Часть 10

      - Доброе утро, - насмешливо произнес Мастер. Джон дернулся, тут же понимая, что привязан к деревянному креслу. Голова ужасно раскалывалась.       - А я тебя помню, - хрипло произнес он.       - Ну разумеется, - похититель наклонил голову вбок.       - Дай угадаю, здесь замешана моя женушка. Не зря ты мне сразу не понравился.       - Смотря что иметь ввиду под "замешана", - Мастер задумчиво осмотрел руины доков, разбомбленных в своё время так сильно, что восстанавливать их не имело смысла. - Знает ли она, что ты тут? Нет. Из-за неё ли мы с тобой здесь? Отчасти.       - Вот я и нашел любовничка, - Джон попытался высвободить руку, но узел был довольно хитрым. - А говорила, что не знает имени и адреса. Держу пари, у тебя ныкается.       Мастер широко улыбнулся, закатывая рукава потрепаной рубашки. Видно, что одежда была той, которую не жалко выбросить, и медицинские плотные перчатки Джона сильно настораживали.       - Что, ручки замарать боишься?       - Ага, - спокойно ответил Мастер, игнорируя очевидный оскорбительный подтекст. - Зачем оставлять улики, если можно не оставлять?       - И что, убьешь меня из-за шлюхи? - скептически поднял бровь Джон. - Думаешь, тебе она изменять не будет?       - Поживем - увидим, - похититель довольно равнодушно пожал плечами. - Ты уже второй её официальный мужчина, которого я увижу в гробу. Ну, что останется от тебя. Первого, правда, она убила сама.       - Джейн? Убила? - Джон фыркнул от смеха.       - Ох и хреново ты свою женушку знаешь, - ухмыльнулся Мастер ему в лицо, наклоняясь и опираясь о ручки кресла прямо поверх рук пленника, явно делая ему больно. - А уж как тебя удивит её биография...       - Да знаю я, как она с нацистами зажигала. По Генри видно.       Ухмылка Мастера стала такой сильной, что выглядела жутко.       - Ничего ты не знаешь, Джон. Как и того, что именно Генри был твоей фатальной ошибкой. Знаешь, а ведь Джейн могла и может с тобой разобраться сама. Испортить жизнь, отравить её, да даже избить в ответ, поверь. Но Генри за себя постоять не сможет, - он обошел кресло сзади. - И это за него должны делать родители.       - Не рано ли ты себя в папашки записал? - насмешливо спросил Джон. - Я все еще его опекун.       - А я отец.       Пленник расхохотался.       - Сраный нацист его отец.       Мастер хмыкнул, вставая напротив и запрокидывая голову к полуразрушенному потолку.       - И это про нас еще говорили, что мы считаем себя выше других. Они просто с британцами не разговаривали, - фыркнув, он опустил взгляд. - Помнишь, ты как-то заметил, что у меня акцент похож на немецкий?       Джон тупо уставился на него, медленно расплывающегося в улыбке, после чего прикрыл глаза.       - Ах ты погань нацистская...       Мастер мелко захихикал, пряча руки в карманах.       - Никто не знает, что я был там. Доктор постаралась, чтобы никто, кроме нас двоих не узнал, что мы тогда пересеклись снова. Все думают, что отец Генри мертв от её рук, но отец не он.       - Что за дурацкое прозвище? Она же не медик.       - Обычное прозвище для разведчика МИ6, - пожав плечами, Мастер пнул камень под ногами. - Ох, прости, я не должен был этого говорить! - притворно ужаснулся он. - Ну вот, придется тебя убить во имя сохранения тайн британского правительства.       Джон поморщился от нарочито сокрушенного тона собеседника.       - Знал бы я, что она нациста покрывает - убил бы собственными руками.       - Но-но, она так-то много пользы принесла вашему правительству. Ну развлекалась немного в процессе, подумаешь. Почему ты считаешь, что можешь решать, кому жить, а кому нет?       - Кто бы говорил.       - Подъебал, - склонил голову Мастер и, неожиданно, с размаху пнул Джона по ноге. Раздался глухой хруст и тот закричал. - Кажется, это первое, что меня по-настоящему насторожило: она хромала, вроде, на эту ногу? Не помнишь?       Пленник тяжело дышал, побледнев от боли.       - Так о чем мы... Ах да. Что ж, основная разница в решении отнять жизнь между нами в том, что я-то не прикидываюсь добреньким. Мне не нужно оправдание для этого, - он указал на ногу. - Кричать, когда что-то подгорело, прежде чем поднять руку. Ткнуть носом в пыль, чтобы толкнуть. Я мразь и не скрываю. Знаешь, я долго думал, почему даже мне так претит мысль о том, чтобы бить жену, - Мастер достал из-под кресла биту. - И понял. Мне обидно, что я-то себе такого не позволяю. Я, нацистская скотина, ценю того, кто тратит время и силы, чтобы меня накормить, обогреть, подарить ласку, позаботиться о моих детях, а условно-добренький Джон, герой войны, во всех смыслах победитель, придумывает повод, чтобы все равно быть недовольным и выместить свою никчемность на ком-то единственном, кому на него не похер.       Размахнувшись, Мастер ударил битой по свисающему привязаному запястью, ломая и его.       - Она ведь не хотела от тебя уходить. Оправдывала до последнего, верила, что всё можно исправить. Но ты сам всё похерил. Мне на радость, разумеется. Я ждал от тебя косяков, но такого масштаба… Ооо, ты сделал мне настоящий подарок. Знаешь, у меня отличная память. Фотографическая, можно сказать. Я помню каждый синячок на её теле, и я верну тебе их все в самой худшей версии, - он присел напротив, заглядывая дрожащему от боли и с шумом дышащему сквозь зубы Джону в глаза. - И я сделаю это не во имя какой-то великой цели. Убить - да, это будет для моей фрау и сына. А это, - он ударил по уже сломанному запястью и довольно прищурился, услышав стон, - это я делаю, чтобы потешить свои садистские наклонности, по которым я, чего скрывать, соскучился с войны. Так что расслабься и получай удовольствие. Надеюсь, тебе удобно сидеть, потому что перепривязывать я тебя не буду. Я должен успеть всё к ужину, Джейн обещала попробовать приготовить рульку по германскому рецепту. Не ел её с развала фашизма, - Мастер блаженно закатил глаза в предвкушении.

***

      - Мам, играть! Играть! Играть!       Джейн, мученически застонав, побежала на кухню, преследуемая Генри. Она уже пожалела о том порыве купить сыну ту популярную настольную игру в попытках как-то компенсировать отсутствие у него игрушек. Она знала, что придется быть подопытным, но искренне надеялась соскочить за счет его новых школьных друзей. Однако Генри решил, что первый же день покупки надо отпраздновать игрой.       - Мам, ты пообещала играть! - возмущенно напомнил сын.       - Попроси у… - она замялась, вспоминая, как назвать Мастера. Тот оторвал взгляд от газеты и поднял на неё глаза, с интересом наблюдая за её муками. Мастером нельзя, Генрихом вообще нельзя, папой… еще пока рано… У него же вроде есть новое имя? Точно. - …у Ивора. Он точно хочет играть.       Генри и Мастер внимательно уставились друг на друга. Сын - с надеждой, Мастер - с пониманием, что его только что подставили.       - Только если вместе с мамой, - он опустил глаза обратно, считая, что отмазался.       Но он забыл, что в сыне его упрямые гены, и, спустя десять минут, глядя на картонное поле с кубиками в руках, думал, как это вышло и как Джейн могла сдать их общую оборону.       - Кидай, - со вздохом произнесла Доктор, откладывая в сторону правила. Мастер послушался.       Ладно, это было интересно. И даже было пространство для маневра, хоть многое и решалось рандомом. Ему понравилось.       А вот Генри проигрывать не понравилось. Отправив расстроенного ребенка за какой-то мелочью в комнату, Джейн сердито зашептала:       - Ну хоть поддайся ты ему!       - Зачем?       - Чтобы не расстроился.       - Тогда расстроюсь я, я тоже не люблю проигрывать. К тому же, как он научится, если мы будем поддаваться?       - И я не люблю.Но если мы не будем хоть немного делать ему скидку - он и не научится, потому что ему станет неинтересно. Ты детей что ли не знаешь? Если у них получается - они и посуду мыть бегут вперед паровоза.       Закатив глаза, Мастер кивнул.       - Можно я ему в выносе мусора лучше буду поддаваться? - буркнул он напоследок.

***

      Она не обратила внимания на полицию у здания суда. А зря.       - Миссис Остер? - Доктор нахмурилась и кивнула. - Пройдемте, пожалуйста, с нами.       - Зачем?       Полицейский поднял брови и открыл рот, когда стоящий рядом седовласый, но не старый на вид мужчина остановил его.       - Когда вы последний раз видели мужа?       Джейн это все очень не нравилось.       - Вот сейчас должна увидеть…       - Это мы знаем, потому и ждем вас здесь. ДО этого вы когда его видели?       Доктор начала нервничать и огляделась в поисках машины Джона, но ее здесь не было.       - На прошлом заседании. Возможно, он приезжал к моим родителям неделю назад, но я ушла раньше, чем мы пересеклись. А что? Это допрос?       - Боюсь, что да. Ваш муж мертв. Пройдемте с нами, - полицейский молча открыл перед ней дверь машины.       На мгновенно ослабевших ногах она послушалась. Единственное, о чем она подумала в этот момент, было “лишь бы не Мастер”.       Полицейский участок был тихим и темным, и будто пропах бумажной пылью. Находиться здесь было неуютно, но её никто особо не спрашивал, заведя в небольшую комнату. Спустя пару минут, вооружившись папочкой, уже знакомый мужчина в гражданском вошел внутрь и запер дверь кабинета.       - Я подозреваемая? - сразу спросила Джейн. Следователь наклонил голову вбок, пристально смотря на нее.       - Для начала, давайте познакомимся. Меня зовут Джеймс Коуэлл.       - Меня вы знаете, - Джейн ответила таким же взглядом.       - Присаживайтесь, мисс Остер. Полагаю, уже мисс, - он шлепнул папку на стол и включил настольную лампу. Поколебавшись, Доктор все же села напротив. Несколько секунд они сидели в тишине, внимательно изучая друг друга.       - Скажите, где вы живете? Вас было сложно найти, - следователь сцепил руки в замок, внимательно за ней наблюдая. - Ваша мать сказала, что не знает.       - Верно, - Доктор прикусила губу, судорожно соображая. К сожалению, как бы ей ни хотелось - придется сказать правду, ложь вскроется слишком быстро и подозрения усилятся. - Я не хотела, чтобы она знала, где я: она очень хотела свести нас с мужем обратно.       - Так где?       - У… Знакомого. Он помощник в библиотеке сына. Мы неплохо общались и он предложил помощь.       - Любовник? - следователь цепко следил за ней.       - Не то, чтобы, - уклончиво ответила она. - Было разок, уже после моей попытки развода.       - Разок? - он недоверчиво ухмыльнулся.       - Там крохотная однокомнатная квартирка, - процедила Джейн. - С нами все время сын. Некогда и негде, знаете ли.       - Догадываюсь, - вздохнул мужчина. - Ладно, предположим. И все же, к чему такая тайна?       - Вы читали причину, по которой я подала на развод?       - Измена.       - Вторую.       - Насилие?       - Именно, - Доктор выпрямила спину, вскидывая голову. - Я боялась за свою безопасность. Один раз он нас с сыном уже выкрал, мне про гроб жизни хватило. Полагаете, это я его убила? Очевидно, что это убийство, а не сердечный приступ, раз я здесь.       Мистер Коуэлл задумчиво потер пальцами нижнюю губу.       - Если честно, смотря на вас, не думаю, что это именно вы. Одна вы с ним не совладали бы.       Джейн хотела было возразить, но вовремя одернула себя. Меньше скажешь - меньше свидетельств против кого бы то ни было. Потом будет истерить, кричать и кому-то что-то доказывать, сейчас нужно поймать тонкий баланс, чтобы не показаться ни слишком скрытной, ни слишком болтливой.       Следователь тем временем открыл папку.       - Вы не указали, с кем изменили.       - Потому что я его не знаю, - спокойно ответила она. - Видите ли, не очень хочется соблюдать верность тому, кто предпочитает вытирать о тебя ноги, считая, что ты должна целовать его руки за то, что он до тебя снизошел.       - Что, прям настолько не хочется верность соблюдать? - с явной насмешкой поинтересовался Коуэлл.       - Ни на сколько не хочется, - ей пришлось приложить усилия, чтобы не вспылить. Возможно, зря - её, вполне возможно, продавливают на эмоции. - Не то, чтобы я до брака вела особо святой образ жизни. Думаю, по сыну заметно.       Следователь цепко следил за её мимикой, крутя в руках ручку.       - Что насчет вашего добродетеля? Возможно, он имеет более глубокие планы, чем разок переспать.       - Мы это не обсуждали, - дернула плечом Джейн. - И он в курсе, что я пытаюсь развестись, если вы намекаете на убийство из подобных мотивов. Каждая собака, кажется, знает, что я подала на развод. Сами понимаете, дело нечастое и довольно скандальное, так что никакого смысла убивать его из ревности нет. Или вы потому и заинтересовались мной, что я пытаюсь развестись?       - Мы бы пришли к вам в любом случае. Большинство криминала - внутрисемейное дело, - фыркнул следователь. - Считайте эту часть преступления - стандартным сценарием. Супруги всегда первые подозреваемые, - он вздохнул и достал какие-то фото. - А вот само убийство - уже нестандартно, - он положил перед ней пару фото и Доктор, не готовая к такому, с отвращением отшатнулась, едва удержав вскрик.       - Что это?!       - Это муж ваш. Что от него осталось, точнее.       Джейн зажмурилась, пытаясь вернуть самообладание.       - Зачем вы мне это показываете? - сдавленно спросила она, смотря куда угодно, но только не на фото.       - Мало ли, узнаете, - хмыкнул Коуэлл, забирая их. Доктор поняла - это точно ради морального давления. Ждут, что она что-то расскажет сама.       - Как его вообще можно было опознать? - все еще содрогаясь, спросила она, пытаясь звучать язвительно. Она еще в войну поняла - к некоторым сценам невозможно привыкнуть.       - По личным металлическим вещам с гравировкой, - он убрал фото в папку. - Например, у него были при себе именные часы. Документы, разумеется, сгорели.       - Попытка скрыть улики? - предположила Доктор, хотя её и не спрашивали.       - Возможно, но не думаю. Он все еще был жив, когда горел, хоть и недолго.       Её передернуло.       - Там вообще очень интересный список. Переломы конечностей, ушибы внутренних органов, падение с высоты - полагаем, его подожгли как раз и сбросили… Мне продолжать? Может, вам есть, что добавить?       - Увольте, - она потерла лицо. Горло сжалось и разжиматься не планировало. Это все звучало как эпизод крайнего садизма, и одного весьма признанного и профессионального садиста она знала ближе, чем надо бы. - Я только полчаса назад вообще узнала о его смерти, что я могу добавить?       - Вообще, его, видимо, связывали, но, судя по переломам на запястьях, сделано это не на весу, и это довольно странно, - не обратив внимания на её ответ, продолжил он. - Полагаю, мы нашли не все улики. Довольно умный убийца, - Коуэлл подпер кулаком подбородок. - Умный и хладнокровный. Отлично продумано, улик минимум, свидетелей нет, место настолько глухое, что криков слышать было некому. Его и нашла-то любопытная шпана, пришедшая повзрывать петарды, и то спустя два дня. Впрочем, - он потеребил свободной рукой завязки на папке, - пусть с этим разбирается МИ6. Уж больно труп… выдающийся.       Сердце Доктора упало в пятки. Они узнают, что она замешана, сразу, как только папка попадет к ним. Они быстро возьмут в работу версию о бывших ССовцах - в первую очередь, из-за предубеждений, что на такую жестокость способны только фашисты. Виновен он или нет - Мастера вычислят быстро. А с ним ко дну пойдет и она, как укрывательница военного преступника.       - Надеюсь, они окажутся более профессиональны, чем вы, - заметила она, целенаправленно цепляя гордость следователя. Тот едва заметно поджал губы, не пропустив это мимо ушей. Доктор рассчитывала, что тот, в попытках выяснить самостоятельно, передаст папку в МИ6 позже, чем хотел, дав им фору что-то придумать. Хотя, по её же собственному мнению, это всё не более, чем предсмертный хрип в попытках сбежать от понимания, что им конец.       - Лучше я прослыву непрофессионалом, чем упущу новоявленного маньяка из-за попыток прыгнуть выше головы, - наконец нашелся с ответом мистер Коуэлл.

***

      - Мастер…       - Да, meine liebe?       - Только не смей мне лгать. Это ты убил Джона?       Мастер поднял бровь, глядя на неё.       - С чего ты…       - Не смей. Мне. Лгать.       Он поджал губы.       - Считай это закрытием гештальта.       - Геш… ты издеваешься?!       - Нет. Мне не давал покоя тот факт, что он какого-то черта жив и не хочет тебя отпускать.       - Мастер, ты убил человека!       - Какая неожиданность, - фыркнул он. - Я это сотнями делал, просто косвенно. Не делай вид, что удивлена.       - Именно, что косвенно, - голос Доктора стал грустным. - Это можно было как-то оправдывать, хоть и слабо…       - Ты меня оправдывала? - брови мужчины взметнулись вверх. - Боже, это даже мило. Я польщен.       - Не соскакивай с темы, - процедила она. - Дело шло к разводу! Теперь меня таскают по участкам, считая, что я к этому причастна! Развелись бы и всё было бы как ты хотел!       - Не развелись, - прищурился Мастер. - Знаешь, когда я его отловил? Парой дней после весьма интересной консультации у адвоката. Он мог бы сказать, что его твоя неверность устраивает, и ничего бы ты не сделала, - мужчина облокотился об стол. - Он же, как мне известно, либо не изменял, либо не был пойман.       Доктор отвела глаза.       - С чего ты взял, что он бы так сказал?       - Не ты одна неплохой разведчик, - оскалился Мастер. - Я тоже не пальцем делан, знаешь ли.       - Я показала следы пальцев как доказательство насилия.       Он фыркнул.       - Оно, конечно, молодец, только по срокам не подходит. Хороший адвокат точно попытается доказать, что ты с ним в это время не виделась.       - Это все равно было моё дело,- прошептала Джейн.       - Нет, не только твоё, - возразил мужчина. - Он поднял руку на Генри. Он забрал мою женщину и сделал её несчастной. Это и моё дело тоже.       - Я не твоя женщина, - прошипела Доктор, медленно зверея. - То, что мы спим, не дает тебе никаких прав!       - Тут не соглашусь. Я изначально обозначил, чего я хочу, и ты пришла ко мне, - спокойно произнес Мастер. - Не нравится - ворота МИ6 всегда перед тобой открыты, что делать ты знаешь. Живым я тебя не отпущу.       - Ты знаешь, что я вряд ли это сделаю!       - Не уверен, - мужчина наклонил голову вбок. - К тому же, чем ты недовольна? Ты боялась клейма женщины в разводе, что ж… Вдова звучит явно лучше.       Размахнувшись, Доктор ударила его по щеке. Прикрыв глаза, Мастер облизал губы.       - Полегчало?       Она ощутила, как гнев закипает в жилах сильнее. Взбесившись, она принялась бить его, куда дотягивались руки. Мужчина не отвечал, лишь уворачиваясь и блокируя удары, когда она целила в действительно больные места. Хоть её мозг и был охвачен гневом, она видела каждую ошибку, что она совершала, нанося удары, но тот словно демонстративно это игнорировал, отказываясь отвечать и выводя этим из себя еще сильнее. Давясь слезами, она изо всех сил толкнула его, заставляя упасть на спину, но вместе с тем не удержалась и упала сверху, случайно попадая головой по его переносице. Тот охнул от звезд в глазах, и из носа пошла кровь.       В этот момент в двери зашуршали ключи. Оба в панике посмотрели друг на друга.       - Он не должен этого видеть, - прошептала Доктор. Мастер согласно кивнул и они шустро встали.       - Привет. Ой… А почему у вас кровь? - Генри неуверенно мялся в коридоре.       - Давление подскочило, - спокойно ответил Мастер и направился к углу с аптечкой.       Все еще настороженно поглядывая на них, мальчишка вошел, снимая куртку и ставя рюкзак рядом со столом.       - А дядя Ивор согласился стать моим папой.       Доктор застыла, глядя на сына.       - Что? - она медленно повернулась к ухмыляющемуся Мастеру.       - Я спросил, хочет ли он заменить нам дядю Джона и он согласился, - терпеливо, словно ребенком был не он, а Джейн, объяснил Генри.       - С чего ты вообще это спросил? - тихо уточнила Доктор. - Это немного не так решается…       Мастер в углу продолжал ухмыляться, скручивая вату.       - А почему нет? - с детской непосредственностью пожал плечами сын, направляясь в ванную. - Он тебя любит больше дяди Джона, и мне он нравится.       Генри закрыл за собой дверь.       - Малец, похоже, в жизни понял больше тебя,- хмыкнул мужчина, втыкая в нос импровизированные затычки.       - Вы за моей спиной еще и спеться успели, - обреченно произнесла Доктор, качая головой. - Он не знает, кто ты на самом деле.       - И кто ты. Во-первых, ребенку это неважно. Во-вторых… Дорогая, ты тоже убийца. И Джон убийца. Мы все прошли войну, на всех нас это сказалось.       - Это была война, - возразила Джейн.       - Ага. Но убийства точно так же быстрые и хладнокровные, как до, после и во время. Думаешь, Джон был на войне гуманным, а в семье вдруг поехал кукухой? Или после войны ты стала неспособна при необходимости отравить или подстрелить? Это всё лицемерие, дорогая.       - Не вижу необходимости в убийстве после войны.       - Это для тебя она кончилась. Я же продолжаю жить в опасности, где каждый шаг может меня убить. В общем-то, можно сказать, мы с тобой поменялись местами, - пожал плечами Мастер.       - То, что ты сделал, не необходимость, а эгоизм, - отрезала Доктор.       - Да. И то, что я делал в войну - тоже. Не делай удивленное лицо, пожалуйста, а то меня сейчас стошнит от твоей правильности, - поморщился мужчина. - Можешь петь про высокую мораль кому-то другому. Не тому, кто носит шрам от твоей пули. Ты и с Джоном смирилась из эгоистичного желания сбежать от матери, а не от великой любви.       - Многие так живут, это норма, - Джейн скрестила руки на груди. - Браков по любви меньшинство, если уж так.       - И как, понравилось? - фыркнул Мастер, убирая аптечку. - Иди ты в своём эгоизме до конца либо не иди вовсе - все бы вышло в разы лучше, чем твоя полумера.       - Ты специально выводишь меня снова, зная, что я не продолжу при сыне? - прищурилась она.       - Я не вывожу, а говорю то, что думаю. То, что тебе это не нравится, в данном случае не моя вина, - мужчина развернулся на пятках и ушел на кухню, показывая, что разговор окончен.       Доктор взвыла, хватаясь за волосы.       - Ну почему, почему даже будучи в зависимом положении ты заставляешь меня плясать под твою дудку?!       - Вопрос взаимен, meine Frau, - донесся голос с кухни.