Глава 39: chestnut soup cures all ills

***

- Дантисимус!     Драко увидел, как его заклинание сорвалось с кончика палочки и с силой ударило по волшебной палочке Поттера. Оно срикошетило и со всей силы ударило Грейнджер. Она застонала от боли и закрыла рот руками.     Драко не планировал бить Грейнджер. Ему и в голову не приходило, что Поттер может защитить ее, произнеся заклинание, не говоря уже о том, чтобы ударить ее своим. Когда он раздражал Грейнджер, он просто хотел разозлить ее, заставить ее немного разозлиться, увидеть, как она покраснеет. Он никогда не хотел причинить ей физическую боль.     На долю секунды он был настолько потрясен, что не смог скрыть беспокойства, которое, должно быть, отразилось на его лице. Словно рефлекторно, он сделал шаг к ней, затем внезапно вспомнил, где находится, и остановился. К счастью, никто не заметил его колебания. Уизли бросился к Грейнджер:     - Гермиона!     Он схватил ее за обе руки. Он тоже был встревожен. Драко почувствовал, как в нем закипает гнев, когда Грейнджер посмотрела на него испуганными глазами, как будто он был чертовым прекрасным принцем.     Затем Драко увидел, как проявляется эффект от его заклинания. Грейнджер прикрывала ладонями два передних зуба, которые становились все больше и больше. Это выглядело ужасно болезненно. Драко был в шоке. Он не мог поверить, что это из-за него. Он хотел сказать ей, что сделал это не нарочно, но не мог ни говорить, ни пошевелиться, и в любом случае, его окружали все студенты Слизерина, которые смеялись и хлопали его по спине, поздравляя.     Драко уставился на Грейнджер. Теперь ее зубы торчали из-под нижней губы. Уизли изо всех сил старался убрать ее руки от лица, но он был совершенно беспомощен и мог только наблюдать, как зубы Грейнджер становятся все длиннее и длиннее.     - Что это за шум? - спросил Снейп, который только что вышел из кабинета зелий.     Он подошел к сцене, и все начали объяснять одновременно. Профессор повернулся к Драко.:     - Объясните, - сказал он своим глубоким голосом.     - Поттер напал на меня, сэр.     Он указал на Поттера, которого трясло от гнева.     - Мы напали друг на друга одновременно! - закричал он.     Гойл жалобно вскрикнул от боли, и Драко поморщился, увидев, что его нос распух и покрылся гнойничками:     - И он ударил Гойла... Смотрите! - сказал Драко.     Пока Снейп склонялся над Гойлом, чтобы осмотреть его нос, Драко наблюдал за Грейнджер. Ее зубы выросли до подбородка, а глаза были затуманены слезами. Уизли что-то тихо говорил ей, вероятно, чтобы утешить, что раздражало Драко еще больше.     - В больничное крыло, Гойл. - Сказал Снейп.     - Малфой попал в Гермиону! - воскликнул Уизли, потянув Грейнджер вперед, чтобы показать ему. - Смотрите!     Грейнджер попыталась спрятать зубы, но ее руки больше не могли прикрывать два резца, которые теперь доставали ей до шеи. Драко услышал издевательский смех Пэнси и Дафны за своей спиной.     Снейп никак не показал, что только что заметил удлиненные зубы Грейнджер. Он холодно посмотрел на нее, затем вяло пожал плечами:     - Я не вижу особой разницы. - Спокойно сказал Снейп.     Даже Драко, привыкший к явному фаворитизму Снейпа, был шокирован его словами. Грейнджер приняла удар на себя, и Драко был уверен, что увидел, как по ее щекам скатилась слеза, прежде чем она развернулась на каблуках и убежала. Он с грустью наблюдал за ее бегством. Затем он повернулся к Пэнси, которая покатывалась со смеху, и попытался улыбнуться, как мог. Но у него не получилось. Должно быть, у него подскочило давление, а сердце все еще колотилось.     Поттер и Уизли одновременно выкрикнули поток непонятных слов с оттенком оскорблений, которые эхом отразились от сырых стен подземелий.     - Давайте посмотрим... - сказал Снейп. - Пятьдесят баллов с Гриффиндора и по одному наказанию для Поттера и Уизли. А теперь возвращайтесь в класс, или я назначу вам наказание на целую неделю.     Они вошли в класс, и Уизли толкнул Драко, когда тот проходил мимо. Пэнси вошла в свою очередь, за ней последовал Драко, который еще не понял, что только что сделал. Когда он сел за свою обычную парту рядом с Тео, тот ничего не сказал, хотя Драко заметил неодобрительное выражение на его лице, когда он доставал свой котел.     Слева от него, на соседней парте, Драко слышал, как Пэнси шепталась с Дафной:     - Ты видела ее зубы, как у бобра? Это было так ужасно! Я бы неделями не выходила из спальни, если бы такое случилось со мной...     Затем Драко повернулся к Поттеру, сидевшему в конце класса. Он был в ярости и уже смотрел Драко в спину, словно надеясь телепатически причинить ему боль. Драко щелкнул по своему значку, и на экране снова появилось сообщение "Поттер вонючка".     Тем не менее, он уже не так гордился своей идеей о значках, как пятнадцать минут назад. Несмотря на интересную лекцию Снейпа о противоядиях, Драко не мог сосредоточиться. Грейнджер уже была в больничном крыле? Восстановились ли у нее зубы или ей придется пролежать там несколько дней, пока ее подлечат?     Драко заметил, что его рука дрожит, когда он разрезал панцири жуков для приготовления зелья. Это сделал он. И как бы сильно он ни хотел убедить себя, что ему все равно, что Грейнджер это заслужила, он прекрасно понимал, что это ложь.     

***

Гермиона плакала, когда добралась до больничного крыла. К счастью, по пути она никого не встретила и, как ни странно, прибыла раньше Гойла. Медсестра открыла дверь и вскрикнула от удивления, увидев удлинившиеся зубы Гермионы:     - Мисс Грейнджер! Что за...     -  Я... Я хочу..     - Пойдемте со мной. - сказала медсестра, которая, вероятно, не поняла ни слова из того, что имела в виду Гермиона.     Она подвела ее к кровати, стоявшей в глубине палаты, и задернула занавески. Гермиона хотела предупредить ее, что Гойл скоро вернется, но у нее не получалось правильно произносить слова, поэтому она промолчала.     - Заклинание Дантисимус? - спросила мадам Помфри. (Гермиона кивнула.) - Я узнаю эффект, это сделал с вами студент?     Гермиона снова кивнула, и медсестра раздраженно вздохнула. Она потянулась за волшебной палочкой, которая лежала в кармане ее фартука, и за маленьким зеркальцем в ящике прикроватного столика. Когда она положила его перед Гермионой, та сдавленно вскрикнула: ее зубы добрались до шеи.     - Я собираюсь перестать увеличивать зубы и сделать их меньше. Скажете мне остановиться, когда они достигнут нормальной длины, хорошо?     Гермиона кивнула, но тяжесть ее зубов была настолько велика, что этот простой жест причинил ей ужасную боль. Мадам Помфри направила на Гермиону свою волшебную палочку и прошептала какое то заклинание, которое Гермиона не смогла разобрать.     Сверкнула белизна, и Гермиона почувствовала, что удар прекратился, а ее десны сомкнулись. Затем она увидела, как ее длинные зубы медленно сужаются. Ее шея, подбородок, губы...     Гермиона заметила момент, когда ее зубы стали нужного размера, но пока не сказала "стоп". Она дождалась момента, когда они идеально выровнялись, прежде чем пробормотать: "Вот и все".     - Больно? - спросила мадам Помфри.     - Да, немного.     У нее были ужасно чувствительные нервы, и она то и дело проводила по ним языком в надежде успокоить.     Мадам Помфри вышла на минутку и вернулась с чаем и маленькой палочкой корицы.     - Вот, выпейте это, это пойдет вам на пользу. А если боль не пройдет, можете пожевать это, это укрепит ваши зубы.     Дверь больничного крыла открылась, и в палату ворвался испуганный голос Гойла:     - Мадам Помфри?     Она серьезно кивнула:     - Это он с вами так поступил? - спросила она, кивком головы указывая на входную дверь.     - Нет, в него попало другое заклинание.     - О, Мерлин... Эти студенты никогда не умеют молчать... Кто это с вами сделал?     Гермиона промолчала, и Гойл спросил еще более испуганным тоном:     - Мадам Помфри?!     Она вздохнула и направилась к входной двери, позаботившись о том, чтобы задернуть занавески вокруг кровати, которую занимала Гермиона. Она услышала, как Гойла, заикающегося от страха, укладывают на кровать с другой стороны. Он изо всех сил пытался вспомнить заклинание, которое произнес Гарри, и, к счастью, не выдал, кто это сделал, вероятно, слишком напуганный, чтобы думать об этом в данный момент.     Гермиона выпила свой чай и пожевала палочку корицы. Это немного успокоило ее, но зубы все еще болели так, словно она только что перенесла стоматологическую операцию.     Гермиона подумала о своих родителях. Она просила их об операции по уменьшению зубов, сколько себя помнила, но особенно с тех пор, как училась в Хогвартсе. Они были бы не очень рады таким изменениям, но в то же время это избавило бы их от дорогостоящей маггловской операции.     Гермиона взяла зеркало, которое мадам Помфри оставила на прикроватном столике, и посмотрела на свои зубы. Когда она улыбнулась, ее зубы стали того же размера. Сначала это показалось странным, но по мере того, как она улыбалась все чаще и чаще, ей действительно нравилось свое отражение. Это было единственным преимуществом того, чтобы стать жертвой заклинания Малфоя.     Мадам Помфри заставила ее пролежать в постели несколько часов, не дав ей пойти на занятия. Она даже пропустила часть ужина, поэтому Гермиона в конце концов встала сама и направилась прямиком к ней в кабинет медсестры. Войдя в больничное крыло, она увидела Гойла через маленькую щель в занавесках, лежащего на кровати с закрытыми глазами. Его нос распух и был покрыт желтоватым налетом, но Гермиона отчетливо видела нарывы под ним. Это было действительно отвратительно.     Она постучала в дверь кабинета медсестры.     - Мисс Грейнджер! Вам лучше? - спросила мадам Помфри, когда та вошла.     Она заставила ее открыть рот, чтобы осмотреть зубы под лампой, и, казалось, осталась довольна результатом:     - Вы уверены, что не хотите поспать здесь, немного отдохнуть? - мягко предложила она.     - Нет, спасибо, я чувствую себя прекрасно.     Это было не совсем правдой, потому что ее десны все еще болели, но она предпочитала чувствовать боль в своей общей комнате, чем в этой палате, где ей было скучно и приходилось терпеть тишину, которую она так ненавидела. Медсестра кивнула:     - Очень хорошо. Но я предупреждаю вас: никакой твердой пищи до понедельника. Вы можете пить суп или чай и время от времени грызть палочки корицы, но это все. И когда будете чистить зубы, будьте осторожны и не будьте слишком резкими, ваши резцы все еще очень хрупкие.     - Хорошо, большое вам спасибо, мадам Помфри!     И Гермиона покинула больничное крыло. Коридоры были пусты, очевидно, все уже разошлись по спальням. Она поднялась по лестнице, задумчиво потирая щеки.     Она думала о Малфое. Она чувствовала себя глупо, думая, что они могли бы стать друзьями только потому, что он сидел с ней за столом в библиотеке. Его характер вернулся, и она восприняла это буквально. В тот момент она ненавидела его. Все как раньше.     Гермиона подошла к портрету Толстой дамы и поняла, что там почти никого нет, потому что из-за него не было слышно шума. Войдя, она поняла, что там были только Джинни, Фред и Джордж. Все трое встали, когда она вошла:     - Гермиона, с тобой все в порядке? - спросил Джордж.     - Рон рассказал нам, что сделал Малфой. - Сказал Фред.     - Этот жирный ублюдок. - Джордж продолжил.     - Как ты себя чувствуешь? - спросила Джинни.     - Я в порядке. - сказала она с улыбкой. - Мадам Помфри сузила мои зубы, и я немного надавила, чтобы они выровнялись...     Она подошла к ним и широко, натянуто улыбнулась. Трое Уизли долго смотрели на нее, затем Фред галантно сказал:     - У тебя такая же красивая улыбка, как и раньше, Миона.     - Спасибо, Фред.     - Тебе больно? - спросила Джинни.     - Немного. С тех пор, как мадам Помфри вернула их на место, они стали ломкими и немного побаливают. Я собираюсь выпить чашечку чая и лечь спать.     Она села на диван рядом с Джинни, а Фред и Джордж устроились на подлокотниках.     - Малфой действительно засранец. - Сказал Фред.  - Наложить на тебя такое заклятие на глазах у Снейпа...     - На самом деле это не Малфой, он сделал это не нарочно, он выстрелил, не целясь... - тихо сказала Гермиона.     - Он ведь произнес заклинание, не так ли? Он хотел добраться до Гарри, он добрался до тебя, в любом случае, он засранец, - заявил Джордж.     Джинни неописуемо нахмурилась, услышав, как Гермиона защищает его, но сменила тему разговора:     - Мы не видели тебя за ужином, ты ела в больничном крыле?     - Нет, я не могу есть твердую пищу из-за своих зубов...     - Ты ничего не ела?! - крикнул Джордж.     Не сговариваясь, они синхронно встали и вышли из-за портрета. Гермиона подняла брови и повернулась к Джинни, которая пожала плечами:     - Я научился не спрашивать их о том, что у них на уме.     Гермиона выбросила Акцио, и кружка сама прыгнула ей в руки.     - Ты действительно хороша в этих заклинаниях. - Джинни была впечатлена. - Я слышала, у Гарри были проблемы.     - Да, он не может этого сделать, я думаю, это из-за Рона... Кстати, где он?     - Он лег спать около двадцати минут назад. Сейчас он выглядит очень подавленным.     - И Рон тоже?     - да. Я думаю, они оба слишком упрямы, чтобы понять, что одному так же грустно, как и другому. Все это замечают, кроме них.     - Они идиоты. Надеюсь, в конце концов они помирятся, - вздохнула Гермиона.     - Я тоже на это надеюсь, ты, должно быть, сейчас чувствуешь себя очень одиноко, - сочувственно сказала Джинни.     - Мне было очень трудно лавировать между ними.     Джинни усмехнулась, и Гермиона предложила ей чашку чая.     - Нет, спасибо, я не люблю мяту. - сказала Джинни.     Гермиона кивнула и сделала глоток чая. Она посмотрела на Джинни, чьи рыжие волосы ярко горели в свете камина. Она вытянула ноги, чтобы можно было положить их на кресло перед собой, а ее голова удобно покоилась на спинке дивана.     Из всех людей в Хогвартсе Гермиона больше всего могла довериться Джинни. Она всегда давала дельные советы и никогда не раскрывала своих секретов. Гермиона глубоко вздохнула и неловко выпалила:    - Ты знаешь... В последнее время я не совсем одинока.     - Да? - рассеянно спросила Джинни.     - Кто-то часто приходит и сидит со мной в библиотеке.     - Невилл? - спросила Джинни.     Гермиона подавила смешок.     - Нет, немного более скандальный.     Глаза Джинни расширились, и она повернула голову, чтобы посмотреть на Гермиону:     - Ни за что... Крам?!     - Нет...     - Я не знаю, кто может быть более скандальным, чем он, Миона.     - Драко Малфой.     На этот раз Джинни резко подняла голову.     - ЧТО?     - да... Он пришел посидеть со мной, когда поклонницы Крама заняли все свободное место в библиотеке.     - ой... Бедняжка, это, должно быть, была особенно ужасная учеба.     - Нет, не так уж и плохо... - прошептала Гермиона. - Он был..... Не то чтобы милым, но, скорее, порядочным. Мы даже посмеялись вместе.     - Прости?! Гермиона, если это шутка...     - Нет, я клянусь.     Глаза Джинни все еще были широко раскрыты, а рот приоткрыт от шока:     - И это была не одна ночь! - добавила Гермиона. - Он приходил и сидел всю неделю!     - но... О чем вы говорили?     - О, он не очень разговорчив. Я первая начала разговор несколько дней назад. До этого он едва удостаивал меня взглядом. И с тех пор... мы много разговариваем.     Джинни внезапно нахмурилась:     - Тогда почему он наложил на тебя заклятие?     - Он сделал это не нарочно... Я имею в виду, он наложил заклятие, но он хотел добраться до Гарри. Я не знаю, зачем он это сделал. Теперь я не знаю, что о нем думать.     - Ты же не думаешь, что он делал это, чтобы позабавить слизеринцев?     - Возможно. Но какой смысл ладить наедине, если он такой глупый на людях?     Джинни пожала плечами, но прежде чем она успела возразить, портрет снова открылся, и они замолчали. Близнецы вернулись в комнату, и Гермиона с изумлением наблюдала, как между ними в воздухе парит чаша.     - Каштановый суп для мадам! - воскликнул Джордж, ставя тарелку на стол. - Осторожно, он обжигающе горячий.     - О, спасибо вам, мальчики! Это чудесно! - сказала Гермиона.     Гермиона осторожно, чтобы не обжечься, взяла чашу и поднесла к губам, но, не успев попробовать, остановилась:     - Подождите минутку... Вы ведь был на кухне, не так ли? Вы попросили эльфов приготовить этот суп?     Фред и Джордж наотрез отказались присоединиться к Г.А.В.Н.Э.     - Да, - не моргнув глазом, ответил Фред. - Но они были в восторге, что приготовили его.     Гермиона нерешительно нахмурилась. Джордж продолжил:     - Да ладно, Миона. Если ты его выбросишь, это все равно будет пустой тратой времени. Они уже приготовили его, так что можешь наслаждаться.     - Кроме того, ты можешь себе представить, что было бы, если бы ты оставила здесь миску и эльфы наткнулись на нее ночью, когда убирали в Общей комнате? Ты можешь себе представить их большие, полные слез глаза, когда они убирали бы твой с любовью приготовленный суп? - надулся Фред.     - И, что еще более важно, мы преодолели семь лестничных пролетов, чтобы принести его тебе. Это стоит того, чтобы выпить его, - добавил Джордж с легкой улыбкой.     Гермиона посмотрела на суп, который выглядел идеально бархатистым и издавал дразнящий запах.     - Ну, ладно... Благодарю вас.     И она сделала большой глоток, который сразу же успокоил ее больные зубы и мгновенно согрел ее. Каштановый суп был восхитителен.     

***

Он почувствовал, как его кровать слегка прогнулась под весом Пэнси, которая легла рядом с ним. Драко молчал с самого урока зелий, но это не мешало его друзьям весело болтать рядом с ним, постоянно отвлекая его от размышлений.     - Драко, эти значки - отличная идея, - сказала Пэнси, указывая на значок, который она сняла со своего платья, чтобы рассмотреть поближе. - Я собираюсь носить его каждый день. Поттер был в ярости.     - Да. - продолжил Блейз, который лежал в своей постели. - Еще раз, как тебе пришла в голову эта идея?     Драко пробормотал что-то невнятное. У него не было сил лгать. Блейз и Пэнси не обратили на это внимания и продолжили, как будто не слышали его:     - И это заклинание... Какая хорошая идея! - сказала Пэнси, улыбаясь. - Ты сделал это идеально, Грейнджер была изуродована. Ты планировал ударить ее?     - Нет. - выпалил Драко.     Он не смог сдержаться, чувство вины уже грызло его изнутри, когда он услышал еще одну похвалу за то, что сделал. Пэнси подняла брови и продолжила:     - В любом случае, это было превосходно. Она больше не будет хвастаться своими бобровыми зубами. Ты видел ее лицо? Я бы умерла от стыда на ее месте.     - Это было совершенно глупо. - Огрызнулся Тео.     Он тоже почти ничего не сказал. Он долго лежал в постели и читал книгу, но его тон был жестким и суховатым. Драко поднял голову, чтобы посмотреть на него, но книга закрывала его лицо.     - Какое тебе дело, Тео? Не то чтобы она этого не заслуживала, - сказала Пэнси.     Она как раз намазывала лосьоном свои голые ноги, которые она разложила на пуховом одеяле, и запах средства был довольно отвратительным. Тео положил книгу на одеяло и холодно посмотрел на нее:     - Заслуживает этого? Пэнси, скажи мне честно, когда она это заслужила.     - Она дружит с Поттером и Уизли, она всегда была мисс всезнайкой, она невыносима...     - Ты тоже можешь быть невыносимой, и все же я никогда не уродовал твое лицо из-за этого, - прошипел Тео.     Драко был удивлен его реакцией. Он выглядел разъяренным. Он никогда не думал, что сможет до такой степени защищать Грейнджер. Драко смутно подозревал, что его друг что-то  к ней да чувствует, но эта мысль вывела его из себя, и он предпочел поскорее отделаться от этой мысли, пока у него не началась бессонница.     - О, Тео... - воскликнула Пэнси. - Ты случайно не влюбился?     Драко невольно напрягся. Пэнси продолжила своим сладким голоском:     - Что заставило тебя влюбиться в нее? Тот факт, что она читает столько же книг, сколько и ты? Ее торчащие зубы? Ее пронзительный голос? Или ее нечистая кровь?     Тео преувеличенно закатил глаза.     - Заткнись, Пэнси. - пробормотал он. - Я просто говорю, что в этом не было необходимости.     - Может быть, но это было забавно.     После этого они не разговаривали. Драко наблюдал, как Пэнси достает пачку черных сигарет из ящика прикроватного столика и закуривает. Он находил совершенно отвратительным курить перед сном, но никто в спальне не высказывался по этому поводу, поэтому он предпочел промолчать.     Пэнси выкурила всю сигарету, пока в ее пальцах не остался только обгоревший кусочек, который она раздавила в пепельнице, а затем легла.     Она задернула шторы, не пожелав остальным спокойной ночи, и одновременно наложила Силенцио. Затем она снова легла и легонько погладила Драко по руке под одеялом. Но он был слишком расстроен, чтобы обращать на это внимание. Грейнджер все еще было больно? Он не знал о реальных последствиях заклинания; на самом деле, он произнес его, не зная, к чему это приведет.     - О чем ты думаешь? - тихо спросила Пэнси, резко отрывая его от размышлений.     - Ни о чем.     Последовало молчание, затем Драко спросил ее:     - Ты знала о заклинании Дантисимус?     Пэнси быстро убрала руку с плеча Драко.     - нет. Почему?     - Это заклинание, которое я наложил на Поттера.     - Ты разве не знал, что от него зубы становятся больше? - спросила Пэнси.     Драко не повернулся к ней и честно ответил:     - Да, я имею в виду, я знал принцип, я просто не думал, что это будет так... буквально.     Он вспомнил зубы Грейнджер, которые прокусили ее воротник, и ее полные слез глаза.     - Ты боишься, что она донесет на тебя, не так ли? - спросила Пэнси.     Драко осознал, что никогда даже не думал о том, что его за это накажут. Он так часто прокручивал это в голове, что забыл, что это запрещено, и что он действительно рискует быть наказанным. По правде говоря, ему было все равно. Никакое наказание, назначенное учителем, не могло быть таким болезненным, как чувство вины, которое он испытывал в тот момент.     - Нет, не совсем.     Пэнси пожала плечами, а затем злобно добавила:     - Забавно, что заклинание срикошетило и попало в Грейнджер, потому что это было очень кстати. Я уверена, что у нее комплекс по этому поводу. Будь я на ее месте, у меня был бы.     Драко повернул голову к своей лучшей подруге. На ее лице отразился язвительность. Драко никогда этого не замечал, но Пэнси всегда была особенно зла на Грейнджер. Она явно ревновала. Ее большие темные глаза были прищурены в гримасе ненависти.     Он понял, что понимает почему. Пэнси часами приводила себя в порядок, заботясь о каждой детали своей внешности, в то время как Грейнджер была хорошенькой от природы. Грейнджер была солнечной, а Пэнси - ледяной. Вероятно, именно поэтому она была так обижена на нее.     К счастью, она замолчала, и кровать погрузилась в тишину. Драко снова задумался о Грейнджер и воздействии ее заклинания, но затем сдался, сказав себе, что в любом случае нет смысла строить более драматические гипотезы. Он узнает об этом на следующий день в библиотеке. Он ворочался в постели, пытаясь уснуть, и слегка отодвинул занавеску на своей кровати с балдахином, чтобы посмотреть на время на будильнике:     00:07    - Кстати, с днем рождения, Пэнс, - прошептал Драко.     - Спасибо, - сонно ответила она.                                                          - С днем рождения, Пэнс! - воскликнули Тео и Блейз на следующий день.     - Спасибо вам, мальчики. - сказала она с улыбкой. - Я вижу, вы не забыли...     - Как мы могли забыть? - заметил Блейз. - Это же не ты  записывала дату несмываемыми чернилами во всех наших тетрадях.     Улыбка Пэнси стала еще шире.     - Не пойти ли нам позавтракать? - предложил Тео.     Они повернулись к Драко, который по-прежнему молчал. Ему не хотелось вставать, и он определенно не был голоден, но все равно кивнул своим друзьям:     - Я иду.     Они подождали, пока он закончит собираться, прежде чем покинуть спальню, затем Гостиную и войти в Большой зал. Когда они заняли свои обычные места, Драко с удивлением услышал, как много людей поздравляют Пэнси с днем рождения. Он и не замечал, что она так популярна среди слизеринцев, вероятно, благодаря многочисленным вечеринкам, которые посещала.     - Спасибо всем! - воскликнула Пэнси.     В ее волосы была вплетена розовая лента, которая элегантно ниспадала на плечи. Она также подстригла свою челку, чтобы она больше обрамляла ее темные глаза.     В это субботнее утро в Большом зале было гораздо пустее, чем обычно. Драко заметил, что за столом не было ни Грейнджер, ни Уизли, ни Поттера. Ему стало интересно, была ли она все еще в больничном крыле или позавтракала раньше.     Он грыз дольку яблока, когда внезапно сотня сов влетела в окна Большого зала. Драко заметил, как Панси с надеждой посмотрела в их сторону, но ни одна из них не приземлилась прямо перед ней. Ее отец не написал ей на день рождения, и хотя он не писал уже четвертый год подряд, она все равно казалась разочарованной.     Тео, должно быть, заметил ее боль, потому что с улыбкой бросил ей газету.     - Вот, Ежедневный пророк. Итак, какой у тебя гороскоп на сегодня, просто шутки ради?     Пэнси улыбнулась и развернула газету:     - Скорпион, Выкладывайся по полной, это очень важный день для тебя. Ты будешь так занят, что не заметишь, как пролетит время. Будь осторожен, не споткнись, ты можешь нанести себе особенно болезненную травму.     Тео расхохотался:     - Ну да, потому что завтра тебе вообще не придется об этом беспокоиться.     - Я понимаю, что ты пытаешься сделать, Теодор. - загадочно ответила Пэнси. - На самом деле тебя очень интересует мой гороскоп, но ты не осмеливаешься признаться в этом, потому что тебе на него слишком наплевать, я права?     - Да, точно...     - Ты хочешь, чтобы я прочла твои, не так ли?     - Нет, все в порядке...     - Дева, - вставила Пэнси, чем рассмешила Тео. - Воспользуйся этим спокойным днем, чтобы отдохнуть, потому что ты, кажется, немного переутомился в данный момент. Если вы состоите в отношениях, воспользуйтесь этим перерывом, чтобы показать своему партнеру, как сильно вы заботитесь о нем или о ней. И не забудьте пойти и подстричь волосы, потому что они действительно становятся слишком длинными.     - Ерунда, ты сам это добавил! - возмутился Тео.     - Нет, я этого не делала! - воскликнула Пэнси, тыча газетой ему под нос. - Смотри, это написала Рита Скитер! Это она составляет гороскопы, я ее обожаю.     - Она права, Тео. - заметил Блейз, который ел яичницу, забавляясь разговором. - Твои волосы никогда не были такими длинными.     Тео провел рукой по своей копне вьющихся каштановых волос, которые почти падали ему на глаза.     - Мне так нравится. И уж точно не Рита Вритер помешает мне отращивать их по своему усмотрению, - решил он.     Драко усмехнулся, особенно когда увидел возмущенное выражение на лице Пэнси.     После завтрака Драко провел утро со своими друзьями. Он был рад побыть с ними, но в глубине души ему не терпелось пойти в библиотеку. Если Грейнджер не было в больничном крыле, он был уверен, что найдет ее там. Он решил, что поедет днем, не желая навлекать на себя подозрения, отсутствуя весь день в день рождения Пэнси.     За завтраком Пэнси задула свечи, которые Блейз воткнул в маленькую булочку, и получила аплодисменты от большинства сидящих за столом. Затем они вручили ей свои подарки: Блейз подарил ей книгу для гадания под названием "Скорпионы в звездах", а Тео - резную серебряную пепельницу.     - Так ты перестанешь усеивать пол спальни пеплом. - насмешливо сказал он.     Затем Драко протянул ей свой, и она взволнованно открыла его. И тут же взвизгнула от восторга, увидев, что это: набор, полный лосьонов и кремов. Драко заметил, что она часто останавливалась перед витриной магазина в Косом переулке, чтобы посмотреть на него. И вдобавок ко всему Драко добавил дорогую черную помаду.     - Спасибо, Драко, я так счастлива!     Он улыбнулся. Он знал, что она любила подарки, особенно те, которые были тщательно подобраны для нее. Она дорожила каждым подарком, который он ей когда-либо дарил, каким бы убогим он ни был.     Разговор перешел на другую тему, о предстоящей вечеринке, и Драко воспользовался возможностью незаметно осмотреть стол гриффиндорцев. Грейнджер там все еще не было, она блистала своим отсутствием, поскольку ее место, как обычно, пустовало. Уизли, однако, был там, но выглядел особенно угрюмым.     - Дрей, потренируемся? - предложил Блейз, поднимаясь из-за стола.     - Э-э-э..... Нет, я не могу, мне нужно кое-что сделать. - он ответил.     Его лучший друг нахмурился:     - действительно? Что это?     - Мне нужно закончить работу, я действительно опаздываю. Это, вероятно, займет у меня весь день. Но увидимся вечером, хорошо?     Блейз кивнул. Пэнси выглядела разочарованной, но ничего не сказала, и Драко быстро ускользнул.     

***

Гермиона была в очень плохом настроении. Она была голодна, но не могла ничего есть, потому что у нее были слишком чувствительные зубы, ее раздражало поведение Рона, который упорно настаивал на своем споре с Гарри, и, самое главное, у нее были проблемы с учебой. Глава о трансфигурации, которую она хотела прочесть, была недостаточно интересной, чтобы ее мысли не разбегались в разные стороны.     Она пришла в библиотеку пораньше и намеренно поставила свою сумку на стул перед собой, заняв своими многочисленными пергаментами большую часть стола. Она даже предложила Гарри присоединиться к ней (чтобы не дать Малфою сесть), но он отказался.     В животе у нее заурчало, поэтому она сделала глоток чая, чтобы утолить голод. Склонившись над учебником по трансфигурации, она притворилась, что читает еще немного, смутно размышляя, не пойти ли ей вместо этого позаниматься в Общей комнате, когда услышала шаги рядом со своим столом. Даже не отрываясь от книги, она уже знала, кто это. Она узнала гордую походку Драко Малфоя на расстоянии.     Он остановился перед креслом напротив нее, но она по-прежнему не поднимала глаз и пробормотала:     - Отвали, Малфой.     - Грейнджер, здесь нет ни одного свободного места.     - Мне все равно, Малфой. Иди куда-нибудь еще, я не хочу с тобой разговаривать.     - О, дай мне сказать. Я не специально накладывал на тебя заклятие, ты же знаешь.     На этот раз она свирепо посмотрела ему в глаза:     - Проблема в том, что ты сам произнес заклинание, Малфой.     Он по-прежнему был одет полностью в черное, а волосы казались чуть более плоскими, чем обычно, как будто их придавила шапка. Возможно, несколькими минутами ранее он был на холоде.     - Я целился в Поттера. - проворчал он.     Взгляд его серых глаз был пронзительным. Гермиона кивнула:     - И это должно меня успокоить? - спросила она с иронией в голосе.     Внезапно глаза Малфоя расширились, что было совсем на него не похоже. Гермиона была так ошеломлена этим, что перестала выглядеть возмущенной и нахмурилась:     - что?     - Грейнджер, что ты сделала со своими зубами?!