Часть 1

В лагере Кудзё горел жаркий спор. Старшие офицеры комиссии Тэйнрё обсуждали планы касательно уже который месяц идущей войны. На импровизированной карте было множество пометок, а так же различных фигур, что представляли собой войска Сёгуната и мятежников. Проигрыш не позволил войскам клана Кудзё подавить мятеж в зародышстве. Войска Сангономии перешли в контрнаступление, ведомые своей жрицей. И как бы не было абсурдна сама эта ситуация, но жрица сумела победить в нескольких сражениях вассалов клана Кудзё. Поэтому в срочном порядке комиссия Тэйнрё перебросила на фронт своих лучших командующих, а так же объявила созыв знаменосецев Сёгуната. Сара не была исключением. Учитывая ситуацию на фронте, она сама вызывалась добровольцем. Благодаря уму приемной дочери главы клана Кудзё, удалось остановить продвижение войск противника. Сейчас наступило короткое несогласованное перемирие, что обещало стать новым витком в войне. — Таким образом наш флот блокирован. Мы никак не можем высадить десант, как и блокировать передвижение мятежников. Единственное, что нам удается, это кое как бороться с всё увеличивающимся числом пиратов и контрабандистов. , — сказал самурай, что был наследником одного из даймё Сёгуната. — Ясно, как обстоят дела с снабжением? — задумчиво промолвила Сара, сейчас в её голове было множество планов и тактик, что можно было использовать. Она не любила полагаться на чётко поставленный план действий. Девушка прекрасно знала, что любой план прекрасен лишь на бумаге. В пылу битвы, он чаще всего становится бесполезен. Да и её противник был куда сильнее её в тактике, благо, рационализм девушки позволял здраво оценивать её силы. Но всё это не обозначало, что Кудзё должна идти в бой,сломя голову, надеясь, ошеломить противника нелогичностью действий. Ей нужна была стратегия касательно войны, хоть на пару месяцев вперёд. Из-за этого девушка сейчас обрабатывала большой объём информации, благо, библиотека клана предоставла различные примеры тактик и стратегий. — Госпожа мы стараемся из-за всё сил, но...— договорить офицеру не дал звук открывающейся двери. В миг и все споры и обсуждения среди собравшихся были прекращены. Всё подчиненые электро архонта с интересом и едва уловимым страхом поглядывали на вторженца. Алая, словно кровь, броня. Необычная маска, что вместо оскала демона представляла собой голый череп, через глазницы которого на них смотрели два красных огонёка. Сейчас этот необычный человек, быстро осмотрев собравшихся, уверенными шагами пошел в сторону Сары, держа в руках пахнущий смрадом мешок. — Задача выполнена, — его голос был подобен скежиту металла. Интонация постоянно скакала, словно незнакомец испытывает бурю эмоций. Самурай бросил мешок на пол перед собравшимся, а из него, по инерции, выкатилась чья-то голова. Немногие из присутствующих узнали в ней бывшего ронина, что занимался атаками на их линии снабжения, командуя отрядом диверсантов. Сейчас же безжизненные глаза бывшего самурая смотрели на присутствующих. Некоторые из офицеров, в частности молодые самураи, отвернулись, нежелая смотреть на это. В это время человек подошёл к столу. За секунду осмотрев все новые отметки на карте, что появились за время его отсутствия. — Этих тут больше нет. Они мне встретились когда я охотился за целью. Все уничтожены, — рука в перчатке быстро убрала со стола, фигуры, что обозначили оряды диверсантов в их тылу. — Прощу всех выйти из помещения кроме Мори-сан, — сказала Сара, что вздохом отнеслась к поведению её де-факто подчинённого. Другой на его бы месте уже давно получил бы по шапке, но такое отношение к этому человеку было не простительно. Слишком ценеен он для комиссии Тэйнрё, да и для всей Инадзумы , и неё самой,в частности. Прошла пара минут, прежде чем в помещении остались только двое. Самурай проводив последнего офицера взглядом, начал снимать свой шлем. Элемент брони был установлен на стол, а на Сару глядел молодой самурай, сверкая своими алыми глазами. Мори Кэтсеро именно так звали этого самурая, был одной из самых необычных и выдающихся людей Инадзумы. Начать стоит с его внешности. Они с волосами платинового цвета, чье лицо было обезображенно множеством шрамов. Зубы вследствии родства племенем демонов были заострёнными. Их можно было легко увидеть в те моменты когда Кэтсеро улыбался, точнее скалился. Улыбку же его никто не видел, хоть некоторые утверждали, что тот искренне улыбается когда молиться Электро Архонту. История же этого необычного они была полна загадок и тайн. Начать стоит с того, что никто не знает откуда он, как и его родителей. Говорят сам детектив Хэйдзо пытался расследовать это дело, но ничего не нашёл. Да и никто из они не сообщал об пропаже ребенка. Единственное, что известно на данный момент крохи информации от самого Кэтсеро. Его бросили родители в детстве, по какой-то причине. Их внешности он не помнит, не тот возраст для запоминания был. Большую часть своей юности он провёл в лесах под чьи-то покровительством, правда кто заботился об мальчике не известно. Только смутные намёки, что кто-то всё таки подобрал младенца. Известно только, что приемный родитель Кэтсеро даровал тому его имя, а так же воспитал и обучил мальчика боевым искусствам. Правда стиль его боя очень необычный. Неизвестно сам Кэтсеро его изобрёл или он был предан ему приёмным родителем. Но можно с уверенностью сказать, что тот кто заботился об Кэтсеро знал свое дело в совершенстве, что не прибавляет ясности дела, касательно личности приемного родителя. Сам Кэтсеро утверждает, что о нём все это время заботилась сама Райдэн Сёгун. Непонятно, говорит ли он это из-за своей веры или это правда было. Хотя Сара не исключает возможности, что образ приемного родителя, стёрся в памяти мальчика, заменивший на образ Электро Архонта. Самого Кэтсеро обнаружили когда тот пришёл развеять чей-то прах на горе Ёго(они так и не сказал, кто это был). Там он провёл несколько дней в медитации, а после пешком отправился в столицу. Там он записался в армию в качестве асигару, но своими действиями стремительно поднялся вверх по карьерной лестнице. Чего уж говорить, если его вознаградили, сделав самураем, в семнадцать лет. И этот приказ был не от кого нибудь, а самой Райдэн Сёгун! И мало было этого, так его сделали хатамото главы комиссии Тэйнрё! Хотя было лишь вопросом времени, когда такой необычный человек получит этот статус. Всё же Кэтсеро был одним из сильнейших бойцов Инадзумы и практически сильнейшим в комиссии Тэйнрё. Даже приемный отец Сары не знал, выиграет ли он в дуэли против этого они. Сам же Кэтсеро отнёся к своему, становлению дворянином спокойной, хотя после этого он длительностое время провёл к храмах, молясь Райдэн. Да, этот необычный они был невероятно религиозен. Чего только стоит то, что тот львиную долю своего жалованья жертвовал в храмы, часто пренебрегая собой. Несмотря на его дворянских титул, а так же статус личного слуги главы клана Кудзё. Он жил чуть ли не бедности, проживая в маленькой лачуге в районе бедняков. Уезжать от туда он не хотел ни под какими просьбами, пока ему не приказали переехать в отстроенный специально для него дом. Подводя итоги, Сара по сей день не могла понять своего отношения к нему. С одной стороны, тот был прекрасный солдатом и командиром, у которого было не стыдно попросить совет. Да и его абсолютная верность Сёгуну, была схожа с таковой у нее самой. В политическом плане он был очень выгоден всём. Ведь его статус мог неплохо укрепить власть какой-нибудь даймё, как и поднять вверх низших князей. Ведь тот не имел за собой клана, как такого. Ведь свою фамилию Кэтсеро буквально придумал когда записывался в армию. Поэтому заиметь новоявленного хатамото хотели всё. В том числе и клан Кудзё... — Как всё прошло? — тихо сказала Сара, до сих пор изредка поглядывая на голову, что принес с собой самурай. Несмотря, на все плюсы Кэтсеро, для неё в нем был один яркий минус. Его жесткость. Они не ценил свою жизнь, как и жизни своих подчинённых. Ему было плевать на все, главное выполнить приказ. При этом дрался он невероятно жёстко и кровавой. Буквально прокладывая себе путь через ряды противника. Неудивительно, что он так же не ценил жизни простых людей, хотя никогда не позволял себе лишнего в их сторону. Он жил лишь понятием силы. Кто сильнее тот и главный, слабаки должны это признать, либо бороться за свою свободу. Если бы не его абсолютное послушание приказов Сёгуна, а так же нежелание её как либо обидеть смертью подданных, то он бы уже перерезал всех мятежников. Ещё бы провёл пару актов террора, да бы восстание больше не повторилось. — Глаз бога конфискован, противник уничтожен. Потерь не имеется, — они говорил медленно, подбирая слова, словно это давалось ему это с трудом. — Правда, паре солдат потребуется психологическая помощь, — как бы невзначай сказал он, словно издеваясь над ней, хоть он физически был на такое не способен. Сара прекрасно знала Кэтсеро, ведь она провёла с ним не одно сражение. Поэтому девушка знала, что они просто так разговаривает. Многих это в нём и пугает. Заставляя незнающих считать, что тот думает лишь войной. — Кэтсеро-сан я все понимаю, но нельзя было делать свою работу... менее кроваво? Тебя уже простые солдаты бояться, а офицеры не желают видеть, — со вздохом сказала девушка, прекрасно понимаю, что этого они не исправить. Она уже пыталась, что-то донести ему в его неадекватную голову, но в ней, кроме битв и верности Сёгуну, ничего не было. — Они нарушили приказ Сёгуна. Я их попросил сдаться, но они это не сделали. Их смерть только их вина. За предательство только одно наказание- смерть, — повторил он свою любимую фразу, которую Сара слышала несколько сотен раз. Только в этом месяце! — Ясно, но ты понимаешь, что некоторым трудно от картин битвы. Особенно если они до этого не видели смерть, — по телу девушки прошли мурашки, от вспоминая сцен, что обычно устраивает Кэтсеро. Впервые раз она на него накричала, из-за его необоснованной жесткости, но тот её не понял. Он не понимал, что она говорит. Он не знал, что к противнику можно относиться милосердно. Это пугало и одновременно заставляло сопереживать этому необычному самураю. — Их вина, — промолвил он, начав смотреть на карту. — Мы так и не продвинулись? — спросил он, но от этого вопроса пробрало девушку. Она прекрасно понимала, по какой причине он это спрашивает. — Да, силы мятежников сильны. Их пути снабжения доведёны до совершенства, а ещё у них хороший низшие офицеры. Так же они сильно превосходят нас на море, — перечислила она проблемы, которые ей казались самыми важными. — Ясно. Когда меня отправят туда? — спросил они, взглянув на Сару. Этот взгляд, что-то среднее между просьбой о вкусняшки от ребенка и желанием резни маньяка, напрягал её. Но Сара бы никогда не позволила бы себе дать Кэтсеро участвовать в войне. Не только из-за нежелания лишних жерт, сколько для него самого. Девушка слишком хорошо знала Кэтсеро. Она прекрасно понимала, что тому вглубне не нравится, что он делает. Ему не нравится убивать, но он не желает это признавать. Он считает себя обязанным Сёгуну, поэтому пытается беспрекословно выполнить свои задачи. Жёстко убивая всех, кто хоть как-то обидел его прекрасную госпожу. К тому же у Сары имелся прямой указ от её отца не допускать Кэтсеро до фронта, без его ведома. Хотя тот делал этот из-за того, что хотел оставить у себя козырь перёд мятежниками. Кудзё была уверена, что сам факт появления на полях битвы жёсткого они, мог легко уничтожить моральных дух противника. Даже самые фанатичные последователи жрицы Сангономии отступили бы от вида творимой Кэтсеро резни. — Прости, но тебе туда нельзя... — Почему?! — крик гнева был, наверное, слышен во всем лагере. — Почему я занимаюсь отловом каких-то диверсантов и бандитов, вместо того, чтобы защищать честь своей госпожи на поле боя? Почему я не могу уничтожить тех, кто осмелился восстать против нее? — его голос был подобен реву монстра. Другой бы уже давно трясся от страха, но Сара даже не дрогнула от гнева они. И тут дело не в том, что она слабо подвержена страху. Дело в том, что Кэтсеро никогда не поднимал руки на её, как и на других. Случайные жертвы? Возможно, но он никогда не позволял себе целенаправленно поднимать руку на случайных людей даже в гневе( естественно, если они как либо не оскорбляли Сёгуна). Он не желал таким образом как-либо обидеть свою обажаемую госпожу. — Я не могу, — тихо промолвила Сара, нежелая смотреть на Кэтсеро. Почему то ей было стыдно. Им пользовалась вся комиссии Тэйнрё. Фанатичный они стал для комиссии даром с выше. Пара речей и слов об неуважение к Сёгуну со стороны кого-то и всё. Вся семья неприятеля превратилась в фарш в собственном доме, только и остаётся, что подчистить следы. Если все эти преступления вскроются виноватым всё равно будет Кэтсеро. Тот не сдаст их, в этом можно быть уверенным на все сто. Комиссия усугубляла состояние они, заставляя того убивать неугодных и предполагаемых предателей, тем самым все больше загоняя его в безумие. Девушка понимала, что она напрямую не виновата в этом, но она член клана Кудзё. А это значит, что она тоже несёт ответственность за его состояние. — Не можешь? Сара-сан ты должна меня понять, мне необходимо отправиться на войну! Мне надо искупить свои грехи перед госпожой! — молящим взглядом говорил тот, от этого взгляда девушке стало некомфортно. — Ты до сих пор думаешь, что Райдэн-сама на тебя разгневана? — со вздохом промолвила Сара. Даже для её безграничный фанатизм самурая был странным являением. — Конечно! Иначе как можно объяснить это, — он вытащил свой глаз бога, что держал в качестве амулета на шее, и швырнул на стол. — Гидро глаз бога! Гидро! Сара-сан! Это было причиной ещё одной её головной боли. После того как Кэтсеро победил какого-то сильного монстра, что каким-то образом выжил со временем войны архонтов, он получил свой глаз бога. Для другого это был бы символом, что боги оценили его труд, но не для Кэтсеро. Ему было плевать на других богов, даже на саму Селестию. Они желал служить лишь Сёгуну. Поэтому неудивительно, что получение гидро глаза стало для него ударом. Вначале тот попытался от него избавиться, но это никак не получилось. Поняв тщетность своих действий, он отправился в храм на месяц, замаливать грехи. Оттуда он вернулся с желанием искупить свои грехи в войне. Правда, с того дня он начал использовать свой глаз бога в битвах, но сделал он это в своей манере. В отличии от других обладатель этой стихии, он не использовал воду в своих атаках. Он использовал кровь вокруг себя, заставляя врагов буквально тонуть в ней. Это вызвало новую волну страха в обществе, вместе с обвинениями в греховности действий они. Но Кэтсеро было на это плевать, он не уважал гидро архонта, поэтому ненависти с её стороны не боялся. Он продолжил использовать свой глаз бога таким образом и, скорее всего, он продолжит его так использовать, пока сама Сёгун ему не запретит. — Это не значит, что она на тебя злиться. Хочешь я попрошу отца сделать тебе аудиенцию с Сёгуном? — Сара в теории могла и сама такое провернуть, но лучше сделать это официально, без лишних проблем. — Нет, не надо. Я мало того, что не смогу ничего сказать в её присутствии, так я ещё буду позорить взор своей госпожи своим присутствием? Никогда! Я ещё не искупил своих грехи! — девушка понимала, что он так скажет, ведь так он говорит каждый раз. Они не желает встретиться с Сёгун, хоть его положение давно даёт ему право увидеть её. — Я поняла, — тихо сказала девушка, закусив палец. — Что-то ещё? — Нет, ничего. Хотя недавно я получил письмо от храма Наруками, — безэмоционально сказал они, как будто это совершенно незначимое явление. Хотя для Кэтсеро, это правда не имеет никакого значения. — Да? И от кого же оно? — письма от этого храма к Кэтсеро было обычным явлением, ведь тот жертвует храму просто колоссальное количество моры. Иногда её бывает несколько много, что жрицы даже отказываются принимать подаяния. — Мико-сама приглашает на чай, — ответил Кэтсеро, заставив девушку вмиг напрячься. — И что ей от тебя надо? — с нотками ревности в голосе на эмоциях сказала Сара, но она быстро пришла в себя и смутилась от своих мыслей. Верховной жрице наверняка интересен Кэтсеро не в таком плане. Да и сама Сара не понимала своего отношения к Кэтсеро. Слишком уж часто оно у неё меняется. — Не знаю. Возможно она хочет обсудить, мою рецензию романа, недавно выпущеного под её издательством, — пожав плечами, сказал они. Сара же с улыбкой отнеслась к такому ответу. В попытках как то разтормашить Кэтсеро она познакомила его с литературой. Не с такой которую он обычно читал. Никаких боевых и тактических трактатов, простая художественная литература. Стихи, романы и т.д. Удивительно, что такому человеку, как Кэтсеро это понравилось. Точнее, там он нашел отдушену, вечно жалуясь и споря с авторами, касательно откровеной отсебятины в боевых сценах. Он даже начал писать официальные рецензии от своего имени ( Сара предполагает, что Кэтсеро, просто не знает о существовании псевдонимов). — Вновь какой-то автор, показал неправильное использование пехоты в бою? — с ухмылкой сказал девушка. — Нет, они почему-то прекратили такое писать. Неужто решили ознакомиться с книгами которыми я с ними поделился? Просто... в одном романе я вычитал, что главные герои занимались сексом десять часов. — Кха.. ЧТО! —от такого девушка поперхнулась воздухом, широко раскрыв глаза. Неужто Кэтсеро начал читать такую литературу? Раньше его это не интересовало, хотя возможно гормоны начали работать, но они вроде уже вышел из того возраста... Почему девушку радовала эта новость? — Я о том же. Мало того, что главные герои после битвы решили заняться соитием, вместо того, чтобы распределить трофеи, а так же заняться перегруппировкой солдат, после штурма. Так тут ещё и десять часов! Десять! Никакая выносливость не даст возможность заниматься этим столько времени! А это, попрошу заметить, сделали люди, что месяц до этого вели сидячий образ жизни! Подумать только... Сара-сан что с тобой? — с беспокойством спросил Кэтсеро, смотря на дергающуюся бровь девушки. — Ничего! — повысила голос девушка, что до сих пор не понимает абсурда, происходящего с Кэтсеро в обычной жизни. Хотя ей кажется, что это абсурд в поведении норма для они. Благо, другой пример имеется... Так не думать об этом кретине! Ей и Кэтсеро достаточно, с его то поведением. — Понятно. Я пойду? — спросил они, даже не желая поинтересоваться, что случилось. Тц, идеальный солдат, как говорит её отец. — Подожди. Тут тебе письмо от главы клана Кайдо, — Сара передала завёрнутый конверт они. — Опять письмо? Многовато их стало в последнее время. Не знаю, что они от меня хотят, да и почему постоянно пишут о своей старшей дочери? — не знай Сара этого человека, то подумала, что тот строит из себя дурака. Уж слишком явный был намёк в письмах( Девушка их не читала, по крайней мере, до того как их откроет Кэтсеро). Да чего уж там! Некоторые семьи чуть ли не на прямым текстом приглашали Кэтсеро к себе в клан. Радует только, что Мори не понимает ничего. Уж слишком он дуб в таких вопросах. — Ладно, я пойду, — они взял свой шлем и глаз бога, идя к выходу, но остановился на входе. — Если будет очередное задание, сообщишь мне? — с какой-то надёждой в голосе сказал парень, смотря на Сару своими алыми глазами. — Если у комиссии Тэйнрё, появится для тебя новое поручение, я сразу же обращусь к тебе, — с уверенностью в голосе сказала девушка, хоть она и не собиралась передавать все дела к Кэтсеро. Только наиболее мерзкие и опасные личности удостаивались чести быть убитыми они, по крайней мере Сара пыталась сделать так. — Ясно. Спасибо Сара-сан. Ты хороший человек, — типично безэмоционально промолвил самурай, но для девушеки эти слова были комплиментом. Ведь иначе Кэтсеро просто не умел разговаривать. Он развернулся и пошёл к выходу. — Кэтсеро-сан, — тихо сказала девушка, но они его услышал и остановился, смотря на неё. — Что т.. что ты будешь делать когда кончиться война? — девушка не знала почему она это сейчас спросила. Повисла тишина. Секунды текли, а внутри начало зарождаться чуство, будто она что-то не то сказала. — Не знаю, — спустя минуту размышлений, ответил Кэтсеро. — Может займусь аскетизмом? Хотя не моё это. Скорее всего попробую найти ученика, чтобы передать свой стиль кому то. Возможно напишу какой-то трактат о тактике и фехтовании. Так же мне хочется вкусно поесть... — Вкусно поесть? — с удивлением спросила девушка. — Да. Я слышал от солдат в лагере, что в ресторанах вкусная еда. Не знаю почему, но мне стало это интересно. Может быть стоит попробовать? Сара-сан составишь мне компании в этом? — спросил они, заставив своим вопросом вмиг смутиться девушку. Сара не понимала это он сейчас её на свидание приглашает или тут дело в том, что Кэтсеро банально теряется в общении с людьми. — Не знаю. Зависит от обстоятельств, — не выдавая, внутреннего бурана эмоций, сказала девушка. — Понятно, — сказал они, выходя из помещения. — Тц, дурак. — промолвила девушка, внутри радуясь, что она хоть как-то сумела разтормашить Кэтсеро. Он даже пригласил её на свидание (хотя они, наверняка, не знал даже о таком явлении). — Хоть бы голову забрал. Мне то она зачем? Мне бы и уха хватило бы. — вздохнув, промолвила Кудзё.