Глава № 27 Финист и цыгане. Вероника и белый страж.

Финист и цыгане. Вероника и белый страж.       Финиста, дабы не «вгонять в краску» молодых, незамужних цыганок, быстро приодели. Теперь он красовался в просторной, цветастой рубахе и широких, холщовых штанах, которые, явно были ему не по размеру. Но это не сколько не портило внешний облик человека-сокола, как говорят в народе-красоту ничем не испортишь! Вкусно накормили и Раду отправила его отдыхать, показав свободную палатку. — Поспи молодец, а мне подумать надо, всё взвесить, солнце сядет-поговорим. А Финист-ясный сокол был и не против. Он на самом деле очень вымотался, пока разыскивал табор и буквально валился с ног. Только его голова коснулась подушки, как он моментально провалился в «царство Морфея» и крепко-накрепко заснул. Но, как только солнце спрятало свои последние лучи за горизонт, Финист сразу же проснулся, как будь-то бы и не спал. Он вышел из палатки, огляделся… кругом, как светлячки по поляне и роще были раскиданы небольшие, яркие костры, вокруг которых сидело цыганское племя и занималось своими каждодневными делами, у одного костра пели под гитары песни, возле второго смеялись и как бы мы сказали, видимо, травили анекдоты, у третьего, наоборот сидели тихо и задумчиво. Человек-сокол невольно загляделся на эту вечернюю идиллию цыганского табора и не заметил, как совершенно бесшумно, со спины к нему подошла старая цыганка. — Финист, пойдём-ка, пройдёмся. — Предложила Раду человеку-соколу. — Не гоже всему табору слушать о чём мы сейчас с тобой говорить будем. — И старая цыганка, со следами былой красоты на лице, закурив длинную, старинную трубку, направилась по узкой, чуть видной в сумерках тропинке, в глубь раскидистой рощи. Финист последовал за ней. Раду молчала, молчал и Финист. Звуки табора были практически уже не слышны, они «утонули» в трелях ночных птиц и других громких звуках ночного леса. Только отблески цыганских костров, мерцая, пробивались сквозь высокие деревья. — Арий прекрасно знает, что будет с табором, если мы поможем. — Вдруг, нарушила тишину цыганка. — Вырежут весь табор, вместе со мной. — Почти без эмоций добавила она, глубоко затянувшись дымом. — Так тебе уже известно, что Он свободен?! — Подняв соколиную бровь, произнёс Финист, потом сам себе, со вздохом ответил. — Хотя, чему я удивляюсь, ты же Раду, самая сильная цыганка в этом мире! — Раду промолчала, видимо была совершенно с этим согласна. — Так, что мне Финист делать, подскажи? — Так же без эмоций спросила цыганка. — Пожертвовать табором и помочь вам или же отойти в сторону? — Продолжила она, даже не глядя на человека-сокола. Финист очень серьёзно посмотрел на неё своими «глубокими» серыми глазами, ему не нужен был ответ, он прекрасно уже знал, как поступит Раду, не сможет она поступить по другому. Человек-сокол мягко взял руку цыганки и вложил в неё волос Ария. — Он сказал, что ты знаешь, что с ним делать. — Уже без всякой игры слов, сказал Финист. — И ещё, Арий предвидел твой вопрос, он сказал всем цыганским таборам собраться в «Розовых горах», где сейчас собираются все волколаки, они прикроют вас, если что. (Надо здесь пояснить читателю, что «Розовые горы» место было не простое! Вампиры и всякая нечисть очень неуютно чувствовали себя там, даже частично теряли силу. Видимо в этих горах был выход каких-то минералов на поверхность, похожих не наш розовый кварц, которые совсем не радовали нечистых разных мастей.) Раду глубоко задумалась, выпуская одно за одним кольца дыма. — Хорошо, что нужно сделать для Ария? — Наконец-то вымолвила старая цыганка, после долгих раздумий. — Понимаешь, Раду… — Издалека начал человек-сокол. — Арий подозревает, что у его сестры-Барбеллы есть очень сильный, чёрный колдун или колдунья, но никто не знает, кто это! Барбелла держит существование чёрного мага в секрете! Просто Арий его зачуял, когда его запечатывали в камень. Не Марана, как все привыкли считать, пленила Ария, она была для отвода глаз! А кто-то гораздо страшнее её! — Финист выдохнул и продолжил. — И Арий считает, что только цыганская магия может вывести на свет божий этого тёмного. Он просит тебя сделать это! — Вкратце объяснил человек-сокол старой цыганке. Раду снова глубоко затянулась, помолчала, потом резко затушив свою трубку, совершенно уверенно, ответила Финисту. — Ритуал очень сложный, нужна помощь духов. — Резко, отрывисто, говорила, по большей степени сама себе цыганка. — Я согласна, но ты останешься вместе со мной на несколько дней человек-сокол, будешь присматривать за мной, я буду не в себе, в трансе! Табор уйдёт уже сегодня! Как только я начну ритуал, та старая корга-Марана сразу же зачует! Ты готов Финист встретиться лицом к лицу с ней, а?! — Сверкнув глазами, спросила Раду у человека-сокола. Финист даже вздрогнул всем телом на этих словах старой цыганки. — Есть ли какая-нибудь защита от неё? — Немного придя в себя спросил Финист у Раду. — Конечно же, я выставлю защиту, но и она, очень сильна! Весь вопрос сколько продержимся мы с тобой? Остаётся надеяться, что не сразу Марана поймёт, что к чему и будет у нас немного времени, постараюсь получше нас скрыть, получше! — Задумчиво ответила цыганка Финисту. — Пошли! — Скомандовала Раду и быстро направилась к табору. — Антос, Арсен! — Зычно крикнула она. — Собирайтесь, табор уходит сейчас к Розовым горам, там вас встретят волколаки, пока будете с ними, будьте начеку, детей одних никуда не отпускать!!! — Чётко и ясно отдавала приказы старая цыганка. — Да, птиц разошлите другим семьям, всем таборам срочно идти к горам! — После этих слов Раду в таборе началась нереальная движуха, казалось бы, вся эта разношёрстная, разноголосая компания совершенно не организованна, но к удивлению Финиста, табор собрался быстро, по военному, каждый точно знал, что делать, даже самые маленькие дети, быстро и точно выполняли приказания взрослых. Не прошло и получаса, как табор двинулся в путь и никто даже не задал ни единого вопроса Раду. Все прекрасно понимали, значит так надо! Цыганский табор, со своими кибитками скрылся за высоким холмом, оставив только пару палаток для Раду и Финиста. — Нарви побольше острой травы у ручья. (Трава очень была похожа на нашу осоку) — Попросила человека-сокола цыганка. — А я сахар разложу, спрошу разрешения у духов, если они одобрят, то тогда начнём. — А если не одобрят? — Аккуратно поинтересовался Финист. — Всё равно начнём! Выхода у нас нет! — Коротко ответила Раду. — Потом, вздохнув, добавила. — Без помощи духов будет тяжело справиться с Мараной, очень тяжело! — И старая цыганка вошла в палатку за сахаром…       А в это время Найт и я, уже в сумерках подъезжали к селу, где проживала тёмная ведьма Помира, если вы подзабыли-бывшая девушка Найта. Нам перед этим очень повезло. В одной, довольно-таки зажиточной деревне, мы разжились лошадью с небольшой повозкой. За это Найт, наверное всей деревне, на всю зиму дров наколол и обещал вернуть лошадь, вернее отпустить, когда не нужна будет, как сказали местные жители она сама домой придёт. Так же нас неплохо накормили, дали кое-какие вещи и проводили до околицы, в общем очень приветливыми людьми оказались местные жители. Поэтому время в пути мы значительно сократили. Найт спрятал меня с лошадью в небольшом овраге и поцеловав в щёку и крепко обняв, отправился не небольшую разведку, узнать в селе ли Помира. Время потекло предательски медленно! Я была совершенно одна и от этого было не очень уютно. Анет я совсем не чувствовала в себе, она либо спала, либо медитировала, как просил Арий. Я забилась под раскидистый куст и замерла, боясь пошевелиться, чтобы не привлечь ничьё внимание. И, вдруг, столько мыслей закружилось у меня в голове! Я, вдруг, осознала сколько всего уже произошло, как попала в тот мир, и что стала забывать свою прежнюю жизнь в моём мире. Та жизнь стала казаться мне скучной и пустой, по сравнению с тем, что происходило сейчас со мной. У меня даже слеза по щеке пробежала, от жалости к себе, от жалости к той жизни, которой я жила раньше, так стало жалко себя, что даже уже показалась и вторая слеза, которая предательски, повисла на самом кончике носа и ни за что не хотела падать вниз. Но из этих «страданий» меня быстро вывел наш белый страж, то есть кот Персик, который проснулся, вылез из холщовой сумки, запрыгнул ко мне на колени и нисколько не стесняясь, впился когтями мне в ногу. Проколоть моё новое тело он, конечно же не мог, но боль причинил вполне определённую. Я даже вскрикнула. — Перс! Ты чего, совсем совесть потерял?! — Но взглянув в глаза кота, я сразу же осеклась. Глаза у него стали не голубые, как обычно, а жёлтые! И смотрел он на меня совсем, как-то по другому. Я застыла в шоке, не понимая, что происходит и как себя вести. Как вдруг, клянусь. точно услышала голос Аллы, нашей белокурой ведьмы в моем мире. — Блин!!! Ничего не получается!!! Саш, что делать то?!..