Часть 3

Джин лижет губы, прося открыть их. Он изнывает, его член пылает и хочет наконец войти. Ошейник на шее смотрится очень эстетично с бледной кожей. Его длинные пальцы ласкают грудь, делают всё, чтобы его любимая госпожа дала разрешение сделать первый толчок. Он твоя личная марионетка, лучший мальчик в коллекции. Его лицо произведение искусства. Каждая марионетка ждёт своего часа, когда сможет услужить госпоже, но Джин самый лучший из них. Каждый вечер все марионетки едят за одним столом. У одного из них точно будет подсыпан афродизиак — знак сегодняшней ночи с госпожой. Негласное правило, которое нельзя нарушать. Если чувствуешь жар в теле и хочется сделать всё, чтобы успокоить его. Именно это даёт понять, что после ужина нужно срочно идти к госпоже. Даже если Т/И занята созданием новой марионетки, она обязательно поможет одному из них ночью. До последнего Т/И любит наблюдать эти эмоции. Даже если их нельзя назвать людьми, они до ужаса похожи на них. Иметь и сделать таких может позволить себе далеко не каждый. Т/И очень искусна в создании марионеток. Джин изначально был одним из заказов. Только она передумала. Решила оставить себе это красивое личико. Этот парень настолько хорошо доставляет удовольствие, что нельзя оторваться от него. Джин хочет сделать всё по-своему, но знает правила. Для всех в этом доме есть чёткие указания, иначе наказание последует сразу же. Именно поэтому Джин смотрит с мольбой. Его тело пылает, а с головки члена капает предэкуляр. Он стонет и делает толчки в воздух, как если бы сейчас толкался в тело госпожи. Он целует ушко, оттягивает нижнюю губу и сладко стонет, но Т/И продолжает наблюдать и иногда стонать. Джин не выходит за рамки дозволенного, но и медленно теряет контроль. Т/И переворачивает Джина на спину и садится на него. Его член упирает ей в задницу и натыкается на ткань тонки трусиков. Мычит неудовлетворительно и шепчет о большем. Т/И отодвигает ткань трусиков и насаживается на член до конца. Прикрывает рукой ротик и стонет от габаритов Джина. — Прошу… — молит и закрывает рукой глаза. Ему очень сложно себя сдерживать. Хочется сделать толчки, резкие и совсем не заботится о правилах. — У тебя всё на лице написано, но знаешь. Ты стал моей любимой марионеткой. Такой идеальный, что даже другие мужчины из аристократичных кругов не будут твоими соперниками. Одеть бы тебя в самые лучшие одежды и смотреть на завистливые взгляды других дамочек. Ты лучший в моей коллекции, Джинни, — впервые называешь его так и на секунду он перестаёт дышать. Т/И позволяет ему трахать себя как хочет. Ему дважды не надо повторять. Он переворачивает Т/И на живот и входит резко. Точком заполняет до конца и срывается на башенную скорость. Вбивается сильно, а руками держит руки за спиной очень крепко. Сокджин стонет от удовольствия. Никаких ограничений и ничто не позволит ему сдерживаться. Он так долго этого ждал. Его член изнывал и теперь получает нужное. Т/И сжимаешь его сильно и приходится немного сбавить темп, чтобы не сделать больно. Его госпожа под ним стонет и сама помогает сильнее насаживаться. Не может сдерживать стонов и выкрикивает имя Джина. Ему срывает голову от афродизиака и тела Т/И. Всё перед глазами становится мутным. Он не видит Т/И и даже не осознаёт как громко кончает на спину госпоже. Он ещё не может отойти от секса, но наклоняется, чтобы помочь госпоже дойти до пика. Лижет усердно складочки, мажет усердно по комочку нервов и пихает язычок внутрь, где давно всё пылает. Т/И кончает от умелых действий Джина. Он не оставливается, подбирая каждую капельку природной смазки его госпожи. Т/И переворачивается на спину и гладит рукой Джина по волосам. — Хороший мальчик.