~ Part 6 ~ прости

Утро. Тёплая постель. Одеяло, лёгкое как облако, но в то же время и плотное, согревающее. Светлые стены в комнате. Приоткрытое окно позволяет послушать звуки спешащего города. Работа кипит, а ты мирно посапываешь, и тебя озаряют мягкие, тёплые, нежные лучики солнца. Как раз эти лучики аккуратно разбудили девушку. Она неохотно открыла глаза, и свет сразу же ударил по ним. Поэтому она развернулась в другую сторону, чтобы продолжить спать. Она перевернулась и лежала несколько минут ровно на боку. Неудобно как-то, девушка всё время спала в обнимку с одеялом, у неё их было два, и она потянулась за вторым, однако, её рука уперлась во что-то, находящееся на близком расстоянии от девушки. Она открыла глаза. Перед ней лежал безумно невинный и мягкий Сынмин. «Он такой миленький», — подумала Ли и не постыдилась своих мыслей, ведь такой правды не стыдятся. Минхи называла парня ботаном, потому что они поссорились лет так 5 назад, и из-за этого она избегала Сынмина. Но стоило им только сойтись, как они уже делились всем, что произошло за то время, которое они не общались. Сынмин попросил у девушки прощения, ведь он совершил ужасный поступок, и Минхи не могла этого ему простить, но то, что случилось потом, заставило её одуматься.

5 лет назад

— Сыми оппа! — девушка побежала в сторону парня и прыгнула к нему в объятия. — Михи, долго ждала? — он крепко её обнял. — Нет, не особо, — она отстранилась. — Пошли, — она взяла его за руку и потащила в парк. — Эй, ты куда так бежишь? — смеясь, он послушно шёл за Минхи. Спустя минут десять они пришли. — Ну так что ты мне хотела сказать? — они остановились, и Сынмин развернулся к девушке. — Я… Давай сначала погуляем? — она явно волновалась. — Пошли, вон там есть мороженое, — она указала в сторону ларька и побежала туда. — Стой, Минхи, простудишься, не надо мороженое есть, холодно же, — он попытался догнать девушку, и ему это удалось. — Стой, простудишься, — Сынмин снял с себя шарф и надел его на девушку. — Вот так, но мороженое всё равно нельзя, — парень пригрозил Минхи пальцем. — Но я хочуууу сладкого, — она надула губки и начала топать, как маленький ребёнок. — Ну тогда пошли в кафе за какао? — он улыбнулся и вопросительно посмотрел на девушку. — Хммм, ладненько! — она улыбнулась в ответ и запрыгала от радости. Поскольку ближайшая кафешка была совсем недалеко, путь не занял много времени. Сынмин купил два стаканчика какао, хотя Минхи и отказывалась от денег парня, он всё равно заплатил за неё, после они вышли из кафе. — Давно не пил какао, — он шёл размеренным шагом и попивал напиток. — Обожаю какао, я тебе потом переведу деньги, — нет, она не сдастся. — Да не надо, ты мне как младшая сестра, так что заплатить за тебя для меня в удовольствие, — он это говорил искренне, но одно слово… — Сынмин, я тебя позвала, чтобы сказать кое-что важное, — Минхи крепко сжала стакан в руках. — Эй, не волнуйся, всё будет хорошо, — он положил свои ладони поверх рук девушки и почувствовал дрожь вперемешку с холодом. — Нет, не нормально, всё плохо, и ты не понимаешь насколько, — вдох, выдох. — Ты мне нравишься, — сказав это, она подняла голову на парня. Сынмин молчал, он всегда считал Минхи сестрой и не смотрел на неё как на девушку… Или же. Из её глаз предательски потекли слезы и перед тем, как убежать, она сказала: «Я же говорила, ты не понимаешь, насколько всё плохо». Она убежала. Минхи очень больно, даже если бы он просто сказал ей нет, то не было бы хоть неловкости, а он не сказал ни слова. Она бежала домой вся в слезах, пытаясь не разлить напиток. «Нет, домой нельзя, мама увидит — расспрашивать будет». Ли решила прогуляться часик, благо время позволяло. Она шла и винила себя в том, что порушила дружбу, но и в то же время жалела себя, ведь это её чувства, с которыми она ничего не может поделать. На неё все ещё был надет шарф Сынмина, от которого приятно пахло, но девушка настолько привыкла к этому запаху, что уже не различала его. «Струсил». «Идиот». «Теперь ей будет плохо». «Почему сразу не догадался? Всё же было понятно, как дважды два». «Это было ошибкой». «Почему ты не подумал? Ты же её любишь, и не как подругу, не как сестру, а как девушку». «Но она этого не узнает, ведь будет избегать, а в этом она мастер». — Чтоб тебя, какой же ты слабак, Ким Сынмин, она, девушка, и то собралась с силами, а ты… — он винил себя, кого же ещё. Ведь теперь начался самый сложный момент.

— без частички тебя —

Наши дни

«Прям как щеночек», — она улыбнулась своим мыслям, не отрывая взгляд от парня. Хотелось продлить этот момент, ведь их разлука была невыносимой для обоих. Сынмин открыл глаза и смотрел чётко в глаза напротив. Они как будто слились друг с другом и просто лежали, каждый смотрел в душу напротив. — Доброе утро, зайка-Михи, — парень улыбнулся и завёл прядь волос за ухо девушки. — Как спалось? — он говорил, рассматривая лицо девушки и изучая по новой. Нет, Сынмин не забыл её лицо, голос, запах, наоборот, он каждый день вспоминал тот момент с болью и раскаянием. — Отлично, а тебе, щеночек-Сыми? — они всегда называли так друг друга, с самого детства. Ребята не могли оторвать взгляд друг от друга. Никто из них не хотел прерывать этот зрительный контакт. Очень грустен тот факт, что каждый из них не замечал взглядов исподтишка друг на друга. Перебороть желание подойти было очень трудно, но, видимо, сама судьба свела их. — Прекрасно, иди сюда, — он поднял правую руку, намекая на то, что его нужно обнять, и девушка это поняла, поэтому пододвинулась к нему ближе, обняла и уткнулась носиком в шею. А тем временем Сынмин прижал её как можно крепче к себе, словно боясь потерять… Снова… И сладко прошептал на ухо: «Как же я скучал».

5:02

Холодно… Очень холодно, но это ощущение такое… Приятное. Дождь, просто дождь бьющий по окну, ни грома, ни молнии. Мирэ проснулась от холода, обнаружив своё одеяло на полу. Тоненькая пижама её не согревала. Надо поднять одеяло. Она не хотела двигаться, ибо от этого ей становилось ещё холоднее, потому что она больше не соприкасалась с нагретыми её телом местами на кровати. Ей пришлось наступить на обжигающе холодный пол, чтобы дотянуться до своей цели. Ким подняла одеяло и укрылась им. Стало только холоднее, ведь одеяло лежало на этом ледяном полу и впитало весь холод в себя. Мирэ свернулась калачиком, чтобы согреться. Одно лишнее движение = холод. «Ничего страшного, одеяло нагреется от теплоты тела и можно будет потихоньку выпрямиться». Ей удалось полежать от силы минуты две. «В горле пересохло. Чтоб тебя». От этой мысли стало ещё неприятнее, так как надо пройти путь до кухни по невыносимо холодному ламинату, который своим цветом слоновой кости, будто соответствовал температуре, а может даже и из-за этого становился холоднее. Чтобы было тепло, Мирэ должна чем-то укрыться или теплее одеться. А для того, чтобы укрыться, нужен плед, но поскольку он единственный и сейчас согревает Хёнджина, это не вариант. Чтобы одеться, нужно дойти до гардеробной. «Ладно, есть тёплые тапки, как лапы с когтями, ногам не будет холодно, а накроюсь пледом». Она сделала всё, как продумала, и начала выходить из комнаты, как вдруг услышала грохот. Теперь ей холодно и страшно. «Да что это такое? Что за невезение? Проснулась в такую рань». Мирэ собрала всю свою волю, смелость и всё остальное в кулак, и начала потихоньку открывать дверь, как можно тише. Она немного выглянула и осмотрелась. «Вроде никого». Убедившись в своей безопасности, Ким вышла из комнаты. Но откуда шум? И тут она увидела Хёнджина, разложившегося на полу без одеяла, без всего. «Дома холодно он, наверное, замёрзнет». Мирэ подошла к парню и потрогала его руку. «Прохладная рука. Видимо, он и был причиной шума, а точнее его падение». С шумом разобрались, но как такую тушу поднять обратно на диван? Тяжёлая задача, в прямом смысле, для девушки, это тяжело. Спустя несколько секунд раздумий, было решено оставить Хвана на полу, но накрыть пледом и положить подушку ему под голову. Слава богу, что в зале лежал ковёр, нет, вы не подумайте, это не какой-нибудь бабушкин ковёр с узорами, а ковёр цвета кофе с молоком, вся квартира выполнена в таких тонах и мебель подобрана под отделку. Мирэ показалось, что Хёнджин замёрзнет, ведь… «Его ноги открыты? Почему он не сказал, что плед ему маленький?». Девушка забрала плед себе, а парня накрыла своим одеялом, которое укрывало его полностью и со спокойной душой отправилась спать, ведь ей не пришлось идти за одеждой.

Будильник

8:00

«Долбанный будильник, почему я его не выключил. А, стоп, УЧЁБА!». Парень резко поднялся, приняв сидячее положение. «Так, а почему в этот раз я проснулся не там, где должен? И почему у меня… Одеяло? Был же плед, неужели…». Он поднялся, надел тапки, конечно же не забыл выключить будильник, и быстрым, но тихим шагом пошёл в комнату Мирэ. И его опасения подтвердились, он думал, что под одеялом теплее, чем под пледом, поэтому не говорил Мирэ о том, что плед ему короткий. Всё-таки она может простудиться. Хёнджин принёс одеяло и накрыл девушку поверх пледа. «Так точно не замёрзнет». Но что теперь оставалось ему? А… Точно. Учёба. Парень взял свой телефон, и какого же было его облегчение, когда он увидел сообщение от старосты. «Здравствуйте, сонбэним, на этой неделе будет проверка преподавателей, так скажем, на знания, так что я предупредил всех, что эту неделю мы не ходим на занятия, доброй ночи». Отлично, как будто вселенная решила помочь. «Но Мирэ ещё не знает об этом». «Ладно, она должна поспать, а я пока заварю горяченького чая».

10:06

Ребята сидели за столом и завтракали. Сынмин не отрывал взгляд от девушки напротив. Ведь он был рад, что наконец может видеть её так близко… Снова…

Flashback

«Проект отличный шанс». Сынмин достал телефон и нашёл контакт "Михи". «Зайка, прости, я попытаюсь всё исправить». Он набрал номер. Гудок.

Минуту назад

«Надо делать проект… С этим… Мерзавцем. ПОЧЕМУ ОН ПРОСТО ПРОМОЛЧАЛ?», — она до сих пор винила Сынмина в содеянном, ведь рана… Не зажила. Её возмущения прервал звонок телефона. Сыми. Минхи его всё ещё не переименовала. Больно… Сейчас. Она ответила на звонок. —Алло, — старалась она как говорить можно холоднее. — Привет, помнишь, что нам надо делать проект? — также холодно говорил парень. — Ну и? — никто не собирался сдаваться. — У кого будем делать? У тебя или у меня? «Сдайся, пожалуйста, мне трудно так говорить с тобой». — Я могу сделать свою часть работы и отправить тебе. «Я. Не. Буду. Сидеть. С. Тобой. Рядом». – Так будет дольше, вдруг кто-то сделает что-то не так, — он не указал на неё, потому что знал, что Минхи начнёт его оскорблять, и этот разговор уйдёт в одно место. — Этот кто-то я, правильно понимаю? — ребята слишком хорошо друг друга знают, поэтому это бой на равных. — Нет, не только, — он говорил не про проект, а про то, что их рассорило. На той стороне телефона послышался глубокий вздох. Минхи тоже поняла, о чём идёт речь. — Мне без разницы, как хочешь, — словно снежная королева, она холодно обрубила молчание. — Давай у меня минут через двадцать, я за тобой заеду, — Сынмин не мог просто заставить её ехать до его дома, потому что любил… Дорожил ею… И до сих пор дорожит… Почему он этого не понял раньше? Никто не знает. —Ладно. Пока, — она закончила разговор резко и без заминок, что огорчило Сынмина. «Я не смогу с ним сидеть, НЕ МОГУ». Минхи готова была разреветься, но надо собираться и суметь сделать так, чтобы парень не понял настоящих чувств. Одежда, что надеть… Белую рубашку иииии... Чёрные брюки с широкими штанинами. Отлично, всё строго и ничего лишнего. Минхи накрасилась за 10 минут, ведь весь макияж состоял из пудры, персиковых теней и матовой помады, которая чуть краснее, чем её натуральный нежно-розовый цвет губ. Девушка выглядела сногсшибательно, сдержанно и в то же время очень цепляюще. Она смотрела на себя в зеркало и не могла насмотреться, и тут звук сообщения прервал её самолюбование. Сыми Выходи Девушка взяла свою сумочку, положила в неё телефон, обулась в чёрные туфли не с острым носом на среднем, не сильно толстом каблуке, выключила свет, закрыла дверь и направилась на улицу. Там её уже ждал Сынмин, стоявший возле новенького Audi и покуривающий сигарету. Увидев Минхи, он моментально выбросил сигару и распахнул ей дверь, чтобы та села. Не обратив на это внимания, девушка спокойно села, будто так и должно быть. Сынмин обошёл машину и сел за водительское сидение. Машина была уже заведена, и они поехали. Полдороги стояла гробовая тишина, только какие-то звуки двигателя и машины в общем, нарушали эту тишину. Единственные слова, которыми они обменялись за всю поездку это: — Как дела? — спросил Сынмин как можно увереннее. — Нормально. «Держись, не сдавайся, Минхи, ты сильная». — Это хорошо, — сказав это, он тяжело вздохнул. — Я знаю, ты на меня злишься, и я поступил как подонок… Но скоро ты всё поймёшь, — он мельком посмотрел в сторону девушки, у которой на лице красовалось отчаяние. Спустя минут семь они были возле здания, в котором находится квартира Сынмина. Парень вышел, чтобы открыть дверь Минхи, но она опередила его и вышла раньше, демонстративно хлопнув дверью. Сынмин ещё попытался ей пооткрывать двери, но она не обращала внимания на его действия. Ребята молча ехали в лифте, изредка поглядывая друг на друга, и их взгляды встретились. "Искра, буря, безумие", — это не про них, ведь оба отвели взгляды в противоположные стороны и больше не поворачивались. Апартаменты Сынмина находились на 23 этаже, а Минхи панически боялась высоты, и они вспомнили об этом, только когда у подошедшей к окну Ли подкосились ноги. Благо парень был рядом и успел подхватить девушку. — Извини, — он взял её на руки и положил на диван, чтобы та немного отошла от шока. Но это ей не помогло, у Минхи была паника, и очень сильная. Она полезла в сумку за успокоительным, которое её всегда спасало. «Нет… Его нет…». Паника только усилилась. Что делать… Неужели… Неужели их встреча пройдёт так? Нет, не зря они были лучшими друзьями, и Сынмин знал, что делать. Успокоительное, которое должно было быть в сумке у Минхи, есть и у парня. Он моментально побежал в свою комнату, чтобы достать из ящика стола таблетки. Вылетев из комнаты с пачкой, парень побежал на кухню за водой. Он налил воды в стакан и пошёл быстрым шагом, чтобы не разлить её, стараясь идти как можно быстрее. Сынмин дал ей таблетку, помог запить и обнял её, как обычно он делал в таких случаях. «Всё… Невозможно…». Девушка крепко вцепилась в парня и заревела в плечо. Она уже не дрожала судорожно, а просто ревела, потому что он был рядом… — Всё хорошо, зайка-Михи, всё хорошо, — он сжал её крепче и положил правую руку ей на макушку, поглаживая. Сынмин еле сдерживал слезы, ведь она рядом… Они просидели так минут семь, но как бы того не хотелось, нужно отпустить друг друга и перенести эти секунды смущения. Сынмин был смелее, поэтому он сидел и смотрел на смущённую длинноволосую Минхи. — Михи, прости меня, я понимаю, что это очень трудно, ведь я как самый последний трус промолчал, но потом понял, что это было очень сильной ошибкой, потому что я люблю тебя до безумия и в то время не мог понять, что с этим делать, куда деваться, ведь тебя нет, — он взял руки девушки в свои и повторил. — Прости меня, даже если не простишь, то просто не отгоняй от себя, — ребята смотрели друг другу в глаза, вот тут уже искра, буря… Но сожаление. — Я… Мне… Мне тоже было трудно тогда… — от красных глаз вниз по щекам опять начали появляться мокрые дорожки. — Я… Я… Всё ещё… — Минхи снова захлёбывалась в слезах. — Не продолжай, не надо, я не хочу, чтобы ты плакала, мне от этого больно, как и тебе, — он положил обе руки на щёки девушки и большими пальцами вытирал слезы. — Всё будет хорошо, Минхи, я обещаю, — после своих слов он пододвинулся ближе и чмокнул девушку в носик. — Я буду тебя оберегать, чтобы не было причин плакать, — после этого Сынмин обнял её.