"На секунду мир замер" | Сахароза, Альбедо, Кэйа, Кли

У нее был всего миг на принятие решения - Мондштадт полыхал, и ветер горестно выл, созерцая это, а перед ней стоял Альбедо, измазанный в крови и пыли, и на его мертвенно-бледном лице еще слишком четко выделялись почерневшие вены, но взгляд оставался осмысленным и твердым. Они никогда не обсуждали это - по многим причинам, ни одной из которых не было недоверие - но, в конце концов, Сахароза всегда знала. А теперь она стояла посреди бушующего хаоса пред чудовищем, и у нее было право выбора. Даже если ей было дано подумать не больше мига. В Альбедо даже сейчас оставалось что-то невыносимо-звериное - в чертах лица, в том, как дрожащий свет ложился на резко огрубевшую кожу, в отросших ногтях и ставших еще светлее волосах. Он только что в полном беспамятстве крушил город, а теперь ставил ее перед выбором, когда она, по правде, никогда не желала его делать. - Ай, ну и черт с тобой! - крикнула она, ощущая, как внутри пузырятся ужас, злость и предвкушение, а потом взяла его за руку и потащила прочь из города. Они не были друзьями, но были чем-то более важным. Наставником и ученицей, но старшим и младшей, но дуэтом ученых, понимающих друг друга лучше, чем кто бы то ни было еще. И Альбедо - ошарашенный, но понимающий - не стал возражать, позволяя тащить себя сквозь пылающий город. Вокруг стонали и умирали, ругались и кряхтели, но Сахароза не останавливалась, не задумываясь о возможной перспективе столкнуться в битве с рыцарями Ордо, и с поражающим упорством шла вперед, точно разом обрела все скрытые силы. И выдохнула лишь тогда, когда Сидровое Озеро оказалось далеко позади. - Погоди, - негромко, заметно хрипя, произносит Альбедо, касаясь ее плеча. Она, еще дрожащая от наплыва адреналина, смотрит на него вновь, выхватывая в этот раз потемневшую радужку и заострившиеся уши. Все отличия - такие, точно богиня сомневалась, желает ли она создать высшее существо или движимое лишь низменным ужасное животное, - нас ждут. Здесь недалеко. В сторону Спрингвейла, но ближе к горам. И, пусть вопрос вертится на языке, Сахароза молчит - молчит, в том числе понимая, что сейчас все вскроется само - и кивает, послушно меняя направление. Немного беспорядочно продвигаясь по лесу, она сначала вздрагивает, видя стоящего к ней спиной Кэйю, вспоминая про рыцарей, думая, что ни она, ни Альбедо не в подходящей форме для драк... Кэйа произносит ласково: - Милая, это просто новый фейерверк. Все в порядке. Ты уже закончила делать свой новый? И это Кли, стоящая перед Кэйей. Удивительно дезориентированная, но не испуганная. Только теперь Сахарозе вспоминаются странные околодружеские отношения Кэйи с Альбедо, которые они никогда особо не выпячивали. И она... Успокаивается? В конце концов, раз Альбедо не выглядел обеспокоенным, все было в порядке - или, по меньшей мере, это было тем, в чем она себя убедила. - Кэйа, - бормочет он на грани обморока, и тот оборачивается со странной нервной лихорадочностью, находя Альбедо взглядом и облегченно улыбаясь. - Хэй, Бедо, мы тебя заждались, - уже даже весело произносит он и усмехается, вслепую гладя Кли по голове, - где носило? Пойдем, тебе явно нужно отоспаться. Альбедо сонно кивает, и Сахарозе требуется придержать его, чтобы он вовсе не свалился. - Далеко отсюда? - спрашивает она настойчиво. Тот ворчит. Это занимает не больше семи минут. Сахароза считает - способ успокоиться, прийти в себя. Ей знакомо это место - однажды Альбедо вместо Мондштадта или своего убежища на Драконьем хребте ушел сюда, а она была вынуждена даже лучше следить за тем, не умрет ли он с голода. Но минуло больше года. Удалось бы ей снова найти путь сюда самой? Вопрос больше риторический. Дверь поддается легко, открывая скромную прихожую, освещаемую магическими светильниками, и Кэйа тихо бормочет. - Я понимаю, что сейчас случилось слишком много всего, милая. Тебе нужно совсем немного отдохнуть, и станет лучше. Поспишь и осмотришься здесь, ладно, Кли? Кли трет глаза и зевает, но отвечает: - Но тут наверняка есть что-нибудь интересное, дядюшка Кэйа, - впрочем, без привычного энтузиазма, звуча как совершенно обычный ребенок, коим она, несомненно, не была. - Ты права, - признал Кэйа, - но утром ты будешь бодра и полна сил. Тогда и посмотришь все. Ничего от тебя не убежит. Та, казалось, убеждена не была, но сон окончательно ее одолел, и она позволила отвести себя в глубь, туда, где находились жилые помещения. - Тебе тоже надо спать, - с осуждающей ноткой устало заметила она, обращаясь к Альбедо. Тот, казалось, закатил глаза. Его лицо уже почти вернуло естественный телесный оттенок, а черные полосы сильно посерели, теперь напоминая скорее следы от слез, чем трещины - и он выглядел так, словно на самом деле ничего не случилось. Словно у них просто был тяжелый день. Словно их дом не был уничтожен. Словно Альбедо все еще был просто капитаном Ордо. Словно... Словно они могли проснуться и жить своей прежней жизнью. Она отвела взгляд. Альбедо внимательно посмотрел на нее. Медленно произнес: - Ты права. Спокойной ночи, Сахароза. И ушел, аккуратно прикрыв дверь. Сахароза вздохнула. Ей правда не стоило об этом думать. Уснуть теперь казалось невозможным. Кухня, по крайней мере, выглядела почти нормальной. Возможно, она могла заварить чая. Кэйа пришел уже когда она допивала вторую чашку. В конце концов, ее всегда успокаивал отвар из сушенных цветков-сахарков. Он был отличным вариантом, и хорошо, что они обнаружились среди всего прочего. Обычно собранный и улыбчивый, сейчас Кэйа тоже выглядел усталым. Но они все устали, верно? Он молча достал другую чашку, налил себе чая и сел на соседний стул, словно бы не видя ее. Сахароза уставилась в окно и дала немногим более минуты тишины перед тем, как спросить. - Вы, - она проглотила комок в горле, - с самого начала это планировали? Иногда она жалела, что знала слишком много - и о мертвой стране, и о божественном проклятии, и о потерянных детях. Ее никто не спрашивал, желает ли она знать о том, что все никогда не было просто. Но она смогла с этим смириться. Она почти физически ощутила прожигающий взгляд Кэйи на своем затылке и обернулась, чтобы увидеть в его глазах подавленную боль. - Нет, - мертвенно-спокойно ответил Кэйа, качая головой, - мы никогда не желали этого. Но всегда опасались. И теперь это произошло. За пределами леса продолжал гореть город, бывший их домом. Но теперь он им не был.