — Спасибо, что спас мне жизнь, — начала я, видя, как нехотя парень отрывается от созерцания улицы. — А? Да всегда пожалуйста, — ответил волшебник Чёрной башни, небрежно пожал плечами и вернулся к вожделенному летнему пейзажу. Даже легкое пренебрежение к принцессе — это чересчур. А памятуя то, что сделал жадный колдун — вообще непростительно. — Тяжело, когда твой палач является твоим же спасителем, — многозначительно сказала я и на этот раз Лукас посмотрел на меня с особым интересом. — Например? — мягко, но с нажимом спросил он, пригвождая испытующим взглядом. — Например, в одной жизни кто-то крадёт всю ману ни в чём не повинной принцессы, обрекая её на мучительную смерть в безвестности, а в другой, этот же тип спасает её, вливая силы и возвращая способность чувствовать магию… — Этого не было в книге «Прекрасная принцесса» … — с недоверием пробормотал Лукас и тут на перекрестке показалась Ли Е Джин. Сломанное бедро будет срастаться ещё долго, и разноцветный гипс далеко выступал с прямо зафиксированной ногой, пока молодой, беловолосый, как молоко юноша, толкал инвалидную коляску по направлению к кафе. — Это что ещё за тип?! — в гневе воскликнул волшебник Черной башни, переводя взгляд на долгожданную гостью. Ли Е Джин не слышала его и только радостно махала с противоположной стороны улицы, не различая перекошенного в гневе лица колдуна. — Видимо, мистер Альфиус собственной персоной, — небрежно бросила я, наблюдая как багровеет лицо волшебника. — А собственно, чего бы ему не составить компанию самой доброй, самой очаровательной Дженнет Маргарите? Ведь они всегда были идеальной парой. — Что?! — опешил Лукас и отшатнулся от окна, будто оно способно было ударить его током. — Ну, может уже хватит ломать комедию? Тебе Дженнет даром не сдалась, ни в этой ни в какой другой жизни. Ты ведь просто не понял, что это она. Верно? А значит, память вернулась только ко мне, вредный ты колдун. Лукас с грохотом отшвырнул стул и в два шага оказался рядом. Не успела опомниться, как он навис надо мной, окутывая терпким шлейфом кофе и трав. Зрачок тёмных глаз расплылся, заполняя радужку и даже на этом расстоянии мне казалось, что я слышу, как гулко и часто стучит его сердце. — Ну-ка, повтори. Вредный. Я. Колдун? — чётко, будто с оттяжкой говорил Лукас, испепеляя меня взглядом. Но что это? Нет, это не злость, не досада, не разочарование… Голос его стал будто бархатным и мне почудилось, что вкрадчивые щупальца соблазна начали проникать в самую душу. Память, словно вспышка. Его губы на моих губах. Без моего на то разрешения. И укус за дело, чтобы не повадно было хамить подобным образом. Нет, это не мои воспоминания, но яркие, словно радуга. Поцелуй моей души. — Ты не только вредный, но ещё и наглый, Лукас, — слегка робея добавила я, невольно тронув свои губы и видя, как плещется неистовое желание в глазах прекрасного волшебника. Улыбка окрасила его лицо, пленяя и увлекая в таинственный мир неизведанного. Счастливая, благодарная улыбка. Я вдруг отчетливо поняла, что была по меньшей мере одна моя жизнь, проведенная рядом с ним без вражды и презрения. Жизнь, которую я не помню, но чувствую. — И моя принцесса конечно же простит наглого раскаявшегося волшебника, искупившего свою вину, и искавшего её по сотням параллельных вселенных? — заискивающе и слегка вызывающе прошептал Лукас, склоняясь ко мне всё ниже, пока наши губы не замерли в сантиметре друг от друга. — Ати… — шепнул мне волшебник и я закрыла глаза, упав в стремительный водоворот новой жизни, сдаваясь на волю победителю.