Глава 7. Ветер странствий

      Спустя три дня товарищи достигли цели путешествия. Когда въехали в Ла-Рошель, уже спустилась ночь — тёмная, прохладная, таинственная. На небосводе ярко светила луна. В окнах домов уютно горели огоньки ламп и словно бы приветствовали запоздалых путников. Копыта лошадей глухо цокали по дороге, выложенной мелкой брусчаткой. Улица выглядела пустынной, что оказалось только на руку беглецам, которые старались как можно меньше привлекать к себе внимание.       Труви закутался в широкий плащ и опустил на лицо капюшон. Луиза изображала роль оруженосца при господине и держала у себя его большую саблю. Логрэ, сидя на своей лошади, вёз в двух сумках основную часть вещей команды, что были приторочены к седлу. Симон ехал рядом с Этьеном и вполголоса рассказывал о себе и о своей семье — те милые истории из жизни, которые наверняка понравятся молочному брату. Признался, что всегда мечтал стать моряком, скитаться по морям и океанам, побывать в дальних странах. Вот только всю эту жажду приключений жёстко пресекал родительский запрет.              — Я знаю, ты задумал убежать из дома, поступить на корабль и выучиться на моряка, — однажды отец огорчённо сказал сыну. — Однако подумай и о родителях. Ты у нас единственный сын, а если пропадёшь без вести или, того хуже, погибнешь, значит, раньше времени сведёшь нас с матерью в могилу.       Тогда парень попробовал смириться, но ему не переставали сниться паруса, волны, чайки и дальние чужие берега, окутанные флёром романтики. Чтобы хоть как-то приблизиться к недосягаемой мечте, Симон завёл друзей среди матросов. И когда по заданию барона приезжал в Ла-Рошель (что случалось довольно часто), он их ловко выручал из неприятностей, если такие случались. Моряки привыкли считать парня за своего и тоже нередко ему помогали с мелкими торговыми делами. Когда он приобретал немного товара у купцов-гугенотов в Ла-Рошели и просил продать в другом городе по новой цене, молодой делец таким образом приращивал небольшой капитал.       Вскоре Симон устроил беглецов на ночлег в надёжном постоялом дворе, где гостям не задавали неудобных вопросов. За одним проведал хозяйскую дочь. Папаша красотки был совсем не против заиметь такого оборотистого зятя. Затем отправился в порт к знакомым морякам. Посидел с друзьями в таверне за стаканчиком бургундского вина и узнал, какое судно в ближайшее время отплывало в Южную Америку. А потом за хорошие деньги договорился с капитаном, чтобы взял на корабль пассажиров.       Наконец под утро все дела были улажены. Очень довольный собой, Симон вернулся на постоялый двор. Радовало, что до Ла-Рошели пока не дотянулись руки короля. После львиной охоты команда драгунов сильно поредела, а те немногие солдаты, которым удалось избежать острых зубов хищников, были страшно напуганы и дезорганизованы. Требовалось не меньше пяти дней, чтобы дождаться подмоги. Ещё предстояло выяснить, кто выпустил зверей из клеток. Утешало, что месье де Клермон в это время сидел в замке под охраной. Челядь тоже находилась при господине, кроме семейства Лабарбов. На Жанну не подумали, все помнили, как женщина боялась диких животных. Оставались Гастон и Симон, но отец с сыном не вызывали подозрений: накануне они выехали по делам в ближайший город. В пути их остановили вооружённые всадники, отряд направлялся в поместье барона. После необходимых расспросов и за неимением причин задерживать слуг де Клермона, командир драгун их отпустил. Почувствовав неладное, Гастон отправил сына обратно домой другой дорогой. Парень вернулся никем не замеченным и, как оказалось, вовремя.

***

      И вот, после всех волнений и хлопот, вечером того же дня Труви попрощался с молочным братом. На судне «Мон-Сен-Мишель» товарищи заняли одну из пассажирских кают и с надеждой на удачу пустились в дальний путь к Американским островам.       Попутный ветер надувал белоснежные паруса. «Мон-Сен-Мишель» продвигался быстрым ходом. Потоки свежего воздуха, насыщенные запахом соли, свистели в вантах. Впереди простиралась необозримая водная ширь, но не Средиземного моря с его лазурными волнами и кружевной пеной на гребнях — перед путешественниками расстилался Атлантический океан, чьи серо-зелёные водяные валы тяжело перекатывались, точно густое масло. Океан уходил в туманную даль со всеми своими страшными пучинами. Там, за ровной линией горизонта, ждала свобода!       За всю жизнь Луиза никогда не плавала на кораблях, и от постоянной качки ей стало плохо. Голова у бедняжки кружилась, ноги подкашивались, она чуть не падала. Тогда Этьен вновь пришёл на помощь подруге. Он помнил по прошлому, как своими целительными флюидами, какими его наделила природа, и нежным мурлыканьем всегда помогал Луизе. Заботливый друг укладывал девушку рядом с собой в одну постель, и вскоре от морской болезни не осталось и следа. Луиза спала вместе с Труви, доверчиво прижимаясь к его тёплой и уютной чешуйчатой груди. Этьен этому только радовался и, как верный страж, чутко оберегал сон любимой подруги. Логрэ устроился в гамаке напротив.       Первые две недели плавания прошли относительно спокойно. Этьен и Луиза старались меньше выходить из каюты. Но когда вечерами они всё же появлялись на палубе, среди матросов мгновенно устанавливалась напряжённая тишина. Чёрная маска таинственного пассажира вызывала жгучий интерес. И когда Труви смотрел на любопытных своим янтарным взглядом сквозь прорези плотной накладки, люди поспешно пятились. Этьена их реакция нисколько не смущала, а вот Логрэ беспокоился: не стоило привлекать к себе излишнее внимание.       Чтобы не вселять в окружающих ненужную тревогу, Логрэ распустил слух, что лицо его немого товарища сильно изувечено. Дескать, поэтому тот и скрывает свой страшный лик под маской. Тогда моряки успокоились и постепенно стали привыкать к мрачному великану, но не все члены команды оказались настолько простодушны. Нашлись такие дотошные типы, кто не поверил. Особенно невзлюбил пассажиров помощник капитана. Пользуясь авторитетом у начальника, он то и дело приставал к шкиперу с одними и теми же вопросами.              — Месье Ле Буссенар, вам не кажется, что мы пригрели на борту висельников? Посмотрите на того верзилу в чёрной маске. Ну и жуткий тип! Настоящий бандит! А его товарищи? Хм-м… Юный оруженосец с девичьим личиком. Чувствую, эти типы явно что-то скрывают. Может быть, лучше не рисковать и высадить их на одном из ближайших островов?       Капитан снисходительно усмехался в усы: он доверял своему немалому жизненному опыту.              — Ну перестаньте же, наконец, д’Аржанталь, полно вам беспокоиться. Не забывайте, что мы везём их в тропические земли, кишащие дикарями. Даже если вы в чём-то и правы, так мы избавляем родную Францию от опасных личностей.       Помощник недовольно морщился и уходил в каюту.       Но не только подшкипера раздражали подозрительные пассажиры. Прежде слаженную команду моряков начали мутить новобранцы, которые с самой Ла-Рошели держались особняком и оставались себе на уме.       По вечерам после обычной рабочей рутины матросы собирались в кубрике за игрой в кости.              — А что, братва? Поди, немало золотишка везут с собой пассажиры? — осклабив рот в кривой усмешке, подступился к товарищам самый разбитной тип из всей команды.              — Тебе-то какое дело, Мерло? — спокойно ответил ему Сезар, наиболее рассудительный из всех сослуживцев моряк.              — Так, может, проверим?       Сезар смерил взглядом слишком прыткого новичка.              — Хочешь болтаться на рее с высунутым языком?              — Что ты, друг! Я пошутил, — мигом стушевался Мерло, и на этом разговор закончился.       Пролетела ещё одна неделя.       Однажды ночью Луиза проснулась от сильной жажды. В открытое окно светила полная луна, бледное сияние Селены узким прямоугольником падало на серые доски пола. Снаружи доносился привычный шум: тяжёлые волны с шипящим всплеском ударялись о борта плывущего корабля. Она потихоньку встала с постели и взяла кувшин, чтобы налить себе кружку воды, но сосуд оказался пустым. Рядом на низком столике стояла откупоренная бутылка красного вина. Тогда, желая хоть как-то освежиться, девушка выпила целый бокал хмельного виноградного напитка. В голове сразу зашумело, и все предметы слегка сдвинулись перед глазами. Потянуло выбраться из душной каюты на палубу, подышать свежим воздухом. В это время уставшие за день матросы обычно спали в кубрике, а вахтенные несли службу в другой части судна. Пользуясь темнотой, она не стала надевать мужскую одежду и в длинной рубашке неслышными шагами вышла наружу.       Луиза осмотрелась, убедилась, что одна, приблизилась к фальшборту и оперлась на поручни. Под ногами ощущалось ровное движение судна. Она наклонила голову, пытаясь вглядеться в бурлящую за бортом тёмную воду. В лицо дохнул свежий ветер, вмиг обдавая солёными брызгами. Девушка тихонько засмеялась и выпрямилась, смахнув ладонью мелкие капельки. Глазам предстала великолепная картина: подобно круглому фонарю сияла жёлтая луна. Широкая золотистая дорожка колебалась на зыбкой поверхности и убегала вдаль, к скрытому темнотой горизонту. На чёрном бархате небес переливались алмазные россыпи звёзд.       И внезапно юная дева ощутила себя маленьким беззаботным эльфом с прозрачными крылышками за спиной. И этот чудесный корабль везёт её в волшебную страну, туда, где повсюду царила любовь! В том заповедном краю, под лазурным небом, среди прекрасных цветов живут светлые сущности с чистыми нежными душами. Сердце мечтательницы наполнилось счастьем! Стало так хорошо, что она не выдержала, подняла руки и закружилась по палубе в медленном танце, тоненько напевая вполголоса. Ветер ласково обдувал гибкое девичье тело. Белая ткань рубашки трепетала от изящных движений танцовщицы, облегая все округлости и изгибы её стройной фигуры.       Вот только девушка этого не замечала и продолжала поддаваться внезапному порыву. Она кружилась и кружилась в самозабвенном танце по гладким доскам палубы. Она не знала, что в эти минуты за ней наблюдают чужие глаза. Помощник капитана стоял на мостике и как заворожённый смотрел на гибкую фигурку, которая, словно призрак в просторных одеждах, плавно скользила по деревянной поверхности, чуть касаясь её лёгкими ступнями. Чудный танец притягивал и одновременно страшил своей нереальностью; но вот фантом повернулся лицом. В матовом свете луны д’Аржанталь узнал эти миловидные черты. Под белым одеянием мнимого оруженосца угадывались женские формы. Тут же рассеялись все прежние сомнения.       Неожиданно чьи-то сильные руки оторвали Луизу от пола и бережно прижали к груди. Она провела ладонью по склонённой к ней кожаной маске.              — Ах, Труви, не сердись на меня. Здесь так хорошо, а в каюте душно. Меня никто не видел, уверяю тебя.       Он недовольно рыкнул и унёс танцовщицу в каюту. Там снова уложил её в постель рядом с собой. Постепенно тихое мурлыканье любимого друга усыпило непоседливую подругу.       Утром показался берег небольшого острова, где, кроме птиц и черепах, никто не обитал. Из глубины глинистой почвы били кристально чистые родники. Вскоре шлюпки с матросами и пассажирами причалили к песчаному побережью. Собирались пополнить запасы пресной воды и заодно прогуляться по твёрдой земле.       Часть матросов разбрелась по окрестностям, другие растянулись на тёплом песке. Труви, Луиза и Логрэ отправились на поиски озера или хотя бы ручья. Они мечтали как следует помыться, чего почти не делали за всё время плавания. После недолгих поисков удалось найти небольшой водопад: его упругие серебристые струи спадали с каменной скалы в неглубокую вымоину. Дальше водяные потоки быстрой речкой уносились к другому концу острова и там вливались в океан.       Логрэ посмотрел на юную компаньонку и с улыбкой предложил:             — Мадемуазель Луиза, примите ванну первой, а я тем временем схожу на холм поискать в камнях птичьи яйца. Вечером судовой кок приготовит нам яичницу. Труви вас постережёт.       С этими словами добрый товарищ слегка поклонился и отправился по своим делам.       Луиза обрадовалась предстоящему купанию.             — Труви, я быстро! — весело заверила она.       Он согласно уркнул и забрался по крепкому стволу высокого дерева. Там Труви удобно расположился в развесистых ветвях и прикрыл глаза, чтобы не смущать девушку излишне пристальным вниманием. Луиза сбросила одежду и с удовольствием погрузилась в прохладное мелководье. Она чувствовала, как сладкая нега постепенно охватывала всё её обнажённое тело. Блаженство поднималось от самых кончиков ступней, плавно переходило на живот и, перетекая к невысокой груди, касалось нежных маленьких сосков. Девушка закрыла глаза и незаметно задремала. Ей снилось, как тёплые руки друга приятно гладят изгибы её стройной фигуры. Она прижала ладони к этим ласковым пальцам.             — О, мой Труви, как же хорошо с тобой, любимый! — не открывая глаз, томно прошептала она.       Вдруг раздался сдавленный грозный рык, следом зашелестела листва. По лицу Луизы заструилась тёплая липкая жидкость. В тот же миг тяжёлое тело упало рядом с девушкой. Она вздрогнула, резко распахнула глаза и увидела, что лежит в кровавой луже, а сбоку — помощник капитана с перерезанным горлом. Так вот, значит, чьи руки ласкали её во сне… Труви стоял в двух шагах, сжимая в кулаке кинжал.       Луиза в панике вскочила, но смогла сдержать крик. Труви быстро сдёрнул с трупа рубашку, туго обмотал ею рану на шее, чтобы не сочилась кровь, и взвился с мертвецом на дерево почти до самой вершины. Там, под зелёным шатром листвы, он начал лианами торопливо приматывать убитого д’Аржанталя к толстой ветке. Закончив, защитник спустился на траву и указал оцепеневшей от страха подруге на водопад. Она послушно кивнула, снова встала под прозрачные струи и тщательно смыла с кожи чужую кровь. Вскоре Луиза почувствовала себя достаточно освежённой, чтобы выйти из воды и одеться. Между тем её друг тоже привёл себя в порядок. Затем он утрамбовал ногой влажный песок, отломил маленькую веточку и написал:             «Так будет с каждым, кто вздумает тебе досаждать».             — Труви, ты настоящий рыцарь без страха и упрёка… — только и смогла промолвить ошеломлённая девушка.             «Д’Аржанталь видел, как ты ночью танцевала на палубе. Стоило ещё тогда сбросить его за борт. Зря я пожалел этого глупца. Он не успокоился, за что и поплатился жизнью. А теперь молчи. Скоро возвращаться на корабль, начнут искать подшкипера, но не найдут. Вероятно, только завтра снова отправимся в путь».             — Я понимаю. Логрэ можно рассказать?             «Позже расскажешь. Впрочем, он и сам догадается».       Луиза согласно кивнула, уже вполне придя в себя. В скором времени объявился Логрэ. Он держал в руках полную шляпу птичьих яиц. Худощавое лицо товарища довольно сияло.             — Ну вот, друзья мои, вкусный ужин нам обеспечен. А что? Прекрасный островок! Так бы и остаться здесь жить. Хищники не водятся. Так, может, останемся? — задорно спросил Логрэ и хитро подмигнул.             — Нет уж, месье Жак, лучше продолжим наше путешествие, — с милой улыбкой ответила ему Луиза.             — Ну нет, так нет, — согласился Логрэ и взглянул на короткие волосы девушки, которые мокрыми завитками торчали из-под шапочки. — А, так вы уже приняли ванну? Тогда мне тоже пора освежиться.       После этих слов балагур сунул в руки Этьену свою шляпу, наполненную птичьими яйцами, и скинул обувь.             — Не будете ли вы так любезны, господа, оставить меня на несколько минут наедине с моим бренным немытым телом? Я намерен встать под струи этого чудесного источника, — с шутливой вычурностью произнёс Логрэ, засмеялся и сделал жест Труви удалиться.       В ответ Труви весело застрекотал, положил шляпу приятеля на траву, подхватил Луизу на руки и направился к берегу. Вскоре сквозь просветы между ветвями высокого кустарника завиднелись шумные океанские волны. Он поставил подругу на землю. Вместе они вышли на песчаное побережье, где матросы в шлюпки грузили бочки с питьевой водой.       Боцман Рико, плотный кривоногий коротышка, поднёс свисток к губам. Раздалась громкая пронзительная трель. Быстро собралась вся команда. Чисто вымытый Логрэ показался из-за стволов деревьев и присоединился к товарищам, терпеливо ожидающим отплытия на корабль.             — Ну что, все в сборе? — коротышка Рико окинул прищуренным взглядом из-под густых бровей команду и пассажиров.             — Да вроде все здесь, — лениво отозвался один из матросов.             — Не все! Помощника капитана нет с нами, — вдруг громко загалдели остальные моряки.             — Разве господин д’Аржанталь сходил на берег? — удивился боцман. — Я видел его на палубе, когда мы все садились в шлюпки.             — Он позднее приплыл на маленькой лодке. Вон она там, за камнями спрятана, — с кривой усмешкой проскрипел матрос Мерло.             — Странно, почему подшкипер не отправился вместе со всеми на берег, а, будто крадучись, двинулся за нами следом? — боцман удивлённо уставился на Мерло.       Матрос пожал плечами.             — Так, разделимся на группы и пошли искать д’Аржанталя. Похоже, бедняга попал в беду, — решительно заявил боцман Рико и с двумя матросами скрылся в кустах.       Вскоре на берегу никого не осталось, кроме троих пассажиров. Логрэ подозрительно посмотрел на Труви:             — Ты что-нибудь знаешь? Впрочем, я не удивлюсь, если ты в курсе, что именно произошло с помощником капитана.       В прорезях маски загадочно блеснули янтарные глаза Этьена. Логрэ перевёл вопросительный взгляд на Луизу. Она смущённо опустила голову.             — А-а, теперь мне всё ясно, — со вздохом произнёс дотошный товарищ и осуждающе покачал головой, глядя на здоровяка в чёрной маске. — Так чем же провинился перед тобой этот несчастный подшкипер? Этьен, ответь мне, сделай милость.       Лицо девушки вспыхнуло ярким румянцем.             — Месье Жак, вы же знаете, что Труви не может вам ответить. Во всём виновата одна я! Мой друг ещё раз спас меня от позорной участи.             — Благодарю вас, мадемуазель Луиза. У меня больше нет вопросов, — с пониманием произнёс Логрэ и посетовал: — Значит, я зря торопился. Вполне мог бы ещё отдохнуть под струями того чудесного водопада. Пожалуй, я туда вернусь. Вы тоже отдохните, любезные мои друзья.       Труви с Луизой улеглись на моховые кочки под раскидистым деревом и мало-помалу задремали. Сквозь лёгкий сон ещё долго слышались голоса матросов. Парни без устали звали внезапно пропавшего начальника. Они запрокидывали головы, вглядывались в высокие древесные кроны. Там они пытались найти в густой листве хоть какую-нибудь зацепку, которая объяснила бы исчезновение д’Аржанталя, но ничего не увидели. Незаметно сгустились сумерки. Островок весь прочесали вдоль и поперёк. Наконец, когда поиски ни к чему не привели, команда вновь собралась на берегу.             — Тысяча чертей! — в досаде вскричал боцман. — Куда подевался д’Аржанталь? Что мы скажем капитану? Матросы угрюмо молчали.       Вдруг к Логрэ подскочил неугомонный Мерло. Моряк замахал руками перед его носом и возбуждённо затараторил:             — Чего молчите, господа пассажиры? А ну-ка отвечайте, куда делся подшкипер? Должны знать. Уж слишком хитрые у вас физиономии. Вон, даже маской прикрылся один из вас. От закона спасаетесь? Так мы вас быстро расколем!       Труви не дал ответить товарищу и резко толкнул матроса в грудь. Тот упал на спину, но тут же приподнялся на локтях и, возмущённо вращая глазами, громко завопил:             — Братва! Наших бьют! Круши гадов! Растрясём толстосумов!       Парни сердито зашумели. Некоторые, самые крутые молодчики из компании новобранцев, начали закатывать рукава, собираясь устроить драку. Но боцман вмиг остудил горячие головы. Он поднёс свисток к губам и выдал пронзительный звук, который мурашками пробежал по дублёной коже моряков, привыкших повиноваться кривоногому крепышу.             — Молчать! Это что, бунт?! — свирепо заорал коротышка Рико. — Живо выпорю! Шкуры сдеру! А ну, марш в шлюпки, бездельники!       Матросы виновато загудели и потянулись к своим местам.             — Вам что, надо особое приглашение, господа пассажиры? — боцман строго глянул на товарищей и махнул им рукой. Труви, Луиза и Логрэ уселись на скамьи. Моряки дружно взялись за вёсла, и шлюпка заскользила к мирно стоящему на рейде кораблю.