Пролог

      Он проснулся в холодном поту, сердце билось так сильно, будто он бежит марафон, дыхание частое настолько, что было больно. Он проснулся от того, что схватил себя за запястье, по которому плавно растекалась боль, будто кто-то пытал и медленно разрезал кожу.       Но никакой крови не было. — Марго, выведи мои показания на экран.       Ассистент не стала медлить, через полминуты на экране красовалось полное обследование организма.       Сергей был здоров, хотя пульс, сердечный ритм и давление были не просто высокими, они били все возможные показатели. — Какого черта?.. — Ты же сам прекрасно понимаешь, что происходит, не прикидывайся, Тряпка. — Ну да, как я мог забыть о тебе, Птица. Не подскажешь, что это такое, блять?! — Она…       Осенило. Соулмейт. — Она…она причиняет себе боль?.. Зачем?! Нам надо как-то предупредить её, надо сделать что-то, чтобы она поняла, что она не одна. — Ущипни себя, кретин, она поймёт.       Лёгкий, насколько возможно, не болезненный щипок в плечо. И боль в запястье остановилась. ***       «Шлюха. Мразь. Эгоистка. Лицемерка.»       Изумительные ярлыки, которые делали больно ментально. Чтобы было не так больно внутри, надо сделать больно снаружи.       Она считала, что соулмейта у неё нет, что она не заслужила даже этого, нет никого, кто был бы связан с ней «красной нитью», потому что она не достойна.       Это был не первый, совсем не первый раз, когда она спасала себя таким образом, никогда до конца, только сделать больно, сделать новый шрам, чтобы напоминать себе о том, кто она, но не до конца, потому что не хотелось делать больно родным. Им и так тяжело с ней, но они не заслуживают страданий, которые принесёт её смерть.       Внезапное покалывание в плече, будто кто-то ущипнул. Нож упал в воду, рука метнулась к месту, через которое Он дал знать о себе. Он все же есть, и она сделала ему больно. — Тупая дура.       Слёзы безысходности.