Глава VII

      Новый день. Снова яркий свет играет на лице у комиссара, возвещая что пора вставать. Понемногу, но Джеймс начал привыкать к этой атмосфере, в таком окружении и не скажешь, что сейчас ты на войне.       Парень поднялся с постели, вчера он удосужился раздеться, хотя, когда пришёл, он был поражён поступком Микасы. Надо признать, что даже сейчас вчерашнее событие не хотело покидать его разум. Натягивая мундир, он вспоминал вид обнажённого женского тела. А ведь раньше он и не думал о девушках в подобном ключе, аббаты в Схоле Прогениум тщательно следили, чтобы у будущих политофицеров не было в головах лишних мыслей. Но теперь птенец покинул гнездо, и перед ним открывается обратная сторона мира. Окружение начинает играть новыми красками. Джеймс решил пока не надевать шинель и фуражку. В этом случае он был почти одет, осталось только повязать красный кушак. Символ власти комиссара, сообщающий гвардейцам о том, что в предстоящем бою трусости не будет места.       — Джеймс? — И конечно же неизменный атрибут этой мирной передышки. Микаса, как всегда, зашла разбудить своего нового друга.       — А, привет. Я уже проснулся. Тебе как спалось?       — Нормально. Слушай, тебя там Ханджи спрашивает, говорит есть тема для разговора.       — Надеюсь что-то важное.       Парень ловкими движениями завязал кушаки и направился на выход. Быстро расправившись с варёными яйцами, что сегодня подали, он направился на встречу с разведчиками. Когда он пришёл, пленные так же трапезничали.       Комиссар постучал по двери, хотя уже стоял внутри. Это был жест вежливости, хотя как казалось, он просто хотел привлечь к себе внимание.       — Прошу прощения, что прерываю. Мне сказали, что вы хотели меня видеть.       — А-а, да, хотели. Заходи, присаживайся. — отреагировала Ханджи, рукой указывая на свободный стул.       — Благодарствую. — парень сел за стол и решил сразу перейти к делу. — Ну рассказывайте, что у вас случилось.       — В общем, — Ханджи как-то странно посмотрела на Леви, а тот не выразил ничего. — Мы посовещались и решили, что идём на сотрудничество, но нам надо связаться с командующим разведкорпуса.       — Не буду врать, очень мудрое решение. У вас есть способ выйти с ним на связь.       — Да, есть. У Леви был при себе арбалет. С его помощью мы планировали посылать записки в деревню, в которой сейчас всех беженцев держат.       — Итак, вам нужно будет вернуть некоторое обмундирование, изъятое моими людьми. А также предоставить возможность перемещения до населённого пункта. Я всё правильно понимаю?       — Ну если выражаться таким языком, то да.       — Ясно, я этим займусь на сим позвольте откланяться. Приятного всем аппетита.       Джеймс встал из-за стола и направился прочь из комнаты. Пока шёл, он вышел на связь со штабом через комм-бусину. «Запрашиваю аудиенцию у генерала Коллена.» — единственное, что услышали разведчики, прежде чем комиссар покинул помещение окончательно.       Лорд генерал сидел у себя, изучая составленную карту окрестностей. Сидеть на одном месте было нельзя, стоило начать действовать. Именно в этот момент к нему вошёл офицер штаба.       — Господин генерал, поступил запрос на аудиенцию.       — От кого?       — Комиссар Костин.       — Одобрено. Пускай приходит через пару часов.       — Так точно.       Так и случилось. Через два с половиной часа Джеймс стоял перед дверью кабинета Коллена, в этот раз ноги снова были ватными. К горлу поступал ком, некий страх перед начальством вернулся.       Но, как всегда, комиссар переборол его, он постучал и приоткрыв дверь спросил дозволения войти.       — Разрешите?       Лорд-генерал оторвался от инфопланшетов и, взглянув на дверь, улыбнулся.       — А, Джеймс. Входи-входи.       — Благодарю. — комиссар прошёл внутрь, закрыв за собой дверь. Сервочереп, как всегда, летал рядом с ним, и сейчас манипуляторами он держал стопку инфопланшетов.       — Присаживайся. — генерал указал ладонью на стул, стоявший напротив него.       Джеймс молча, с некой неловкостью прошёл внутрь и сел за стол, напротив лорда-генерала.       — Ну рассказывай зачем пришёл?       — Да… Это прозвучит странно, но пленные согласились на сотрудничество с нами.       — Занятно. Всё таки тебя явно талант работать с людьми...       — Вы мне льстите, господин генерал.       Джеймс подал знак сервочерепу, чтобы тот отдал ему инфопланшеты. Машина так и сделала, и Джеймс стал рассказывать свой план, отдав планшеты генералу.       — Насколько я понял, они хотят предупредить своего командующего, Эрвина Смита, и, по моим прогнозам, он не станет оказывать сопротивление. Я составил досье на него, однако это только систематизированные рассказы о нём. С ним вы можете ознакомиться. Далее, как я понял, этот человек весьма авторитетен только среди своих подчинённых, но он знаком с командирами других военных подразделений. Возможно, он сможет убедить и их сдаться. От нас лишь требуется дать возможность капитану Леви отправить сообщение. Его досье и официальный запрос я вам так же передал.       — Это, конечно, авантюра. Но в нашей ситуации на лучшее надеяться не придётся. Есть ещё что-то?       — Так точно. Если всё пройдёт по плану, то нам понабиться лагерь для военнопленных. И, боюсь, речь пойдёт не о нескольких домах, как сейчас.       — Так…и что ты предлагаешь.       — Откройте пожалуйста вот этот планшет. — комиссар указал на устройство, после чего лорд-генерал включил его и начал изучать содержимое.       — Я предлагаю установить по указанному периметру линии «Эгида», изолировав тем самым отдельный район города. В этом районе и будут содержаться военнопленные. В центре находится здание старой военной части, там я планирую разместить базу охраны.       — Ага, вижу. Я знаю это здание. Первоначально я хотел разместить генеральный штаб нём. Но тогда тот район не был проверен, так что не получилось. Ну что же, я не вижу никаких проблем для реализации этого плана. Думаю, к вечеру я выбью вам «Кентавра». Ну я так же прикажу начать устанавливать «Эгиду» по твоей схеме. На этом всё?       — Так точно, господин генерал.       — Ну тогда иди, остальное оставь мне.       — Есть.

***

      Генерал сдержал своё обещание, вечером Джеймс уже инструктировал отряд охраны, который должен был сопроводить капитана. Леви вернули арбалет, и посадили в «Кентавра», после чего под покровом ночи машина выехала из города, двигаясь по маршруту, который указывал Леви. На горизонте показалась деревня, подходить было опасно: звук мотора могут услышать, поэтому дальше Леви пришлось идти вместе с охранявшими его гвардейцами.       «Что же не так с этими людьми? — задавал сам себе вопросы капитан. — До сих пор не могу понять, как будто они отличаются, но притом это совершенно обычные люди, как и мы. Ни единого звука, они даже не переговаривались между собой... Такое чувство, что я разговаривал с мертвецом.»       Додумать ему не дали, они достигли необходимой позиции, и тогда Леви принялся за дело. Он развернул свёрток, который нёс с собой с самого начала миссии. Там действительно был арбалет. Капитал привязал к стреле бумагу, подготовленную Ханджи, и с трудом оттянул тетиву. Зарядив арбалет, Леви стал целиться в определённый дом, что стоял на краю селения. Капитан задержал дыхание, сердцебиение отдавалось в висках, нервное мгновение и стрела полетела. Звук был не такой громкий, чтобы его услышали часовые, но даже посылай они сообщения пушками, то никто бы им не помешал: столичные полицейские спали на посту как убитые.       «Готово, теперь ждём ответа.» — сказал капитан, но криговцы ничего не ответили. Теперь можно было возвращаться в машину. Ради экономии времени и прометия, решено было отправить капитана с отрядом на постоянное расположение. В машине был вокс-передатчик, поэтому сообщения, полученные от Эрвина, можно было переправлять напрямую в Трост.       Ответ получили только утром. Гвардеец Корпуса Смерти практически на рассвете принёс стрелу с ответом. Леви как увидел, так сразу выхватил сообщение и, отстранившись от всех, развернул бумагу и принялся читать, читал он медленно, с толком, с расстановкой, вглядываясь в каждое слово.       «Леви, надо признать, что я шокирован вашим докладом. Если то, что вы рассказали, правда, значит у человечества не шансов. Хотя теперь неправильно называть жителей стен человечеством. Будем надеяться, что в их государстве нам уготована участь лучше, чем смерть. Я постараюсь убедить как можно больше людей встать на нашу сторону, поэтому прошу, задержите их наступление. Пока на этом всё, молюсь, чтобы всё прошло хорошо.» — таково было послание Эрвина. Коротко, все исключительно по делу, но даже таких новостей было достаточно, чтобы хоть немного успокоиться.       Леви исполнил просьбу Эрвина. Офицеры Крига передали информацию командованию. Генерал Коллен был ошарашен тем, что Эрвина не пришлось уговаривать, поэтому отложил вопрос о штурме населённого пункта в долгий ящик.

***

      Две недели минуло с того момента. Утро застало генерала Коллена прямо в его кабинете. Примерно с середины ночи он не спал, сегодня вообще мало кто мог выспаться, всех мучили кошмары.       Например, Комиссар Морт эту ночь провёл в холодном поту. Перед глазами бесконечно проплывали картины, как комиссары тщетно стараются заставить гвардейцев сражаться с титанами. Хоть это и были сны, но они были чертовски реалистичными, ни один человек не смог бы отличить их от реальности. Вот лорд-комиссар стоит на улицах города, мимо пробегают гвардейцы, на них снаряжение, напоминающее кадианское. Рука, сжимающая лазпистолет, направляет оружие в беглецов, без разбора стреляя во все стороны. Лорд-комиссар видит это всё от первого лица, мало того, он словно ощущает это, будто сам является участником этого ужаса. Гвардейцы по одному бросают лазганы и поворачивают назад, убегая от огромных чудовищ, Гален палит в каждого предателя, но смысла в этом нет, гвардейцы осознают, что либо их сожрут, либо расстреляют.       Но тут лорд-комиссар чувствует, как что-то сдавливает его. Обернувшись, он видит, что сзади его схватил титан. Чудовище подносит его ко рту, и, впихнув на половину, делает укус. Боли Комиссар Морт не почувствовал, видимо, в тот момент Император смилостивился над ним и вырвал из объятий кошмаров.       Комиссар вскочил с постели, его лицо, как и подушка, было мокрым. Он вытирает его одеялом, благодаря Его, что больше не придётся больше смотреть эти сны. Подобные кошмары терзали его всю ночь. После стандартных утренних процедур он решил заглянуть к лорду-генералу.       — Генерал, можно? -       Да-да, проходите. Как спалось?       — Если честно, то просто ужасно. Всю ночь снились ужасы.       — Какого рода ужасы?       — Я оказался на улице. Повсюду титаны, а мимо пробегают напуганные гвардейцы…       — В кадианском обмундировании? — генерал с каким-то нездоровым интересом перебил рассказ комиссара.       — Да…вам тоже это снилось?       — Жаль вас расстраивать, комиссар, но мне это не приснилось. Я лично перенёс этот ужас четыре года назад. Когда мы с гвардейцами с Миливари нашли эту планету.       — Миливари?       — Простой, никому не известный улей, каких не счесть в Империуме. Им посчастливилось, и на планету попал образец кадианского снаряжения. Они скопировали его в и с тех пор платят десятину новыми полками.       — Ясно. Получается, я видел чужие воспоминания, но как такое возможно?       — Ответ на это поступил сегодня где-то в четвёртом часу ночи. Планету накрыл варп-шторм.       — Варп-шторм?!       — Именно. Псайкеры на орбите почувствовали его приближение ещё вечером, но, по ошибочным прогнозам, нас решили не предупреждать, ибо думали, что шторм не затронет планету.       — И всё же он нас затронул.       — Да, все псайкеры флота уже пытаются установить вокруг планеты психический барьер, но до его окончательной установки возможны различные аномалии.       — И долго его будут устанавливать?       — Насколько мне известно, это займёт несколько дней.       — Понятно, я оповещу комиссаров, чтобы следили за состоянием гвардейцев.       Утро капитана Леви тоже началось не сладко. Кошмары до него не добрались, зато гвардейцы принесли печальное сообщение от Эрвина: «Леви, кажется нас начинают подозревать. Возможно, это моё последнее сообщение. Если всё же соберётесь штурмовать деревню, то знайте — все наши будут в красных банданах.» Печальные новости, невзирая на то, что было время пять часов утра, капитан решил не медлить и сразу сообщить в штаб, чтобы начинали готовить операцию.       Что до Джеймса, то вчера он всего себя посвятил тренировкам рукопашного боя, столько усталости накопилось в нём, что он не способен был видеть никакие сны, так что влияние проклятого варпа обошло его стороной. Хотя, забегая вперёд можно сказать, что Император приготовил для него совершенно иное испытание, совершенно несравнимое с капризами Имматериума.       Комиссара разбудил один из гренадёров, бесцеремонно он вошёл к парню в комнату и стал трясти спящего комиссара.       Многих приходилось бы долго будить, но навык быстро просыпаться по первому зову у Джеймса остался ещё со Схолы. Было время, когда он совершенно не умел вставать по команде, бывало даже, что он осмеливался открыто игнорировать приказы аббатов. Был один раз, когда, ничего не стесняясь, на приказ: «Встал!» он ответил: «Ну так идите снимите себе девушку.» Забавный был случай, вот только после этого Джеймса заставили с утра до вечера бежать кросс с рюкзаком, набитым камнями. А в случае малейшего промедления подгоняли кнутом. После этой истории он выпрыгивал из пастели самым первым.       Вот и сейчас он проснулся, как только к нему прикоснулась мертвецки холодная перчатка.       — А, что?       — Комиссар, вас срочно вызывают в штаб.       — Что-то произошло? — Джеймс попытался узнать хоть что-то, но, к сожалению, его разум всё ещё был охвачен пеленой после сна.       — Нам не сообщили.       — Понятно, тогда иди.       Просто, без ответа, гвардеец повернулся на сто восемьдесят градусов и покинул помещение. Джеймс привстал на кровати и стал протирать глаза. Спустя пару секунд он посмотрел на хронометр, шесть часов утра. Видимо, там действительно что-то срочное, раз его вызывают в столь ранний час.       Встав с постели, он по минимуму одел свою форму и отправился в штаб. Он из всех сил старался держать себя, чтобы не провалиться в сон. Машинально он делал шаг за шагом, пока какой-то внутренний навигатор вёл его по маршруту к штабу.       Войдя в здание, он уточнил у адъютанта зачем его вызвали. Ответ, что его вызвал генерал Коллен, Джеймса взбодрил. Если лорд-генерал его вызвал лично, значит дело серьёзное. Он поднялся по лестнице и постучал в дверь кабинета Магнуса.       После этого Джеймс приоткрыл дверь и просунулся внутрь.       — Господин генерал, разрешите?       — Входи, Джеймс.       Парень мог бы уже привыкнуть к посещениям этого кабинета, но каждый раз был для него как первый. Он по уже привычному нам маршруту прошёл внутрь и сел на стул перед генералом.       — Я постарался прийти как можно скорее.       — Верю. Я позвал тебя не просто так, уверяю.       — Я…я не сомневался, господин генерал.       — Отлично, тогда вот новости, ради которых я тебя позвал.       Магнус передал парню инфопланшет. Джеймс мельком пробежал по содержимому и поднял глаза от устройства.       — Император защити наши души, неужели это правда?       — Как бы ни печально было это признавать, но да. Однако это не всё, ознакомься вот с этим.       Лорд-генерал передал комиссару другой планшет, с которым Джеймс так же быстро ознакомился.       — Ещё и это. Проклятье, одна проблема накладывается на другую.       — Прямо в точку.       — Я так полагаю штурм будет на мне?       — Верно полагаешь.       — Но…разве не опасно поручать это мне? Если остальные разведчики узнают они могут…       — Могут что?       — Я немного их узнал, и сейчас могу с определённостью сказать, что они потребуют взять их с собой на операцию.       — Хм…да, это может создать помехи. Однако это можно повернуть в нашу сторону. Возьми их на операцию. Пусть это будет небольшой тест, так сказать проверка на верность.       — Я сомневаюсь в этой затее, но восприму ваши слова как приказ.       — Быть по сему. Тогда жди пока я подготовлю штурмовую группу. А пока можешь вернуться к себе. Надеюсь, тебя кошмары не замучили.       — Кошмары? Мне похоже повезло. Я вчера весь день тренировался, а потому сегодня спал как убитый.       — Действительно повезло. Ну ладно, ступай.       — Так точно, господин генерал.       Джеймс стал и вышел из кабинета, а затем и из штаба. Спать уже не хотелось, так что он решил пару часов прогуляться по городу. Делать нечего, а время надо убить.       Монотонные пейзажи пустых домов, в последнее время Джеймсу казалось, что они задержались в этом городе и пора бы уже начинать продвижение, но кто он такой, чтобы ставить под сомнение стратегию лорда-генерала. Пустые окна, на стекле которых сейчас скапливалась утренняя роса. А ведь буквально месяц назад тут кипела жизнь. По улицам бегали дети, их мамы развешивали постиранное бельё, на рынке процветала торговля. И всё это было разрушено вторжением Имперских сил. Временами комиссар задумывался о жизни, дома-призраки этого города заставляли его спрашивать себя о том, какая хрупкая штука мир. Как легко его разрушить.       Но такие мысли он гнал, верному слуге Его-На-Терре не следует думать о таких вещах. Если бы эту планету не нашёл флот Империума, то, скорее всего, до неё добрались бы губительные силы хаоса или богомерзкие ксеносы . Поэтому теперь слуги Императора должны принести Его свет на планету, защитив её от предателей, ксеносов и прочих существ, что желают истребления человеческой расы.       Джеймс посмотрел на хронометр. Время было 8:03, остальные обычно просыпались к этому времени, поэтому стоило двигаться к дому. Он был прав, разведчики уже проснулись. И их взбудоражил неожиданный утренний сбор. Снова построив всех в одной комнате, перед ними вышел комиссар и принялся толкать речь.       — Благодарю, что собрались быстро. Сегодня ночью у нас произошло ЧП. Я не буду вдаваться в подобности, просто скажу, что в ближайшие пару дней возможны психические аномалии. Ночные кошмары, ужасные видения или галлюцинации и тому подобное.       — Это единственное зачем нас позвали? — задал вопрос Райнер.       — Нет. Нам поступило тревожное сообщение от командующего Эрвина, и мы готовимся к штурму. Лорд-генерал предлагает вам принять участие в качестве солдат. Если вы согласитесь и будете яро сражаться, то сможете доказать нам свою лояльность, и доверие к вам возрастёт. У вас есть время подумать до начала операции. Пока свободны. Больше Джеймс не стал уделять времени своим подопечным. Он удалился в свою комнату готовить план атаки. Разведчики разделились на несколько групп, в каждой из которых бурно шло обсуждения поступившего предложения. Хоть это и был без одной минуты приказ, Джеймс всё же не хотел впутывать подопечных в это дело, так что для них это было предложением.       Одной из таких маленьких групп были Микаса и Армин.       — Микаса, что думаешь?       — По поводу того идти или нет?       — Да. Это весьма заманчивое предложение, раз уж мы решили к ним присоединиться. Но всё же против своих воевать будет тяжело.       — А кто там будет свои? Все люди, что с нами согласны уже примкнули к Эрвину и ждут, когда мы их оттуда спасём. Остальных так и так ждёт смерть.       — А вдруг…вдруг они победят, и гвардейцы будут вынуждены уйти с нашей планеты? Тогда получится, что мы зря предавали наших, и нас просто казнят за измену.       — Этого не случиться, Армин.       — Почему ты так уверена в этом?       — Однажды, болтая с Джеймсом, я задала ему тот же самый вопрос. И его ответ был максимально точен и красочен.       — И что же он сказал?       — Он сказал, что если такое случиться, то в лучшим и самым маловероятным исходом станет то, что лорда-генерала снимут должности командира кампании, а худшим то, что просто придёт приказ казнить его на месте за некомпетентность. И в том, и в другом случае, итогом станет то, что сюда пришлют нового полководца и ещё больше войск. Это их государство… Империум…ни под каким предлогом не оставит нашу планету.       — Вот оно как. Тогда ты права, у нас только два варианта.       В то же время в одной из комнат, запершись от остальных, сидели Райнер и Бертольд. Им тоже было что обсудить.       — Что думаешь по поводу всего этого, Райнер.       — Все наши планы идут коту под хвост. Если бы не эта разведмиссия, то мы бы уже давно забрали Эрена и сбежали, использовав силу титанов. А так… Энни одна не справиться, сколько бы ни старалась.       — Согласен. Но всё же, мы добыли немало данных. Уверен, Марли они очень пригодятся.       — Что верно, то верно. Но всё-таки, нам надо как-то сматывать удочки с этого проклятого острова. Может мы не сможем выкрасть прародителя, зато захватим с собой нового титана.       — Предлагаю действовать по старому плану. Мы согласимся идти на штурм вместе с ними, когда бой закончится, мы хватаем Эрена и уходим.       — Других вариантов я не вижу, так что действуем так.       Согласно хронометру, сейчас было 10:24. Джеймс как раз закончил план атаки, осталось только дождаться прибытия сил от генерала. Ему ужа сообщили примерные соотношения: пять «Горгонов», и их полная укомплектация гвардейцами. Суммарно получалось двести пятьдесят человек, что было прекрасно. Можно подумать, что мало, но имперцы брали во внимание техническую недоразвитость солдат стен.       Уже через пять минут к нему в дверь постучали. Вошёл годин из гренадёров, который спокойно прошёл и встал у двери, выдав только: «Комиссар, к вам пришли.» Разъяснений не требовалось, и так было понятно. Единственный вопрос, который его занимал, так это то, захватили ли они лазганы со склада. Джеймс, конечно, рассчитывал, что никто не согласиться, но быть готовым он обязан, так что запросил со склада боекомплекты для разведчиков.       Джеймс вышел на улицу и да, как он и ожидал, пришёл курьер со снаряжением. Джеймс приказал своим людям занести снаряжение в дом и собрать всех пленных солдат. Когда все собрались, Джеймс попробовал в последний раз переубедить их.       — Итак, обратного пути не будет. Поэтому спрашиваю в последний раз, кто идёт добровольцем?       Он был неприятно удивлён, поскольку все до единого подняли руки. Значит отговаривать их бесполезно.       — Хорошо. Тогда слушайте внимательно.       Комиссар взял один из боекомплектов, разложил его на столе и стал объяснять как с ним работать, подкрепляя слова действиями.       — Первое, с чем вам необходимо ознакомиться, это лазган. Принцип его работы похож на ваши ружья: целишься, нажимаешь на спусковой крючок и производится выстрел. Единственное отличие — это то, что его не надо каждый раз перезаряжать. В среднем у этой модели лазгана батареи хватает на двадцать пять выстрелов. Поэтому, когда он перестал стрелять, вы извлекаете батарею и вставляете новую. Каждому из вас будет выдан подсумок с тремя запасными батареями. Идём далее, вы так же получите штык-нож. Его можно использовать руками, а можно, если есть навыки, прикрепить к лазгану. На этом индивидуальный боекомплект себя исчерпывает. Я приказал собрать и принести полевую аптечку первой помощи. Получит её один из вас. Ханджи, вы, как и раньше, командуете отрядом добровольцев. Когда придём на площадку, я жду вас на инструктаж. На этом всё. Теперь по одному подходим и получаем снаряжение.       Инструктаж был проведён, Джеймс отправился к себе, проверить своё оружие. После всего комиссар повёл добровольцев через город на одну из площадей, где как раз располагалась стоянка для некоторой техники. Поскольку не набралось полной роты для этой атаки, нужно было инструктировать смотрителей и водителей «Горгонов». Ханджи в этой толпе выделялась, она была белой вороной среди гвардейцев Крига.       Джеймс вышел вперёд и обратился ко всем собравшимся.       — Благодарю, что прибыли так скоро. Нам предстоит штурм населённого пункта, в котором содержаться наши союзники. Вывести план.       На последней фразе комиссар сделал жест рукой и его сервочереп активизировался. Из его линзы начал бить мягкий зелёный свет, и вскоре перед всеми появилось объёмное изображение деревни, которую они будут штурмовать.       — Всё начнётся с того, что, когда мы приблизимся, техника должна будет занять данные позиции.       На подступах к деревне, на расстоянии примерно сотни метров, выросли небольшие руны, обозначавшие «Гргонов» по оперативным номерам. В центре находился первая машина, справа вторая и четвёртая, а справа третья и пятая.       — На первой и, по совместительству главной, машине будут установлены вокс-усилители. Я понимаю, что все вы жаждете смерти во славу Его-На-Терре, но эту операцию необходимо выполнить с первого раза, поэтому отложим нападение и предложим им сдаться. Пока я буду вести переговоры, вы будете находиться в машинах. Если переговоры не удадутся, значит мы начинаем атаку. План следующий: по моему сигналу водители единовременно опускают аппарели и дальше в дело вступает пехота. Я не буду учить вас штурму, скажу только, что остановиться мы должны вот на этой линии.       После этих слов на плане деревни с краю ало-красным цветом прошла линия.       — За ней, согласно разведданным, располагается лагерь беженцев. Насколько нам известно, их там удерживают насильно, однако враг скорее всего бросит все силы на бой с нами, так что ничто не будет мешать им убежать оттуда. Но на всякий случай запомните, гражданских мы не атакуем, это приказ. Ясно?       — Так точно. — в один голос ответили все собравшиеся на инструктаж гвардейцы.       — Прекрасно. Если враг не будет к тому моменту отброшен и продолжит атаковать из лагеря, значит переходим в оборону, но лагерь не штурмуем. Понятно?       — Так точно. — и снова слившиеся в один голоса ответили комиссару.       — Последнее замечание, наши сторонники в этом бою должны будут носить особый опознавательный знак: красные банданы. Если во время штурма встретите человека с этим элементом одежды, прикажите ему лечь на землю и ожидать окончания боя. Поступаете так и никак иначе. Всё понятно?       — Так точно. — никакого разнообразия, всё то же холодное и бездушное согласие.       — Отлично, тогда по машинам!

***

      Командующий Эрвин сидел у себя в доме. К нему уже не раз за сегодня приходили полицейские и расспрашивали о самых разных вещах. Как настроение, как работа или как он себя чувствует. Казалось ничего удивительного, но он знал, что так они хотят усыпить его бдительность, чтобы дать себе возможность продолжить искать доказательства измены.       Сторонников капитуляции набралось достаточно много, но если солдаты разведкорпуса пошли за своим командующим без лишних вопросов, то солдат гарнизона пришлось переманивать и убеждать. С трудом Эрвину удалось убедить даже Пиксиса. Здесь сыграло то, что старик хоть немного уважал Эрвина и знал, что он далеко не глуп.       Его покой нарушил ворвавшийся разведчик. «Командующий, кажется началось!» — крикнул он. Быстро они, Эрвин не ждал спасения так скоро. Мужчина достал из кармана красную ткань треугольной формы и повязал у себя на голове. Теперь оставалось только надеяться, что пришельцы справятся с военной полицией.       Рёв стальных чудовищ был слышен повсюду. Откуда ни возьмись, лязгая гусеницами, выросли железные махины. Надо отдать должное, за этот месяц полицейским удалось возвести незамысловатые, но надёжные укрепления. Они были универсальными, и могли использоваться как для удержания людей внутри, так и обороны от нападавших снаружи. Вокруг деревни были окопы, истыканные деревянными кольями, направленными наружу, тут и там виднелись самодельные наблюдательные вышки, а крайние дома, с заколоченными окнами и выдолбленными в стенах горизонтальными бойницами, превратились в удобные огневые точки. Вот только они сами ничего из этого не возводили, а заставляли работать несчастных беженцев, потерявших свои дома во время нападения на Трост.       Сейчас всех полицейских подняли по тревоге. И все укрепления со стороны нападавших наполнились бойцами. Не сказать, чтобы они боялись, за эти дни они уже свыклись с мыслью, что пришельцы рано или поздно придут к ним, поэтому каждый день готовились, восстанавливая должный уровень боевой подготовки. Но всё равно по их спинам бежал холодок, ведь одно дело воображать, как будешь сражаться с врагом, а другое — столкнуться с ним лицом к лицу.       Джеймс находился в кабине водителя первого «Горгона», как он и приказывал, во время инструктажа на носовой части временно установили вокс-усилители и провели провод с микрофоном в кабину. И вот момент истины, комиссар нажал на кнопку с рунами и начал говорить.       — Солдаты стен, с вами говорит комиссар Костин. Я предлагаю вам сложить оружие и сдаться, в противном случае мы начнём штурм.       Это предупреждение ещё больше подкосило полицейских. Многие из них предпочли бы избежать боя, но заявить об этом никто не решался. Возможно, они бы сдались, но в дело вступил командир местного гарнизона — Мигель Хикс. Его прислали прямо из столицы, чтобы он руководил полицией на месте. Высокий стан, грозный взгляд и шрам, проходящий через правый глаз, выдавали в нём настоящего ветерана. Это его стараниями полиция пришла в форму, а деревня превратилась во что-то, напоминающее крепость. Вот и сейчас он сыграл решающую роль.       — Слушайте! Слушайте и внимайте! Эти пришельцы пришли к нам, топчут наши земли, отбирают наши дома, и всё потому, что мы им позволяем. Если мы сейчас сдадимся, то их ничто не остановит! Мы — последнее препятствие на их пути, и только мы сможем их прогнать! Мы станем героями, защитившими то, что наше по праву! — выкрикнул, надрывая горло Хикс.       Его речь вселила в бойцов храбрость, теперь никто не думал о капитуляции и все были готовы сражаться с врагом. Возможно, из Мигеля вышел бы превосходный комиссар, но, увы, он родился не на той планете.       С другой стороны от деревни разросся огромный палаточный лагерь. Всё, на что могли рассчитывать граждане Троста. Незавидная судьба: лишиться дома, потерять близких, а теперь ещё и быть рабом на службе у полиции, строить для них укрепления. Военные оставили в их лагери небольшое количество своих людей, которые должны были следить, чтобы в лагере сохранялся порядок. Мало? Ничуть, беженцы были ослаблены и запуганы, поэтому в их головах даже мысли не было о том, чтобы оказывать сопротивление, поэтому сейчас они просто ожидали своей участи, молясь всему, чему только можно, чтобы смерть их миновала.       Защитники решили дать врагам окончательный ответ, Мигель приказал всем, кто может выстрелить по стальным чудовищам. Он понимал, что никакого вреда это не нанесёт, но зато доставит их решение до пришельцев. Так и произошло, сначала послушались взрывы пороховых зарядов, а потом металлический лязг, сообщающий о попадании.       Джеймс был разочарован, он до конца надеялся сэкономить бойцов, но, видимо, не судьба. «Приготовиться к бою» — скомандовал парень по внутреннему каналу связи. В этот момент бойцы в машинах засуетились, они принялись примыкать штыки к лазганам и читать литании самопожертвования.       Парень приказал сервочерепу оставаться в кабине, а сам взял с пола большой моток верёвки, никто не знал зачем он его повёз с собой. Комиссар перепрыгнул через перегородку и добежал до первой перекладины, возвышавшейся над десантным отсеком и перекинул один конец снизу, потом, поймав её завязал узел, обхватив петлёй всю балку, а остальной моток бросил на неё.       Полиция сделала свой выбор, и они знали о последствиях. Двигатели «Горгонов» уже давно заглохли, а сами машины были недалеко друг от друга. Джеймс достал из-за пазухи свисток, подаренный лордом-комиссаром. Заполнив свои лёгкие воздухом, комиссар прижал свисток к губам и изо всех сил выдохнул. Раздался громкий свист, знакомый каждому гвардейцу. Это сигнал к атаке. Опустились аппарели и путь был открыт. Комиссар спустил своих псов с цепи, жаждущие боя криговцы ломанулись со всех ног на врага. Противогазы приглушали тяжёлое дыхание, а в первых рядах уже послышался треск лазганов.       Джеймс не хотел отставать от остальных, как только десантный отсек освободился на четверть, он толкнул верёвку вниз, после чего спрыгнул, ухватившись за неё левой рукой. Таким образом он оказался в последних рядах, но его рвение несло его вперёд так, будто он был на острие атаки.       Полицейские укрепились духом, они уже успели перезарядить ружья, так что можно было стрелять, проблема в том, что своими выстрелами они забирали слишком мало гвардейцев, пока они перезаряжались, криговцы подходили ближе. Дополнялось это тем, что вражеские лазразряды тоже поражали свои цели и ряды обороняющихся медленно редели.       И вот через пару минут гвардейцы уже начали прорыв. Началось с того, что в окопы прилетели фраг-гранаты, забравшие своими взрывами многих защитников. После этого Корпус Смерти начал проходить колья. Были несчастные, кто всё же напоролся на них, но их было не более пары десятков. Тяжёлые сапоги издавали приглушённый хлопок, года криговцы приземлялись на притоптанную землю в окопе.       Траншеи были обагрены кровью, тела погибших видоизменялись по направлению от места падения гранат, превращаясь из бесформенной кровавой каши в более-менее целые, повреждённые осколками тела. Комиссар так же спрыгнул в окоп и достал свой пистолет, начиная нагревать плазму. Но что-то не так. После их входа в окоп не произошло ни одного выстрела, не вериться, что победа далась так легко, если только это не…       — Засада, ложись! — успел крикнуть комиссар.       Он оказался прав, уже в следующую секунд раздались взрывы пороха. Пули летели из двух огневых точек. Они находились на расстоянии примерно десяти метров от края траншеи. Первый залп забрал примерно одиннадцать гвардейцев, остальные успели спрятаться. Было странно то, что стрелки не отходили на перезарядку, они вели огонь почти непрерывно, прижав тем самым Корпус Смерти.       — Вот проклятье, нас прижали. — выругался Джеймс.       — Нужно как-то их отвлечь или попробовать вкинуть туда ваши...бомбы. — рядом оказалась Ханджи, так что она решила присоединиться к планированию.       — Не получиться, бойницы недостаточно широкие, чтобы гранаты в них попали, а отвлечь их нечем.       И в этот самый момент решение пришло откуда его не ждали. Один из смотрителей, находящийся недалеко обратился к Джеймсу.       — Комиссар, мы обнаружили неизвестный тоннель.       Джеймс присмотрелся и правда, почти рядом с ними была деревянная дверь, ведущая в искусственный тоннель.       — Одно отделение, проверить. — скомандовал Джеймс.       Вскоре туда по одному прошли десять гвардейцев. Внутри оказалось темно, шершавые земляные стены то и дело осыпались, но это сооружение явно выкопали люди, поскольку иногда можно было наткнуться на деревянные балки и подпоры. И вот скоро они выбрались в более просторное помещение. Банки, полки, бочки. это был погреб, освещаемый небольшой свечой. А сверху слышались громкие взрывы. Похоже, гвардейцы вышли в подвал под одним из домов, в которых засели стрелки. Они решили сразу об этом доложить, стараясь не привлекать к себе внимания.       — Комиссар, мы вышли в подвал под одной из огневых точек, ждём команды.       — Значит укрепления соединены подземными переходами, и мы так просто смогли пройти по ним. Либо они идиоты, либо это ловушка, я склонен полагать, что второе. Попробуйте захватить укрепление, но будьте осторожны.       Наверху в этот момент отстреливались, не ведая об опасности, полицейские. Секрет непрерывного огня оказался прост: помимо стрелков в доме были специальные команды, которые быстро перезаряжали ружья. Механизм был отлажен до блеска: стрелок делает выстрел и отдаёт ружьё заряжающим, получая новое, готовое к бою.       И в этот момент в дело вступили гвардейцы Крига. Слегка приподняв люк, один из них увидел всю эту картину. Не желая медлить с исполнением приказа, он снял с пояса гранату и, выдернув чеку, бросил прямо в комнату, нырнув после этого в люк. Раздался взрыв. Сразу после него гвардейцы по одному вылезли из погреба, вся комната была залита кровавыми ошмётками, но их это никак не смутило. «Проверить здание.» — отдал приказ смотритель. Осмотрев все комнаты внутри дома, гвардейцы не нашли никакого сопротивления, поэтому вскоре смотритель объявил по воксу:       — Здание зачищено, ждём дальнейших указаний.       — Принято. Доложите, имеется ли под вами переход ко второй точке? — отозвался комиссар.       Один из гвардейцев полез в подвал проверять, и через мгновение его голова показалась обратно и кивнула.       — Так точно.       — Отправляйтесь и зачистите вторую точку.       — Есть.       Теперь оставалось только ждать. Пальба уменьшилась, но высовываться всё ещё было рискованно. Джеймс готовился давать сигнал о начале второй фазы атаки. И вот взрывы прекратились. Не полностью. В других домах, как и на улице, всё ещё находились полицейские, но эти дома уже не были похожи на крепости, так что можно было переходить к грандиозному финалу.       Парень снова достал свой свисток и дунул в него со всей силы. Гвардейцы быстро выпрыгнули из траншеи и бросились отбивать дома и атаковать полицейских на улицах. Джеймс не отставал от них, хотя стрелял гораздо медленнее, поскольку плазма так быстро не грелась. На улице он столкнулся с полицейским. Тот даже опомниться не успел как его тело превратилось в жижу.       В этот момент на комиссара выбежал ещё один вражеский солдат, но выстрел уже был готов. Как только плазма достигла своей цели, полицейский был готов надорвать гортань от боли. Он кричал, кричал так громко, что его было слышно даже несмотря на вездесущую пальбу. Однако скоро плазма достигла гортани и лёгких, и враг чисто физически не смог больше кричать.       В этот момент из-за угла дома к нему подбежала Микаса.       — Джеймс, ты как?       — Нормально, ты почему не с остальными?       — Мы с Армином хотим вытащить Эрена. Его держали тут недалеко.       — Тогда я с вами.       — Хорошо, надо только дожда…       Микасе не дали договорить. Уже на середине фразы её одежда в области груди порвалась и покраснела.       — МИКАСА! — вырвалось у комиссара.       Джеймс повернулся и обнаружил только одного человека, и в довесок его ружьё было направлено как раз в их сторону. Это была девушка, ровесница Микасы, Армина и других бывших кадетов. Хмурая на вид блондинка, с заделанными волосами. Комиссар не стал стрелять, наоборот, он зачем-то убрал пистолет в кобуру, а девушка не стремилась перезаряжать ружьё. Оба были заинтересованы своим противником и не спешили убивать друг друга.       Из-за угла, откуда выбежала Микаса, появился Армин. Он ужаснулся, когда увидел произошедшее. От шока он даже говорить не мог, но одно радовало, ему доверили медикаменты, поскольку сочли, что необходимо будет привести Эрена в порядок. Армин бросился к Микасе и машинально стал перевязывать её рану бинтами, а сам наблюдал ха тем, что происходило сейчас на улице, поскольку он узнал ту девушку. Джеймс тоже её узнал.       — Энни Леонхарт? — задал свой вопрос комиссар.       — Да. А ты кем будешь, и откуда меня знаешь?       — Я комиссар Джеймс Костин. А знаю я тебя по рассказам твоих друзей.       — И много они обо мне рассказали?       — Достаточно.       Джеймс выглядел спокойным, но любой, кому в тот момент предоставиться возможность заглянуть к нему в глаза, ужаснулся бы. В глазах политофицера был виден гнев, ярость и жажда мести. Всё то, что в нём искореняли в Схоле Прогениум.       Оба смотрели друг на друга, хоть никто не проронил ни слова, между ними шла настоящая беседа, два солдата понимали друг друга без слов. Комиссар спокойными и размеренными движениями стянул за средний палец свою перчатку. После этого он взял её в правую руку и бросил прямо к ногам Энни. Это шокировало Армина ещё больше, но он всё равно со всем усердием продолжал бороться за жизнь своей подруги.       Энни посмотрела на перчатку и подняла глаза на Джеймса. Комиссар в это время скинул свою шинель, а после отстегнул кобуру с пистолетом и ножны с силовым мечом. Удивительно, что за всё время боя он его так и не достал. Оружие полетело на землю, теперь он стоял перед Энни почти беззащитным. Девушка поняла намёк, она отбросила своё ружьё в сторону и посмотрела на комиссара взглядом, выражавшим её согласие. Оба начали сходиться. И вот между ними не более метра. Энни подняла руки над головой, как это делала на занятиях в училище, когда решала демонстрировать свои навыки. Джеймс поднял кулаки на уровне лица и встал в боевую стойку. И вот оба разом сорвались с мест, поединок начался.       Тьма, вокруг лишь пустота. Ты всматриваешься в неё, нос сколько ни старайся, ничего не увидишь. Так чувствовала себя девушка. Её короткие чёрные волосы впервые налезли ей на глаза. «Неужели всё так и закончится?» — думала она. Но вот темнота проясняется. Она отчётливо чувствует, как падает на песок. Каждый её нерв, каждый краешек её тела работает, как и раньше, словно ничего и не происходило.       Армин всё ещё оставался наблюдателем. Его прогнозы вполне сбывались - Энни побеждала. Вот Джеймс наносит ей удар, а она уклоняется, хватает его руку, а сама опускается и круговым движением ноги сбивает его и роняет на лопатки. Комиссар не сдаётся и сразу же, пытаясь подняться, встаёт на четвереньки.       Девушка чувствует, как стоит на четырёх конечностях. Вокруг только песок. Она поднимает голову и пытается рассмотреть своего врага, но зрение застилает лишь черная пелена. Но вот её спину обжигает боль. «Костин!» — слышится чей-то голос сзади. Снова эта боль, но теперь она сопровождается кожаным щелчком. Знакомый звук, звук кнута. «Костин! Вставай! Вставай, настоящий враг не даст тебе передышки!» — снова звучит какой-то голос, прежде чем по спине снова разливается жар от удара. Девушка всё отчётливее видит окружение: вокруг серые железные стены, возле которых стоят безликие люди, наблюдающие за всем, что происходит. Снова удар кнута, и девушка сжимает все силы, пытаясь подняться. Она встаёт в стойку и начинает наносить врагу удары.       Промах, ещё и ещё. Сколько бы Джемс ни бил, его удары никогда не достигают цели. Энни ловко маневрирует между ними, продвигаясь ближе и бьёт прямо в грудь. Дыхание сбивается, но блондинка не ослабляет натиска и опять сбивает комиссара с ног. Армин уже начинает думать, что они с Микасой следующие. Да, девушка ещё дышала, хоть и с трудом.       — Не надоело тебе ещё? — спросила Энни. Для неё этот бой давно уже превратился из поединка в игру. Она смотрела на поверженного комиссара как хищник, который желает позабавиться с добычей, прежде чем сожрать окончательно.       — Не надоело, — Джеймс с трудом поднялся и посмотрел на Энни; он сплюнул кровавую слюну, после чего продолжил. — Знаешь, Энни, в нашем бою ты допустила лишь одну ошибку, и она станет для тебя фатальной.       — Это какую-же? — Энни переменилась в лице. Теперь она смотрела на врага с некой опаской. «Неужели он припрятал туз в рукаве?» — подумала она.       — То, что не прибила меня сразу, когда была возможность. — после этих слов Джеймс вновь бросился в атаку.       Девушка на песке продолжает яростно сражаться. Теперь она побеждает, противник слабеет под натиском её ударов. Со всех сторон слышны овации, будто происходящее было представлением. Она наносит удар по животу, по груди и вот финальный удар в область головы. Она вкладывает в него последние силы и вот кулак летит навстречу своей цели. Но вот на полпути всё вокруг снова охватывает тьма. Она застилает всё настолько быстро, что девушка даже не успевает среагировать. И вот под её ногами будто пропадает почва, она оказывается в свободном падении, пока в конечном счёте её глаза не открываются.       Откашлявшись кровью, Микаса вновь видит небо.       — Микаса! — отозвался Армин. — Слава всему святому, ты жива.       Микаса осторожно пытается приподняться, приходя в себя.       — Осторожно, ты ранена, не напрягайся.       — Где… Джеймс?       — Он здесь. Это звучит безумно, но он вызвал Энни на рукопашную дуэль.       — Чего? Он же знает, что она мастер…он…       — Глупец? Я тоже так думал, но мы с тобой ошибаемся.       Микаса посмотрела в сторону, откуда исходили глухие удары и пришла в замешательство.       Энни выбилась из ритма и пропускала удары Джеймса одни за другим. Первый удар пришёлся по печени, второй в живот. Энни рефлекторно согнулась, и в её лицо тут же прилетел удар коленом. Её это оглушило, но она пришла в себя. Она с яростью взглянула на парня в чёрном мундире с золотыми эполетами. Она сморкнулась и ей в руку вылетела струя крови. Однако это её не остановило, она поставила блок и принялась ждать удара. Когда Джеймс стал его наносить, она стала отбивать его. Как и в начале, она планировался потом опуститься и сбить комиссара с ног. И вот её колени согнулись. Энни выпрямила правую ногу и стала подбивать ей ноги Джеймса. Но парень был к этому готов. Не дав себя повалить, он подпрыгнул и правой ногой ударил в левую сторону головы Энни. Это был нокаут, блондинка потеряла сознание и отлетела в сторону.       Джеймс сделал пару шагов вперёд и подобрал свою перчатку, сказав при этом: «Твои движения однотипны, их слишком легко читать.» Это был укор Энни, которая сейчас валялась без сознания. Но повернулся назад и, к своему удивлению, обнаружил, что Микаса в сознании. Без раздумий он бросился к ней и упал рядом на колени.       — Микаса, слава Императору, я уж думал…       Договорить ему не дали. Девушка просто взяла его за подбородок и притянула к себе, прильнув своими губами к его. Джеймс от удивления раскрыл глаза. Неведомый поток эмоций охватил всё его тело, Его бросало в жар, сердце бешено колотилось. Но вскоре он почувствовал, как хватка ослабевает и Микаса отстранилась. Парень принялся жадно хватать воздух ртом, Это уже была не отдышка после боя, а нечто иное. Его глаза метались из стороны в сторону, будто не имея возможности за что-то зацепиться. Мысли путались, смешиваясь в какой-то кисель.       Возможно, это бы так и продолжалось, но тут его рука плавно потянулась к комм-бусине. Ему, видимо, уже давно что-то сообщают и просят ответить. Его выражение лица не изменилось, а голос звучал немного рассеяно.       — Слушаю вас… Принято, иду к вам.       Он всё ещё оставался в шоке. Движимый внутренним автопилотом он встал и пошёл за брошенным снаряжением. Микаса провожала его взглядом. На лице её играла искренняя улыбка, но вот её глаза начинают закрываться. Дело сделано, своего рыцаря она наградила, теперь можно обратно в обморок.       Бой к тому моменту уже подходил к концу. Военная полиция поняла, что это лишь бессмысленная мясорубка и им не победить. Бросая оружие, солдаты бежали прочь через лагерь беженцев. К Гражданским, к тому моменту, вернулся некий рассудок. Видя, как их господа были повержены, их тоже обуял страх, а потому все бросались наутёк. Сегодня победа была за Корпусом Смерти Крига.