Часть 21

Дженни лежала, уставившись в пустой потолок, и терпеливо ждала, когда её наконец покормят. Её мысли блуждали в хаосе последних событий, но среди них всплыла одна ясная мысль — у неё появился союзник. Если сработаться с ним, можно быстро выбраться отсюда. Юнги на первый взгляд казался жестоким, холодным и бесчувственным, словно человек без сердца. Но Дженни понимала — это лишь маска. Внутри него было гораздо больше, чем он показывал окружающим. И теперь она была уверена, что оказалась права. Человек, который отчаянно стремится к свободе, который готов рисковать и бороться, не может быть полностью бесчувственным. Ведь чтобы чего-то так сильно желать, нужно уметь чувствовать. Чувства исходят из сердца. А значит, у Юнги оно всё-таки было. Она услышала, как в замке повернулся ключ, и на её губах скользнула ухмылка. В предвкушении она слегка приподнялась, уверенная, что Юнги вот-вот войдёт с едой в руках. Эта мысль делала её счастливее — слишком долго она оставалась голодной. Два дня. Больше двух дней без еды. Когда дверь медленно распахнулась, на пороге показалась макушка чёрных волос. Дженни замерла, готовясь увидеть ожидаемого спасителя. Юнги вошёл в комнату, но его руки были пусты. Дженни нахмурила брови, разочарованно скрестив руки на груди. — Где еда? — Она пристально смотрела на него, ожидая объяснений. — Ты же ушёл, чтобы принести мне что-нибудь поесть. Юнги проигнорировал её упрёк, не обращая внимания на её недовольство. Вместо этого он задал другой вопрос: — Ты хотела знать, какое сейчас время суток? Дженни недоверчиво кивнула. — Тогда пошли со мной. Она приподняла бровь, услышав его слова, а потом усмехнулась, скрестив руки на груди. — Подожди-ка... А разве не ты недавно говорил, что я никуда не выйду? — она с издёвкой посмотрела на него. Юнги молча выслушал её подкол, не пытаясь оправдываться. Потому что она была права. Буквально полчаса назад он твёрдо заявил, что не доверяет ей и ни за что не выпустит за пределы комнаты. Но, несмотря на это, Дженни всё равно поднялась с кровати. Она чуть приостановилась у выхода, скользнув по нему внимательным взглядом. Её движения были ленивыми, но уверенными. Она посмотрела на Юнги с прищуром, будто оценивая его. Когда она проходила через порог, её плечо едва заметно коснулось его руки, а горячее дыхание скользнуло по его коже. — Значит, ты передумал? — её голос зазвучал мягче, но с той же насмешливой ноткой. — Или просто хочешь погулять со мной под луной? Она не спешила отойти, задержавшись на мгновение так близко, что могла уловить его запах. В глазах мелькнул лукавый блеск, а уголки губ изогнулись в едва заметной ухмылке. Юнги не шелохнулся, но она заметила, как его пальцы на мгновение сжались в кулак. — Просто иди, пока я не передумал, — его голос был холодным, но Дженни чувствовала, что за этой маской что-то проскользнуло. Она улыбнулась ещё шире, сделала шаг вперёд, но бросила через плечо: — Надеюсь, ты не станешь жалеть, что выпустил меня. И медленно пошла вперёд, зная, что Юнги смотрит ей вслед. Когда Дженни прошла через порог, её плечо едва заметно задело Юнги. Лёгкое, почти невесомое касание, но достаточно, чтобы заставить его на секунду задержать дыхание. Она сделала это нарочно. Он был в этом уверен. Она играла. И, в отличие от других, не боялась его вовсе. Её смелость раздражала и, одновременно с этим, будоражила. Юнги сжал челюсть, наблюдая, как она чуть замедляет шаг, будто давая ему возможность полюбоваться её спиной. «Читает меня, как открытую книгу», — мелькнула мысль, и от этого стало ещё злее. Он всегда думал, что люди бывают двух типов: те, кто ломается под давлением, и те, кто учится выживать, адаптироваться и бороться. Он относил себя ко вторым. И был уверен, что Дженни такая же. Она цепляется за жизнь, использует любые способы, чтобы выбраться из этого места. Но чем больше он наблюдал за ней, тем сильнее понимал — она другая. Она не ломалась и не боролась. Она просто обходила препятствия, играла, использовала хитрость, заставляла других делать за неё всю работу. И при этом не прилагала никаких сверх усилий. Юнги закрыл дверь чуть резче, чем следовало бы. — Ты собираешься идти? — Дженни остановилась, сделав несколько шагов вперёд, и лениво повернулась к нему, поднимая бровь. — Или решил просто любоваться мной со спины? — её голос звучал с лёгкой насмешкой, а в глазах плясали хитрые огоньки. Юнги лишь покачал головой, словно удивляясь её наглости, и, не говоря ни слова, начал закрывать дверь. Дженни наблюдала за ним с легким прищуром, ожидая, пока он закончит. Чёртова девчонка. Она всё больше и больше его интересовала. Когда дверь наконец захлопнулась, Юнги медленно направился к ней. — Довольна? — буркнул он, подходя ближе. Дженни лишь усмехнулась, чуть наклонив голову набок. — Ну, теперь — да. Мне ведь не хотелось идти одной, вдруг ты заскучаешь, — её голос был почти мурлыкающе. Юнги закатил глаза, но не смог скрыть, как уголки его губ дёрнулись в почти незаметной ухмылке. Когда они дошли до комнаты, в которой раньше держали Дженни, к Юнги подбежал один из парней, явно запыхавшийся, будто бежал всю дорогу. — Юнги! — он перевёл дыхание и быстро заговорил. — Глава вернулся. С полпути. Юнги резко остановился, сузив глаза. — Что? — Он хочет снова проверить девушек, — парень нервно сглотнул, глядя на Дженни, которая стояла рядом с привычной ухмылкой, будто происходящее её совсем не волновало. Юнги выругался про себя. Чёрт, это совсем не вовремя. Он резко развернулся к Дженни, ловя её взгляд. — Снова проверять? — она прищурилась, скрестив руки на груди. — Похоже на то, — процедил Юнги, его челюсть напряглась. Глава никогда просто так не менял решения. Это значит, что у него появилась новая информация. — Он сейчас в лаборатории. Что будем делать, босс?— спросил парень, нервно косясь в сторону коридора. Юнги задумался. Это могло значить только одно — у них осталось совсем мало времени. Юнги обернулся к Дженни, глядя на неё сверху вниз. — Зайди в свою старую комнату и жди меня там, — его голос был твёрдым, без намёка на обсуждение. — У нас есть дела, которые нужно закончить. Дженни лишь усмехнулась, глядя, как он переключает внимание на парня. — Всё в порядке, — сказал Юнги, холодно. — Просто проследи, чтобы все девушки вернулись в свои комнаты. Не привлекай внимания. Парень кивнул, хоть и выглядел напряжённым. Юнги же не стал тратить больше ни секунды. Развернувшись, он бросился в сторону комнаты Чонгука. В груди неприятно свербело чувство, что всё идёт не по плану. Юнги быстро подошел к двери комнаты Чонгука и, не теряя времени, постучал. Его пальцы слегка нервно коснулись двери, но он сразу же сдержал себя. Несколько секунд тишины, и наконец, раздался голос Чонгука из-за двери: — Кто там? Юнги, не задумываясь, ответил: — Чонгук, это я, Юнги. Срочно надо спрятать девушку. В его голосе было что-то тревожное, что-то, что не оставляло места для вопросов. — Что случилось? – Чонгук первым задал вопрос, когда увидел Юнги у дверей, его лицо выражало тревогу. — Босс вернулся. Он в пути и сейчас снова хочет проверить девушек. Не думаю, что он будет слушать оправдания, Чон. – Юнги говорил спокойно, но его серьёзный тон говорил о том, что ситуация далеко не простая. Его взгляд был напряжённым, и Чонгук почувствовал, как сразу насторожился. — Я встречу его, а ты отвези её в свою комнату, – сказал Чонгук, быстро указывая головой внутрь своей комнаты. — Нет, не стоит. Он и в твоей комнате всё проверит. Это всё, похоже, Сэм устроил. Он сообщил боссу, что мы прячем девушку. Он точно сказал, что собирается к боссу. — Чёрт, я же видел, как он на меня подозрительно смотрел! – Чонгук с яростью прошел к своей комнате, его злость только усиливалась. Он открыл дверь и кивнул Юнги зайти. Тот вошел следом. Юнги бросил взгляд на девушку, сидящую на кровати, с недоумением глядящую на них обоих. — Может, её обратно в ту комнату отправить? – предложил Мин, имея в виду комнату сестры Дженни. — В какую? Говори чётко, чёрт возьми! Сейчас не время для твоих загадок! — Не кипятись, а. В комнату с 83 процентом, я же говорил. – Мин попытался немного успокоить Чонгука, видя, как тот взрывается из-за малейшего стресса. — Нет, это не вариант. Он сразу заметит её. Нужно придумать что-то срочно. Где отец сейчас? — В лаборатории. Он сказал, что должен поговорить с мистером Джеймсом. — Лаборатория... Точно! – Чонгук, словно осенённый мыслью, сразу набрался решимости. – Надо её туда отвезти! — Ты уверен? – спросил Юнги, все ещё не веря в такую спонтанную идею. Чонгук кивнул, решив не терять времени. — Да. Быстро найди мне девку с таким телосложением, пусть она побудет тут. А я сам отвезу её в лабораторию. — Юнги, видя твёрдое решение Чонгука, молча кивнул и поспешил покинуть комнату, зная, что время на исходе. Только будь уверен, что та девушка не коснётся ни единого предмета. Даже если присядет — я убью её, понятно? Ты же знаешь, что они для меня ничего не стоят, – сказал Чонгук с холодной угрозой в голосе. Он не скрывал своего отвращения к тому, чтобы женщины вообще были в его комнате. Сам факт, что кто-то женского пола оказался в этом пространстве, был для него невыносим. И особенно странно было то, что он сам позволил ей остаться. Лиса невольно взглянула на одежду, которую она носит – большую серую футболку Чонгука, ту, которую он сам дал ей накануне. Странно, как при таком отвращении он мог позволить ей остаться в своей комнате. Но, возможно, у него действительно не было выбора. Наверное, у него нет выхода, — подумала Лиса, почувствовав, как все её мысли запутываются. — Знаю я, не беспокойся. Если хочешь, можем поставить на её место Дженни, – предложил Юнги, будто бы это был единственный вариант. Он знал Дженни, и ей можно было доверять, особенно в таких делах. Она бы не предала, если бы им нужно было всё это скрыть. — Это ещё кто? – Чонгук поднял одну бровь, когда услышал предложение Юнги. Он уже не был уверен, что нужно доверять всему, что тот говорит. — Это её подруга, – ответил Юнги, кивая на Лису. — Ааа, без разницы. Только помни, что я сказал: если что, не посмотрю, что она твоя подружка, – с холодной решимостью произнёс Чонгук. Он вывел Лису из комнаты, держа её за руку, и двинулся в сторону коридора. — Ты же не убьёшь Дженни? – спросила Лиса тихим, но серьёзным голосом, когда они выходили в коридор. Она всё ещё шла за ним, безропотно, как будто все её страхи растворялись в её шаге. Чонгук, забыв на мгновение, что она с ним, продолжал идти вперёд. Когда Лиса снова заговорила, он замер, и только тогда вспомнил, что она шла рядом, но не остановился. — Если это потребуется, я не буду колебаться, – ответил Чонгук холодным и бесэмоциональным голосом, даже не взглянув на неё. Лиса почувствовала, как внутри что-то сжалось. Вопросы, которые она держала в себе, не давая себе покоя, наконец прорвались. — Почему вы меня прячете от вашего отца? И почему вообще меня искали всё это время? – её голос был тихим, но твердым, и в нем сквозила тревога. Чонгук на мгновение замер, но потом его взгляд стал ещё более холодным. — Так надо! Он не должен узнать, что ты здесь, – ответил он с яркой злостью в голосе. Этот тон мог бы заморозить всё живое вокруг, но Лиса уже привыкла. За несколько дней её жизнь изменилась до неузнаваемости, и она начала понимать, что в этом доме царит свой особый порядок. Лиса, тем не менее, не отступала. — Если не ответишь, пеняй на себя. Я прямо выйду к нему. Ты можешь на это рассчитывать. – В её голосе появилась решимость, уверенность, которой не было несколько дней назад. Она почти не замечала, как изменяется её отношение к происходящему. Она была готова встретиться с этим миром лицом к лицу, зная, что на неё кто-то охотится. Судьба была предрешена, но она всё равно могла попытаться сделать что-то, пока ещё не всё было потеряно. Даже если это означало принять смерть, спасая других. Чонгук резко остановился, его глаза вспыхнули яростью. Он повернулся к ней, и, схватив её за верхнюю часть руки, так сильно, что она едва могла вдохнуть, стиснул её с неприязнью. — Даже не вздумай! Ты поняла меня?! – его голос был таким грозным, что Лиса почувствовала, как по спине пробежал холод. Но её это не испугало. Всё, что она могла почувствовать в ответ, это холод и глухое отчуждение, которое росло в ней. Футболка Чонгука, конечно, прикрывала её руку, но это было не важно. Его жест был жёстким, и Лиса могла почувствовать всю его власть в этом захвате. — Ты сразу будешь убита, если сделаешь это, – сказал Чонгук, глаза его были холодными и злыми, но Лиса не чувствовала страха. С каждой секундой, с каждым его словом, она понимала, что его жестокость не остановит её. — Зато могу спасти множество жизней, – не унималась Лиса, её взгляд был твёрдым, а голос решительным. Чонгук, не выдержав, выдохнул через зубы, его глаза стали ещё более холодными, как лёд, в них загоралась ярость. — Слушай меня внимательно! – шипел он, глядя прямо в её глаза. – Ты сейчас зайдёшь тихо, и будешь сидеть тихо, иначе твое геройство не успеет даже начаться, а ты окажешься лежать перед собаками, как ужин. Поняла?! Лиса встретила его взгляд, не уступая ни на миллиметр. Она была решительна, не собиралась отступать. — Нет! Непонятно! Хватит мне угрожать! Объясни мне, что здесь творится, тогда я пойму! А то я сделаю, как сказала! – её голос не дрогнул, в нем звучала непреклонность, она была готова идти до конца. Между ними оставалось совсем мало расстояния, и оба чувствовали дыхание друг друга. Чонгук замер, его внутренний мир на секунду дрогнул. Он не мог понять, как кто-то, особенно девушка, осмеливается так говорить с ним, с тем, кто привык командовать и не позволял себе слабости. Он привык, что все в этом мире подчиняются ему, а тут — она. Она, которая не боится его угроз, и смотрит на него как на равного. В этот момент он почувствовал, как его уверенность пошатнулась. Это впервые, когда кто-то в такой ситуации вызвал у него не просто раздражение, а замешательство. Почему она не боится? Почему её слова не производят на него такого эффекта, как на других? Он привык к страху, к подчинению. А она? Она не просто не боится, она стоит на своём. Это, как ни странно, было для него новым, и он не знал, что с этим делать. Лиса же была умной, она понимала, что её положение важное, что её жизнь здесь не так уж и важна, но для других — она была ключом к чему-то большему. Она это чувствовала, и если ей удастся использовать свою силу в этой ситуации, возможно, она действительно сможет сделать что-то полезное. — Ладно, я объясню всё, но сначала веди себя тихо, понятно? – Чонгук говорил жёстко, его голос был напряжённым, но в нем чувствовалось скрытое нетерпение. – Сейчас мы зайдём в лабораторию, я оставлю тебя там и уведу отца. Ты будешь сидеть тихо, пока он не уедет. Я ясно выражаюсь? Опять этот тон. Лиса раздражённо скривилась, но ничего не сказала. Её терпение было на исходе, но она понимала, что спорить сейчас – не лучший вариант. Чонгук же проигнорировал её недовольство и резко продолжил движение, не ослабляя хватку на её запястье. В здании царил хаос. Люди суетились, кто-то быстро пробегал мимо, кто-то убирал следы беспорядка после поисков. Атмосфера была напряжённой, будто вот-вот могло случиться что-то ещё хуже. Чонгук внимательно наблюдал за происходящим, но не вмешивался – это не его забота. Ему нужно лишь убедиться, что Лиса останется вне поля зрения. Он знал, что за это место отвечает не он. Хоть и бывал здесь часто, всё руководство, все отчёты – всё это шло к мистеру Киму, человеку, которого он называл отцом. И этот человек не прощает ошибок. Пара скрылась за задними дверями здания. Чонгук не был уверен, что им удастся пройти незаметно, но стоило им переступить порог лаборатории, как его сомнения рассеялись. Никто не обращал на них внимания – все были слишком заняты, бегая туда-сюда в хаотичном движении. Лиса шла настолько близко, что буквально дышала Чонгуку в спину, стараясь не показывать лица. В другой ситуации её, возможно, смутило бы это расстояние, но сейчас её мысли занимала лишь одна цель – быстрее остаться одной. Чонгук же, напротив, начал ощущать её дыхание слишком остро. Оно касалось его кожи через тонкую ткань рубашки, пробегая тёплыми волнами, вызывая мурашки по всему телу. В какой-то момент ему показалось, будто всё вокруг замерло – голоса, шаги, шум беготни. Только её дыхание. Его собственное, словно подстроившись под него, стало синхронным. Внутри него боролись две части: одна требовала сосредоточиться на происходящем, напоминала, что сейчас не время отвлекаться, а другая – затягивала в это странное ощущение, заставляя прислушиваться к каждому её выдоху. Чонгук моргнул, осознав, что они уже стоят перед первой комнатой, где в прошлый раз брали у Лисы кровь. Но вернуться в реальность оказалось сложнее, чем он думал. — Чонгук... Чонгук. Лиса позвала его, но он не реагировал. Тогда она слегка прикоснулась ладонью к его спине, пытаясь вывести его из этого странного оцепенения. Чонгук почувствовал прикосновение и, будто от удара тока, напряг мышцы. Это было неожиданно, слишком явно, слишком живо. А когда она убрала руку, место соприкосновения вдруг стало холодным. — Д-да, — его голос сорвался на хрип. Только сейчас он осознал, что всё это время молчал, а горло пересохло. — Этот лаборант... кровь разве не надо спрятать? — Лиса кивнула на дверь рядом. — Точно... Заходи туда, — ответил Чонгук, отпуская её запястье. Но как только её рука исчезла из его ладони, его вдруг охватило странное чувство. Словно чего-то не хватает. Словно он только что потерял что-то важное, но не мог понять что именно. Лиса быстро заскользнула в комнату, и Чонгук вошёл следом. Он всё ещё чувствовал себя... странно. Словно след её руки до сих пор горел на его коже, словно место на спине, куда касалось её дыхание, теперь пустовало. Он не понимал, что с ним происходит, но заставил себя отогнать эти мысли. Сейчас не до этого. Надо сосредоточиться на деле.