Наблюдатели

Райнер пытался понять, как устроен этот мир. Он читал какую-то непонятную книгу, которую стащил у Армина с полки неделю назад, но как бы ни пытался, не мог понять содержимого. Он просидел в каюте весь день, ссылаясь на острую боль в спине, поэтому успел пропустить пару разговоров альянса. Ближе к вечеру, когда боль спала, Райнер решил, что больше ему не хочется сидеть, и нужно поиграть в шахматы с Жаном. Выйдя из каюты, он заметил, что на корабле подозрительно тихо, казалось, что не было ни души, но они, между прочим, плыли в открытом море. Он не слышал ни смеха Конни, ни бурных разговоров Жана и Пик, и воркующих Армина и Энни Райнер тоже не видел. Он постучал в соседнюю каюту, которая принадлежала Конни, но там тоже никого не было.Тогда он решил спуститься в каюту ресторана, потому что знал, что они могли собраться только там. Однако, подойдя туда, он потерял дар речи. Райнер увидел у двери в ресторан Пик, Жана и Конни, которые о чем-то тихо-тихо беседовали и то и дело заглядывали в каюту, хихикая. Они даже не заметили Райнера, пока тот не сказал: — Вы что тут делаете? Втроём они одновременно обернулись на него и громко зашикали. Жан подошёл к Райнеру и заткнул ему рот рукой. — Тише! Ты что совсем, так кричать!? — Кирштейн взглядом показал, чтобы Пик и Конни подсмотрели в дверь, но они только кивнули ему в знак того, что всё хорошо. — Вы зачем тут собрались? — повторил свой вопрос Райнер, но уже намного тише. — Мы наблюдаем за первым свиданием Армина и Энни! — тихо сказала Пик и улыбнулась Брауну. — Ой, смотри, Конни, они открывают вторую бутылку вина! — Вы что, ненормальные? — воскликнул Райнер, отчего Жан стукнул его по плечу, намекая на то, что нужно быть потише и, наконец, замолчать. — У вас что, своих дел нет? — Но это так мило! — прошептала Пик и снова вернулась к двери. — Ой, Конни, смотри, он снова поцеловал её руку. Я люблю их! — Это уже который раз за час? —спросил Жан и принялся загибать пальцы. — Седьмой! Я считал! — Конни победно улыбнулся Райнеру, но, увидев его суровый взгляд, отвернулся. — Вы что, издеваетесь? Оставьте Армина и Энни в покое, дайте им насладиться свиданием! — Смотри, Конни, он подарил ей все-таки то колье, которое я помогала выбирать! — Пик была готова расплакаться, и Жан демонстративно протянул ей платок. — Смотри, Жан, как он мило его надевает! Он поцеловал её в шею! — Как они вас ещё не услышали?! Вы что, с ума сошли? — Райнер снова повысил тон, из-за чего Пик, Жан и Конни развернулись и опять шикнули на него. — Это неприлично! А если они вас засекут? — Они так увлечены друг другом, что им явно не до нас! — Пик снова вытерла слезу. — Райнер, лучше помолчи и посмотри с нами! Ты часто видишь, как влюблённые проводят свое первое свидание? — Нет, потому что нормальные люди за этим не наблюдают! У вас совесть есть!? — Он пригласил её на танец! Да, я так и знал, что он должен пригласить её на танец! — Жан от счастья вскрикнул, отчего получил подзатыльник от Пик. — Ты зачем кричишь? — А, ой! — Они не в цирке, чтобы за ними наблюдать! Дайте им провести время наедине! Вам сколько лет? — Райнер, отстань! — Конни подошёл к Брауну и театрально похлопал его по плечу, пытаясь успокоить друга. — Мы ждали этого целый год! Ты знаешь, сколько ставок мы сделали на то, когда и как пройдёт их первое свидание? — Вы ещё и ставки делали? Вы точно ненормальные! Вам что, своей жизни мало? Вы бы лучше своими делами занялись! — Ну ты посмотри, какие они милые! Я готова смотреть на них вечно! — Ой, да брось, Райнер! Неужели тебе было неинтересно узнать, когда они уже наконец устроят свидание? — Нет, мне было абсолютно все равно, потому что это их жизнь, черт возьми! — Смотрите! Он подхватил её на руки в танце и поцеловал в лоб! Они такие... Такие... — Пик, тебе двадцать четыре года! — Райнер, хоть тридцать... — Имейте совесть! Если Армин и Энни узнают, что вы здесь стоите, они явно не обрадуются! — Райнер, с тобой скучно! — зевнул Конни и снова посмотрел в щель. — Он всё ещё держит её на руках! — Они что, целуются?! — у Жана округлились глаза и он ещё ближе прислонился к щели. — Вы что, дураки? — однако Райнера все проигнорировали. — Дайте тоже посмотреть! Так они и застыли вчетвером у двери, не в силах пошевелиться, потому что атмосфера ресторана напоминала им театр. Повсюду горели свечи. Тишина прерывалась приглушённой музыкой и страстными поцелуями одной влюблённой пары. Они целовались и целовались, краснея и улыбаясь друг другу, когда разрывали поцелуй. Что-то шептали и были счастливы, не замечая ничего вокруг. Жан, Пик, Конни и Райнер оторвались от двери и переглянулись. У всех выступил легкий румянец на щеках, и они тихо засмеялись. — Пойдёмте играть в шахматы? —предложил Жан. — А вы что, уже не хотите наблюдать за свиданием? — Райнер строго посмотрел на всех, но через мгновение подобрел. — Кажется, сейчас самое время уходить... *** — Пришло письмо от госпожи Киёми. Дела налаживаются! — сказал Армин утром за столом, когда все собрались на завтраке, — С вами все нормально? Почему такие красные? — Может, они вчера переборщили с солнечными ваннами? — хихикнула Энни и осторожно взяла Армина за руку под столом. Им обоим было невдомёк, что когда сегодня утром Жан, Пик, Конни и Райнер вышли на палубу встретить рассвет, они заметили, как из каюты командора выбегает Энни Леонхарт. В одной рубашке самого командора. Где была остальная одежда, история умалчивала...