"Спасение"

Вокруг была слышна лишь тишина и какие-то лёгкие шорохи. Топ топ топ. Звяк звяк. Лязг. От странных звуков девушка открыла глаза и встретилась со знакомым ей Аято. Он нагло усмехнулся, встряхнув своими алыми волосами. Одного блеска в глазах парня ей хватило, чтобы испугаться и начать паниковать. Она попробовала подвигать руками — лязг. Руки были скованными, ощущался металлический холод. Она посмотрела наверх: её руки были в цепях. Её горло было снова схвачено анестезией, и она лишь едва могла говорить.

Аято: Ха-ха. У тебя такой напуганный взгляд. В чём дело, грудастая? Тебя так напугали цепи? Аято: Даже не можешь говорить? Так сильно испугалась, да? Не переживай, я не сделаю ничего такого ужасающего. Всего лишь хочу провести небольшой эксперимент. Аято: Нам не нужно здесь присутствие посторонних, поэтому тебе стоит помолчать. Но мне интересно, о чём ты думаешь. Аято: Ты мечтаешь позвать своего спасителя? Насколько же он тебе небезразличен. Даже скучно. Аято: Так или иначе, Шу слишком часто в последнее время стал пить твою кровь, а у нас с ним различаются вкусы. Он больше предпочитает горечь, как я понял. Аято: М? "Откуда ты это знаешь?" Ха-ха. Ты не первая оказываешься в этих цепях. Здесь уже была блинчик со своей кровью. Конечно, твоя кровь этого не стоит, но тебе удалось вызвать интерес у Великого меня. Аято: Твоя кровь показалась мне вкусной, довольно сладкой и пылающей от удовольствия. Но тогда она не должна нравится Шу, ведь он сладкое явно не любит. Тогда почему он выпил так много твоей крови? Я лишь хочу распробовать желанный мне напиток.

Топ топ топ. Он приблизился к своей скованной жертве, насладившись её пленом. Наклонился поближе к шее и почти прокусил плоть, как раздался скрип двери.

Аято: А? Кто там ещё? Шу: Ты сам меня звал, вот я и пришёл. Аято: Я звал тебя на более позднее время! Шу: И что? В гостиной стало слишком шумно из-за той женщины, поэтому я и пришёл сюда. Шу: ...И ты за этим меня позвал? Посмотреть на эту женщину связанной? Как скучно. Аято: Пф, ты как всегда пассивен. Нет, я не только за этим тебя позвал. Помнишь наш спор по поводу вкуса крови блинчика? Так вот, мне стало интересно, что у такое с кровью у этой грудастой, раз она понравилась нам обоим. Шу: ...Это всё? Мне хватило и прошлого спора с тобой. Тратить на это сейчас время я не собираюсь.

Топ топ топ. Он направился к двери и хотел было выйти из комнаты, но обернулся и из любопытства взглянул на связанную девушку. Вид у неё был действительно беспомощный. Она двигалась едва заметно, не могла говорить из-за препаратов, а её глаза смотрели на Шу с такой надеждой, что вызывало лишь смех. Вампир усмехнулся и всё же подошёл к жертве. Его голос стал слегка хриплым и довольным, в нём прорезались нотки страсти.

Шу: Ха-ах. Хочешь, чтобы я тебя освободил? Он сам тебя отвяжет, когда напьётся. Шу: Или ты так не хочешь ощущать его клыки? Может, ты хочешь ощущать лишь мои клыки? Аято: Какая разница? И так всем понятно, что ты её свёл с ума. Хоть и не понятно, с чего вдруг ей так понадобился именно ты. Шу: ...Ты даже признаёшь, что жаждешь моих клыков, женщина? Забавно. Не ожидал, что услышу от тебя подобное. Ты делаешь эту ситуацию всё более и более интересной. Аято: ХА?! Эта упёртая смертная вдруг призналась, что жаждет тебя?! Этого быть не может! Наверняка всего лишь обман, чтобы ты её освободил. Шу: Я и не собирался сейчас её освобождать. Связывание помогает ей соображать и признаваться в своих развратных фантазиях. Вдруг она скажет ещё что-нибудь интересное, пока будет в таком состоянии? Аято: Ого, грудастая, твой шокированный взгляд просто бесподобен. Шу и правда на тебя влияет удивительным образом. Тогда я всё же приступлю.

Аято снова приблизился к шее, с наслаждением покусывая бледную плоть человека. Её рот открылся в порыве выкрика, но получился лишь очень тихий звук, в который она постаралась уместить всю свою боль.

Аято: М-м... Тц-с.... М-мх... Ах... Отличный вкус. А ты был прав, её кровь так приятно закипает, когда она смущена или напугана. Хотя эта горечь немного раздражает, но это можно игнорировать. Шу: Ох.... В горечи всё удовольствие, а ты это игнорируешь. Как по мне, это многое говорит о тебе. Но впервые кровь одного человека показалась нам обоим вкусной. Аято: И не только нам. Этому извращенцу она тоже понравилась. А что насчёт Рейдзи? Шу: М? ... Его больше заинтересовало то, что она стремится изучать что-то новое. По поводу крови он не говорил. Но по его взгляду видно, что ему тоже пришлась кровь по вкусу. Субару в крови ничего интересного не нашёл. Аято: Неужели? Ну, у этого альбиноса явно что-то с языком не так. Он не может вообще ничего нормально попробовать. А так кровь этой девчонки больше напоминает полусладкое вино. Я даже не против укусить ещё раз. Шу: А? Не смотри на меня так, женщина. Чего ты хочешь? Просишь помочь? Как раздражает. Ты даже в момент связывания используешь слово "пожалуйста". Хм... Слишком уж хлопотно. И что ты можешь мне предложить взамен? Шу: ....Ох, хорошо. Я отгоню Аято, если ты отблагодаришь меня достойным образом... Хех, развратная женщина. Шу: Ладно, освободи мою добычу от своих клыков. Она мечтает явно не о тебе. Аято: Пф, да чтобы я проиграл такому пассивному демону, как ты? Не смеши меня! Ты всего лишь шантажист и не более. Шу: Мне пофиг. Тебе лучше не мешать мне наслаждаться её кровью. Аято: Тц. Мне и так Рейдзи постоянно мешает, так тут ещё и ты раздражаешь. Не переживай, грудастая, я попью тебя позже.

Топ топ топ. Аловолосый вампир покинул комнату. Шу лишь холодно посмотрел на скованную добычу и едва заметно усмехнулся.

Шу: ...Ждёшь, что я отпущу? Или ты так уверена, что я буду над тобой издеваться? Твои глаза больше говорят о страхе и восхищении. Шу: ...Ты ещё можешь усмехаться в такой ситуации? У тебя и правда крепкие нервы.... Твоё тело словно было создано для этих цепей, судя по блеску в глазах. Неужели хочешь сказать, что наслаждаешься подобным? Выглядит интересно. Шу: Не смотри на меня так пристально. Я лишь представляю, что могу сделать в данной ситуации. Вариантов даже слишком много. Но из-за моих укусов теперь ты не сможешь мне соврать. Шу: "Почему ты так в этом уверен?" Потому что ты уже не в силах скрыть своего страха передо мной. Даже сейчас ты боишься меня до дрожи, а звук твоего сердца можно услышать за километр. Ты боишься меня словно Дьявола. Это даже льстит. Шу: По твоим глазам я легко пойму, что ты мне врёшь. Но я решу, что с тобой делать, если ответишь на мой вопрос. Насколько сильно ты мечтаешь почувствовать в своей плоти мои клыки? Шу: ....Решила молчать, да? Глупая женщина. Я заставлю тебя заговорить.

Он резко приблизился к ней и ловким движением порвал ей клетчатую рубашку в районе груди. Девушка явно растерялась и задёргалась, пытаясь скрыть своё нижнее бельё головой, но холодные пальцы схватили её за подбородок и приподняли, заставляя смотреть ему в сапфировые глаза.

Шу: Хех, а у тебя явно неплохой вкус в подборе нижнего белья. Выглядит непринуждённо и подчёркивает всё самое необходимое. А цвет подходит к твоим глазам. Шу: ...Твоё пылающее от стыда лицо выглядит бесподобно. В этом ты даже выигрываешь у Юи: я впервые вижу такую живую мимику. Твой взгляд выражает столько различных желаний. Жаль, что этот образ нельзя никак зафиксировать. Шу: Твои глаза так и горят желанием ощутить мои клыки. Это выглядит как призыв. Пытаешься меня привлечь таким образом? Шу: Насколько же ты развратна. Даже когда всё твоё тело, когда твоя душа так и кричит, ты всё ещё отнекиваешься. Признайся, что мечтаешь о моём внимании, и я доставлю тебе больше удовольствия, чем ты можешь себе представить.

Он наклонился к ней, его губы едва ли прикасались к шее, заставляя тело снова вздрагивать и пылать. Её кожа молила о знакомой боли, оба это понимали. Но что же теперь с этим делать?

Шу: ....Правильный ответ. За это ты получишь немного наслаждения.

Его белоснежные клыки пронзили слабый слой бледной кожи и стали наполнять тело столь желанным ядом, приносившим невероятное облегчение после укусов Аято. Но длилось это недолго, и вскоре остались лишь два следа от укуса. Тело тут же неприятно заныло.

Шу: Тебя так пугают твои желания? Не удивляйся этому так сильно, вскоре ты настолько сильно захочешь быть рядом со мной, что не сможешь без меня и секунды продержаться. Шу: Ха-ха-ха. Этот шок и отчаяние на твоём лице бесценны. Ты разорвёшься между принятыми правилами и своими желаниями. Следующий вопрос: хочешь ли ты почувствовать мои руки по всему своему телу? Шу: ....Насколько же ты упряма? Всё ещё пытаешься закрыть себе рот. Но я, почему-то, вдруг наслаждаюсь этим.

Он посмотрел прямо ей в глаза, словно пытался узнать причину своей увлечённости этой бедной смертной. Но было видно: он всё понимает и сам, хоть и пытается скрыть это от самого себя.

Сейчас они оба были друг на друга похожи в желаниях: очевидные со стороны вещи они пытались скрыть от самих себя, оба были слишком упёртыми, чтобы признать поражение или хотя бы ничью. Но преимущество было явно на стороне вампира, и этим парадом психологического насилия руководил именно он. Вот только и девушка ему попалась непростая, ведь оба чувствовали, что девушке это нравится, а потому соревнование продолжалось.

Мимолётное прикосновение, которое обычно бывало у вампира, снова было едва ощутимо. Лёгкое, словно дуновение ветра, соединение губ. Этого было мало. Она хотела ещё. Эта мысль пронзила её разум подобно стреле.

Шу: Так хочешь ещё? Для этого нужно быть послушной, чего ты не можешь выполнить. М? Ещё один шанс? Хех, звучит заманчиво. Я хочу посмотреть на тебя в самом развратном твоём состоянии. Тогда скажи, чего ты больше всего хочешь. Шу: .... Шу: ...Умница.... Скажи это ещё раз... Отлично....

Его сапфировые глаза загорались от каждой её искорки чувств, пока холодные изящные пальцы пробирались под одежду, начиная поглаживать нетронутые ранее сантиметры кожи. Затем его язык стал фривольно прикасаться к её шее, а ледяное дыхание заставляло кожу краснеть и пылать от жара. Жертва закусила нижнюю губу, чтобы не выдать своего желания, но одно мгновение слабости — и раздался звонкий "Ах!"

Шу: Голос уже начинает возвращаться? Значит, вскоре я услышу твои самые страстные стоны.... Хех, скорее всего, ты не сможешь даже кричать, когда я закончу с тобой.

Вскоре девушка лишилась и своей рубашки, и своего бюстгальтера. Она зажмурилась от стыда, пусть и понимала, что её партнёра это нисколько не заденет. Но теперь она без каких-либо ограничений могла наслаждаться его руками, пока клыки опять пронзали нежную кожу. И тут пришла простая мысль: "Я хочу почувствовать всё его тело. Я хочу почувствовать все сантиметры его плоти, но не могу даже это сказать. Пожалуйста, Шу, разгадай меня ещё!"

Шу: Мгх.... Нх.... Тц-с..... М-м... Ах... Это уже гораздо приятнее. Твоя кровь, твоё тело, твой взгляд и твой голос — всё так соблазнительно горит и зовёт меня. Наслаждайся моим телом, пока можешь. Шу: Что? Тебе нравится? Хех... Вот ты и выдала свои пошлые фантазии, развратная женщина. Тогда будь послушной.

Его пальцы начинают стягивать с женского тела оставшуюся одежду и оставлять свои прикосновения на обнажённых ножках и боках. Холодные прикосновения добрались до оголённой груди и шеи, щёк и волос. От его рук, от его голоса и глаз, от его наглого и вредного, но такого родного характера мозг смертной стал явно отключаться, давая волю желаниям тела, которое стало тянуться к своему мучителю. Сладкая пытка продолжалась и продолжалась, перерастая в нечто большее. Прикосновения, вздохи, взгляды и голоса.

Глупая жертва хотела всё сильнее почувствовать своего тирана, захватившего её сердце в свои оковы. Это было низко, грязно, отвратительно. Соединение тел, одно из которых не в силах даже оказать сопротивление. Но ведь они оба давно этого хотели, а этот плен был самым сладким, что можно было представить.

Шу: ....Чудно... Но мне не хватает громкости. Забудь обо всех посторонних.... Тут только я и ты, Мари. Дай мне насладиться твоим живым голосом.... Шу: .....Отлично.... Ух..... Я заставлю тебя кричать до хрипоты, забирая остатки твоего голоса себе. Шу: Думай только обо мне.... Давай свою кровь только мне.... Чувствуй только меня. Запомни свои слова, Мари. Тебе никто не нужен, кроме меня.

Неужели даже в чём-то столь низменном может быть проявление высшей любви? Ведь несмотря на это, девушка всё равно была предана Шу. Его поведение было просто отвратительно, мерзко, но.... Как же было приятно отдать ему свою душу. Для неё единство плоти было лишь предлогом, для высшей духовной любви, которая даже не думала покидать сердце девушки. Но чем же стала эта ночь для холодного "Ангела"?