Sentiens

Джинни Уизли села, тяжело дыша. Всё её тело было покрыто потом. Она огляделась, её сердце бешено колотилось. Было темно, она была в своей комнате, постельные принадлежности сбились вокруг её талии. Это был кошмар. Это был просто кошмар. Она провела рукой по волосам, пытаясь успокоиться. Её дыхание медленно выровнялось. Моргана… Она потёрла глаза ладонями. Снова, снова сон с ним. С его обманчиво ласковыми словами, никак не вяжущие с поступками. Его дыхание, руки. Джинни практически постоянно видит свой кошмар в своих снах. Целители разума никак не могут ей помочь, нет. Она встала, натыкаясь на медальон на тумбочке. Тот самый, который она нашла раньше всех, когда убирались в Блэковском доме. Золото или, может быть, бронза — с единичной резьбой маленькой змейки. Он казался маленьким и незначительным, и всё же… и всё же что-то взывало к ней, как и дневник. Её горло сжалось. Ей нужно было освежиться. Джинни направилась в ванную комнату, открыла кран и плеснула себе в лицо воды. Холодные капли стекали с неё вниз. Она посмотрела в зеркало, её отражение ухмыльнулось ей. Она вскрикнула и в шоке отшатнулась. Лицо, уставившееся на неё, было не её. Но она знала его, она знала его так хорошо. Отражение ухмылялся ей, словно смеялся над ней. Джинни словно застыла на месте. Она могла только смотреть, как он наклонился ближе. — Джинни Уизли, — протянул Том Реддл из зеркала, — как приятно снова встретиться с тобой. Она даже и не заметила, что задержала дыхание. Поняла только тогда, когда её стало не хватать. Её руки было потянулись за палочкой, но вспомнила, что оставила её под подушкой. Моргана... что ей делать? Раздался его бархатный смех, пустивший мурашек по коже. — Не бойся, дорогая. Я не причиню тебе вреда. Это неправда, неправданеправданеправда... — Ты... Она отступает назад до двери, но следующие его слова заставляют её застыть в ужасе. — Я уверен, мы хорошо проведём время вместе, малышка Джинни.