Глава 3

      Как бы ни хотелось сразу перейти к учёбе, сначала необходимо рассказать, что представлял из себя дом и близлежащая территория, в которой следующие несколько лет жизни мне пришлось прожить безвылазно, ведь как вообще на время настоящей войны родитель может осознанно не следить за теперь уже своим ребёнком. Двухэтажный, внешние стены которого были сложены из серовато-белёсого гранита, основание выложено тёмным, практически чёрным с прожилками мрамором, а крыша представляла собой почти плоское, имеющее небольшой угол наклона, пространство. Сам особняк площадью достигал максимум четырёхсот-четырёхсот пятидесяти квадратных метров, подвальные же помещения с отдельным входом и крыльцом имели незначительное незримое расширение пространства, дающее прирост к площади примерно в полтора раза. Всё это накладывалось лишь для того, чтобы в холоде и вдалеке от лишних глаз можно было хранить товар, позже выставленный в лавках.       На первом этаже располагалась кухня, в которой трудились и жили два домовика, большая, но уютная столовая, впечатляющая гостиная с камином и диванами, расставленными П-образно, комнаты, экранированные от излития магии вне своего пространства в количестве трёх штук, конечно же домашняя, хоть пока ещё и совсем небольшая библиотека из четырёх заполненных стеллажей. Хозяйственные помещения также присутствовали, но визитной карточкой дома служила Т-образная центральная лестница из сероватого мрамора, ведущая на второй этаж, где располагались комнаты для проживания хозяев и их гостей вместе с библиотекой обычной, немагической литературы.       Моя нынешняя комната располагалась на втором этаже, в противоположном от родительского, крыле. Н-да, вот уж точно не было печали, а приходилось проживать второе детство. Скажу честно, желания притворяться, играть неразумного или разумного, но всего лишь мелкого, пацана со своими тараканами меня не прельщала совершенно, поэтому я так и не делал. Я однозначно решил, что секрет проживания второй жизни оставлю секретом и никому не расскажу, но это не было поводом, чтобы притворяться. Как ни крути, прямо сейчас шла война, семья потратила практически все свои накопления на улучшение магической защиты особняка посредствам ритуалистов, а я вообще чёрт знает откуда появился. Этих поводов было вполне достаточно для того, чтобы «рано повзрослеть», говорить только по делу и серьёзно увлекаться магией и учёбой, не отвлекаясь на глупости, особые игры или что-то такое. Я даже практически в открытую сказал, что сверстники мне были не интересны, хотя семья иногда приглашала гостей, таким образом хоть немного устраивая отдых для души. Взрослые же дети четы Брендсон разъехались по другим странам, но по мере возможности помогали родителям в нелёгком деле отстаивания частной собственности от разного рода нападений или продажи продукции магического характера в другие страны, особенно во Францию и большое магическое поселение, являющееся единственным местом, откуда можно было попасть в Дурмстранг или уплыть практически в любую часть света на магическом корабле, не применяя аппарации или других средств перемещения.       Теперь можно поговорить немного о моей любимой теме учёбы и постижения волшебства. Начнём с успехов, а они пока что были крайне незначительны. Ну а как иначе? Когда ребёнку пять лет, ничего, кроме детских выбросов и незначительных искажений, созданных по воле нестабильного эмоционального фона, не происходит, но это не помеха взрослому и развитому сознанию изучать теорию, взаимодействовать с внутренней энергией, проводить эксперименты по её выпуску во внешнюю среду и так далее. На данный момент мой план развития выглядел следующим образом: постепенно развивать каналы и меридианы в теле посредством перекачки, средоточия, при этом не спалив их, научиться управлять энергией внутри собственного тела и наконец освоить способы более качественного и комплексного напитывания стенок каналов и собственного тела манной. Основная проблема, которая стояла передо мной, — катастрофический недостаток контроля над собственной энергией. Как показали эксперименты, некоторые резкие движения с помощью своего тела влияют на ток манны внутри каналов и дают как будто бы большую концентрацию, для того чтобы зацепиться сознанием за ключевой узел, с помощью которого можно управлять током энергии и направлять её внутри собственного тела.       После обретения контроля, например, посредством резкого движения рукой вперёд, практически совершив удар по воздуху, над манной внутри одного канала собственного тела (а больше пока катастрофически не получалось), можно было думать о том, чтобы «выбрасывать» её наружу. Вот тут можно полностью забыть о каком-либо направленном контроле, даже посредством движения тела «в такт» выделяемому ручейку манны. Чем дальше энергия уходит от тела, тем быстрее теряется та самая ниточка контроля и тем сложнее ею управлять. Что это значило для меня на данном этапе? Невидимый в обычном спектре ручеёк манны не больше сантиметра от тела, который рассеивался сразу после потери контроля. Я пробовал касаться обычных предметов, например, металлов и дерева, но практически сразу терял контроль над манной, или она рассеивалась по материалу. Получалось, подобные эксперименты нужно было пробовать и дальше, но с намного более филигранным контролем и большим количеством применяемой манны. Органика почти вся погибала, только дважды мне удалось достичь состояния, где мимолётно возникали странные процессы сродни незначительной мутации, но для таких экспериментов нужно было огромное количество энергии. Пробовать на животных и тем более на людях я не рисковал, ведь уровень моего контроля и количество энергии были просто ничтожными для таких манипуляций.       Я проводил эксперименты и со стихийной магией — моим козырем. Эта энергия гораздо более «тяжела» для каналов и буквально прожигает их. По сравнению с нейтральной манной она тягуча, практически неподвластна контролю, инертна к движениям тела. Стенки её каналов могут выдержать максимум половину секунды, после чего начинают расплавляться, и в течение долгого времени их приходится напитывать нейтральной манной для восстановления. Пускать стихийную магию в своё внутреннее пространство вообще очень опасно, потому что потом её очень тяжело нивелировать и она сжигает всё внутреннее тело. Приходится гасить буквально по капле этой энергии ручьями обычной, нейтральной, а потом выбрасывать в окружающее пространство, серьёзно повреждая точки выхода. Ах да, про точки выхода я ещё ничего не рассказывал.       Это вообще отдельная тема, образованная в тот первый выброс. Причём большее значение имело именно физическое, нежели духовное. Так, самые большие точки выхода расположены в конечностях, а остальные, помельче, практически сразу закупорились и имеют небольшие утолщения-развороты для энергии, чтобы она могла спокойно курсировать по каналам в одну сторону, возвращаться в тело и там проходить буквально километры любопытно закрученных меридианов, а потом, когда это необходимо магу, словно раскручиваясь, ускоряясь и поступая в конечности, давать импульс для мышц и там же полностью испаряться. Следует дать ещё одно важное пояснение — в момент таких испарений энергии, видимо, потому, что, исключая конечности, само по себе устройство тела намного сложнее и более энергопотребляемо, каналы конечностей и выходов развиваются в реальный мир намного быстрее и тем самым нивелируют всякую разницу между ними. Кстати, говоря об этом поглощении энергии конечностями, стоит заметить, что речь идёт именно что о временном эффекте усиления в момент выброса адреналина и о чётком понимании необходимости, например, бега, когда от скорости зависит жизнь.       Самыми же эффективными методами развития своего внутреннего мира, на удивление, пока что являлись физические тренировки, способствующие лучшему из возможных взрослений тела, наличие насыщенного магического фона, также полноценным потоком дающего энергию для дальнейшего развития внутреннего мира посредством описанных ранее методов и экспериментов, и, что особенно неожиданно, осознанная мозговая активность. Потрясающе, правда? Ну, не то чтобы, ведь в данный момент защитить свою тушку я был просто не в состоянии.       Теперь стоит поговорить о самой запутанной части моего развития — существующей в этом мире магической теории. Да, приёмные родители были не остолопы и запирали библиотеку с магическим чтивом сложнее сказок, но и я на самом деле не был пятилетним ребёнком, так что запасной ключ нашёл достаточно быстро. Такие фундаментальные магические науки, как Чары, Трансфигурация, Зелья, Травология, ЗОТИ, Руны, Нумерология я пока что изучал только теоретически и проводил эксперименты. Почему такой набор дисциплин? На самом деле всё просто — «братья и сестра», приёмные родители и их непосредственные родители обучались в Хогвартсе. Да, по очень разным программам, но всё же школа была одна, и в ней использовались примерно одинаковые теоретические основы, составляющие базу волшебника. Я же, кстати, планировал поступать скорее в Дурмстранг. Насчёт этого можно будет поговорить и позже, но, возвращаясь к Хогвартсу, там абсолютно вся программа завязана на палочковой магии, а я просто не представлял, как она работает. Ну, вернее, теорий множество, и, скорее всего, данная магия выступает как своеобразный обширный выход для манны, преобразователь в материю посредствам конструктов (палочковое волшебство подразумевает жест и словесную формулу) с псевдоразумом. Многое в эту концепцию не вписывается, например, то же самое невербальное волшебство и процесс освоения беспалочкового волшебства особо сильными и опытными волшебниками, но, если очень постараться, можно объяснить и не такое.       Из всего вышеперечисленного напрашивалось несколько выводов. Угрохать всю жизнь, постигая мастерство владения палочкой, а потом просто её потерять и остаться абсолютно беспомощным, когда уже выработал некие константы для развития себя как мага без каких-либо инструментов — глупость. Да, похоже, для достижения уровня, который позволял хотя бы просто влиять на реальность, мне понадобилось бы огромное количество времени, сил и экспериментов. Но зато таким образом можно было стать намного более непредсказуемым и сильным противником, с которым не справиться одним удачным Экспелиармусом. Да и в жизни это стало бы незаменимым. Как бы там ни было, все эти выводы не помешали мне штудировать теорию, всеми силами стараться разобраться в ней и перенести на свой метод волшбы. Почему, кстати, я просто не мог взять чью-то палочку и экспериментировать? Тут, на самом деле, всё очень просто. В этой стране палочка — твой грааль, инструмент, любовница, паспорт и ещё под сотню различных атрибутов. Её так просто надолго не выпускают от себя даже самые беспечные придурки, а уж ответственные волшебники — тем более. Это ещё не говоря о том, что сама палочка легко может не подчиниться тебе или устроить подлянку.       Наверное, теперь становится понятно, почему мои предпочтения пали на Дурмстранг? Ладно, в любом случае расскажу подробнее. Учёба там начинается с девяти лет, заканчивается же в двадцать, и к этому времени можно овладеть как минимум пятнадцатью дисциплинами на приличном уровне. В этой школе большое внимание уделяется развитию боевого аспекта магии, даже слегка тёмной направленности, в ней присутствует обязательный физический уклон для всех, социальные пересечения имеют специфический уклон, и у детей не остаётся времени особо разойтись в искусстве интриги на окружающих, что мне импонировало, ведь не должно было возникнуть множества провокаций со стороны других студентов. Также эти ребята осваивают палочковый аспект отнюдь не так плотно, как в Хогвартсе, и в большей степени прибегают к посохам и кольцам. Как мне казалось, подобные инструменты дали бы мне намного больше возможностей для развития. А, ещё в Дурмстранге действительно умирают и существуют абсолютно безумные виды спорта и развлечений, которые я уже хотел опробовать на себе, но оставим всё это на потом. Пока же мои планы оставались только планами, и их нужно было реализовать.