Эпилог
22 августа 2022, 07:15Вампир спокойно лёг на кровать в надежде немного подремать, пока любимая разбирается с вещами, но некоторые мысли вывели его из состояния покоя.
Шу: Что более важно... Эх, когда у тебя эти занятия начнутся? Мари: Через два часа. Сегодня будет пение. Шу: О, наконец-то. Я давно ждал этого. Мари: Что? То есть...? Шу: Когда Рейдзи учил тебя петь в последний раз, мои уши так и разрывались. Из-за дрожи твоего голоса ты не способна поддерживать нужную интонацию. Он пытается приобщить тебя к сопрано. Как наивно. Я давно хотел это исправить. Мари: Ух... Я помню, что сопрано — это самый звонкий женский голос, но других я не знаю. Шу: Эх… Ладно, объясню. Самый звонкий для женщин — сопрано. Затем меццо-сопрано, а самый низкий — контральто. У тебя всё же склонность к меццо-сопрано. На звонких нотах ты не можешь вытягивать, и твой голос тут же неприятно дрожит. Мари: Оу... Поэтому я не могу визжать? Шу: Похоже на то. Твой голос не обладал визгом, но я мог иногда слышать бархатные нотки. Могу даже поздравить. Если мне удастся выявить меццо-сопрано, то это будет большая удача для моих ушей. Мари: Неужели? И почему? Шу: Мне нравится такой голос. Нежный, но не дребезжащий. Густой, но не давящий. Идеальный бархат. Ещё и сочетается неплохо с Рахманиновым. Конечно, если так с тобой и будет. Мари: А если... если нет? Шу: Ну, тогда поищем что-то, что тебе подойдёт. В любом случае, зачатки певучего голоса есть. Мари: Ты так много знаешь об этом, что невольно хлопать тебе хочется. Шу: Рейдзи тоже это знает. Всё же мы оба учились вокалу. Но он слышал больше именно твой сладенький голос. Мари: "Сладенький голос"? Это что ещё за голос у меня такой? Шу: Этот голос ты обычно показываешь всем вокруг для своей маскировки под правильную девочку. Для Рейдзи, когда играешь в воспитанную леди, для остальных моих братьев в целях вежливости и невинности и для Юи, когда выполняешь для неё роль заботливой мамы.Мари покраснела и сжала руки от стыда. Такой голос она всегда невольно делает при общении с кем-либо, кроме Шу. Но даже с ним она начинает диалог со сладенького голоска, а уже потом переходит на свой родной.
Мари: Понятно. Прости. Шу: Извинения здесь не нужны. Я уже говорил. Всё же, учитывая твою боязнь общества, это естественная реакция. Мари: А? Боязнь общества? Неужели ты решил побыть моим личным психологом? Мари: (Прозвучало грубовато, но он так уверенно говорит об этом, что даже странно) Шу: Нет, не решил. Просто ты слишком хорошо это показываешь. Если нужно общаться с кем-то, кроме меня, то ты тут же сковываешься и закрываешься. А успокаиваешься лишь с моим присутствием и лишь тогда, когда мы одни. Как и я, ты не особо жалуешь посторонних~ Мари: Шу, извращенец! Шу: Я лишь намекал, что мы вдвоём слушаем музыку в одиночестве. А ты что подумала, грязная женщина~? Мари: Д-да ничего такого я не подумала. Шу: Хех, не стоит мне врать, когда твоё лицо так горит. Что ты представила? Как мой язык ласкает твою талию? Или как мои пальцы массируют твою грудь. Мари: А-а-а! Прекрати! Шу: Или же как я двигаюсь внутри теб—Рот любимому Сора заткнула поцелуем. Это был самый лучший способ прекращения разговора, особенно по той причине, что Шу на это не обижался. Однако знакомый язык вдруг стал инициатором французского поцелуя. Мари ответила на него, и это могло продолжаться бы дольше, но девушка остановилась и захотела отдышаться.
Шу: Тебе всё ещё нужен воздух для подобного поцелуя? Ты можешь держать его ещё дольше, я уверен. Мари: Прости... Ух... Наверное, это мышечная память или просто привычка. Не уверена. Шу: Эх... Проблемы с тобой не заканчиваются. Но хотя бы кончились лишние слёзы. Мари: Оу... Мари: (Он говорит о том времени, когда я только перевелась в школу "Рётей". Тогда я очень часто плакала по любому поводу. Неужели теперь этого нет? Это было бы счастьем) Мари: Ты уверен? Всё же я до сих пор такая эмоциональная. Шу: Ты стала спокойнее. Это приятно. Мари: Хех, спасибо.Сора сильно покраснела, а её сердце вновь пропускало удары. Несмотря на холодный тон, Шу смотрел на неё ласковыми сапфировыми глазами. Насмешка только дополняла взгляд. Поддавшись порыву, Мари вновь поцеловала вампира в губы.
Этот поцелуй длился гораздо дольше предыдущего. Не было лишних пауз. Руки старшего Сакамаки вновь прижимали знакомое тело ближе к себе, удерживая девушку за талию, а его вампирша в ответ обнимала мужскую шею, приподнимая и фиксируя голову для удобства. Но блондин снова лёг на кровать, и женские руки перебрались к щекам и адамову яблоку, поглаживая каждый сантиметр его кожи. Нежность и спокойствие словно накрыли пару одеялом и прижали друг к другу.
Шу: Занятия начнутся через два часа, говоришь? Мари: Кхм, уже через полтора, как мне кажется. Шу: Тогда я украду тебя на это время. Мари: Ш-Шу! Шу: Твой голос нужно потренировать, не так ли? А твои связки сейчас скорее могут хрипеть. Мари: Я не хриплю сейчас. Шу: Разве?Он взял лицо девушки в ладони и прижал к себе ещё ближе. Их губы едва соприкасались, и было заметно, что вампирша действительно жаждала продолжения поцелуя. Её глаза так и горели любовью.
Мари: Ну, может, немного... Шу: Хех, ты уже совсем не соображаешь? Мари: Эй, что за вопрос? Шу: Тогда я мало тебя целовал. Мари: Правда? Мне даже нравится, как это звучит. Шу: Тогда расслабься и думай только обо мне в этот момент.Его руки проникли под свободный тонкий пуловер и прикасались к обнажённой нежной коже, что оставалась тёплой благодаря стыду, который испытывала девушка. Прикусив нижнюю губу от удовольствия, она издала тихий стон. Даже после перерождения устоять перед руками своего господина было невозможно и, более того, нежеланно.
Шу: Хах, твой голос и правда становится лучше, когда ты чувствуешь меня близко к себе. Не стоит делать его более тонким. Дай своей гортани возможность петь на полную.Новое прикосновение, в этот раз к груди, заставило счастливицу потерять голову. Она немного вскрикнула. Этот тембр очень понравился музыкальному критику. Тот закрыл ей глаза и принялся проходиться языком по шее и щекам. Мелкие стоны и дрожь тела так и привлекали внимание.
Шу: Когда ты можешь чувствовать меня, а не видеть, твой голос приобретает более нежные нотки. И правда восхитительное пианино. Мари: (Он одним голосом и руками заставляет меня почувствовать себя одновременно в Раю и Аду. Будь я человеком, вряд ли бы вообще могла так чётко слышать эту жуткую бархатную мелодию) Шу: Отлично... Ты всё так же послушна и одержима, стоит мне на мгновение убрать руку. Мне это нравится. Перестань думать о чём-либо, кроме меня. Пусть твой мозг и твоё тело утонут в том удовольствии, что способен доставить лишь я. В твоих мыслях должен быть только я.***
В кабинет Рейдзи Шу и Мари зашли довольно странным образом: вампир вёл себя как обычно, но странный прикованный к брату взгляд не давал покоя, а вампирша скрывала красные щёки. Одежда помята, тело скованно. Поправив очки, второй Сакамаки лишь хмыкнул.
Рейдзи: Чем ты с ней занимался, бездельник, что она вся красная? Шу: Развивал её голос. Мари: Рейдзи-сан, не стоит его оскорблять, пожалуйста. Рейдзи: Попрошу не говорить мне одних и тех же вещей постоянно. Как я понимаю, Шу, ты собрался присутствовать на нашем уроке. Шу: Всё верно. Рейдзи: И зачем тебе это? Шу: Просто мне кажется, что меццо-сопрано подойдёт ей больше. Судя по звучанию, она не способна тянуть верхние ноты. Рейдзи: Я думал сегодня попробовать меццо-сопрано. Ты пришёл как раз вовремя. Впрочем, тебе не помешает хоть раз присутствовать на уроке для будущей королевы. Шу: Как скажешь, зануда.Шу сел в кресло брата и задремал. Рейдзи был поражён этой наглостью.
Рейдзи: Ох... Несмотря на прогресс в учёбе, он всё так же остаётся ленивым. Пусть и защищает нашу семью от визитов отца и проводит нужные мероприятия, толку в домашних делах от него всё равно мало. Мари: Хех, это талант Шу: оставлять всё как есть, несмотря ни на что. Рейдзи: И ты восхищаешься этим. Боже… Ладно, приступим.Урок проходил точно так же, как и всегда. Но Рейдзи решил проигнорировать слова Шу и, на мгновение резко взглянув на него, продолжал тренировать голос на пение высоких нот. На пятый раз мучений женского горла блондин поднялся с места, подошёл к девушке со спины и закрыл ей рот рукой, проигнорировав испуг.
Шу: Неужели ты не слышишь, что она не в состоянии звонко петь? Как я понимаю, ты всерьёз намерен лишить её голоса. Мари: (Пусть мне и непривычно видеть активную помощь Шу, это так приятно) Шу: Хотя признаю, помолчать пару дней ей не помешает. Мари: (Ну… Хех, должно же хоть что-то оставаться неизменным) Рейдзи: К чему такое беспокойство? Я всего лишь выполняю свой долг: обучаю возможную королеву. Шу: Да, твоё обучение мне знакомо. Чего стоит твой урок борьбы со страхом. Мари: (Он видел?!) Рейдзи: Это лишь способ преодоления слабостей. Шу: И для этого нужно было спустить на девушку стаю голодных гончих?! Рейдзи: Она обладает природным оружием в виде своего тела. И замечу, что она справилась с заданием. Шу: Ох… Понятно. Ты и правда не в состоянии её обучить. Рейдзи: Что?! Я как раз и забочусь об обучении Мари. Количество твоих уроков даже близко не сравнимо с количеством моих. Шу: Мои уроки хотя бы не заставляют её ценой своей жизни что-то тебе доказывать. Мари: («Доказывать»? Он имеет в виду…) Рейдзи: И что же она мне доказывает? Шу: Что подходит на роль королевы. Я ведь прав, Мари? Мари: Н-ну… Да. Я хочу стать достойной королевой. Рейдзи: И мои уроки как раз помогают ей в этом. Шу: Ух, боже. Рейдзи, она не обязана выполнять всё это. Договор был заключён только со мной, ясно? Она же полностью свободна. У неё нет необходимости заниматься этим. Мари: Есть! Я хочу стать лучше, чтобы дотянуться до твоего уровня. Шу: Твой уровень меня не смутил в начале общения, так почему он должен меня беспокоить сейчас? Рейдзи: Потому что ты приобрёл новый статус и новые обязанности, Шу. Ты никогда не мог этого понять. Шу: Не мог? Я никогда не просил о новом статусе и не собираюсь платить за него лишними обязанностями. Мари: (Они говорят так спокойно, однако я всей кожей ощущаю этот исходящий от них гнев. Мне нужно вмешаться, но... Шу впервые на моей памяти говорит с Рейдзи, а не игнорирует его слова) Рейдзи: Я этого и ожидал от такого лентяя, как ты. За эти годы ничего не поменялось. Мари: Рейдзи-сан, перестаньте! Это звучит отвратительно. Шу: ... Рейдзи: По-другому никак, Мари. Его ведь могут замотивировать лишь оскорбления. Мари: (Он учит меня вежливости, а сам издевается над братом! Как? Зачем?) Мари: Эх... Рейдзи-сан, Ваш метод оскорблений за несколько сотен лет ничего не изменил. Думаю, пора сменить тактику. Шу: Мари, пойдём.Шу внезапно схватил девушку за руку и вывел прочь из комнаты брата. Его лицо вновь застыло подобно камню. Рейдзи крикнул вслед.
Рейдзи: Не забудьте, что мы выезжаем в школу через 20 минут!***
Мари: Шу, как ты? Шу: Нормально.Как только пара вернулась в свою комнату, Шу лишь вздохнул и приложил ладонь к затылку, а на его лице промелькнуло выражение недовольства.
Шу: Эх... Надо было сразу забрать тебя с этого урока. Теперь только новая головная боль. Мари: Головная... боль? Мари: (Он ведь только стал говорить с Рейдзи. Говорить о том, что его беспокоит. А теперь он списывает всё это на головную боль?) Мари: Шу, неужели разговор с братом ты называешь головной болью? Шу: А? А разве это не так? Я из-за этого пропустил соло на скрипке. Раздражает. Мари: ... Шу: Эй, что за взгляд? Неужели ты беспокоишься о чувствах Рейдзи? Мари: Нет, я беспокоюсь о твоих чувствах! Шу: Ай! Не ори. Мари: Прости. Не сдержалась. Эх... Шу, тебя ведь задели его слова, верно? Шу: С чего ты это взяла? Мари: Я по глазам вижу. Тебе больно. Шу: Больно? Я просто раздражён, что теперь он будет весь день ко мне лезть. Мари: Неправда! Ты стал говорить с братом! Впервые за то время, что я здесь живу, ты говорил с братом, а не игнорировал его. Шу: И к чему это привело? Мари: ... Шу: Вот именно. Он меня не услышал. Ничего не изменилось со временем. Мари: Не изменилось? Ты часто пробовал говорить с ним раньше? Шу: Не совсем. Я лишь...Он запнулся, увидев взгляд Мари. Серо-голубые глаза смотрели с сочувствием и какой-то... решительностью. Вампир отвернул голову и продолжил.
Шу: Я лишь знаю слишком многое. Знаю то, чего не должен бы... Мари: Прекрати дозировать информацию, пожалуйста. Что ты скрываешь? Шу: Ничего...Он стал нервно дёргать шнур наушников.
Мари: Ты так не хочешь, чтобы я узнала это? Шу: Тебе же будет лучше. Мари: Но если я хочу узнать правду? Шу: Зачем? Чтобы она стала тебе не нужна? Мари: О чём ты? Мне нужна правда. Я хочу узнать, что случилось. Шу: Нет. Однажды я уже слышал эти слова, и ничем хорошим это не кончилось. Я просто... Я не хочу повторять старых ошибок. Мари: ...Мне жаль, но ты уже повторил свою "ошибку". Когда связался со мной. Шу: Что? Мари: Ты уже повторил "ошибку" общения с человеком. Сначала с Юи и её кровью, затем со мной. И ты говорил, что со мной ты счастлив. Шу: ... Шу: Может, ты и права... Шу: Мари, ты ведь... не отбросишь мои слова, верно? Мари: ...Ничего не ответив, Сора обняла Шу. Он устало вздохнул.
Шу: Эх... Хорошо.В течение следующих 10 минут старший Сакамаки рассказывал о произошедшем. Как кровь Евы меняла его сознание и чувства, как он общался с Юмой раньше. Как выяснилось, Муками сам просил у Шу правды, но стоило вампиру всё рассказать, как Юма лишь разозлился пуще прежнего. Сакамаки кратко рассказал, как Юма решил забрать девушку и вызвать в доме пожар, приманивая "Адама". И как после этого Рейдзи использовал Юи и Юму для доказательства того, что Шу не заслуживает счастья и любви.
Как Муками, сам Сакамаки и Юи были скованы цепями, и вампиры, умирая от голода, старались сдержаться. Юма сорвался первым и впился в шейку Комори, что ей понравилось. Её лицо выражало счастье.
Шу: В тот момент я не сдержался. Всё, что я запомнил, это свой крик и слова Рейдзи: "Шу, как следует запомни. Девушка, которую ты любил, — существо, которое так мерзко поддалось желанию". Мари: ... Шу: Затем внезапно всё оборвалось. Просто темнота, и ничего больше. Когда я открыл глаза, понял, что я в школе. В тот самый день, когда меня в очередной раз преследовали эти одноклассницы вместе с Юи. Сначала я словно ничего не помнил, но меня не покидало ощущение дежавю. На одной из реплик Юи я словно проснулся второй раз. И больше я... Мари: ... Шу: (Она так странно обнимает меня. Или дело не в объятьях? Опять это чувство. Это пробуждение Адама? Надеюсь, что нет) Шу: Больше я не мог смотреть на Юи как раньше. Всё изменилось, но лишь в моей голове. Она ничего не помнит. Никто не помнит. Всё вернулось обратно. Отец отмотал время назад. И я был вынужден переживать всё заново. Мари: Тогда... почему же ты не сделал всё так, чтобы с Юи не случилось подобного? Шу: Ты не понимаешь? Мари: Боюсь, что нет. Разве это не было бы вторым шансом? Шу: Нет, не было бы. Она ненавидела себя за то, что ей нравились чужие клыки. Несмотря на счастливое лицо, её глаза рыдали от боли. И я решил, что не стану калечить ей жизнь таким образом. Мари: Тогда почему же ты решился со мной общаться? И был, как ты сам говоришь, живее, чем раньше. Шу: Потому что почувствовал нечто странное. Всё в тебе было странно. От первой встречи до последнего твоего вздоха. Тебя не должно было появиться, а меня не должно было твоё появление заинтересовать. Мари: То есть ты с самого начала понял, что со мной что-то не так? Шу: Ну, когда девушка принюхивается к спящему на лестнице парню, здесь явно что-то не так. Мари: А?! Мари: (Он так внезапно от серьёзности перешёл к насмешкам? И правда поразительный мужчина) Мари: Я лишь хотела проверить— Шу: Не являюсь ли я живым ангелом, да? Мари: ...Э-эм... Откуда ты знаешь? Мари: (И зачем он указывает на это, если сам знает мои мотивы?) Шу: Ну, пока ты уходила на свои дополнительные кружки, я решил изучать новую для себя литературу. И признаюсь честно, это занятное чтение. Мари: Мои детские каракули ты считаешь интересными? Это же глупости. Шу: Не думал, что из-за глупостей принято нюхать спящих парней. Мари: П... Пф.. Пф-ха-ха. Блин, да ну тебя. Шу: Как ты покраснела. Что там нарисовало твоё похотливое воображение? Мари: Ничего такого, я просто вспомнила, как высматривала тебя на лестнице. Шу: Хех, как была ненормальной, так и осталась. Мари: Сказал мне апатичный садист. Ха-ха. Шу: Да уж... И правда смешно. Я совсем спятил.Мари вздохнула и погладила любимого по щеке. Она решила перевести тему.
Мари: То есть, пока я ходила на дополнительные занятия, ты в библиотеке читал мои записи с переводчиком? Шу: Мне было нечего делать. И... И я подумал, что могу узнать тебя получше. Мари: Ш-Шу, ты и правда... Шу: Что? Мари: ...Ты и правда лучший. Хи-хи.Она лучезарно улыбнулась и взяла учебную сумку.
Мари: Пойдём, мы в школу опоздаем. Шу: Но... Мари: Что? Шу: Неужели тебя не смущает то, что я рассказал? Мари: Ну, я... Шу: Полагаю, это уже кажется не таким важным после всего, что ты пережила. Мари: Хех, отчасти ты прав. Но это не самая главная причина. Шу: И какая же главная? Мари: Ты сейчас счастлив. Да, с Рейдзи у тебя "особые отношения", но эту проблему можно решить. Твой отец боится что-то менять из-за аномалий, связанных со мной, поэтому вряд ли он станет отматывать время. А ты постепенно привыкаешь к его силе и ко мне. Тебе не о чём беспокоиться сейчас. Всё это в прошлом. И я рада, что ты совершил ошибку общения с человеком ещё раз. Иначе ты бы так и остался несчастен. Шу: ... Шу: Мы и правда можем опоздать на эти занятия. Пошли. Кстати, сегодня ты тоже сидишь со мной. Мари: Опять? Шу, к тебе ведь уже подходили учителя и ругали за эту наглость. Ты хочешь повторить это ещё раз? Шу: Их раздражение меня не волнует. Ты будешь сидеть рядом, и никак иначе. Мари: Как я понимаю, выбора у меня опять нет. Шу: Верно. Люблю, когда ты такая послушная.Он с издёвкой поцеловал Мари в лоб и направился к выходу, взяв любимую за руку.
***
Школа прошла спокойно, не считая странных взглядов учителей и... учеников? Если раздражение преподавателей было объяснимо, то одноклассники смотрели странно. Особенно парни. Они словно ловили каждое движение Мари, что её изрядно нервировало. На переменах она держалась Шу и часто озиралась по сторонам.
Уроки закончились, наступило время кружков. Обычно Сора в это время чистила музыкальный класс, а теперь она с особой радостью спешила в кабинет для занятий. Шу в это время просто спал в коридоре или классе.
???: Эй, Сора-сан! Мари: А?Девушку на пути в кабинет остановил один из учеников. Он был ей незнаком. Довольно милый, выглядел не слишком опасно, но Мари всё равно немного поёжилась.
Мари: Добрый вечер. Чем могу помочь? ???: Простите, что отвлекаю. Я одноклассник Шу-сана. И я... я часто наблюдал за Вами раньше, а сегодня Вы вновь появились в нашем классе. Мари: Ах, вот оно что. Да, мне жаль, что смутила Вас. Мари: (Он сейчас наверняка будет говорить, что мне не место среди них. Оставили бы все они меня в покое!) ???: Ой, нет-нет, что Вы. Всё не совсем так. Я имел в виду, что удивился, когда увидел Вас с Шу-саном так близко. И я понял, что не могу молчать... Мари: (Он так странно смотрит на меня. Ладони потные, взгляд нервный. Его запугали или что? И почему он не может всё прямо мне сказать?) Мари: Успокойтесь, пожалуйста, не нужно нервничать. Что такое случилось? ???: В общем, я хотел сказать, что... что люблю Вас, Мари-сан! Мари: ... Мари: ...Что? Мари: (Он... Он шутит надо мной? Любит? Что за чушь?!) ???: Я знаю, в это сложно поверить. И мне потребовалось много времени, чтобы признаться. Я слышал от девчонок из Вашего класса, что Вы жуткая и отталкивающая девушка, но наблюдая за Вами, я понял, что они ошибаются. Мари: "Наблюдая"? Вы следили за мной? ???: П-простите, я знаю, что это неправильно, но я не мог остаться в стороне. Вы... Вы восхитительная девушка: стать вампиршей при том, что Вы были лишь человеком. Это поразительно. Вы выжили и превзошли всех нас. И за эти два месяца Вы показали, что мы ошибались. Вы показали свою красоту, свой ум, свою силу. В тот момент я понял, что не могу смотреть на Вас спокойно. Я хочу пообщаться с Вами поближе. Я на всё ради этого готов! Мари: (Ч-чего?!) Мари: Вот как. Тогда позвольте объяснить: Вы следили за мной, Вы не замечали меня, когда я была человеком, Вы заинтересовались мной только после того, как я стала вампиршей, Вы нахваливайте мой ум лишь после моего обращения, тогда как я его демонстрировала ещё раньше. Но Вам было всё равно на это. И все эти два месяца Вы следили и выжидали, а теперь думаете, что я могу ответить взаимностью на Ваше признание? ???: Я вижу, как Вам некомфортно с Шу-саном! Он жесток к Вам, он мучает Вас! Мари: Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о Шу-сане. Только с ним мне комфортно и хорошо. И никто, кроме него, меня не интересует. Поэтому прошу прощения, что не могу ответить Вам взаимностью. И я попрошу Вас перестать за мной следить. ???: Но... но...Знакомые холодные руки обвили женские плечи.
Шу: Думаю, тебя просто отшили. Мари: Шу, давно ты подслушиваешь? Шу: Не так давно. Я просто решил поспать, а здесь такой шум. ???: Опять Вы, Шу-сан! Шу: Не ори, раздражаешь. Сначала пытаешься забрать моё, а теперь ещё и кричишь. Это серьёзно бесит. Мари: Шу, нет нужды беспокоиться. Прости за этот шум, я сейчас отойду. ???: Мари-сан, не уходите! Он же опять будет мучить и запугивать Вас! Шу: Как я понимаю, ты и правда любишь действовать на нервы. Мари: Шу, не нужно, пожалуйста. Давай просто отойдём от него? Он явно ведёт себя странно. Шу: Ты так за него переживаешь? Мари: Не столько за него, сколько за тебя. Не стоит вызывать лишний гнев учителей. Шу: Уф, когда ты ведёшь себя как паинька, это даже странно. ???: Мари-сан, Вы— Шу: Тебе слова не давали. Лучше уйди сейчас, пока не поздно. ???: Или что? Что Вы мне сде—За одно мгновение отработанным движением Шу достал из рукава нож и приблизил его к горлу парня. Мари удивилась и попыталась успокоить блондина, но тот был вполне адекватен и разумен. Сапфировые глаза так и сверкали, а на губах играет лёгкая усмешка.
Шу: Ты же слишком труслив, чтобы забрать её у меня сейчас, верно? Тебе страшно. Ты боишься меня так же, как и все остальные. ???: ... Шу: Лучше уходи. Я не боюсь проливать чужую кровь.Незнакомец быстро скрылся из виду, а Сакамаки убрал нож.
Мари: И... И всегда ты с собой нож носишь? Шу: После нашей прогулки в городе приходится. Но здесь был особый случай. Так или иначе, я не позволю кому-либо забрать то, что принадлежит мне. Мари: (Он считает меня своей. Да, не буду отрицать, что это неправильно. Но мне так приятно, что Шу не хочет моего ухода. Я знаю, что он уважает меня, поэтому мне нечего бояться) Мари: Хех, тогда понятно. Спасибо за помощь. Шу: Считай, это небольшая плата за прошлые твои глупые поступки, когда ты бросалась меня защищать. Мари: Эх, поняла тебя, родной. Тогда мне пора бежать.Она нежно поцеловала своего парня в губы и поспешила в кабинет. Шу устроился в коридоре, как его резко прервал Муками.
***
Закончив с занятиями, Сора направилась к выходу из школы, где Сакамаки обычно её и ждал. Но в коридоре раздавался знакомый голос, и вампирша поспешила туда.
Юма: Какого хрены ты, ублюдок, посмел перечеркнуть все наши труды?! Шу: Я не перечёркивал ничего. Это совсем другой случай. Юма: Другой случай?! Да нифига не другой случай, бл*ть!!! Ради чего ты связался с этой девчонкой?!! Шу: Не тебе решать этот вопрос. Юма: Не мне?! Да кем ты себя возомнил?!Сора увидела, как Муками держит её любимого за шиворот и собирается ударить в лицо. Несмотря на нежелание использовать свои силы, Мари молниеносно переместилась к Юме за спину и, схватив его за русый хвостик, резко потянула его волосы вниз. От эффекта неожиданности Юма выпустил старшего Сакамаки и ударился головой. Шу тут раздражённо оскалился и приблизился к любимой.
Шу: Мари, уходим. Мари: Да, пошли. Юма: То есть без неё ты буквально говоришь мне: "Бей, если хочешь", — а стоило ей подойти, как ты уже уходишь? И где здесь вообще смысл?!Юма хватает вампира за руку и тянет на себя, но его резко ударяют по локтю.
Мари: Не смей трогать Шу, ясно тебе? Я не позволю! Юма: Прекрати его защищать! Несмотря на всё, что произошло, он никак не изменился и ничего не поменял! Как и ожидается от аристократа, он предпочтёт лениться и дальше. И ко всем остальным он относится с таким же пренебрежением, как и раньше! Мари: Заткнись, Муками! Оставь его в покое! Если ты сам не в состоянии измениться, так не призывай к этому других. Иначе ты ведёшь себя как последнее ничтожество. Юма: Это меня ты хочешь назвать ничтожеством?!Мария начинала злиться. Шу резко взял её на руки и направился прочь от Юмы. Муками ничерта и не понял.
Юма: Эй, куда ты пошёл, NEET?! А ну вернись! Шу: Заткнись, Эдгар. Оставь нас в покое. Юма: Прекрати называть меня так! Я не Эдгар. Шу: ...Да, ты прав. Ты не Эдгар. Ты лишь Юма. Юма: ...Ты... Ты просто отвратителен!Сакамаки крепко прижимал к себе любимую и уносил её к выходу из школы. Посадив девушку в машину, он сжал ей руки и пристально смотрел в глаза.
Шу: Как ты? Мари: Всё хорошо, Шу. Не нужно волноваться. Но... почему ты решил так меня унести? Шу: Потому что я знаю, что твоё упрямство только будет его злить. А ударить тебя я не позволю никому. Лучше просто уйти, пока есть такая возможность. Мари: А-а-а... Тогда понятно... Шу: Ты совсем устала, верно? Так жмёшься ко мне, словно теперь я стал подушкой. Мари: Прости... Просто твоя кофта такая тёплая. И я... и я слишком хочу спать... Можно? Шу: (Она совсем плоха. За один день и занятия с Рейджи, и уроки с этими глупыми тестами, теперь ещё и какой-то поклонник-идиот и Муками-простачок. Я сам дико устал) Шу: Да, можно. Но взамен и я посплю на тебе. Мари: Хорошо... Только рада... Шу: (Эх... Сколько времени прошло уже. Год пролетел так стремительно. Хотя я переживал один год дважды. И всё это время этот слабый человек провёл со мной. Впервые чувствую себя настолько повязанным подобными отношениями. Хотя они кажутся такими естественными. Думаю, я просто в этом нуждался, и теперь... Не знаю даже. Мне не особо хочется вспоминать что-то из своего прошлого. Так почему вдруг меня это волнует?) Мари: ...М-м... Шу: (Пф, она прижимается ко мне как к подушке. Это немного забавно. Она даже рукой проводит по моей груди как кошка — лапкой. Хотя для кошки она слишком инфантильная и наивная. Боги, я и правда спятил. Ещё давно)Он погладил упавшую на него Мари по голове, зарывшись пальцами в её волосы. Но вскоре подошли остальные Сакамаки.
Аято: Хей, чего это вы так рано подошли? Обычно же прячетесь, а мы вас ждём голодными. Канато: Согласен. Мы с Тедди хотим сладкого печенья. Рейдзи: Тише. Все здесь, едем домой. Шу: Всем внимание. Лайто: Ха? Субару: Чего? Шу: У меня есть одна интересная новость...***
Нежное солнце постепенно скрылось за горизонтом. В небе сияла полная луна. Все проблемы уходят вместе с ним. Этот выходной день Шу провёл в компании любимой девушки в лесу. Пока он спал или играл на скрипке, Мари осваивала полёт. Несколько раз упав с небольшой высоты, она устало села на землю и закрыла лицо руками.
Мари: Ах, да почему я не могу просто взмыть в небо? Шу: ... Мари: (Он опять спит. Ладно, лучше не кричать)Она попробовала оттолкнуться от земли, но получился прыжок, а не полёт.
Мари: Опять. За что так со мной моё тело? Шу: ...Думаю, ты слишком нервничаешь. Мари: Шу? Ты не спишь? Шу: Не могу. Слишком шумно. Лучше тебе успокоиться и перестать нервничать. Мари: Но... Шу: Ты сама дрожишь, как только отрываешься от земли. Такой возвышенный дух, и такое приземлённое тело. Странное сочетание, верно? Мари: Да уж... странное. Шу: Эх... Хорошо, помогу.Вампир встал и подошёл к ученице. Он протянул ей руку и, стоило её взять, как Шу оторвался от земли и притянул Мари к себе. Она так и дрожала в его руках.
Шу: Разве ты не хочешь почувствовать лёгкость и ветер в волосах? Мне казалось, ты как раз из таких наглых личностей, что не терпят никаких ограничений. Мари: Хех, нет я не такая. Мне нужны ограничения, иначе я сведу всех с ума. Но ведь это страшно. Это... Шу: Страшно? Тогда я могу тебя расслабить. Мари: Расслабить? Как? Шу: Сегодня довольно красивая луна, ты так не считаешь? Мари: ...Да, соглашусь. Она очень красивая. Шу: В такие ночи ты невольно хочешь пить. Мари: Не напоминай, пожалуйста. Я и так почти не пью крови Юи. Шу: А стоило бы. Мари: Нет. Я всё же могу жить и как Муками, питаясь больше человеческой едой. Не хочу, чтобы демоническая кровь меня меняла. Шу: Эх... Не думаю, что тебя она так сильно поменяет. Ты уже достаточно человечна. Мари: Вряд ли, но я не хочу, чтобы мои чувства зависели от крови или какого-то вируса. Мне нравится чувствовать всё самой. Шу: Хех, согласен как никогда. Однако поесть явно не помешает. Мари: Предлагаешь вернуться в особняк? Шу: В этом нет необходимости. Думаю, есть один вариант, который я давно хотел попробовать.Его пальцы прошлись по женской шее. Глаза Мари заблестели, но в них мелькало непонимание.
Мари: Ты хочешь... укусить меня? Но ты так давно этого не делал. Шу: Знаю. Месяца три уже. Однако мне кажется, что тебе не помешает немного расслабиться. Мари: А вдруг тебе не понравится? Шу: Что за страх в глазах? Мари: Я просто не хочу, чтобы тебе стало противно от меня. Страшно рисковать. Шу: Ты правда думаешь, что меня лишь кровь волнует? Мари: Нет, не думаю. Просто есть шанс, что кровь будет на вкус так себе. Или вообще противной. Шу: Ну, не проверим — не узнаем. Мари: Ты вдруг так решителен? Приятно таким тебя видеть. Шу: Пожалуй, я устал сидеть на паузе. Дай мне попробовать обновлённую тебя. Посмотрю, насколько твоя вампирская сущность будет ужасна.Его глаза, сияющие под лунным светом, так и изучали знакомые артерии. Впившись клыками в единственные оставшиеся после обращения шрамы Мари на середине левого плеча, вампир сделал первый глоток и застыл на долю секунды. Затем сделал ещё глоток. И ещё один. И ещё.
Мари: (Мгх... Я уже забыла это ощущение, когда внутри тела его клыки...) Мари: (Он так давно не пил меня... Как же хорошо... И голова пустеет...) Мари: Шу... Шу: Хе-хе, твоё лицо так и тает в удовольствии. Какая же ты испорченная. Мари: Прости... И как же я тебе на вкус? Шу: Довольно неплохо. Хотя и не особо сытно. Но для лёгкого перекуса подойдёт. Мари: Правда? Тогда хорошо. Хочешь ещё? Шу: Извращенка. Так стремишься меня накормить. Мари: Есть такое. Люблю тебя кормить. Шу: А точнее, ощущать мой язык на своей коже. Мари: Это тоже. Шу: Хех, наслаждайся.Новые глотки в полнолуние. Высота всё увеличивается, но никому нет и дела. После ещё одного укуса Шу взял любимую на руки и легонько подбросил вверх, через минуту поймав.
Мари: Страшно же. Шу: А голос спокойный. Так доверяешь мне? Мари: Хех, верно. Шу: Отлично. Тогда доверяй мне ещё. Не позволю же я тебе упасть. Постарайся замедлиться в полёте.И так, подбрасывая Мари из раза в раз, пара добилась результатов. Вампирша научилась замедляться. Тогда Сакамаки просто взял её руки и свесил тело вниз. Женские пальцы так крепко вцепились в руки Шу, что тот аж поморщился.
Шу: Ай! Мари: Прости, прости. Шу: Так напугана уже. А я ведь тебя ещё обеими руками держу. Мари: А можно меня ближе к земле держать? Шу: Нет, многого просишь. Лучше расслабься.Она попыталась довериться парню и не смотреть вниз. Вскоре и держаться на воздухе получилось. Она могла замереть в одном положении и не падать.
Шу: Хорошо, теперь попробуем вот так...Подобные упражнения заняли несколько часов. Однако луна даже не сдвинулась с места на небосводе.
Мари: Шу, а тебе не кажется странным, что луна замерла? Шу: Нет, не кажется. Мари: Правда? Почему? Шу: Я сам её остановил. Мари: Ты? Это одна из сил твоего отца? Шу: Ага, вроде того. Хотя я сам не особо хорошо освоился. Мари: Это пугает. Восхитительно и пугает. Шу: Хех, на мою игру на скрипке ты реагировала с большим оживлением. Мари: Ты решил сравнить это? Шу: Да, мне стало любопытно. Мари: Ну... Скрипка — это чувственная часть тебя, а сила — устрашающая. Приятнее реагировать на то, во что ты вкладываешь собственные чувства. Шу: Ух, ты и правда одержима мной. Сама себя не боишься? Мари: Боюсь, конечно. Поэтому и сдерживаю некоторые извращённые порывы. Шу: Извращённые, да? Мы сейчас прямо в небе, смотри. Придётся подождать. Мари: Хватит меня смущать и пугать. Шу: Разве хватит? Твой страх так маняще плещется в твоих глазах. Мари: ... Шу: Впрочем, тогда я не успею кое-что сделать. Мари: Что ты опять задумал? Шу: Скоро всё сама увидишь.Вернув девушку на землю, Шу взял её за руку и повёл в особняк.
***
В комнате старшего Сакамаки так же светила луна. Жёлтые оттенки покрываются серебристым светом и мерно поблёскивают в слабых лучах.
Мари: К чему же такая таинственность? Шу: Просто я хотел отдать тебе кое-что именно сегодня и именно здесь. Мари: А почему именно сегодня? Шу: Ты так и не поняла? Мари: ...Ну... Сегодня особый праздник? Шу: Хех, вроде того. Сегодня 24 июля. Мари: ... Мари: (Серьёзно? Сегодня мой день рождения? Уже?!) Мари: Я... Я реально забыла. Шу: Да уж, ты и правда создана для вампирской жизни. Даже в дне рождения не нуждаешься. Мари: Похоже на то. Но как ты узнал? Шу: Смотри сама.Он протянул ей фотографию. То самое фото с 16-летнего дня рождения. И указал пальцем на небольшой кусочек.
Шу: Вот здесь, на телефоне твоего отца, виднеется дата. Для нас, вампиров, вообще не важны подобные праздники, но... ты же человек, как ни крути. Мари: Почему для тебя я человек? Шу: Потому что ты ведёшь себя точно так же, как и раньше. Ничего удивительного. Ты всё равно человек. Хрупкий и упрямый человек. И в честь этого я кое-что принёс.Он открыл просторный шкаф и достал оттуда средних размеров футляр. А внутри оказалась новенькая акустическая гитара. Серо-голубые глаза так заискрились, словно в них отражался фейерверк. Руки робко потянулись к новинке и с особой осторожностью расположили её на коленях.
Мари: Шу, она же довольно дорогая, и... Шу: Помолчи. Ты говоришь глупости. Это всего лишь подарок от всех нас. Мари: От всех? Аято: А ты как думала? Мы тоже в доле.Из ниоткуда в комнате резко появились все обитатели особняка. Тройняшки вальяжно расположились на кровати, Рейдзи и Субару стояли возле стены, рядом с Мари на кровать села Юи. Шу лёг поближе к вампирше, немного оттеснив тройняшек.
Лайто: С праздником, сладенькая. Мы бы и не узнали о таком забавном событии. Субару: Чего это оно забавное? Лайто: Ну как, подарок — для неё, а концерт — для нас. Мари: Какой ещё концерт? Что вы задумали? Юи: Это была идея Рейдзи-сана. Он хотел проверить заодно твои успехи в вокале. Рейдзи: Я всего лишь предложил. Попробовать лишним не будет. Канато: Но разве она вообще умеет играть на гитаре? Шу: Умеет. Она уже три месяца ходит на подобные занятия и практикуется в музыкальном классе тайком. Мари: Э-хех... Аято: Ну, можно попробовать тогда послушать. Мари: Уверен? Придушить не захочешь? Аято: А ты попробуй нас задобрить. Мари: Задобрить тебя? А если не хочу? Канато: Тогда ты будешь наказана. Мы с Тедди будем любоваться страхом в твоих наглых глазах. Мари: Эх... Ладно. Посмотрим, что может это вампирское тело.Тут дверь комнаты распахнулась, и в неё вошло всё семейство Муками.
Коу: Хей, не помешали? Успели к началу? Аято: А вы чё тут забыли? Азуса: Руки-кун видел... Шу-сана в городе... возле магазина музыкальных инструментов. Коу: И мы подумали, что намечается концерт. Не могу же я пропустить это событие. Юма: Да уж... Руки: Доброй ночи. Мои извинения, если помешали. Юма... Юма: Да-да, иду я. Шу: ... Рейдзи: ... Юма: Короче, Мари... Эх... Извини. Если подумать, то я и правда ничтожество. Не хотел на тебя срываться. Просто... Шу сказал, чтобы я передал Руки его приказ держаться от тебя подальше. И я был зол. Мы вместе с вами тебя спасали, Руки так вообще всё поставил на карту ради тебя, а этот Шу вдруг— Руки: Юма, замолчи. Ты выдал уже всё, что мог. Коу: Согласен с Юмой. Мы ведь так старались, а по итогу концерт получат лишь Сакамаки. Азуса: Я бы хотел... послушать песни рядом с... Евой и её подругой... Юма: Вот именно. И я тоже хочу. И мне жаль за ту ссору. Рейдзи: Вторжение чужаков, которые просят у нашей собственности сыграть им. Довольно отвратительно, вы так не думаете? Руки: Разве не в чести принцев добросовестно платить за труды? Тем более, семейство пришло к вам в гости. Аято: Не хочется мне как-то эту семью видеть. Лайто: Согласен. Предпочту тогда удалиться к себе. Субару: Эй, это же её праздник, нет? Мы и так её заставляем играть, а теперь ещё и решаем, кто тут останется. Юи: Да, верно. Мне кажется, Мари-чан будет не против новых гостей, да? Рейдзи: А ты что скажешь, Шу? Шу: Пусть Мари решает. Это её праздник. Я настаиваю на мирном времени в любом случае. Обидеть наше семейство я всё равно никому не позволю. Рейдзи: Всё так просто? Шу: Даже если все уйдут, я всё равно останусь. Мари: (Останется... Он сказал это, чтобы меня подбодрить? У меня сердце сейчас снова будет биться как отбойный молоток) Мари: Эх... Только если это будет мирно. Мари: (Глупо верить в перемирие. Да и семьи довольно разные. Юи хочет видеть их едиными, но мне в это не особо верится. Впрочем, если вдруг я смогу стать пусть и самой бледной точкой преткновения, то Юи уже будет проще их мирить. Вместо одной точки будут две)Все уселись и уставились на вампиршу, которая неловко опустила голову. Её пальцы начали перебирать струны, а благодаря вампирскому сознанию и ослаблению сна она могла практиковаться часто и умело. Голос был робким и тихим, глаза отведены. Она пела японскую песню, пока её пальцы так и пощипывали струны.
Но вот песни становятся более яркими, голос звучит громче и мелодичнее, а голова покачивается в такт. Всё теперь ярче, громче, лучше. Всё менялось. Всё вокруг: взгляды слушателей, их лица и позы, положение луны в окне. С новой мелодией наступали новые переменные. Но во всём этом была одна константа: Шу, который спокойно лежал на кровати с закрытыми глазами и снятыми наушниками. И этот вид был таким странно-родным, что невольно вызывал улыбку.
***
Вместе с рассветом наступила и тишина. Проблемы решиться не способны во мгновение ока. А некоторые вещи нельзя изменить.
Шу всё так же лежал на кровати. Мари убрала подарок в футляр. Её уставший голос совсем охрип, а пальцы получили пару мозолей. Вампир внезапно лизнул раненые пальцы.
Мари: Ай! Шу: Потерпи немного. Мари: Они бы всё равно прошли. Шу: А я не хочу ждать. Мари: ... Шу: Почему такой поникший взгляд? Концерт всем ведь понравился. Мари: Он не поникший. Он... задумчивый просто. Шу: ... Мари: Я думала, что смогу всё изменить. Изменить хоть немного эту семью или даже кого-то из Муками. Думала, что мои слова до них дойдут, и... Шу: Так ведь дошли. Мари: Дошли разве? Шу: Ты так хочешь всех нас поменять? Мари: Нет, но не хочу никого злить или обижать. Шу: Хех, это уже больше на тебя похоже. Мари: Разве? Шу: Да, ты не хочешь вызывать ненависть. Юи только и думает о нашем единстве. Глупость, как по мне. Мари: Мне кажется, не такая уж плохая идея. Шу: Плохая. У нас всё равно мало что есть общего. Ни матерей, ни прошлого, ни будущего. Мы просто привыкли быть вместе. И то почти все из нас мечтают сбежать. Мари: Как и ты? Шу: Да, тонко подмечено. Как узнала? Мари: Ты иногда в задумчивости смотрел в окно. Даже рука тянулась к стеклу. Шу: ... Шу: Пожалуй, ты слишком уж пристально за мной следишь. Прямо как тот фанатик — за тобой. Мари: А почему ты его сразу не раскрыл? Шу: Смысл тебя дёргать лишний раз? А грозить ему будет глупо. Он и так знает, кто я. Мари: Но ведь он был готов противостоять тебе перед тем, как ты использовал нож. Шу: Он не был готов противостоять. Он трусил. Но при тебе трусость обернулась бы в благородство. Мари: Как-то глупо. Шу: Согласен. Но кто разберёт влюблённого идиота? Мари: Хи-хи, а ты себя разбирал? Ты не идиот, не подумай, но ведь чувства брали вверх. Шу: Нет, не разбирал. До сих пор не разбираю. Ни себя, ни кого-то вокруг... Мари: ... Шу: Но знаешь... Я кое-что понял. У нас не всё потеряно. У нас всех... И мы... каждый из нас может быть счастлив. Как бы глупо это ни звучало. Мы не мертвы внутри, как мне казалось. Мари: Почему ты так в этом уверен? Шу: Когда ты пела, их взгляды. Несмотря на различия, все глаза смотрели на тебя со странной надеждой. Словно хотели поскорее что-то найти и понять. И я понял, что подсознательно мы все ищем одного: жизни. Даже Комори, которая потеряла всё. Все они смотрели на тебя с такой странной надеждой... Мари: Но во мне нет этой надежды. Я просто живу. Шу: Вот именно. Но ты живёшь со странной улыбкой. В этом месте никто не был счастлив очень уж давно. Кроме тебя. Мари: ... Мари: Имеешь в виду то, что я счастлива с тобой? Шу: Да. Они все хотят чего-то подобного. Им не нравится то, что ты жмёшься ко мне, несмотря на все свои и мои проблемы. И я понял, что мне хочется немного оживить этот дом, ставший для меня и всех нас тюрьмой. Мари: Неужели? Я рада это слышать. Но зачем тебе это? Шу: Наверное, я почувствовал, что хочу снять со своей души камень бездействия. Слишком долго я стоял в стороне, тогда как у меня был шанс всё изменить и исправить. Совершив ошибку, я слишком долго стагнировал. А начать придётся с Рейдзи. Попробую поговорить с ним потом. Мари: Тогда... Тогда мы будем постепенно осчастливливать всех, а я буду следить за твои счастьем. Шу: Да уж, звучит глупо. Даже очень. Мари: Тогда готов? Шу: Хех, готов-то готов, но к чему? Мари: Ну... Хотя бы к маленькому подарку. Шу: Подарку? Какому? Мари: Просто... Я боялась, что не доживу до твоего дня рождения. Хотя я и не знаю, когда он у тебя. Потому заранее это сделала. Надеюсь, тебе понравится. Шу: Посмотрим. Но можешь запомнить, он у меня 18 октября. Хотя это и не особо важно. Вряд ли я буду праздновать.Она достала из-под кровати небольшую коробку. Внутри оказалась рамка, которую Мари протянула Шу. Под стеклом была белоснежная канва с вышивкой в виде сапфировой розы, лежащей на скрипке.
Мари: Это бессмысленный подарок, знаю. Просто вышивка, ничего такого. Мне в тот момент лишь хотелось, чтобы у тебя осталось что-то от меня. А подобные странные картины могут и остаться в памяти. Шу: Хех, да, довольно креативно. Но зная тебя, у тебя есть ещё что-то. Мари: Да ладно, ты даже такое предугадал? Шу: Ты любишь продумывать план "Б". Мари: Ну, ладно, есть такое.Она достала деревянный гребень, похожий на тот, что подарила ей Юи. Но на этом была вырезана такая же розочка в сердце.
Шу: Интересно, почему же гребень? Мари: Ну, меня учили, что подарки должны быть функциональными. Ты всё же иногда расчёсываешь свои волосы, причём делаешь это довольно тщательно. Вот я и подумала найти для тебя что-нибудь подходящее. Шу: ...Спасибо... Это очень любезно с твоей стороны. Мари: Почему ты грустишь? Тебе не понра—?Он внезапно обнял Мари, крепко прижимая к себе.
Шу: Мари, я знаю, чего бы я хотел. Мари: Чего? Что тебе нужно? Шу: Я хочу... Я хочу создать семью. Как положено. Мари: ...Внезапно... Шу: Просто... Когда ты говорила о своей семье, я понял что... Что у меня так же не было кого-то, кого я мог по-настоящему считать семьёй. Я видел тот же взгляд и ту же улыбку, что была у меня. И теперь я готов признать, что мне нужен рядом родной человек. Мари: Шу... Шу: Поэтому, Мари, стань мне родным человеком. Мари: Да... Да, с огромной радостью. Шу: С 19-летием тебя, Мария.Они обнялись. Как никогда прежде. Когда их руки сомкнулись, слова стали не нужны.
Через год было объявлено о свадьбе. И о венчании в церкви. Венчании в России. Жених и невеста приехали к родителям, которым Шу, получивший почти все возможные силы, вернул память. И вот сейчас они стояли на пороге старого дома Марии. Она не могла решиться повернуть ручку.
Мари: Ты уверен, что они всё помнят? Шу: Да, уверен. Ты готова? Мари: Я... Думаю, да. Ты же будешь рядом, верно? Шу: Мне уже поздно куда-то уходить. Открывай.Повёрнутая ручка, отворившаяся дверь. Кацу и Марина стояли на пороге. Они ждали приезда пропавшей дочери. И сейчас их глаза выражали испуг. Дочь подошла поближе.
Мари: Мамочка... Мамочка, это я... Марина: Маша... Доченька. Доченька моя!Она обняла девушку, по щекам обеих катились слёзы. Они крепко прижались друг к другу. Кацу дождался, когда Мари подойдёт к нему. Увидев дочь вблизи, он не сдержался и так же крепко обнял её.
Кацу: Я боялся, что потеряю тебя. Прости, не должен я был отправлять тебя в это место. Мари: Ты не знал об этом, ...пап. Это просто случайность. Кацу: Какая уж тут случайность? Идеально выверенный план. Мари: Даже если так, план уже рухнул. И сейчас всё хорошо. Марина: Маша, а кто же он?Оба родителя посмотрели на Шу, прислонившегося к стене.
Мари: Это Шу. Мой спаситель и мой... жених... Кацу: Жених? Не слишком ли поспешно? Мари: Нет, не поспешно. Он... Он спас меня."Ангел" лишь подошёл к любимой и вытер её слёзы.
Шу: Я постою тогда за дверью. Мари, мы приехали не больше, чем на час, и... Марина: Что за ерунда? Проходите в прихожую. Шу: Эх... Благодарю за приглашение, но я откажусь.В глазах Шу вновь на мгновение отразилась боль одиночества. Мари ласково улыбнулась и крепко схватила Сакамаки за руку.
Мари: Ты обещал быть рядом, верно? Тогда прошу за мной. У нас не хоромы, но я придумаю, что тебе показать. Шу: ... Мари: Хочешь зайти? Шу: ... Шу: Эх... Хех, ладно уж. Но ты сама просила.***
Мари: Смотри, это моя любимая игрушка. Шу: Плюшевый кот? Тогда понятно, в кого у тебя такие повадки. Мари: У меня есть кошачьи повадки? Шу: Ага. Когда ты спишь, ты дёргаешь руками как лапами. Ещё когда потягиваешься, то выгибаешься подобно кошке. Такой же плюшевый и наивный котёнок. Мари: У-и-и, правда? Это очень мило. Шу: Да, правда. Котёнок плюшевый. Шу: (Я никогда не мог поверить, что буду сидеть в доме смертных и перебирать детские вещи. Это должно быть для меня закрыто, а Мари наоборот слишком тесно связана с миром людей. Несмотря на тело одной расы и одну кровь внутри, мы всё равно разные. Но... здесь так уютно и тепло. Мне нравится) Шу: (Мари такая счастливая. Теперь она будет общаться с родителями... Эх... Как же не хочется отдавать её... А если она пропадёт, они опять будут волноваться. Тогда... Я придумаю что-нибудь. Но я постараюсь получить с Мари столько времени, сколько смогу забрать. Я никому её не отдам, даже Богу) Шу: ...Мой котёнок... И ничей больше. Мари: Хи-хи, к чему такая серьёзность? Шу: Хех, чтобы тебя напугать. Мари: А-а-а, тогда у тебя получилось. Я боюсь тебя, находясь в своей родной комнате. Шу: Это верно. У тебя когда-нибудь так тряслись ноги в этой комнате? Мари: Не припомню. Шу: Тогда я первым так тебя пугаю. Мне нравится твоё выражение лица. А что насчёт тебя? Мари: Мне... А мне нравится тебя бояться. И мне нравится твой пугающий садистский взгляд. Шу: Приятно слышать. Тогда иди ближе ко мне. Подарю тебе немного порочного удовольствия. Мари: Если от тебя, то согласна на любое. Шу: Отлично. Главное, оставайся рядом со мной. Тогда я сделаю тебя счастливой. Мари: Но я уже счастлива, Шу. Ты рядом, и я счастлива. Шу: ...Знала бы ты, как же сильно я мечтал услышать эти слова раньше. Мари: Наверное, так же сильно, как я мечтала слышать твои слова: "Даже если все уйдут, я всё равно останусь". Шу: Ты их так чётко помнишь? Мари: Да, помню. Словно это было вчера. Шу: Да уж... Ты — безнадёжный романтик. Мари: Как и ты.Она улыбнулась и лизнула вампира в щёку.
Шу: Точно котёнок. Мари: Твой котёнок. Шу: В точку... А я — твой хозяин. Мари: У... Угу. Мой хозяин. Шу: Как ты смутилась, ха. Мари: Хорошо хоть при родителях этого не сказал. Шу: Хм, а хочешь, чтобы они знали? Мари: Шу, не надо так надо мной шутить, пожалуйста. Мои родители полтора года тебя не видели. Шу: Хех, хорошо. Сегодня таких шуток не будет. Мари: Спасибо за понимание. Ты очень милосерден. Шу: Только в честь свадьбы. Мари: Хорошо, запомнила. Шу: Кстати, будешь играть для родителей на гитаре? Мари: Да, я хотела сыграть одну песню, которую мы с мамой напевали в моём детстве. Шу: Ясно. Я опять не пойму слов. Мари: Обещаю тебе её перевести. Шу: Тогда хорошо. Послушаю твоё новое выступление. Только не повреди голос. Мари: Постараюсь. Только не усни. Шу: Хех, тоже постараюсь, котёнок.***
Карлхайнц: Воистину, в этом мире нет ничего сильнее истинной любви. Но любовь вампира не к Еве и правда того стоила. Ты стал другим, Шу... Карлхайнц: Ты пробудишься совсем скоро. И возложишь на себя этот крест. И я растворюсь в смерти... Но я рад этой свадьбе. Адам будет теперь не один. Карлхайнц: Берегите друг друга... Карлхайнц: ...Будь счастлив, Шу...Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!