Часть 3

***

      Уже успокоившись, профессор мысленно поблагодарил Дамблдора за его подозрительно быстрое согласие. Да и вид у него какой-то... помятый что-ли. Профессор почти бесшумно шел по коридорам, направляясь в свои покои, лишь стук его черных туфель эхом разносился по старым, но еще достаточно прочным коридорам Хогвартса.       Мысли вновь затмил силуэт Поттера-младшего. "Заносчивый, как и свой негодник-отец. Не сидится на заднице ровно, теперь этому недоумку взбредило участвовать в Турнире Трех Волшебников. Не по своей воле, конечно, но в любом случае, теперь ведь мне заботиться о невредимости и сохранности Поттера, отвечая за него своей собственной шкурой. Похоже, судьба слишком добросердечна к нему. А как еще объяснить тот факт, что еще четыре года назад здание Хогвартса спокойно существовало, оберегая учеников, и ни о каких происшествий даже речи не шло. Он висел на волоске от смерти четыре раза. Четыре! И каждый раз я спасал его задницу, которая никак не усядется ровно."       Северус решил не заботиться об этом сейчас: на данный момент ему нужно думать о поставленной ему Лордом миссии.       Старый маразматик не успокоится до тех пор, пока не захватит весь мир, и не перебьет всех предателей крови. Ему повезло, что он находится в списке «Любимчиков» у Темного лорда, ибо вместо жертв, которых мучали пожиратели непростительным заклинанием, был бы он.       Голова забилась мыслями о завтрашнем отъезде. Хотелось оттянуть момент отбытия на как можно дольше, но догадываясь, какой гнев обрушиться на него от того, что Лорд заметит его пренебрежительность и не стремление выполнить миссию, он понял, что трансгрессировать в Лондон надо с утра.

***

      Добравшись до коридора своих мрачных комнат в подземельях, освещенных с трудом горящим факелом, он нисколько не удивился, что в таких укромных местах, как подземелье, света почти не бывает.       Наконец, по памяти нащупав ручку своей двери, он обыденно потянулся холодной имеющей болезненно-бледный окрас рукой в карман своего плотно закрытого на все пуговички сюртука. Засунув руку в карман, он достал из глубокого кармана ключ. У ключа не было особых отличий. Если вы ожидали, что тут будет какое то описание ключа, то нет, не в этот раз. Ключ выглядел совершенно обыкновенно, без каких либо отличий, похожий на маггловский ключ.       Он вставил его в замочную скважину старой, скрипучей двери, которую он мысленно проклинал за лишний, раздражающий и режущий уши скрип, который она издавала с каждым открытием.       Дважды прокрутив в правую сторону, он оттолкнул дверь, вновь убеждая себя воздержаться от негативного комментария, слыша противный скрип двери.       Войдя в свои мрачные, освещаемые лишь лампой, стоящей на рабочем столе апартаменты, – если так можно назвать комнатку размером с всего ничего, – он шумно выдохнул, в очередной раз убедившись, что все его существование -бессмысленно Привыкнув каждую ночь возвращаться в эти покои, принимать душ, ложиться спать, просыпаться, беспокоится о Поттере, терпеть умалишенных первокурсников, ненавидеть этого старого маразматика Реддла, понимать, что ничего в его жизни уже не изменится, уже не надеяться на какой-либо подарок судьбы, он смирился с тем, что проживет свою никчемную жизнь бесполезно на побегушках у Дамблдора. Весело, не правда ли? Одним словом. Безысходность.       Приступы разочарования у Снейпа бывали крайне редко, но все же иногда навещали. В такие моменты руки буквально опускались, хотелось лечь как бревно и больше не вставать и чувствовать в душе свободу, покинув мир смертных .Оборвать связь с миром, забыть обо всем, и лишь одно желание.. одно маленькое желание.. вновь увидеть женщину, которая уже больше десяти лет крепко засела в его надломленном сердце. Вновь увидеть ее чистые зеленые глаза, увидеть ее улыбку, лишь почувствовать ее рядом с собой, убедиться, что с ней все хорошо. Даже с этим проклятым Джеймсом, если ей хорошо с ним, он готов принять это. Пусть Джеймс и был ненавистен ему, чудак испортивший ему подростковую жизнь. Снейп желал лишь быть уверенным, что Лили счастлива.. милая Лили..       В такие моменты из такого состояния выводил разум, который кричал вернуться к повседневности. Вернуться к своим обычным делам, на подобии беспокойства за Поттера или оценки никуда не годных зелий первокурсников.       Выведя себя из ностальгического транса, Снейп одним взмахом волшебной палочки зажег свет в помещении. Окинув обреченным взглядом свои мрачные и ледяные от холода в подземельях покои, снял мантию и повесил ее на стул, стоящий возле рабочего стола.       Покои зельевара и вправду были опустевшими. Небольшая, скромная комнатка в стиле минимализма, а конкретнее – в стиле полного отсутствия каких-либо дополнений интерьера. Черные, унылые стены, коричневый ламинат и четыре ярко-горящих факела по периметру помещения. Обычный человек увидев эти пугающие и гнетущие тона, удивившись, задумался бы, все ли у человека в порядке.       Снейп никогда не задумывался о создании уюта и комфорта, красоты и изысканности своих комнат, отмахиваясь обычным «Кроме меня, в этих покоях никто не живет. Меня все устраивает.». Хотя этот комфорт ему был ни к чему, у него либо были занятия с учениками, либо он был занят созданиями лечебных зелий для мадам Помфри. И с таким графиком Снейп возвращался в свои подвалы только поздно ночью и лишь для сна.       При входе в комнату первым бросался в глаза коричневый дубовый письменный стол с многочисленными ящичками, который уже долгое время служил зельевару своей прочностью и комфортабельностью. В прочем, ничего удивительного, секрет стойкости это стола лишь в том, что Снейп им практически не пользуется. Возле стола стоял такого же цвета рабочий стул, обычный стул, ничего удивительного, четыре палки, сидение и спинка.       Рядом со столом, в самом углу, стоит стеллаж с десятками книг. Стеллаж неудивительно черный, в этом стеллаже тоже нет ничего удивительного. Классический стеллаж. Но вот книги на этом стеллаже достаточно отпугивающие: Темная магия l том, Зельеварение, Защита от темных сил, Проклятья и порчи, Мистические животные, Заклинания и их эффекты.       И много подобного. Также на его полках присутствовали и привычные нам книги на подобии классики, детективов, психологии и философии. Все это, пылясь, хранилось на полках загадочного зельевара. Снейп находил чтение книг намного увлекательнее, безопаснее и полезнее, нежели полеты на метле или вечеринки.       Впрочем, больше в комнате почти ничего не было. Разве что одинокая вешалка, висящая при входе в комнату.       В комнате также присутствовали три двери. Три дубовые двери. Одна вела в личную лабораторию Снейпа, другая в ванную комнату, а третья в спальню.

***

      Сняв с себя сюртук, повесил ее на вешалку, что была при входе. Также он поступил и с обувью, но ее он поставил у двери.       Решив принять горячий душ после не самого приятного вечера, он направился в ванную комнату. Бесшумно шагая в сторону дубовой двери в ванную, надеялся освободится от цепей обязанностей обычным душем.       Захлопнув за собой дверь, он снова осмотрел душевую, пытаясь найти какие-нибудь изменения. Изменений не было. Все тот же душ. Та же белоснежная раковина. Ничего нового.       Медленно стягивая с себя одежду, он освободился от рубашки, оголяя подтянутый торс, и повесил одежду на крючок. Сняв остальные лоскуты одежды, он бросил их на пол. Сейчас его это не особо волновало.       Дошагав по холодному кафелю до душевой кабины, он открыл дверцу и вступил внутрь. А после провернул рукоятку крана в сторону горячей воды.       Почувствовав теплые капли, падающие на голову, он усилил напор воды и запрокинул голову назад, подставляя лицо горячим и свежим струям воды. Все мысли и заботы медленно покидали его, они буквально смывались душем. Время медленно тикало, прошло десять минут с тех пор, как Снейп встал под душ.       Часы пробили двенадцать. Снейп вышел из душ с обмотанным полотенцем торсом. Приоткрыв дубовую дверь спальни, он толкнул ее и вошел внутрь.       Заклинанием разжег факела и открыл шкаф, отыскал сменную одежду. Вытащил лоскуты ткани, и надев их, без раздумий упал на кровать. Не в силах думать или делать что либо, он лишь взмахнул палочкой что бы потушить факелы в комнате, прежде чем он впадет в царство Морфея.